Любимый повод для сплетен

Нет, серьёзно. К чёрту хайлийцев. Этот ублюдок, капитан армии, теперь распоряжается охотничьими угодьями? Это горы твоего народа! Твои сородичи охотились на дичь Эберских гор поколениями прежде, чем хайлийцы хотя бы задумались о возведении табантской крепости; прежде чем они проложили дороги, протянули для себя мосты и потребовали за это вашей сердечной благодарности. Ты пнул ногой очередной сугроб, поднимаясь по склону. Ветра и снегопад мешали тебе взлететь, но ты испытывал какую-то мелочную гордость, когда самостоятельно, без помощи пробивал себе путь. Хайлийские дороги сюда не ведут. Ориентирами выступают тонкие тропы, знакомые лишь твоему роду. Ведь только острые когти рито могут схватить добычу даже в таком глубоком снегу. Поэтому именно рито стали хозяевами этих снежных гор задолго до того, как хайлийцы додумались занести их на свои карты. Ты начал охотиться среди этих заснеженных вершин едва вылупившись из скорлупы, как и твои родители. Именно твой лук кормил деревню свежим мясом в суровые зимы, а не хайлийцы с их торговыми караванами. Ты знал меру в охоте на оленя и кабана, хайлийцы же истребили чуть ли не всю дичь без разбора. К чёрту короля Роама и его чёртову войну. Вот уже десять лет король активно расширяет свою армию: ставит гарнизоны, где вздумается, собирает дань и призывает рито в свою армию во имя борьбы с так называемым Бедствием. Если бы ты своими собственными глазами не наблюдал за раскопками Ва-Медо, ты бы и дальше не воспринимал разговоры о Бедствии всерьёз. Даже ты, склонный сомневаться во всём, понимаешь: с явными фактами спорить бесполезно. Шиика, хайлийцы и рито совместными усилиями выкапывали древнее Божественное Чудище полгода, а Ва-Медо взмыл в небо так, будто ни дня не провёл под землёй. То щемящее чувство, которое ты испытал, когда впервые увидел затмевающую солнце фигуру, запомнится тебе навсегда. Что бы ни ожидало Хайрул, это было ужасно, если для победы над ним требовалась помощь четырех таких гигантов. Ты сплюнул мокроту из клюва. А мороз ударил не по-детски, Дин побери. Усилься сейчас ветер – и на деревьях кора растрескается. И одной Богине известно, что тот же ветер с твоими перьями сделает. Ты подтянул верёвку и оглянулся на добычу. Почти стокилограммовый кабан, убитый одним метким выстрелом в глаз. Зверюга хотела скинуть тебя с обрыва, но ты показал ему, где рито зимуют. Солнце село пару часов назад, а свет луны был скрыт за толстыми снежными тучами. Лес тёмным пятном сливался с лиловым в сумерках заснеженным холмом. За долиной, судя по освещённым лунным светом вершинам гор и россыпью звёзд на небосклоне, метель уже успокоилась. К счастью, ты сориентировался по рисунку роста сосен вдоль тропинки: до охотничьего домика твоей стаи оставалось меньше ста метров. Это была крепкая бревенчатая избушка с каменным очагом и тёплой постелью. Там ты мог бы согреться, освежевать и разделать кабана и переждать вьюгу. Силуэт пристанища очень кстати появился на белом горизонте, твои перья уже едва сосульками не покрылись. Но ты пригляделся к домику и заметил в нём парочку изменений, вроде мягкого тёплого света в окне, дыма, идущего из трубы и двух лошадей, привязанных снаружи. О, нет. Только не это. Ты не карабкался вверх по склону Эбры в метель, чтобы обнаружить, что твою собственность заняли хайлийские захватчики. Эти заносчивые, самодовольные, брюзгливые хайлийцы. Берут всё, что захотят, будто лично Хайлия им эти земли подарила. Ну они сейчас за это получат по стреле в глотку. И поделом! Это твоё пристанище и твоя добыча, и ты сам будешь распоряжаться ими так, как тебе, чёрт подери, хочется! Десятилетия опыта охоты позволили тебе бесшумно приблизиться к хижине. Добытого кабана ты решил оставить за сугробом, и если волки утащат твою добычу, пока ты разбираешься с грабителями, хайлийские «гости» полетят со скалы вниз. Лошади никак не отреагировали на тебя. Возможно, они уже спали, как и их хозяева, хотелось бы верить. Ты, конечно, злой, как чёрт, но иллюзий по поводу своих боевых навыков у тебя не было: как и самих таковых навыков. В отличие от этого вашего, так называемого, Чемпиона народа рито. Ревали, этот мелкий подхалим. Строит из себя покладистую птичку для короля. Гадёныш потерял родителей, когда был еще птенцом, и всё никак это не отпустит. Но сражаться он действительно умеет, и настолько хорошо, что король провозгласил его Чемпионом рито. Ревали всё еще страшно гордится этим. Ты подошёл к окну и заглянул внутрь. Тлеющие в очаге угли озаряли комнату тёплым оранжевым светом. Рито ориентировались в темноте лучше хайлийцев, а потому ты, мимолётно окинув взглядом комнату, определил, что никто в ней не сидел и не стоял. У камина сушились два тёплых тулупа. Преступникам оставалось быть только в кровати. Ты сосредоточил внимание на двуспальной кровати, в которой, временами, вы ночевали с женой. В этот раз из под одеяла выглядывали две чужие головы. Один из нарушителей обхватил другого за пояс, прижав к себе. От такого брови сами собой поползли вверх. Ты ожидал увидеть двух хайлийских мужчин, стоящих у камина или шарящихся в твоём запасе стрел, а не использующих твою хижину как любовное гнёздышко. Кстати, с этого ракурса довольно сложно определить пол незваных гостей. По размеру укрытых одеялом силуэтов можно было предположить, что захватчики — женщины. С другой стороны, ты порой продавал мясо и меха женщинам из пустыни, рост которых больше чем на голову превосходил что горонов, что зора. Не важно, мужчины это или женщины, внутри – захватчики, которым ты, увы, не дашь досмотреть их сладкие сны. Ты подкрался к двери и ещё раз взглянул на лошадей, стоявших в стойле. Одна бурая, с белоснежной гривой и такими же белыми щётками. Вторая – белая, как метель, с гривой песочного цвета. Тогда ты не задержался на мысли о том, что уже где-то видел их. Ты наложил стрелу на рукоять лука и сделал глубокий вдох. Ты ведь охотник, не убийца. Если эти хайлийцы враждебно настроены, ты сможешь за себя постоять. Если злого умысла у них нет, профилактический испуг им всё равно не помешает. Ты распахнул дверь с криком «Что здесь происходит?!» И едва не лишился из-за этого головы. Один из хайлийцев так быстро вскочил с кровати, будто он либо лёжа выжидал твоего появления, либо уже стоя замахивался мечом, пока ты тянул лапу к двери. Клинок молниеносно разрубил древко охотничьего лука и застыл у твоего горла. В суматохе раздался испуганный крик хайлийки. Затем – приглушённые обрывки разногласия и глухие удары о дерево, разобраться в которых было той ещё задачей. Спустя мгновение тебя силой поставили на колени у камина, зажав голову между напольной вешалкой и кончиком меча, упирающимся аккурат под клюв. — Стоять! – твёрдый мужской голос на корню пресёк стоявший вокруг шум. Ты замолчал в том числе. Кем бы ни был этот человек, он был чересчур спокоен. — Принцесса, пожалуйста, зажгите одну из ламп, – спокойно попросил мужчина. «Принцесса?» — Да, – вторила женщина, на ощупь перебирая вещи в ящиках, пока, наконец, не нашла заветную спичку. В масляной лампе вспыхнул желтоватый свет, раскрывая некоторые важные подробности происходящего. Хайлия милостивая. Женщина с лампой в руках встала за спиной своего компаньона, и ты моментально узнал её. Эти длинные светлые волосы сложно не узнать. Ты, может, и привык к лесу больше, чем к храмам, колизеям и замкам, но даже так признать в девушке принцессу Хайрула тебе не составило большого труда. Особенно, если учесть, что монаршая особа и её рыцарь-защитник несколько месяцев назад посещали деревню рито с неофициальным визитом. Как же твои сородичи пресмыкались перед ними — их хайлийскими владыками. Твой взгляд упал на меч, приставленный к горлу, и оставшиеся сомнения отпали. Если и было что-то знакомое каждому без исключения обитателю Хайрула, то это была рукоять Высшего меча. Когда по королевству начали ползти слухи о том, что Высший меч, Сокрушитель зла, покинул свою «нору», Хайрул накрыла лавина газет и листовок, торжественно возвещавших о доблестном рыцаре, который вынул меч, тем самым став нашим спасителем. Текст обрамлял изображение, во всех деталях изображающее Высший меч, а затем дополнялся описанием множества подвигов, совершённых с помощью клинка. «Туалетной бумаги всем жителям Хайрула тогда хватило минимум на три месяца». Эта