Всё или ничего.

Через несколько дней Люцифер и Аластор решили рекламировать радио. Грешник потратил время на то, чтобы объяснить Люциферу, как все работает, и идею, которую он должен был озвучить, он слишком серьезно относился к тому, чтобы делать правильные вещи, а не просто "делать это". В течение этого времени, в дополнение к решению любых проблем с объектами и наблюдая за тем, как другие делают свою "реабилитационную деятельность", оба провели остаток дня, чтобы организовать все, что связано с их объявлением, сначала написать список с идеями, затем своего рода сценарий, чтобы помнить, к каким точкам нужно было прикоснуться, и, когда все стало ясно, они решили посвятить день репетиции, и что они сделали день, как только закончили свои соответствующие занятия, без особого объяснения того, что они будут делать. Так что прошли часы, пока не наступила ночь, за все это время ни Люцифер, ни Аластор не появились в коридорах отеля, которые поначалу немного пропустили Чарли, но потом она подумала, что, возможно, ее отец отдыхал после тяжелой работы, которую он проделал тем утром. — «Я думаю, это нормально, пока они не ссорились и никто не пострадал» Она думала, веря, что ничего плохого не случится, хотя она надеялась по крайней мере пожелать своему отцу доброй ночи перед сном. Обычно жители отеля не ужинали вместе в столовой, поскольку каждый из них брал свою еду в то время, когда они хотели, и ходил в свою комнату, чтобы поесть, но в эту конкретную ночь, все собрались за большим столом, чтобы поговорить о том, как им понравился этот день и как все было приятно в течение недели, когда Люцифер жил в отеле и сотрудничал с Аластором в администрации. Чарли была очень рада видеть, как хорошо все шло, сосуществование между ее друзьями значительно улучшилось, и теперь у нее были близкие отношения с отцом, чтобы попытаться улучшить их отношения. Кроме того, было много вещей, о которых она хотела поговорить с ним, и было много вопросов к нему, но она не была уверена, что это подходящее время, хотела быть уверенной, что ее отец не почувствует боли или нападки, и что он не захочет уходить, если она поговорит с ним о некоторых вопросах, которые могут быть болезненными или неудобными, поэтому она хотел убедиться, что их отношения достаточно прочны, чтобы не разрушаться снова. — Интересно, что папа сейчас делает, не знаю, съел ли он что-нибудь после всей той работы, что он сегодня сделал? — Размышляла Чарли вслух, потом посмотрела на Вэгги — Может, мне пойти угостить его ужином? — Думаю, для него было бы неплохо, — ответила юная брюнетка, — я могу помочь тебе приготовить что-то, что ему понравится. — Может, яблочный пирог с карамелью и горячий чай с корицей! — предложила Чарли — Я пойду приготовлю его прямо сейчас! — Я с тобой, милая, - сказал Вэгги, поднимаясь со своего места и идя за своей девушкой . После того, как девочки ушли, Энджел, Пентиус, Хаск и Ниффти остались в столовой, продолжая разговор о том, как им было комфортно в последнее время. Пока они разговаривали и девочки готовили ужин, Люцифер и Аластор были на радиобашне, репетируя то, что они собирались сказать, чтобы рекламировать отель. — Спроси меня еще раз, что я думаю обо всем этом, после того как ты произнесешь свои реплики, — указал Люцифер, на что Аластор слегка кашлянул: они повторяли и меняли то, что собирались сказать, столько раз, что он сбился со счета. — В чем проблема? Я думал, что к третьей репетиции мы будем готовы к тому, чтобы сделать это. — Я просто не знаю, убежден ли я в том, что говорю, не хочу, чтобы это звучало так, будто я заучил сценарий, — объяснил Люцифер, несколько обескураженный. — А вот и Ваш напарник, который поможет вам в этом, — Аластор поднялся со своего места и начал расхаживать по комнате, — Вы верите в то, что говорите? — Конечно, верю! Я полностью верю, что Чарли сможет изменить ситуацию с этим отелем! — Люцифер приложил обе руки к вискам, пытаясь сосредоточиться на том, что хотел сказать: — Я просто... не знаю, естественно ли я говорю. — Давайте попробуем еще раз, не заставляйте себя, чтобы это звучало правдоподобно, просто почувствуйте, что вы в это верите, — заметил Аластор, а затем прочистил горло (Чем ты его прочистил, изврат? Мы были там только вдвоём...