Секрет

      Молли с улыбкой на лице шла по светлому коридору с тарелкой торта в руках. Сегодня отличный день — открытие компании и первый рабочий день в ней. Она так давно не чувствовала счастье! Наконец-то в жизни появилась рутина, которой можно отдаться полностью. Лучше уставать от работы мозга и болей в спине, нежели от незакрытых болевых гештальтов.       В то время психология и самопомощь не обладали широкой популярностью, как в будущем. Каждый пятый гражданин Иллии занят по горло своей работой. Это и являлось "средством" от недугов. Время задуматься о своих душевных переживаниях отсутствовало, ведь нужно прокормить семью. Но у Молли не было семьи. Родителей она не помнила из-за слабого ОМП. Один раз в детстве переместилась в другой мир и всё. Забыла. Сейчас у неё нет проблем с потерей памяти, но старалась без веской причины не совершать переходы из одного мира в другой. Она не знала, какой у неё родной мир. Но ей это не важно. Теперь её место здесь, ведь она жила ради того, о ком заботилась и отдавала всю себя.       Какое-то время у неё была здесь семья. Саша, её близкая подруга, была ей как младшая сестра. Молли помнила, как девчушка росла: пошла в первый раз в школу, получила первую плохую оценку, как ей разбил сердце какой-то мальчик, как она закончила школьное обучение, а после пошла с отличными оценками в высшее учебное заведение. Она была творческой личностью: любила рисовать, делать макеты и петь. Саша как-то делилась с Молли своим желанием, кем бы она хотела стать в будущем — архитектором. Её любовь к макетам зданий и архитектуре городов была сильной. Но почему-то она пошла в медицинское высшее учебное учреждение на генетика. Молли даже после её неожиданной смерти всё ещё не понимала, почему Саша выбрала совсем иную отрасль специальности. Она же никогда не питала любви к медицине или химии. Возможно, этому послужил её брат.       Молли любила Лололошку. И сейчас она жила ради него. К сожалению, им пришлось по отдельности пережить горе, связанное с Сашей. Но теперь они вдвоём вновь вместе встали на ноги и открыли свою небольшую компанию по разработке технологий будущего. Им пришлось немало сил приложить и потратить времени, чтобы изучить несколько сфер прикладной науки, собрать сумму на открытие компании и найти инвесторов на их первый проект.       Сегодня день, когда жизнь началась с чистого листа. Молли радостно зашла в кабинет Лололошки и пропела, как канарейка: — С первым днём на-а-а-ас! Не могу поверить, что мы смогли это сделать!       Она, звучно цокая красными каблуками, подбежала к столу, за которым сидел Лололошка. Поставила рядом с ним тарелку с шоколадным тортом. Молли уже съела свой и могла заверить: он бесподобный! Лошка тем временем увлечён бумагами и чертежами. Пока все праздновали открытие, он с головой погрузился в работу. Ну каков мужчина! — Ты ж мой трудяга, — Молли пригладила выступающий локон на чужой голове. Кудрявые волосы сложно укладывать назад, — Отвлекись! Тортиком перекуси. Ты ж с утра ничего не ел. — А? — Лололошка, наконец, отвлекся на неё, а после перевёл взгляд на торт, — Да-да, сейчас… Я сейчас… Кое-что хочу показать тебе.       Молли это сразу заинтересовало. Он возился с каким-то чертежом. Видно, что автоматон. Может, Лошка хочет показать ей новый вид? У них в планах разработать и выпустить автоматонов-нянь, автоматонов-служанок, автоматонов… — Вот, смотри, — Лололошка встал из-за стола и улыбчиво показал Молли чертеж. Она взяла его в руки и начала осматривать. Ничего необычного, стандартная модель автоматона женского пола, предназначенная для роли подруги, жены, девушки или отличного собеседника. Но на чертеже отмечена пометка «сестра», что насторожило Молли. Она подняла взгляд на Лололошку, а тот улыбался. Будто ожидал её громкого восторга, но Молли лишь приподняла бровь. Что он этим хотел сказать ей? — Вижу, что автоматон. Сестра? Ты хочешь медсёстр сделать? — Это чертёж Саши, — спокойно произнёс Лололошка.       Они не поднимали о ней тему с того момента, как не виделись на протяжении нескольких лет, после смерти Александры. Молли намёками пыталась поговорить с Лололошкой об этом, но он умело уворачивался от темы. Поэтому имя из его уст прозвучало так неестественно и ирреально. Будто назвал имя студентки, учащейся с вами, но вы её никогда не видели. Только с этим примером студентка живая. А Саша нет.       Молли округлила глаза. То, с каким спокойствием сказал об этом Лололошка, поражало её. — Чертёж… Саши? — она словно не поверила в сказанные слова. Может, ей послышалось? — Да. Я хочу создать автоматона, её точную копию. И ты мне в этом поможешь, — казалось, Лололошка сказал это, как обычно. Будничным голосом. Но Молли он не понравился. В нём есть что-то, чего она не смогла прочитать, — Нужно будет создать хронологию её жизни, чтобы подключить память, а также… — Стой, — Молли перебила его, — Первое, над чем ты задумался после открытия компании — это автоматон Саши?! И ты это говоришь так спокойно, будто мы до этого не избегали разговоров о ней? — Тебе не понравилась идея? — проигнорировал её вопросы Лололошка, — Я думал, ты будешь рада. Ведь если она станет автоматоном, то всегда будет с нами! С мироходцами! Её никогда не заденет смерть, при поломке можно починить, а значит, она могла бы быть с нами всегда!       Проблема не в предложенной идее, а в её подаче. На Молли она обрушилась, будто вернулся старый груз на плечи, из-за которого она не могла дальше жить. Она думала, что её горе уже давно позади, но ей предлагали вновь окунуться в него. Почему Лололошка не посоветовался с нею ранее? Сразу всучил ей чертеж, давая понять, что выбора у неё нет. Ведь работа над автоматоном уже началась. А Лололошка не любил тратить время впустую. Конечно, Молли только близкая подруга для Саши, и лишь родственник вправе решать, что с ней делать. Но хотела бы сама Саша оказаться в теле автоматона? Молли уверена, что нет.       Даже после смерти её заботили чувства Саши. Но не Лололошку.       Молли держала чертёж и гипнотизировала его своим взглядом. Она думала, долго. А Лололошка наседал на неё уже своим взглядом. Он не давал ей нормально обдумать такое важное решение. Ей не хотелось тревожить прошлое, но увидеть Сашу вновь… Она очень скучала по ней. Проблема из-за обиды, что Лошка ничего не обсудил с Молли. Ни то, что они пережили, ни автоматона.       Раздумья прерваны. Один из работников постучался и зашёл в кабинет. — Мистер Харрис, вас вызывают. — Мистер… Харрис? — в недоумении повторила Молли и взглянула на Лололошку. Тот широко улыбнулся и кивнул работнику. Дождавшись, когда он обратно закроет дверь и скроется за ней, Лошка раскинул руки в стороны. — Перед тобой теперь Джон Дейви Харрис! Красиво, не правда ли? Лололошка в прошлом. Его заменяет прекраснейший, умнейший и гениальнейший JDH!       Молли широко раскрыла глаза, будто призрака увидела. — Чего? Когда ты… — Так, что насчёт автоматона? — бывший Лололошка вновь перебил её. Откуда у него появилась такая вредная привычка?       Молли вновь взглянула на чертеж и закусила губу. А точно ли её жизнь началась с чистого листа?

