Ты – моя причина сражаться.

      Холодная вода тонкими струями стекала с головы на шею и на спину, единственный душ, который Натаниэль может себе позволить. Закрыв кран с водой, парень поднял голову и глянул в зеркало, он выглядел привычно уставшим и помятым после тренировки. Рана на спине понемногу заживала, но падать на поясницу было всё так же невероятно больно. Сбоку послышались шаги и из-за угла выглянул Жан, жестом подзывая покинуть уборную. Веснински кивнул и уже спустя минуту стоял на входе в раздевалку где собрались все вороны, включая тренера. — Прошу минуту внимания. Хочу напомнить вам о важном событии, — Тэцудзи смотрел на свод документов, что держал в руках, — нас пригласили на ежегодный осенний банкет, что вполне очевидно. Поэтому вам стоит подготовится, он совсем скоро. Моро вздохнул и бросил взгляд сначала на Рико, а после на Натаниэля. Для них троих это не новость, Морияма младший ещё около нескольких месяцев назад оповестил, что их команда сменила округ, дабы иметь возможность сыграть с лисами. Ему хотелось утереть нос Кевину, доказать, что он никто без Рико и никогда больше не сможет профессионально играть. Веснински смотрел на эту ситуацию с максимальным безразличием, он знал, что Дэю больше не грозит опасность, и это единственное, что его волновало. — Так же следующий наш матч будет проводиться с... Натаниэль перестал слушать, с кем он будет играть его совершенно не волновало, так или иначе, мало кто сможет противостоять ему. Мало кто, в принципе, может противостоять воронам, поэтому не имеет значения, в каком округе они играют.

***

      Учёба идёт своим ходом, подготовка лисов к игре с Шакалами проходит в ещё более ускоренном темпе. В команде раскол, монстры так же как и старшекурсники даже не пытаются найти общий язык друг с другом, но ещё никто из них не подозревает, чем это всё им может обернуться. Компания Эндрю как раз возвращается с Колумбии обратно в Пальметто, машина остановилась на светофоре. Уставшие глаза от скуки смотрят по сторонам, бегают по таким же машинам и каким-то заведениям. В окне одного из таких, карие глаза находят до боли знакомый силуэт. Миньярд щурится и всматривается, ведь ему виден лишь затылок медных волос. Следом по парковке, среди машин, очи находят мотоцикл Натаниэля. Взгляд вернулся за тот же столик, где так же сидела женщина, кажется, те даже держатся за руки. — Эндрю? В голове мелькает сотня мыслей, но ни капли удивления. Миньярд привык к тому, что его зовут на свидания из-за красивой внешности, наплевав на сложный характер, ведь потерпеть одну ночь не составляет проблем. — Эндрю. Что это за здание? Ресторан? Кофейня. Какой дурак поведёт девушку в обычную кофейню, или может Натаниэль один из тех романтиков, что плетут нить из лжи ради одной несчастной ночи. — Эндрю, чёрт! Миньярд вздрагивает от крика и сигнала машин, совершенно не понимая, что происходит. На светофоре мигает жёлтый и Эндрю трогается с места и неожиданно для самого себя сворачивает на парковку около той кофейни. — Может объяснишь, на что ты так увлечённо смотрел!? — Кевин эмоционально размахивает руками и получает локтёт в бок от Аарона. — Ты мне чуть по лицу не врезал, угомонись! — Неженка! — Я хочу выпечки и чего-то сладкого. У кого-то будут особые пожелания? — Эндрю открыл дверь машины и взглянул на каждого поочерёдно. — Возьмёшь мне латте и какую-нибудь булочку на свой вкус, — Ники радостно улыбнулся, стараясь не выдавать своего волнения. — Американо без сахара. Никакого мучного. Кевин скрестил руки на животе, слегка хмурясь, они вполне могли попасть в аварию, если бы Эндрю вовремя не очнулся. Аарон в свою очередь промямлил краткое «эспрессо» и уставился в окно. Дверь машины закрылась и Миньярд спокойным шагом направился внутрь. Однако, когда вошёл внутрь, Натаниэль словно испарился, в отличии от женщины, всё так же сидевшей на своем месте. Она была низкого роста, с русыми волосами и на