Застрявшие

      Людям часто казалось, что Эндрю Миньярд, прошлогоднее приобретение команды университета Пальметто по экси, ничего не чувствует. Он безжалостно защищает ворота от соперника, водит машину, как ненормальный, и вечно влезает в драки. Но у Эндрю Миньярда есть тайные страхи и увлечения. Один из первых — боязнь, что с его семьей что-то случится. Единственное из вторых — головокружащие поцелуи Нила Джостена. Они встретились не так давно, месяца 3 назад. Нил стал их главным козырем в первой игре сезона. Талантливый новичок с неконтролируемым языком сделал их самой обсуждаемой командой округа. В тот же день в баре пьяный Эндрю признался, что считает рыжего не только горячим, но и интересным. Шокированный новичок тем вечером отработал комплемент в гостевой спальне. Так началось это. Они вместе приезжали на тренировки, вместе уезжали, часто ходили куда-то вдвоем и запирались в студенческой спальне наедине. Все в команде обсуждали их отношения и поставили по приличной сумме на все возможные исходы событий. Эндрю никак не комментировал ситуацию. Нил лишь удивленно вскидывал брови: «Какие отношения? Между нами ничего нет.» Так прошло несколько лет. Нил хотел продолжить карьеру, как профессиональный игрок в экси. Эндрю же не был заинтересован в этом спорте. Он поступил в команду «за компанию» с братом и кузеном ещё на первом курсе. На своем пятом курсе его кузен, Ники, увлекся экстремальными развлечениями. Он прыгал с парашютом, занимался глубоководным дайвингом и самыми экстремальными видами скалолазания. Эндрю и Нил ходили с ним на каждый подъём , контролировали Ники, договаривались с инструкторами и занимались организацией таких мероприятий, но не участвовали. Как-то Эндрю попробовал, однако на высоте 10 метров случайно посмотрел вниз и отказался от этой идеи. Нил же был одержим лишь экси и упахиванием в зале. Это было начало июля. Стояла жара, но Ники, планирующий этот подьем на несколько недель до этого дня, не мог просто сдаться. Пот тек ручьем по лицу, руки начинали скользить по мелким выступам. «Чёрт, придется чуток отдохнуть. Эрик не простит мне падения с такой высоты» — решил Ники. Он оглянулся на парней. Они стояли внизу, метрах в тридцати от скалы, смешно задрав головы. «Перерыв» — крикнул он им и показал большой палец, чтобы те не беспокоились. Эндрю опасливо наблюдал за тем, как его нерадивый кузен обшаривает стену в поисках подходящего углубления для закрепления страховки. Вот он нащупывает его в полуметре над головой, упирается ногами в небольшие выступы и подтягивается; его движения медленные, вымученные. Он отстегивает страховку от пояса и начинает вставлять в отверстие. Глаза Эндрю автоматически замечают небольшую фигуру птицы, когда она вылетает из укрытия. В следующее мгновение рука Ники соскальзывает, и он со страшным криком отделяется от скалы. Истерично маша руками, его кузен пытается ухватиться за камни. Момент упущен. Летя вниз, к брату, Ники успел подумать — «Прости, Эндрю» и вспомнить взгляд Эрика, которым он его окинул в их последнюю встречу в аэропорту. Любящий, тоскливый взгляд его парня был последним, о чем успел подумать Ники в этой жизни. Вопль Ники заполнил все сознание Эндрю. Даже оборвавшись, он все равно стоял у него в ушах. Тело еще не успело долететь до земли, когда парни рванули к нему. Ники упал на спину, сломал несколько позвонков, ребер и повредил спинной мозг. Он умер мгновенно, едва почувствовав удар. Эндрю упал рядом с телом, прижал палец в месту, где должна была быть сонная артерия, попытался посчитать