— прим. Автора) и начал говорить, как делал каждый раз,ткогда его программа выходила в эфир. — Это ваш любимый диктор, Радио-демон, вещающий из великого отеля "Хазбин". Сегодня у нас гость, прибывший словно с небес, чтобы присоединиться к нам и рассказать о благом проекте принцессы Шарлотты Морнингстар. Я с огромным удовольствием приветствую верховного правителя Ада Люцифера Морнингстара! — Спасибо, Аластор, — Люцифер вздохнул, пытаясь расслабиться, чтобы правильно выразить то, что он хотел сказать. — Рад быть здесь, давненько я не высказывал своего мнения публично, — шутливо и с улыбкой сказал он, на что Аластор рассмеялся. — Сегодня отличный день для того, чтобы вы поделились с нами своим мнением, Ваше Величество, я уверен, что весь Ад ждет, чтобы услышать, что Вы думаете об амбициозном проекте принцессы, — с ликованием сказал демон в красном. Люцифер немного нервничал, но он думал о Чарли и о том, как это важно для нее. — Думаю, когда моя дочь думает о чем-то, она мыслит масштабно. Я бы точно никогда не додумался до такого, как отель для искупления грешников, для нее даже небо не предел! Мне очень интересно увидеть результаты этого замечательного проекта, но результатов не будет без добровольцев, готовых попробовать. — Это очень верно! Но какая польза от того, что граждане будут поощрять добровольцев? — Спросил Аластор. — Я рад, что вы спросили, потому что, приехав в этот отель, гостям не придется беспокоиться ни о жилье, ни о еде, ни даже о защите - все это здесь предусмотрено благодаря администраторам, — пояснил Люцифер, вскинув бровь с забавной улыбкой, на что Аластор снова громко захихикал. — Кроме того, персонал здесь дружелюбный, а общение очень приятное. Единственное, о чем просят гостей, - это участвовать в реабилитационных занятиях и отрешиться от всех пороков и извращений, которые у них есть, - нелегкое испытание, но сопротивление таким соблазнам часто приносит большую пользу. — Не хуже рая, Ваше Величество? — Это самое лучшее! Если добровольцы достигнут цели проекта, их наградой станет рай, а если нет... Что ж, отель действительно уютный, и им нечего терять, — Люцифер на мгновение задумался, а затем продолжил свою речь, — Моя дочь много работала, чтобы дать жителям Ада проблеск надежды и направить их к лучшей участи, чем вечное горение здесь или смерть от истребления... Я думаю, если кто-то предлагает тебе такую возможность, самое разумное - воспользоваться ею. — Полностью согласен! Будем надеяться, что люди поймут, какую прекрасную возможность открывает перед ними принцесса, и решат ею воспользоваться. — добавил Демон. Люцифер одобрительно кивнул, прежде чем снова взять слово. — Я видел, как она вдохновила столько сердец здесь, и хочу помочь ее посланию достичь всего Ада и навсегда остаться в памяти каждого... Выше нос, грешные души! — воскликнул он, и тут к нему с энтузиазмом присоединился Аластор, который заметил, как Люциферу удобно выражать свои мысли, поэтому они оба заговорили в унисон: — Следуйте за принцессой и докажите, что вы можете достичь спасения! — Вы слышали его, люди, — продолжал Аластор, — если сам Люцифер так говорит, значит, это правда, приходите в отель "Хазбин" - единственное место в Аду, где верят во второй шанс. Если хотите узнать об этом больше, следите за новостями", — и он щелкнул пальцами в знак того, что они закончили. Светловолосый мужчина вдохнул воздух и откинулся на спинку кресла, Аластор невесело усмехнулся, но промолчал, как и его собеседник, который через пару секунд выпрямился на своем месте, поправляя белую мантию. — Что ж, Ваше Величество, это было прекрасное вмешательство, пройдет несколько дней, прежде чем эти заблудшие души захотят поселиться в нашем отеле, — сказал