шутка, обычно смешившая попутчиков у костра, сейчас не казалась такой удачной. — Кто ты такой? – спросил обладатель Высшего меча. Тон вопроса вновь разжёг в тебе презрение к незваным гостям. Чтобы тебя допрашивали, как провинившегося писклявого цыплёнка, на твоей же территории? Да ни в жизнь! Ты назвал «гостю» имя, подчеркнув, что хижина – твоя собственность. — О, Боги! Взаправду? Сложите меч, сэр Линк, – попросила принцесса. — Это всё ещё может быть замаскированный ассасин Ига, – предупредил рыцарь. — Не в этот раз. Они маскируются только под хайлийцев. Прошу вас, сэр Линк! Я чувствую, что он не врёт. Рыцарь нехотя повиновался. Он вернул Высший меч в отделанные золотом ножны точным, выверенным движением, с той же непринуждённостью, с которой ты отвязываешь тетиву от лука. Без острого куска стали у глотки дышать стало полегче. Лезвие не успело задеть и пёрышка, но даже лёгкое прикосновение хорошо заточенного клинка надолго въедалось в память. А этот меч и вовсе мог бы одним махом на расстоянии сбрить весь пух с зада паука. Ты перевёл взгляд на принцессу. Видимо, слухи о её мозговитости не врут. Хотя бы капля рассудка в ней есть, раз она не спутала тебя с этим жульём в красных лосинах. Но смотрела она на тебя уж слишком жалостливо. — Добрый господин, прошу, примите наши извинения. У нас не было намерения вторгаться к вам, но метель застала врасплох меня и моего рыцаря, отчего нам нужно было срочно найти укрытие, – отчеканила принцесса так, будто эти извинения были заранее подготовлены. — Господа у вас там, в замке, принцесса, а я на жизнь честным трудом зарабатываю. Если уж надо, то зовите меня охотником, – фыркнул ты. Принцесса сдвинула брови, явно расстроившись, но тебе до этого дела не было. Пусть хоть чья у неё кровь в жилах, сейчас она – иноземная принцесска, занявшая твою кровать. — Хорошо, охотник, – удручённо поправила себя принцесса. – Если на то будет ваша воля, мы воспользуемся вашим гостеприимством ровно до момента прекращения бури, после чего сразу же отправимся в путь, а также восполним запас дров, который мы успели сжечь. — Будет ли на то моя воля, значит? — усмехнувшись, продолжил ты. – А что, если я скажу вам обоим сейчас же выметаться на мороз из моей хижины? Пойдёте? Или меня ваш защитничек вышвырнет? Упомянутый «защитничек» шагнул в твоём направлении, угрожающе схватившись за рукоять меча, но принцесса остановила спутника, схватив его за руку. Рыцарь взглянул на неё, а она покачала головой. Он отступил, как послушная собачка. Вряд ли такой тон в общении с наследной принцессой тебе хорошо аукнется, но принимать нагоняи, тем более, терпеть их, ты не собирался. Но если угрозы превратятся в действия, и хотя бы часть слухов о сэре рыцаре окажется правдой, то шанс уцелеть у тебя меньше, чем у снежинки в Горонграде, особенно, когда фамильного лука нет под крылом. Самый безопасный выход — попытаться скрыться в небе и надеяться, что для принцессы все рито на одно лицо. — Вы встречаете так всех путников, желающих укрыться от непогоды? – спросила принцесса. – Должна сказать, рито в деревне были гостеприимнее, когда я была там с визитом. — Да, только не все рито – птицы одного полёта, — ответил ты. – А гости, обычно, не заваливаются в наши дома, не спят в наших кроватях и не ломают наши пожитки, — сказал ты, всё ещё держа в крыле остатки охотничьего лука. — Как уже упомянула принцесса, мы пытались найти укрытие от снежной бури, — подал голос рыцарь. – Изба выглядела так, будто в ней месяцами никто не оставался. И тут врываешься ты с стрелой наготове и целишься прямо в принцессу Хайрула. Его слова сквозили холодом, сходным с холодом его клинка. — Как её рыцарь, я мог бы без нарушения своих полномочий убить тебя. И сейчас могу, если ты собираешься принести вред её высочеству. И ты понимал, что он действительно был вправе убить тебя. Свод законов Хайрула строго разделял ответственность за убийства среди простого люда, к которому относился ты, и за убийства рыцарями тех, кто ниже них в иерархии, особенно ради защиты их господ. Справедливо это или нет, к нынешнему делу не относится. Сейчас рассуждения тебя не спасут. — Взаимная враждебность ни