вид ей было около сорока лет. «На стареньких тянет что ли?» — отмахнувшись от собственных мыслей, Эндрю принялся делать заказ. Ему сказали номер и отправили в зал, чтобы он мог его дождаться. В горле стоял ком, теперь Миньярд ощущал себя сумасшедшим, а вдруг его там и вовсе не было? Вдруг это была просто иллюзия и та женщина сидит там одна, или же у неё просто рыжий спутник. К тому же единственным, не самым лучшим доказательством был мотоцикл. «Какой же я идиот...» Тяжело вздохнув, парень отправился в уборную. Лучшее, что он может сейчас сделать, умыться холодной водой и выпить таблетку, пора бы запомнить, что с каждым днём большая часть того, что он видит, может быть ненастоящим. Найдя взглядом знак «WC», Эндрю поднялся из-за стола и направился туда, по пути ища в карманах пузырёк с таблетками, взгляд был прикован к полу, но зайдя внутрь и наконец нащупав лекарства, Миньярд поднял глаза, чтобы осмотреть помещение. Вместо этого на него с удивлением уставились два ярких океана. — Назревает вопрос, кто кого ещё преследует? — Натаниэль самодовольно улыбнулся, опираясь рукой на раковину. — Я не преследую тебя, а всего-то заехал в кофейню, — Эндрю закатил глаза и подошёл к соседней раковине, тут же включая воду. — М-м, вот оно что. И как же называется эта кофейня? Миньярд покосил взгляд на Веснински, полностью выдавая себя. Как он мог допустить себе такую неосторожность? И было ли вообще название у этого места. — Что уж говорить о том, что ты пялился на меня несколько минут, мне даже показалось, что ты собираешься просверлить во мне дыру, — Натаниэль прыснул со смеху, — моя мама сказала, что из тебя вышел бы плохой шпион. — Мама? — Эндрю подавился воздухом. Выходит та женщина не спутница... А мать. Это всё объясняет, кроме абсолютной несхожести во внешности. — А ты думал это моя девушка? Нет уж, спасибо, я предпочитаю помоложе, — Веснински отрицательно помахал головой, с его лица не сходила улыбка, словно ему приносил удовольствие этот нелепый разговор. — Нет, но вы совершенно непохожи. Эндрю умылся и высыпал на ладонь две таблетки, всё это казалось таким абсурдом, да и почему они решили встретиться именно в Колумбии? Вороны обитают в западной Вирджинии, а оттуда сюда семь часов езды. Какое-то не выгодное вложение в бензин. — Ты явно не рассматривал её вблизи, но тебя можно понять. Внешностью я по большей части пошёл в отца. Миньярд проглотил таблетки и попытался запить водой, но обдумывая слова парня, в голове всплыл рассказ Кевина о Натаниэле, и о том, что его отец всемирно известный Мясник. Лекарства встали комом в горле, от чего парень моментально закашлялся. — Ох, чёрт, — Веснински собирался помочь, постучав по спине, но осёкся, замечая, что Эндрю вытянул руку вперёд. — Ладно, не трогаю. Руки опустились в карманы, а сам Натаниэль остался на месте в ожидании, когда блондину станет лучше. Потребовалось несколько минут и Миньярд наконец спокойно выдохнул. — Какого хера ты всё ещё тут стоишь? — слегка хрипловатым голосом спросил Эндрю, понимая, что вся эта ситуация изрядно выводит его из себя. Натаниэль хотел что-то ответить, открыл рот, но сразу закрыл его обратно, после чего молча кивнул и покинул уборную. Эндрю воспринял этот молчаливый ответ как любовь к действиям, а не пустословию, а Веснински выйдя прислонился лбом к холодной стене. Хриплый голос парня он запомнит ещё надолго... Проходя мимо стойки, Натаниэль на секунду задержался, в его голове всплыла до ужаса глупая идея. И он решил её воплотить в жизнь. Подойдя к бариста, парень поманил её пальцем: — Извините, могу ли я вас попросить кое о чём? — на его лице сияла лучезарная улыбка, а слегка сощуренные глаза создавали четкие очертания хитрого лиса. — Ох?... Конечно, о чём? – Щёки девушки покрылись румянцем. Конечно, она узнала этого парня, знаменитость в лице Натаниэля, что играет в первом дивизионе в команде университета Эдгара Аллана. — У вас есть лист и ручка?

