Будни патологоанатома

Орочимару вышел из душа, на ходу вытирая волосы. Мику сидела за столом, медитируя на кружку с кофе. Черный шелк халата сполз с ее плеча, открывая цепочку фиолетовых следов, оставленных Орочимару вчера вечером. Волосы были перекинуты через другое плечо. Казалось, что Мику досыпает на ходу. Мужчина подошел к ней и поцеловал в макушку. Мику одобрительно мурлыкнула в ответ. Его кружка тоже стояла на столе, источая аромат горького кофе. Рядом с ней на красивом блюдце были два сэндвича с сыром, зеленью и морепродуктами. Они молча позавтракали, изредка ловя на себе взгляды другого. Орочимару остался убирать посуду, а Мику отправилась в душ. Они снова встретились в гостиной. Орочимару, включив аудиосистему, читал протокол симпозиума, на котором не смог присутствовать из-за срочного вскрытия. Мику забралась на диван с какими-то документами и сложила ноги на бедра патологоанатома. Погрузившись в свои дела, они просидели до полудня. — Пора, — глянув на часы, сообщила Мику. Сложила документы в папку и убрала на журнальный столик. Орочимару последовал за ней. В большом отделении шкафа в защитных полиэтиленовых мешках висело два комплекта одежды. Орочимару снял первый и протянул Мику. Она с благодарностью его приняла. В пакете было длинное платье темно-фиолетового цвета. Полностью закрытый верх и умопомрачительный, почти доходящий до линии белья, разрез на нижней части. Во втором пакете был костюм-двойка черного цвета. Приталенный пиджак, узкие брюки и белая рубашка. В отдельной коробочке хранился фиолетовый, в тон с платьем Мику, галстук. Они медленно облачились в праздничные наряды. Орочимару, повязывая галстук, задавался вопросом, что делать с волосами. Обратился к Мику. Она стояла рядом с ним и застегивала длинную сережку с аметистами. — Собрать в низкий хвост, — улыбнулась она. Патологоанатом одобрительно кивнул. И, когда Мику нанесла макияж, он вызвал такси. *** В зале уже собралась бóльшая часть гостей. Орочимару заметил Ино и Сая, Тен-Тен и Неджи, которые что-то обсуждали у столика с закусками. Асума и Шикамару о чем-то оживленно разговаривали немного в стороне. Сакура и Итачи занимали отдаленный диванчик, соприкасаясь плечами. Итачи улыбался, глядя на Харуно с такой нежностью, что Орочимару глазам своим не поверил и поспешил отвести взгляд. В зале был почти весь больничный персонал. Не хватало только главврача и гинеколога, ради которых все здесь и собрались. Достав из внутреннего кармана подарочный конверт с печатью, Орочимару передал его Шизунэ и сделал комплимент ее наряду. Помощница главврача тепло улыбнулась и объяснила, где их с Мику места. *** Все случилось так быстро, что Орочимару с трудом мог восстановить ход событий. Вот они с Мику обсуждают украшения зала, находя их очень подходящими для торжества, а в следующее мгновение раздается оглушительный хохот Джирайи и крепкая ругань Цунадэ, от которой юные врачи вжали головы в плечи. Молодожены ворвались в зал, как тайфун. Цунадэ в жемчужном белом комбинезоне, а за ней Джирайя в темно-сером костюме-тройке с красной гвоздикой в петлице. Что именно произошло, Орочимару так и не понял, но в следующее мгновение в зал ворвался отряд быстрого реагирования в полной экипировке. — Простите за ожидание! — громко и угрожающе, как умела только она, произнесла Цунадэ. — Подождите еще немного. — Мы скоро вернемся, — добавил Джирайя, которого трое крепких ребят в черном выталкивали к выходу. Орочимару удивленно повел бровью и встал. Мику последовала за ним. — Что произошло? — холодно и угрожающе спросил он, оказавшись в фойе. — Дело государственной безопасности, — отпечатал один из военных, даже не удостоив Орочимару взглядом. — В чем вы их обвиняете? — Орочимару еще никогда не слышал в голосе Мику такую сталь. Глянув на свою девушку он сухо сглотнул. — Вы их адвокат? — Я их поверенный, — не дрогнув, соврала Мику. — Они обвиняются в похищении и удержании адмирала морского флота, — ответил все тот же военный. Джирайя разразился еще более громким смехом, пока Цунадэ надувалась от гнева. Орочимару уже видел такое. Однажды. Осторожно взяв Мику за локоть, он отвел ее себе за спину. — ПОЛОУМНЫЕ ИДИОТЫ! — взорвалась главврач, отпихнув от себя одного из военных. Он упал на пол. К ней тут же подскочил другой, но и его ждала та же участь. — ВЫ ВСЕ ПОЛОУМНЫЕ ИДИОТЫ! Стремительно, как землетрясение, Цунадэ подошла к тому, кто раздавал приказы. Схватила его за наплечный ремень и, дернув на себя, потащила на выход. — ХОЧЕШЬ СВОЕГО УЗУМАКИ? — грохотала она, пнув двери. Стекло пошло трещинами и осыпалось. — БУДЕТ ТЕБЕ УЗУМАКИ! — Цунадэ-сама, — Итачи Учиха появился из ниоткуда. — Позвольте мне с этим разобраться. — У ТЕБЯ УЖЕ БЫЛ ШАНС С ЭТИМ РАЗОБРАТЬСЯ! Втолкав военного в огромную черную машину, на которой они приехали, Цунадэ забралась следом. — ЗАВОДИ МОТОР! ЗАВОДИ МОТОР, ТВАРЬ ДРОЖАЩАЯ! Было что-то еще про сорванную свадьбу, малолетних идиотов, не умеющих пить и драться насмерть, но взревел мотор и многотонная машина, наполненная яростью Цунадэ Сэнджу, сорвалась с места. Орочимару почувствовал, как крепко Мику держит его руку. Слышал, как задыхается от смеха Джирайя, скрученный наручниками. Видел, как Итачи прошел на парковку, сел в черную спортивную машину и поехал вслед за Цунадэ и командиром военных. Орочимару подошел к Джирайе и, встав перед диваном, чтобы видеть лицо друга, повторил свой первый вопрос. — Мы вчера сняли зал в гостинице, отмечали возвращение Наруто из командировки и нашу свадьбу, а потом появился твой бывший ученик и все завертелось. Кончилось дракой со спецэффектами. — И? — Они сняли номер в той же гостинице, — похабно улыбнулся Джирайя. — А его телефон остался у нас. Как оказалось, на телефоне стоит навороченная система идентификации и оповещения. Джирайя взглядом указал на карман своего пиджака. — То есть… Узумаки и… Мой бывший ученик сейчас спят в одной постели избитые и удовлетворенные друг другом, пока отряд быстрого реагирования и твоя жена разносят ресторан, в котором должна пройти ваша свадьба? — Надеюсь, что они удовлетворили друг друга, — усмехнулся Джирайя. — Потому что через минут пять Цунадэ сделает из них калек. — Как физически, так и морально, — поддержал его Орочимару. Рядом с ними появилась Мику. Протянула Орочимару бокал белого вина. Ее бокал был уже наполовину пуст. Из дверей зала за ними наблюдали не очень удивленные гости. Перед рестораном собрались зеваки. — Можно мне тоже глоточек? — глянув на Мику щенячьими глазами, вопросил гинеколог. Мику поднесла свой бокал к его губам. Джирайя жадно допил вино. — Думаю, мы можем быстро их всех «убрать», — размышлял Орочимару, оглядывая ребят в черном, рассосредоточившихся по периметру. — По старой памяти. — Нет, — покачал головой Джирайя. — Здесь камеры. Да и Цунадэ потом нам взбучку устроит. Просто подождем. — Чего? Приглашения в суд, где ее будут обвинять в массовом причинении тяжкого физического вреда? — Нет, — отмахнулся Эросэннин. — Сарутоби. При упоминании бывшего наставника настроение Орочимару опустилось на несколько позиции. Он покачал вино в бокале и залпом выпил. Скривился, а когда открыл глаза, то увидел, как Сарутоби, скептично открывая разбитую дверь, входит в помещение в сопровождении Хатаке. — Что вы здесь устроили? — скрипучим голосом спросил он, оглядываясь. На полу лежали осколки стекла, мебель смещена. Одна из кадок с роскошной растительностью перевернута и оросила комьями земли пространство перед стойкой хостеса. На диване сидел скованный наручниками Джирайя. Рядом с ним четыре крепких парня из отдела быстрого реагирования, которые при виде главнокомандующего удивленно выпрямились по стойке, и Орочимару. — Мальчики, — он пересчитал взглядом экипированных военных. — Мне жаль, но произошло недоразумение. Снимите наручники с достопочтенного врача и все свободны. Военные недоверчиво переглянулись, но приказ исполнили. — У кого-нибудь есть с собой таблетки от головной боли? — потирая глаза, спросил Сарутоби. Вместо ответа Шизунэ протянула ему бутылку сакэ. Он шумно выдохнул и долго пил с горла. Затем вернул бутылку помощнице главврача и потер ладони. — Ну, что, встряхнулись? Теперь можно и отметить прекрасное событие, до которого я думал, что уже не доживу. — Я тоже так думал, — прошелестел Орочимару, направляясь вслед за гостями