Аластор. — Мы можем отрепетировать это в последний раз? Я знаю, что сказать, но я немного сценичен... — пробормотал Люцифер, пожав плечами. — В этом нет необходимости, мой дорогой друг! Первые попытки - самые искренние, и я уловил реализм, который был необходим этому объявлению для отеля, он идеален, — объяснил грешник, — я передам его завтра. — Транслировать? Завтра? Что ты собираешься транслировать? — Люцифер смотрел на него с недоумением. Аластор захихикал, а затем посмотрел на собеседника, слегка наклонив голову. — Очевидно, наше объявление, Ваше Величество, а что еще? Оно уже записано и готово к трансляции в завтрашней программе. — Какого хуя ты не предупредил меня, что будешь записывать?! Мы так не договаривались, я думал, что мы будем делать это в прямом эфире! Аластор, ты, блядь, издеваешься надо мной, — сказал Люцифер, его тон звучал не раздраженно, а скорее огорченно. — Успокойся, если у тебя есть какие-то сомнения, мы можем спросить мнение основателя отеля и управляющего, хотя я уверен, что они дадут тебе добро, — предложил радио-демон, на что Король Ада покраснел так, как редко краснел в своей жизни. — Ты собираешься заставить Чарли и Вэгги услышать то, что я сказал? Святой Отец Небесный, это будет неловко! Ты хочешь выставить меня дураком перед ними? — Король Ада приложил руку ко лбу: он слишком любил свою дочь, чтобы заступаться за проект перед всем городом, но ему было стыдно, что она слушает его слова. — Им все равно придется слушать, когда мы будем вести трансляцию, Утиный Король, — Аластор издал небольшой смешок, а Люцифер нахмурился, все еще краснея. — Ты только что назвал меня "Утиным королем"? Ты действительно сказал "Утиный король"?! — Разве в этом есть что-то плохое? Я думал, ты любишь уток, ты развесил их по всему отелю. — Я люблю уток! Что мне не нравится, так это твоя насмешливая ухмылка и намерение опозорить меня перед моей дочерью! — воскликнул блондин, скрещивая руки и отводя взгляд. Аластор слегка закатил глаза: Люциферу было гораздо сложнее угодить, чем он себе представлял, и это очень раздражало, но он думал, что справится с этим. — Послушайте меня, я не хочу, чтобы Вы смущались, я хочу, чтобы Вы были более уверены в том, что делаете. Здесь нет места сомнениям, Ваше Величество, если Вы хотите быть полезным для цели Чарли, Вы должны действовать уверенно. Чтобы она поверила в то, что Вы можете помочь, первым должны поверить в это Вы, — сказал он, стоя перед Люцифером. — Нет ничего лучше, чем вести себя естественно, если вы так выражаете свои мысли, это лучший способ донести их до окружающих, так что перестаньте жаловаться и улыбнитесь немного. Я думаю, ты отлично справился, и мне приятно видеть, что ты так спокойно говоришь о том, что думаешь, Утиный Король. Люцифер вздохнул и задумался: даже если ему не хотелось соглашаться с этим, Аластор был прав, и хотя он боялся поступить неправильно и разочаровать свою дочь, он не мог позволить себе колебаться. Его глаза встретились с глазами оппонента, который все еще ждал ответа на вопрос, что они будут делать. — Хорошо, передайте записанную вами рекламу, — наконец ответил он, — но не нужно спрашивать девочек... Давайте оставим эту новую рекламу в качестве сюрприза для них. — Я позабочусь о том, чтобы завтра днем наше сообщение распространилось по всему городу, вот увидите, Чарли оно понравится, и эти грешники будут заинтересованы в участии раз и навсегда, — подбодрил его Аластор, на что Люцифер мягко улыбнулся. — Будем надеяться, что так и будет, — ответил он и встал. — Тебе нужно отдохнуть, мы сегодня так много работали, что заслужили хороший сон. — Давай спать, завтра будет много интересного, и ты должен хорошо отдохнуть, чтобы не отстать. — Хорошо, отдыхай, Аластор, — сказал Люцифер с дружелюбной улыбкой, на которую тот не мог не ответить. Странно, но Люциферу показалось, что этот грешник может быть добрее, чем он себе представлял. Он все еще не вполне доверял ему и не хотел позволять себе быть уязвимым и