Принцесса Мур-мур

Энакин знал почему Мать Талзин сказала именно про полночь. Тогда должно было свершится воссоединение Баррисс и Ферруса, вернее, его, Энакина, правды о котором никто не знал. Знала Асока, но кто же поверит кошкам, а Палпатин не расскажет, что натворил. Осталось только приложить все усилия, чтобы джедаи поверили, Оби-Ван едва ли сумеет помочь, он в Ордене давно считается странным и его словам особо веры нет. Нужно было для начала добраться до храма, где уже начиналось празднество. Рекс вывел своих друзей с Нижнего уровня на стоянку общественных спидербусов, в один из которых удалось пролезть незаметно. Рекс устроился на заднем сидении, а коты залезли под него. Оби-Ван сидел рядом с Рексом только у окна и смотрел на свою звезду, что уже всходила на небосводе. — Сатин, ты здесь, ты пришла ко мне, — с благоговением произнес мужчина, глядя на темнеющее небо. Рекс никак не стал это комментировать, видел уже, что бывший генерал немного того и относился снисходительно. Асока и вовсе задремала и свернулась клубочком под соседним сиденьем. За то Энакин спать и не думал, он тоже смотрел в небо и глядя на ту же самую звезду, вспоминая о словах Матери Талзин и о своих близких, которых оттолкнул считая, что они ему не нужны, особенно после смерти его матери, о чём знали немногие. Именно из-за этого горя он оттолкнул ту, кого он искренне любил как и она его. И Скайуокер заговорил будто бы сам себе: — Я полюбил тебя так неожиданно, ты всегда была в моей жизни яркой звездой, что вела меня к свету, а я чуть не погасил этот огонек, поддался глупому тщеславию и чуть не упустил свою судьбу, свою настоящую любовь… Энакин не договорил, его внезапно схватили за шкирку и резко тряхнули, да так, что искры из глаз посыпались. — Вот ты какой, значит! — грозно прорычал Оби-Ван, а это был он — Решил увести мою Сатин! Знал как я ее люблю! Всегда хотел ее себе и сейчас решил, что она будет с тобой! Ах, конечно, ты молодой, красивый, не то, что я! Да вот обломись только, ничего не выйдет, ты лишь мелкий кошак с сопливым носом! Энакин хотел было напомнить, что нос у него никакой не сопливый, но зная, что Оби-Ван не услышит его сейчас, сказал совсем другое, то, что важнее всего в данный момент: — Оби-Ван! Послушай меня! Все не так! Я не хотел отбивать у тебя Сатин! Я не ей сейчас признавался! Я просто репетировал как рассказать Асоке о своей любви, потому, что она…моя…Как для тебя Сатин, в общем. Моя путеводная звезда и лучший в мире человек…точнее, кошка. Неважно, главное, что это все я говорил ей… Кеноби недоверчиво отпустил Энакина на сиденье и сказал немного подумав с пониманием: — Ты хотел сделать ей предложение? Лапку и сердце, так сказать? — Именно! — радостно подтвердил Скайуокер — Но не знаю, что для этого надо! Асока тем временем проснулась, но не решилась открыть глаза. Таким прекрасным было то, что она слышала. Поэтому лишь плотнее свернулась в клубок и уткнула нос в кончик хвоста, которым укрыла лапки. Энакин любит ее! Он не забыл их детскую привязанность. Конечно же, она ответит "Да", пусть только предложит. Но предложения пока не следовало, видимо Рекс с Оби-Ваном оттащили Энакина в самый конец салона и начали инструктировать. Асока не возражала, пускай старается ради нее, она будет смотреть. И до самой конечной остановки никто не произнес более ни слова, а когда они прилетели и вышли в центральном секторе, Рекс с Оби-Ваном сразу взяли котов на руки и отправились к зданию сената, как раз к самому празднику. И остановившись возле окна ярко освещенной парадной залы, увидели своими глазами как лже-Энакин вовсю отплясывал с Баррисс. Кажется, он только, что сделал ей предложение, поскольку на пальце у девушки сверкало кольцо с довольно большим бриллиантом. Нужно не дать им сочетаться браком, иначе Энакин и Асока всегда будут котами. Но едва ли это кого-то волнует, только Сидиуса, хоть он и был уверен в успехе. Но Феррус уже так уверен не был, ведь медальон на его шее, спрятанный под парадной рубашкой, начинал понемногу терять свои силы, а крови в нем становилось все меньше и неоткуда было взять новую. Он вспоминал как утром уже едва не опозорился, именно в момент предложения. *** Феррус готовился долго, он ждал этого всю жизнь. Возможности отомстить ненавистному Энакину и получить все то, чем обладает он. Присвоить его личность, не прилагая усилий к достижению этого с собственными данными. Зачем, если так можно быстрее и доступнее. А женитьба на этой зануде Оффи лишь укрепит его статус. Вот только надо было найти самого Энакина, чтобы держать при себе и время от времени наполнять медальон его кровью. Феррус сегодня об этом не думал и пригласив Баррисс на прогулку, торжественно взяв ее под руку, сказал, глядя в ее глаза: — Баррисс, свет моих очей, я полюбил тебя сразу же, как только ты пришла в мою жизнь, я пытался бороться с чувствами, но понял, что это сильнее меня…что они такие огромные, что просто… Феррус остановился на полуслове, почувствовав как рубашке треснула на его спине, ее начали распирать крепкие мышцы, свойственные ему самому. Ведь несмотря на довольно схожее телосложение Феррус был несколько крупнее Скайуокера и шире костью, отчего его одежда была ему маловата. Но не обращая внимания на такой малозначительный конфуз, Олин продолжил, не отпуская руки девушки: — Баррисс, я прошу, просто от всего сердца стать моей… И снова не договорил, увидев, что одна прядь его волос стала светлее. — Нет, я просто не могу себя удерживать, — запальчиво воскликнул Феррус и чтобы Оффи ничего не увидела, порывисто обнял ее, почти прижав к стене здания кафе. Баррисс испуганно начала высвобождаться: — Ой, нет, прости, я не могу так сразу. Феррус разжал руки и поспешил сказать: — Прости меня, дорогая, моя любовь к тебе так сильна, что вырывается из-под контроля, думаю сейчас мне лучше побыть одному, встретимся в сенате… И оставив недоумевающую Баррисс смотреть ему вслед, Олин поспешно двинулся в сторону храма, чтобы потрясти свой медальон и хотя бы ненадолго наполнить его. Крови явно уже не хватало, осталась половина нужного объема. Но на первый раз и так вышло нормально, хватит на сегодня, а за это время Сидиус найдет настоящего Энакина и уже больше не выпустит из клетки.