***

— Прости, что задержался, вижу, наш заказ уже принесли, — Веснински сел за свое место и взглянул на Мэри, — ты как? — Ты ведь разговаривал с тем парнем? Он выглядел растерянным, когда зашёл и не увидел тебя. Мэри была терпеливой и внимательной, обращала внимание на все мелочи и является сообразительной, умной женщиной. Натаниэль заполучил от неё разве что сообразительность и внимательность, да и те его вечно подводят. — Никогда не перестану удивляться, но да, ты права, — узловатые пальцы парня вновь легли на материнскую руку, — как твоё здоровье? — Всё хорошо, я принимаю лекарства, тебе стоит вообще не об этом переживать, — Хэтфорд не теряла лицо на публике, она не знаменита, но богата, и действительно высокопоставленные люди знают её. — Я сам решу о чём мне стоит переживать, — в голосе прозвучал отцовский металл, — и я переживаю о самом родном для меня человеке. Веснински пожал плечами и убрал руки. Мэри можно понять, несмотря на то, что они выбрали неприметную кафешку, что поникла на фоне дорогих ресторанов, мимо может проехать кто угодно. К тому же здесь много людей, и большинство из них давно узнали его, некоторые девушки хихикали и даже снимали его без разрешения на телефон. Было тяжело такое не заметить, но и говорить им он ничего не собирался, какие-то фанатики, что бояться даже подойти к нему, ничем ему не угрожают. — Как там Жан? — Прервала тишину Мэри. — Ты сам как? На тебе живого места нет. — Я в порядке, ма, Жан тоже. Ты же знаешь, в воронах прекрасные условия... — сказать в людном месте, что это не так, было нельзя, но только вслух. Парень покачал головой краткое «нет», и Хэтфорд было этого достаточно. — Иногда я жалею, что не решилась. Натаниэль склонил голову набок, не понимая о чём она. — Мне стоило огородить тебя от этого всего, — её голос звучал настолько тихо, что даже Веснински почти не слышал её. В конце одними лишь губами она прошептала «прости». Парень сжал до боли челюсть, он не хотел слышать эти извинения, не хотел знать, что его мать винит себя в происходящем, ведь он сам в этом виноват. Виноват, что никак не прогнётся, вечно показывая свой характер, виноват, что не может запихнуть свою гордость куда подальше. От того и синяки, от того ссадины и царапины. Во всём виновато желание быть свободным. — Сменим тему, я думаю это лучшее, что мы можем сделать, вместо того, чтобы жалеть о не сделанном и не сказанном. Мэри кивнула и слово за словом тема разговора ушла далеко от семейных дел. Натаниэль старался улыбаться и делать вид, что его настроение ничуть не пошатнулось, но спустя около десяти минут, взглянул на время: — Вот чёрт, не рассчитал время, мне пора. Я уже опаздываю на вечернюю тренировку, — оставив хорошие чаевые, парень обнял мать на прощание и почти бегом покинул помещение. Ехать в гнездо ему так же не хотелось, но нужно, выбора у него нет. Выхватив из кармана пачку сигарет, Натаниэль подошёл к своему мотоциклу и опёрся на него. Дым от сигареты взмыл к небу, а взгляд к знакомой машине. «Он ещё не уехал?» «А он вообще из туалета выходил?» Сердце ухнуло в пятки, с момента, как он покинул уборную, прошло не менее двадцати минут, что можно там так долго делать? В памяти всплыл пузырёк таблеток, и ноги подкосились. Неужели?... Ноги машинально начали делать шаг, но на парковке засветилась знакомая блондинистая макушка. С плеч упал невидимый груз, оставалось надеятся, что он остался незамеченным. Отвернувшись к машине спиной, Натаниэль продолжил поглощать ядовитый дым, что давал мнимое ощущение спокойствия. — Одолжи зажигалку, — сзади послышался голос. Веснински молча достал небольшую зажигалку, протягивая её, но у подошедшего были другие планы. За волосы больно ухватили, заставляя повернуться лицом к собеседнику. Натаниэль узнал по голосу Эндрю, но совсем не ожидал, что тот имеет в виду такую зажигалку. Их лица оказались предательски близко друг к другу, пока Миньярд зажигал свою