удары пульса. Нил подбежал позже на пару секунд, но быстрее осознал, что передним уже не Ники, а его изувеченный труп. Из груди, почти прорывая ее, торчало ребро. Ники никак не реагировал на манипуляции Эндрю. Тот бессильно прижимал одну руку к шее брата и протягивал к Нилу вторую. — Телефон. — Эндрю… — Дай позвонить в скорую. Быстрее, Нил. — Эндрю, никуда не нужно звонить. — Он сейчас умрет. Дай блядский телефон! — Эндрю, он разбился. Ты ведь не чувствуешь пульса. Он мертв. Эндрю поднял невидящие глаза на Нила. Они молчали. Нил неуверенно протянул к Эндрю руку. — Да или нет? — Нет. Нил часто видел Эндрю подавленным. Кошмары преследовали его много лет, и он часто был не в себе после них. Но в таком состоянии Нил еще никогда его не видел. Эндрю никак не реагировал на происходящее. Полицию он дождался здесь же, стоя на коленях у тела брата. Когда полицейская машина остановилась рядом с его Мазерати, он в последний раз сжал холодную кисти Ники и встал. Его лицо ничего не выражало, но Нил знал, что именно так и выглядит настоящая скорбь. Эндрю дал офицерам осмотреть тело и забрать его. Нил старался отвечать на обязательные вопросы, не втягивая в это Эндрю. Ему тоже придется ответить, но позже. Эндрю сам сел за руль. Ему казалось, что Эндрю в нынешнем состоянии все что угодно может прийти в голову. Нил его не трогал. Он научился доверять Эндрю даже в самые плохие дни за несколько лет их «ничего». Они приезжают в их дом в Колумбии. Эндрю открывает коньяк. — Я пойду позвоню Аарону, — говорит Нил. После небольшой паузы Эндрю кивает. Аарон с Кевином приезжают через пару часов. Оба выглядят разбитыми. — Как брат? — спрашивает Аарон, только увидев Джостена. Нил лишь качает головой. Этой ночью Эндрю ушел спать на диван. Аарон и Кевин остались на ночь, расположившись в гостевой спальне, которую раньше занимал один Кевин. Нил замечает это на автомате, удивляясь, как в такой момент кто-то может чувствовать себе достаточно спокойно, чтобы делить с другим человеком кровать. Нил уже провел в бегах пару лет вместе с матерью, когда она наконец решилась обратиться в ФБР. Они давно точили зуб на Балтиморского Мясника, но Мэри смогла предоставить доказательства, ставшие финальным аккордом в его карьере. У Морияма с ФБР был договор, но Мясник нарушил его, почти перестав скрываться. Его заменили на другого человека. Мэри с Натаниэлем уехали в Англию к дяде Стюарту. Однако после смерти матери, он вернулся в штаты под последним из своих имен и поступил в университет Пальметто. Паранойя иногда брала верх, но, по сути, Нил бы совершенно нормальным. Похоронами занимался Эндрю. Он никого не подпускал к этой работе. Нил ездил на тренировки с Кевином; убирался во всем доме, чтобы занять руки; готовил еду, от которой Эндрю чаще всего отказывался. Он тоже чувствовал себя плохо, ведь был знаком с Ники уже несколько лет и даже делил с ним комнату. Он старался быть терпеливым к близнецам. Ближе к началу учебного года с ними на тренировки стал потихоньку ездить Аарон. Жизнь продолжалась. Она налаживалась. Люди помнили Ники, но не страдали из-за его гибели круглосуточно. Целыми днями горевали только Эндрю и Эрик. Нил убедился в этом на похоронах, на которые он прилетел. Эндрю и Эрик не разговаривали, но стояли особняком от всех. В последний момент перед погребением Эндрю вдруг сказал что-то Эрику. Тот побледнел, глаза его наполнились слезами. Эрик попросил Эндрю о чем-то, но Эндрю агрессивно ответил ему. Эрик кивнул. Похороны не состоялись. Эндрю увез прах с собой. Эндрю отталкивал