к чему хорошему не приведёт, – объявила принцесса. – Сэр Линк, отдайте охотнику свой лук. — Принцесса? – настороженно спросил рыцарь. — Вы слышали, что я сказала. Отдайте хозяину дома свой лук, причём лучший из них. У вас есть запасной, а имеющейся у нас провизии хватит на путь до ближайшей конюшни. Свет лампы освещал всё такое же хмурое лицо рыцаря. Конечно, ему не нравилась идея о вооружении враждебно настроенного рито, но он всё еще верная шавка её высочества. Он завёл руку за спину, и лук возник у него в ладони, не успел ты и глазом моргнуть! Он что, фокусник? Как он достал лук оттуда, где его минуту назад и быть не могло? Спустя пару мгновений ты с трудом очнулся от своих мыслей (усталость давала о себе знать), и понял, что у рыцаря за спиной всего-навсего дар короков – волшебная сумка. Редкая вещь, лесные существа дарят её только тому, кто чист душой. Ты потерял свою сумку много лет назад, когда видел корока в последний раз. Забавные существа, эти короки. Ты решил рассмотреть лук и обомлел. Это был гвардейский лук – в Хайруле не найти метательного оружия качественнее этого. Именно у этого лука была лучшая останавливающая способность, если не считать левровых луков, которым всё еще нужно несколько стрел, чтобы достичь уровня их гвардейского аналога по смертоносности. Ты взял подарок в крыло и ощутил качество. От грамотно обработанной тетивы до деревянной рукоятки и отделанных чёрной сталью плеч. Этот лук был выполнен настоящим мастером оружейных дел из самых лучших материалов в королевстве. Хотя луки ритской выделки с их упором на скорострельность тебе всё равно были ближе. Для пробы ты натянул тетиву и обнаружил, что тетива нового оружия натянута почти так же, как и на твоём старом добром орлином луке. — Тетива была намеренно перевязана, — заговорил рыцарь, будто отвечая на твои мысли. – Чтобы ускорить натяжение. Я нахожу это важным для охоты. — Да, — согласился ты вслух прежде, чем смог себя остановить. Кажется, и у этого «избранного героя» были мозги. Пустоголовые варвары, с которыми тебе приходилось сталкиваться, часто хотели как можно сильнее и крепче натянуть тетиву, чтобы стрела со свистом пронзала добычу насквозь. В итоге, стрела просто улетала далеко в лес, если выстрел вообще удавался. Добыча обычно успевает унестись куда подальше, пока ты натянешь такую тетиву. — Я полагаю, лук вам подходит? — спросила принцесса с едва уловимым ехидством в голосе. — Да, — повторил ты. Постепенно приходящее осознание обладания таким ценным оружием охладило твой пыл. — Более чем подходит. Спасибо. — Прекрасно, — облегчённо вздохнула принцесса. – Если вы согласны принять это как достаточную компенсацию, мы переждём здесь бурю до утра, после чего сразу отправимся в путь, — решила принцесса. – Вашего спального места мы вас тоже лишать не будем. — Принцесса… — хотел было воспротивиться рыцарь, пока поднятая рука августейшей особы не прервала его. — Мы можем поспать на полу, одеял для этого более чем достаточно, — объявила принцесса. — Меня это устраивает, — заключил ты. Это выглядело как самый лучший из возможных исходов. Но внезапно тебя посетила мысль, которая лежала где-то на подкорке на протяжении всего этого разговора. — Что вы вообще делали в моей кровати? В этот момент ты заметил, во что была одета принцесса. Точнее, чего на ней надето не было. Грудь принцессы была обёрнута в спускающуюся до пола простыню с твоей постели. В одной руке девушка держала лампу, а в другой простыню. На мальчишке из одежды были только зимние штаны. Ты переводил взгляд с одного «гостя» на другого. Они мимолётно переглянулись. В образовавшейся тишине было слышно, как поскрипывали окна от бьющегося в них ветра. В камине тихонько потрескивали поленья. Чудная картина! Принцесса и её рыцарь? Чтобы великая и могущественная королевская династия опустилась до уровня простых смертных? После всех этих помпезных речей, пафоса и церемоний, нарекавших её перерождением самой Богини? Чтобы она в итоге кувыркалась со своим сторожевым щенком в какой-то лесной хибаре? Ой-ой, что же на это скажет великий и могучий король? — Принцесса провалилась под лёд, — принялся объясняться рыцарь. – Её