сигарету приставив её к чужой. Веснински так и не прикоснулся к нему, ощущая, что вызовет отрицательную реакцию, и собственное тело казалось грязным. После сотни, а то и тысяч прикосновений Рико, ударов Тэцудзи, шрамов от отца, единственное, что хотелось Натаниэлю – сжечь собственное тело в пепел. — Спасибо. Издевательская улыбка Эндрю, заставила прийти в себя. — Можно было и нежнее, — парень потёр затылок и отпрянул, — грубиян. — Не будь неженкой, птенец. — Я вам не мешаю? — подошедший Кевин казался довольно-таки злым. — Мешаешь, уйди, — Эндрю тяжело вздохнул и обернулся к Дэю, вопросительно смотря на него. — Что? Мы тебя почти час ждём, это раз, а два, какого чёрта тут происходит!? — Кевин буквально указал на двух парней, будто они не просто стояли курили, а совершали преступление. — А что по твоему мы делаем? Мы стоим курим, гений мысли, — с лица начала сходить улыбка, только истерики королевы драмы им не хватало. — А тебя не смущает, с кем ты это делаешь? — Я тебя смущаю? — Натаниэль задавал вопрос Дэю, смотря прямо в его глаза. — Да! — парень запнулся, а потом продолжил, — то есть нет, но почему ты один? И почему ты разговариваешь с ним? Ты помнишь, что тебе... — Кевин, — Эндрю предупредительно позвал его, пока тот не наговорил глупостей. — Тебя это уже не касается, живёшь припевая, ну так и живи, ко мне чего лезешь? — Веснински хмыкнул, понимая, что эта припевающая жизнь досталась Дэю благодаря ему, а теперь он устраивает разборки прямо посреди парковки. — Касается! Рико буквально преследует меня, сменил округ и делает всё, чтобы не дать мне спокойной жизни, ещё и ты на хвост наступаешь. Миньярд ощущал себя, словно между двух огней, на фронте неизвестной никому войны. И слова Кевина его раздражали, бесило его поведение в данную секунду. Хотелось врезать, но здесь повсюду камеры и лучше сделать это в Лисьей башне. — Не сдался ты ему, он лишь пугает тебя, а ты болван ведёшься. Если бы не я, хрен бы ты сейчас свободно разгуливал по городу, а тем более хренас-два кричал бы посреди парковки. Натаниэль скомкал сигарету и выбросил в урну, его голос резал по ушам, а в каждом движении читалась злоба и ярость. Если бы не слишком большое количество глаз, Кевин ходил бы уже с двумя сломанными руками. — Что ты имеешь в виду, «если бы не ты»? — Дэй вздрогнул, не веря собственным ушам. — Нат? — Око за око, — Веснински сел на мотоцикл и взял шлем, кажется, что-то внутри сжалось. Он не жалел о своём поступке, но возможно, цена была слишком большой?... — Только не говори, что ты... Нет. Нет, я не верю, — Кевин подошёл ближе, протянул руку, но Эндрю, всё ещё стоящий рядом, схватил её раньше, — Натаниэль, скажи, что я ошибаюсь. — Кевин. Не трогай. Веснински взглянул на него, без привычной улыбки, она сошла с его лица ещё несколько минут назад. В глазах погас свет, океаны застыли становясь ледниками и Тихий океан сменился на Антарктиду. В них можно было прочитать всё, злость, ненависть, отвращение, но единственное, чего боялся Кевин – подтверждения его догадкам. — Ты отдал свою свободу за мою? Взгляд Эндрю метался с Дэя на Натаниэля, в моменте ему самому захотелось услышать отрицание. Отдать свою свободу, чтобы кому-то можно было проснутся без страха, быть готовым на всё, лишь бы защитить близких, без сожаления и обвинений. Ему это знакомо, но он не ожидал, что Натаниэль способен на тоже самое, ведь кажется совершенно трусливым птенцом. — Пф, нужен ты мне, калека. Веснински надел шлем и завёл мотоцикл, внутри давно всё рухнуло, но сейчас это ощущалось иначе. Казалось, мир перевернулся с ног на голову, встряхивая обломки и возвращая воспоминания о том, что давно забыто. Это не было больно, но вязкое чувство отвращения текло по венам вместе с из неоткуда взявшимся жаром. Выехав из парковки, единственное, что хотелось Натаниэлю – набрать двести километров в час и разбиться насмерть. — В машину. Сейчас же. Кевин опустил голову, мысли