Нила. Он настолько ушел в саморазрушение, что не разговаривал с семьей неделями. Он просто сидел на подоконники с бутылкой джина и курил. Один раз Нил даже увидел Эндрю, когда тот перешел свой предел и опирался на стены, чтобы добраться на своей спальни. Нил давно уже съехал в бывшую комнату Аарона. Он подошел к Эндрю, чтобы помочь, но тот лишь испуганно отшатнулся и прошипел «Иди нахуй». Он смог добраться до комнаты самостоятельно. Нил терпел все. Он готов умереть за Миньярда, так в чем проблема дать ему прожить смерть близкого человека? Но Нил внимательно наблюдает за действиями Эндрю. Он стал чаще стирать повязки. Куда-то пропал перочиный нож из стола Эндрю. Он стал чаще кусать губы и щеки; втыкал ногти в кожу, пока никто не видел; мылся в настолько горячей воде, что из ванной постоянно валил пар. Нил знал, что это всё признаки суицидального поведения и переживал за Эндрю все больше. Он не знал, успеет ли спасти парня, если тот решит покончить с собой. Единственной надеждой был Аарон, ведь Эндрю не мог оставить близнеца одного. — Джостен. Надо поговорить — Аарон неожиданно вошел на кухню. Нил поднял голову от доски, на которой резал овощи, и кивнул. Поговорить действительно стоило. — Я хочу заключить сделку с братом, — начал Аарон, — Я брошу экси ради него. Он считает этот спорт слишком опасным. Не хочет, чтобы я пострадал. — А что попросишь взамен? -поинтересовался Нил. — А какие у тебя варианты? — Не знаю даже. Жить. Пойти к мозгоправу. Отпустить смерть брата. Пойти в профессиональную сборную и выиграть чемпионат мира. — Многовато. — Согласен. — Я думал попросить его остаться с тобой. Не отталкивать, а принять твою помощь. Вряд ли чью-то еще он примет. Брови Нила удивленно поползли вверх. — Ты уверен в этом? — Абсолютно. Он не пошел к мозгоправу раньше, не пойдет и сейчас. Но ты сможешь ему помочь. Как-нибудь, в твоем стиле. Я уверен в этом. — Постараюсь сделать все возможное, но я правда не знаю, как именно мне ему помочь. — Подумай, Джостен. Сможешь? Нам больше нечего ему предложить. Шанс всего один. — Не знаю. — Да или нет? Мне нужен чёткий ответ. Нил усмехнулся. Как же похожи близнецы. — Да. — Отлично. Он вышел из комнаты. Нил продолжил резать овощи, гадая, что же теперь ему делать. Через полчаса Эндрю пришёл на кухню. Овощной салат был давно готов, в духовке запекалась курица, а Нил стоял у плиты, переворачивая ломтики картошки на сковородке. — Когда обед? Голос Эндрю был охрипшим от долгого молчания или от нервов, но Нил все равно был очень рад его слышать. — Через 10 минут. Эндрю кивнул и сел за стол. Выглядел он встревоженно, но нормально. Возможно, даже вымученное общение с людьми пойдет ему на пользу. Надо же с чего-то начинать. Через пару минут хлопнула входная дверь: Аарон с Кевином ушли. Они остались одни. Нил поставил перед Эндрю кружку какао и достал из духовки курицу. Чудесный запах разнёсся по всей кухне. Нил резал птицу в оглушительной тишине, нарушаемой лишь хлюпаньем какао. Наконец он поставил на стол две тарелки с едой. Эндрю подвинул свою ближе и взял со стола приборы. Нилу аж полегчало. Последний раз Эндрю ел пару дней назад. — Ну так что? Аарон рассказал тебе о сделке? — спросил Нил. — А тебе? — Как видишь. Они снова замолчали. Оба отвыкли разговаривать друг с другом. — Что предложишь? Будем есть курочку с картошкой, снова съедемся, начнем трахаться на крыше? — Нилу не понравился сарказм в его голосе. — Нет. Не будем. — А что тогда? — Сам не знаю. Аарон спросил, смогу ли я вернуть тебя к жизни. Я ответил, что да, но еще не