одежда насквозь промокла, что могло привести к переохлаждению. Я должен был любой ценой согреть её. — Под лёд провалилась, значит? – повторил ты. В такой минус? На такой высоте? И он, вместо того, чтобы сразу развести огонь в ближайшей пещере, пошёл искать твою хижину? Ловко он это придумал. Звучит даже правдоподобно, если ты не знаешь эту местность вдоль и поперёк. Накрахмаленные воротнички королевского двора уж точно не знают. Но даже они знают всем известное средство от переохлаждения — перо к перу, кожа к коже. Придворных лордов удар хватит, узнай они об этом. — Конечно же! — сказал ты, смотря прямо в глаза девушке, старательно отводившей взгляд. – Местные воды могут быть беспощадными. Привести принцессу сюда было блестящей идеей, сэр Линк! Рыцарь насупился, чувствуя твою ложь, но вы оба понимали, что ложь эта была спасительной для защитника принцессы. Хайлийцы сильно пекутся о целомудрии своих благородных дам. — Где же мои манеры? Вы мёрзнете на ужасном холоде, а я не принимаю вас, как полагается? Прошу прощения, — сказал ты, поклонившись. – Метель порядком утомила и удручила меня. Прошу вас, располагайтесь на кровати. Оба. Я не могу позволить наследной принцессе Хайрула и её доблестному рыцарю спать на моём полу. Что бы на это сказала моя жена? — Всё в порядке, — процедил рыцарь сквозь крепко сжатые зубы. Принцессе, должно быть, нравится такой оскал. — Но, пожалуйста, я настаиваю! – сказал ты, снимая с себя дорожную сумку и колчан. Ты принялся подробно объяснять, что ты даже не думал сегодня пользоваться кроватью, чтобы вылететь домой с первыми лучами солнца. Это была ложь. Но ложь правдоподобная, под стать всей ситуации. — Вы двое, должно быть, устали куда больше моего. Хайлийцы не приспособлены к жизни в тайге, в отличие от нас, рито. Что вообще привело вас так высоко в горы? Тут ты уже сам ходишь по тонкому льду, но сложно было не отплатить хайлийцам за то, что они годами совали нос не в своё дело. — Как щедро с вашей стороны, охотник, — бесстрастно проговорила принцесса. Презрение чувствовалось в каждом слове, что слетало с её губ. Кто знает, что ещё с них слетало за последний час. Принцесса подошла к кровати, ни на мгновение не поворачиваясь к тебе спиной. Рыцарь остался стоять стеной между вами. Смысла в этом не было, мягкие перья тебе были милее тонкой кожи. Принцесса проскользнула под одеяло, а рыцарь сел у стены рядом с дверью. Видать, её высочество уже достаточно согрелась. Хайлиец наблюдал, как ты мастеришь себе спальное место из толстых стеганых одеял и подушки. Когда ты закончил, принцесса задула свечу в лампе, и лишь тусклое свечение догорающих в камине углей осталось рассеивать кромешную тьму. Спустя время на тебя навалилась вся усталость прожитого дня, и ты погрузился в сон. И сон такой крепкий, что сквозь него ты не услышал, как принцесса протягивает руку своему рыцарю, а он, в ответ, обхватывает её ладонь своей. Наконец, расслабившись, и они позволили себе раствориться в сновидениях. На рассвете ночная мгла отступила, забрав с собой метель. Твои гости проснулись и привели себя в порядок ещё до того, как ты проснулся. Не узнав их спросонья, ты едва не поднял шум, но вовремя вспомнил события прошлой ночи. Верные своему слову, хайлийские гости оседлали лошадей ещё до полного восхода солнца. Принцесса и её защитник отправились в путь, оставив твоё прощание без ответа. Оно и не удивительно. Наследница престола слишком добросердечна, чтобы позволить рыцарю убить тебя. Тем более, когда ты можешь в любую минуту улететь и на всё королевство объявить о попытке убийства. Всё о чём парочке стоило волноваться – это скорость распространения слухов об их небольшой лесной шалости. Но ты был выше этого, тем более, у тебя было чем потешить самолюбие — единоличное знание о грешке принцессы. И этого было достаточно. Любой опытный охотник знает одну мудрость — если медведя не завалить, не трать на него стрелы. Не то попадёшь в лапы разъярённого зверя. Довольный, с новым луком под крылом, ты подошел к заветному сугробу и в ярости заклекотал. — Мой кабан! – закричал ты. Добыча пропала, оставив после себя только пятна крови и следы волков на снегу.