***

Праздник в сенате шел полным ходом, Феррус явился туда как и обещал, а вот Энакин незаметно отошел, чтобы подготовиться все нужное для предложения лапки и сердца своей любимой Асоке. Он решил это сделать в другой стороне двора и для начала быстро вбежал в зал, где был праздник и пролез под длинным столом, где уже разложили угощение для гостей сената. И поймав момент, когда никто не смотрел на стол, Скайуокер запрыгнул на него и схватил с тарелки небольшой окорок и пока все не опомнились, бросился на выход и оставив добычу в ранее примеченном месте, вернулся еще пару раз, добыв колбасы и сыра. А еще, вот удача, увидел на полу оброненную кем-то нитку бус от платья. Энакин схватил ее в зубы и кое-как сведя лапками оба конца, с грехом пополам завязал узел. Получилось кольцо вроде браслета, человеку будет мало, но на кошку - самое оно. И когда все было готово, Скайуокер вернулся к окну, где Асока была вместе с их друзьями и позвал за собой. Она с недоумением пошла и когда Скайуокер привел ее к задней стене здания сената, тогрута в кошачьем теле невольно вскрикнула от того, что ей представилось. Там, на белой бумажной одноразовой тарелке лежал аппетитный окорок, несколько кусочков колбасы и сыра, а рядом стоял Энакин, держа в зубах нитку белого жемчуга, связанную грубым узлом. Было заметно, что он волнуется и когда Асока подошла, перекинул нитку на лапу и начал потому не совсем удачно: — Асока…вот…это тебе…ты проголодалась… — Ой, а откуда ты это взял? — спросила Тано немногим умнее. — Украл, я честно это украл, — уже совсем смущенно забормотал Энакин дикую чушь — Видишь, с лапками я тоже способен на многое, угощайся, в лапках моя сила! Асока и правда сильно проголодалась и набросившись на угощение, начала его торопливо поглощать, она и не видела, что твориться буквально за ее спиной. А когда опомнилась, поняв, что съела все и ничего не оставила Энакину, то обернулась, чтобы извиниться, однако поняла, что было поздно. Скайуокера рядом уже не было, лишь на сером покрытии двора блестели белые мелкие бусины…