придумал план. — И как планируешь вернуть меня к жизни? — Нил уловил теплоту в его голосе. Неплохое начало. — Подтолкнуть тебя этому, наверное. Не придумал как, но, я попробую. — Хмм… Попробуй. — Я постараюсь, — пообещал Нил, — Да или нет? — Нет. — Хорошо. Они продолжили обед в комфортной тишине. Аарон с Кевином вернулись через пару часов. Кевин высадил своего парня, целомудренно чмокнув того в губы. Аарон зашел в дом и передал Нилу приглашение на тренировку. Тот удивился, ведь они планировали выезжать через несколько часов, но схватил сумку и послушно сел на заднее сидение. Рядом плюхнулся подоспевший Аарон с сумкой Дея на плече. — Как все прошло? — спросил он с ходу. — Мы пообедали. — И? — Эндрю не против помощи, Аарон. Это все, что я могу тебе сказать. — Он так и сказал? — Я не стану пересказывать разговор. Это личное. Аарон злобно зыркнул на него и отвернулся к окну. Кевин улыбнулся Нилу через зеркало заднего вида. «Приятно ощущать поддержку» — подумалось Нилу, — «Эндрю тоже это необходимо». Тренировка проходила как обычно. Весь старый состав лисов вернулся в башню, но парочка новичков задерживались. Оставалось чуть меньше двух недель до начала учебного года. ни вернулись через несколько часов, потные и уставшие. Кевин гонял оба состава в несколько раз усердней. Скоро начало сезона. Кевин пропустил Джостена в душ. Он удивился, но не стал отказываться. Выходя из ванной и вытирая на ходу волосы, Нил увидел, как сладкая парочка заходит в душ. Он лишь хмыкнул. Эндрю сидел в гостиной на подоконнике и курил. Закатное солнце бликами играло на светлых волосах. Если бы не темная одежда и измученное лицо, Нил мог бы назвать его ангельски красивым. Он присел рядом с Миньярдом. Тот мельком взглянул на него и передал сигареты. Они помолчали. Миньярд смотрел в окно. — У меня появилась идея. -М? Нил не знал, с чего начать. — Чтобы вернуть тебя к жизни, нужно помочь тебе отпустить Ники. — А ты догадливый, кролик, — в его голосе уже не слышалось той теплоты и расслабленности. — Что предлагаешь? — Что-то вроде… ритуала? Не знаю, как это правильно назвать. Мы поедем и наконец развеем прах Ники. Он заслужил похороны. Да или нет? Эндрю наконец отвернулся от окна и перевел на Джостена взгляд. Они смотрели друг другу в глаза достаточно долго, чтобы Нил почувствовал, как в его животе затрепетали бабочки. «Не время» — одернул он себя. — Да. Где? — В каком-нибудь особенной месте. Особенной для него. Есть что-то на примете? — У Ники не было «своего» места. Если ему нужно было погрустить, он просто сматывался куда-нибудь или искал очередного парня для перепихона. — Может, у тебя есть особенное место? — Мое место не подойдет. Это проводы Ники. Эндрю поставил его в тупик. Нил напряженно обдумывал варианты. Крыша кампуса? Райские сумерки? Этот дом? Германия? Эндрю прервал его размышления — У Ники не было особенного места, но он думал об этом. Его последним приключением в штатах должна была стать телебашня Б-67. Он хотел забраться туда, а затем окончательно переехать в Германию. — Эндрю замолчал, но вдруг добавил, — Если бы не последний экзамен, он бы вообще не полез на ту гору и уехал бы еще в начале каникул. Он явно сдерживал эмоции. Поза была закрытой, он не смотрел на Нила. Эндрю хотел уйти, отстраниться ото всех. Нил решил, что нужно заканчивать этот разговор. — Мы поднимемся на вышку и развеем оттуда прах Ники, Эндрю. Да или нет? Эндрю вдруг встал и пошел к двери. Нил расстроенно опустил голову. Чтож, он попытается позже. -Да, — ответил Миньярд. Его голос странно дрогнул.