обратно в зал. Отмечать свадьбу без невесты, тем более с опасением, что невеста в этот самый момент расправляется с высокопоставленным военным и разыскиваемым преступником (пусть и под прикрытием) было странно, но возможно. Медленно, но верно компания доходила до кондиции, когда содержание алкоголя в крови в среднем по залу приближалось к двум промиллям. Трезвыми оставались только Хатаке и Неджи. В чем смысл оставаться трезвым на таком мероприятии, с такой предысторией Орочимару не совсем понимал. Лично он собирался забыть о двух Учихах, Узумаки, Хатаке, Сарутоби, отряде быстрого реагирования и годах нервотрепки, которые ему устроили его близкие друзья, не в состоянии признать друг в друге любовь всей жизни. Танцы начались как раз вовремя, пока собравшиеся были еще в состоянии стоять на ногах. Первым на площадку вышел Сарутоби и показал такой дерзкий фанк, что Орочимару ненароком подумал, что перестарался и допился до галлюцинаций. На следующей композиции, Мику потянула его танцевать. Он не сопротивлялся. Ему нравилось, когда она тянула его за руку, глядя прямо в глаза. Было в этом что-то гипнотизирующее. После танцев, устав от пиджака, Орочимару повесил его на спинку своего стула. Мику сообщила, что ей нужно в туалет и оставила его. Оглядевшись, патологоанатом нашел взглядом Сарутоби. Он спал на диванчике, подтянув к себе ноги. В кресле рядом с ним вытянулся Хатаке с книжкой Джирайи в руках. Неджи вяло отбивался от приставаний жены. Сакура и Ино танцевали так, будто им снова девятнадцать. Сай стоял немного в стороне с двумя стаканами воды и, кажется, наслаждался зрелищем. Асума и Шикамару вышли покурить, а Шизунэ добралась до сладкого стола и с наслаждением смаковала сливочное пирожное. Джирайя сидел за главным столом и, подперев щеку кулаком, смотрел на телефон. — Есть новости? — спросил Орочимару, подойдя к другу. — Да, — ответил он. — Она точно жива, с ней Итачи. — А остальные? — Неизвестно. Орочимару опустился рядом с Джирайей на стул и, закатав рукава, наполнил две чаши сакэ. Они с Джирайей отсалютовали ими и молча опрокинули содержимое внутрь. *** Цунадэ любила большие машины. Паджэро Джирайи отвечало всем ее требованиям, а вот маленькие и плоские казались ей непрактичными. На деле они оказались очень быстрыми и, выходя из такой машины перед рестораном, она одобрительно хмыкнула. — Сексом в ней, конечно, не займешься, но резвая, — резюмировала она. Итачи шумно выдохнул, ставя машину на сигнализацию. — Вы точно не хотите переодеться? — спросил он, взглядом обведя ее верхнюю часть тела. — Нет, я итак пропустила большую часть своей свадьбы из-за двух малолетних идиотов. Да, ее прическа сбилась и топорщилась, а на груди были брызги крови — у младшего Учихи открылась рана на губе после ее побудки. А пятно машинного масла на бедре вообще было неизвестного происхождения. Цокая каблуками, она добралась до входа в ресторан, где парочка крепких ребят меняла разбитую ею входную группу на новую. Один из них открыл перед ней и Итачи дверь. — К тому же никого из гостей не удивить пятнами крови, — добавила она, пересекая фойе твердой походкой. — Сплошные медики и агенты нацбезопасности. Внутри было светло и шумно. Кто-то танцевал, кто-то сидел за столиками и чокался с соседями бокалами. Сарутоби спал, а за главным столом, на ее месте сидел Орочимару в расслабленном галстуке и, подавшись вперед, о чем-то шептался с Джирайей. Они почти соприкасались лбами и казалось, вот-вот поцелуются. Цунадэ, глядя на это зрелище, пошатнулась. Итачи вовремя подставил ей свой локоть. Втянув в себя весь воздух, в радиусе полуметра, главврач яростно направилась к своему законному месту. Дернула Джирайю за воротник пиджака, заставив его задохнуться. — Кыш! — рявкнула она, глянув сверху вниз на Орочимару. — Это теперь только мой мужчина! По губам патологоанатома растянулась зловещая улыбка, от которой по спине главврача пробежал неприятный озноб. — Наконец-то это произошло, — прошуршал он, вставая. — Теперь вы официально сможете ходить к семейному психологу и не трепать мне нервы. — Размечтался! — Мне нечем дышать, — прохрипел Джирайя, указывая на вжатый в горло воротник.