ударялись о стенки черепа и складывали пазл. Ники и Аарон вопросительно смотрели на вернувшихся парней, один выглядел, словно у него умерла вся родня и он остался последним человеком на планете, а второй злой, как чёрт. Оба не решились пока задавать вопросы, всё это может подождать до Лисьей башни. В общежитии стало только хуже, Кевин сидел в кресле, поджав колени к груди, пока Эндрю сидел на подоконнике, выкуривая сигарету за сигаретой. Ники растерянно смотрел на них, абсолютно не понимая, в какой момент правильно будет задать интересующий их вопрос. Аарон подал голос первым: — Может, вы нам наконец объясните, что произошло? — его голос прозвучал слегка хрипло из-за долгого молчания. Эндрю скосил на брата взгляд, казалось готовый убить его за то, что он нарушил тишину. Но вместо этого затушил сигарету и спрыгнул на пол, двумя шагами оказываясь рядом с Кевином. Схватив того за плечи, блондин затряс его, заставляя обратить внимание. Было очевидным две вещи: первая, Дэй всё это время был в прострации, вторая, его нужно заставить всё рассказать. — Рассказывай всё о жизни в воронах и не смей больше утаивать важных деталей. Кевин посмотрел на Миньярда до ужаса затравленным взглядом, казалось даже слегка безумным. — Ты хочешь узнать о жизни в воронах, или о жизни Натаниэля? — голос дрожал, вероятно, от всепоглощающего его страха. — Рассказывай. Все трое уставились на Дэя, будто он собирался рассказать о чём-то, что перевернёт их мир с ног на голову. Так и случилось...

***

В раздевалку вошла женщина, вслед за которой, словно хвостиком, прошёл юноша. Кевин радостно улыбнулся, ведь знал, что это Натаниэль, его новый друг. Парни знакомы всего ничего и виделись лишь пару раз, но понимали друг друга с полуслова. Дэю было приятно думать, что он будет не один терпеть Рико и тренера. — Здравствуй, Мэри, проходите, — Тэцудзи указал рукой на проход в раздевалку, а сам предпочёл удалиться на корт. Хэтфорд пропустила Натаниэля вперёд и взяв его крепко за руку, присела перед ним. В её глазах читался страх и сильное желание сбежать. — Дорогой, ты уверен, что хочешь этого? — её голос был твёрдым, она не спеша ждала ответа, всё крепче сжимая руку сына. — Да, мам. Кажется, в этот момент в сердце матери что-то оборвалось. Она знала, насколько её сын вспыльчив, насколько не терпелив и не любит подчиняться. Он находил в себе смелость перечить даже отцу, что уж там какому-то тренеру. — Хорошо. Она поцеловала его в лоб, поставила сумку и поднялась. Натаниэль привычно улыбнулся, совсем не осознавая того, куда вляпался. Он ещё ребёнок, всего лишь ребёнок... Сердце Хэтфорд пропустило удар, но сжав до боли челюсть, она развернулась и покинула раздевалку. Сердце и мозг твердили: «Вернись, забери его, сбеги с ним, не оставляй его там, он ещё ребёнок, он не понимает» Но ноги не останавливались, пока она не дошла до машины. Её щёки были мокрыми, а сердце навсегда изранено собственной слабостью. Натаниэль быстро переоделся и, чувствуя себя самым счастливым ребёнком на свете, вышел на корт рука об руку с Кевином и Рико. Тренировка проходила как всегда, их обучали стандартным упражнениям. Не без падений и парочки новых синяков, но время вышло и все изрядно уставшие наконец услышали свист. — Натаниэль, подойди. Юноша посмотрел на тренера и послушно подошёл к нему на середину корта. Мужчина стоял с тростью, опираясь на неё, его фигура выглядела статно и устрашающе, будучи в два, а то и в три раза больше мальчишки. — На колени, — Веснински знал этот тон, приказной, как когда отец хотел заполучить то, что ему не принадлежало. — Зачем? — На колени я сказал. — Нет. Кевин сжал клюшку, от страха его руки начали дрожать, а ноги подкашиваться. Хотелось крикнуть, чтобы тот не перечил и сделал то, о чем его просят. Но рядом стоял Рико и, кажется, наслаждался происходящим, в его глазах горел огонь, желание. — Это приказ и ты обязан слушать меня! — Тэцудзи замахнулся