терять бдительность в его присутствии, но, по крайней мере, сейчас он показался ему более приятной компанией. Возможно, он уже не ненавидел его так сильно, как при первой встрече, хотя не похоже, чтобы он ему очень нравился или считался потенциальным другом. Он шагал по коридору, размышляя об этом, и, подойдя к своей комнате, увидел Чарли и Вэгги, стоящих перед дверью. Темнокожая девушка пыталась уговорить дочь постучать в дверь спальни, а та, слегка нервничая, везла тележку с подносом, накрытым серебряным куполом, и чайным сервизом. Люцифер поспешно поднялся и подошел к ним. — Привет, как дела? — поприветствовал он их, и они посмотрели на него. — О, привет, папа! — воскликнула Чарли. — Все в порядке? Поскольку я не видела тебя всю вторую половину дня, я подумала, не отдыхаешь ли ты. — Мы с Чарли принесли Вам ужин, приготовили его в благодарность за все, что Вы сделали для отеля за эти дни, — объяснила Вэгги. Глаза блондина засияли от счастья, ему захотелось обнять их обеих, но он только улыбнулся им с таким выражением, полным радости. — Я вам очень признателен, девочки, вы очень добры. За всем, что я делал, я совершенно забыл о том, чтобы что-нибудь съесть на ужин. — О, ты работал с Аластором? — Спросила его дочь. — Потому что его тоже здесь не было, и я не хочу верить, что он снова оставил тебе всю работу… — Ах, да, да, мы над чем-то работали...—Люцифер немного задумался, он не хотел вдаваться в подробности, чтобы не испортить сюрприз, — но уже завтра вы сможете это увидеть! Или, скорее… Слушать его? — Сказав это, он издал легкий смешок, и пара посмотрела на него с большим любопытством, чем раньше. — Ого, теперь я довольно заинтригована! — Воскликнула молодая принцесса. — Аластор заставил меня более позитивно относиться к продукту нашей работы, я уверен, что он достигнет своей цели, — объяснил мужчина. — Я думаю, что завтра будет великий день для всех нас, так что… Как насчет того, чтобы приготовить горячие пирожные на завтрак? Ты знаешь, завтрак для нас и твоих гостей… Скопом. — Это было бы здорово! Совместный завтрак станет отличным началом дня — одобрила Чарли, довольно оживленно. — Хорошо, мы даем тебе время, чтобы ты поел, а потом отдохнул — Чарли приветливо улыбнулась отцу, а затем взяла Вэгги за руку. — Отдыхай, папа. — Приятного вечера, сэр, — сказала Вэгги. — Отдыхайте, девочки — повторил мужчина, и обе молодые девушки удалились. Люцифер отнес тележку с едой в свою комнату и разложил все, чтобы он мог поесть, в то время как он довольно оживленно думал, что такое внимание его дочери к нему вселяет в него надежду, что это всего лишь вопрос времени, когда все наладится, если он продолжит прилагать все усилия, как обычно он делал это в те дни. С одной стороны, он чувствовал, что должен поблагодарить Аластора за то, что он направил его в стремлении понять, чего Чарли надеется достичь с отелем, но он все еще не чувствовал себя готовым к этому, он не мог не стать сентиментальным, если бы он рассказал о своих отношениях с дочерью и о своем стремлении восстановить эту связь, это была одна из причин, по которой он не мог не грань, которую он не мог позволить себе показать грешнику, которого знал всего несколько дней, для него это было все равно что свернуть шею потенциальному хищнику, и он не планировал этого делать. — «Может быть, позже, когда я смогу увидеть в нем прозрачное существо и узнать, что у него на сердце… Когда это произойдет, я скажу ему, что благодарен за помощь, которую он мне оказал», — подумал Босс Ада, садясь перед столиком, где он разложил все для своего ужина. Спустя много-много лет это был первый раз, когда Люцифер почувствовал, что может с оптимизмом смотреть в будущее; он никогда не думал, что что-то может измениться в его печальном и пустынном существовании, но судьба, та самая, которая связала его путь с Аластором, должна была показать ему, что перемены возможны и что он не может быть одиноким. Перемены, которые могли удивить его более, чем одним способом...