и ударил юношу тростью по ноге. Это заставило его упасть на одно колено и вскрикнуть от боли, но не подчиниться... — Нет! Не заставите! — Натаниэль сквозь боль и слегка слезящиеся глаза вновь поднялся на ноги и твёрдо стоял на своём. Кевин зажмурился, но к его ушам доходили звуки, удары, многочисленные удары и по началу были даже слышны крики. В какой-то момент Дэю показалось, будто он услышал хруст, но это не заставило решится открыть глаза и сказать хоть слово. Всё тело дрожало и не слушалось, мозг говорил, что нужно открыть глаза и помочь, а сердце отбивало бешеный ритм и грозилось сломать рёбра. — Хозяин, хватит! Кевин узнал голос Рико и даже его быстрые шаги. Наконец, глаза открылись, но картина перед ними отпечаталась на всю жизнь... Натаниэль лежал на корте, но его глаза были открыты, от чего казалось, что тот мёртв. Морияма младший стоял перед ним, что-то говоря Тэцудзи, пока сзади юноша с большими усилиями перевернулся на бок и приподнялся в сидячее положение. Его руки, ноги, бока, все были в синяках и ссадинах, где-то даже царапины, из которых сочилась кровь, но это не заставило его подчиниться. Кевин сделал шаг, сквозь шум в ушах и колотящееся сердце в груди, он смог дойти к Натаниэлю и помог ему подняться. — Подчинись, пожалуйста. Иначе тебя просто убьют... — Дэй вздрогнул, замечая в глазах друга то, что ему никогда не светит. Стремление к свободе ценой собственной жизни.

***

— Но он отрёкся от своей свободы ради тебя. Кевин закрыл лицо руками, его плечи задрожали, а из глаз, кажется, пошли слёзы. Он наконец осознал цену того, что в любой момент может выйти на улицу, сходить в магазин, пойти на прогулку в полном одиночестве, и не бояться, что его изобьют за это. Перелом руки ведь тоже был не наказанием, а оплатой, но он даже не думал об этом, всё казалось столь... Очевидным. В воронах только наказывали, а значит и за попытку сбежать наказание должно быть особо серьёзным. Но как оказалось, попытка сбежать была известна для Рико ещё до того, как произошла. — О его жизни после принятия говорить много нет смысла, его характер остался таким же, — Кевин поднял глаза на парней, что сидели с лицами отражающими ужас, — скорее стал хуже. Он всё время перечил, делал по-своему, нарушал правила и каждый раз с улыбкой принимал наказание. В какой-то момент Жан научился почти профессионально зашивать раны, а я перестал пытаться образумить его. — Как так вышло, что его всё настолько не устраивало, но в итоге шанс на побег он отдал тебе? — Эндрю вскочил и ударил кулаком по столу, чем напугал парней, после чего подошёл к окну. — М-м-м, мы стали его семьёй, — Дэй отвернулся, понимая, что сейчас снова не выдержит, — он делал всё ради нас и даже защищал перед Рико и х...тренером. Это объясняло наличие такого большого количества шрамов, и если они были даже на лице в таком количестве, то страшно представить столько их по всему телу. Миньярд щурится, в затылок приливает боль, становится до жути тошно от того, что он услышал. История казалась нереальной, действительно ли такое может происходить в самой известной команде мира? Да ещё и так, чтобы об этом знали только её участники. Что ещё больше казалось иллюзией, почти полная схожесть их характеров. Эндрю внимательно слушал каждое слово и видел в них себя. Желание отвоевать своё тело, заполучить свободу и при этом желание защитить близких людей, даже если ради этого придется чем-то пожертвовать... Сигарета оказалась вновь в губах, хотя вместо неё там должны были быть таблетки. Потянувшись рукой в карман за пузырьком, Миньярд нащупал бумажку, тут же вспоминая о ней. Когда он забрал свой заказ в кафе, миловидная бариста дала ему маленький оторванный лист, приговаривая, что её попросили передать это. Вытащив бумажку парень развернул её, не сразу понимая, что за цифры были написаны. Перечитав несколько раз, Эндрю осознал, что это номер, а уж догадаться чей — труда не составило.