Горел.

      После согласия, Молли забыла про автоматона на несколько месяцев. Вернула свой новый жизненный строй и отдалась полностью работе. Её лишь напрягало новое имя Лололошки. Она всё не могла привыкнуть к нему, но старалась уважать его и называть по новому имени. После того дня, как он заявил Молли о нём, она поняла, почему JDCompany так называлась. На вопросы: «Почему ты сменил имя и фамилию?», она ничего не получала. С каких пор ранее открытый и близкий человек стал совсем закрытым и чужим?       Дни шли за днями, работа в компании горела мотивацией работников. Через несколько дней им презентовать миру автоматонов, поэтому все увлечены по горло делами. Но лишь одного Джона Молли видела совсем за другим. Она не отвлекала его, ведь была занята своими заботами в компании. Ей не приходило в голову, что всё это время, почти полгода после открытия, Джон занимался Сашей. Лишь за день до презентации, он показал Молли лично то, над чем он работал всё это время. И в тот момент она совсем запуталась, чего он хотел от своей жизни. — Тебе понравится, красотка, я обещаю! — заверил прошлый Лололошка, — Я старался сделать точную копию! — И ты всё это время занимался ею? Джон, нам завтра представлять автоматонов. Что ты за это время сделал? Ни-че-го, — возмутилась Молли, заходя в небольшую комнату. Это ещё один кабинет Джона. Только сюда запрещено заходить без его ведома. — Ну-ну, не обесценивай меня! Я буду давать речь на публике! Ты же знаешь мои превосходные ораторские навыки. После моего выступления наши продажи сразу взлетят до небес!       Молли осталась подле двери, а Джон прошёл дальше. Спереди, у стены, стоял стол. Там лежала девушка, шатенка, в белой рубашке и черных брюках. По профилю лица Молли поняла, что это Саша. Неожиданный холод помещения пронял Молли до мозга костей, и она прижалась к закрытой двери. Она с опаской наблюдала за движениями Джона: как он подошёл к столу, убрал свои пальцы за шею автоматона, а после того издался противный писк. Так странно видеть это тело, зная, что настоящее давным-давно под землёй. Молли надеялась, что Джон забросил идею с автоматоном, но...       Он зашевелился.       "Саша" неестественно резко повернула голову в сторону Молли, заставив её содрогнуться от неживого взгляда. На неё смотрело что-то похожее на Сашу. Но это не она. Она похожа на неё и одновременно нет. Молли, смотря на автоматона, становилось тяжко в груди. Не из-за всплывших воспоминаний о близкой подруге. А из-за тревоги. Эффект зловещей долины пробился под её кожу, заставляя мурашки бегать по всему телу. Автоматон плавно принял сидячее положение на столе. Двигался он медленно, порой резко и не человечно. Видно, что это кусок железа, а не настоящий человек. И в этот момент Молли поняла, насколько ужасна идея создать копию настоящей Саши. — Над ней ещё работать и работать, — наконец-то тяжелая тишина прервана Джоном, — Но уверен, когда я её доработаю, от настоящей будет не отличить! — Джон, — громко и прямо воскликнула Молли, — Это ужасная идея.       Кому понравится видеть робота с лицом погибшего человека? Только мазохистам! — Почему? — Молли чуть ли не слилась с дверью, как только услышала голос автоматона. Он совсем не похож на Сашин, — Ты не хочешь, чтобы я жила?       "Саша" смотрела на неё. В самую душу. На её лице отсутствовали эмоции, только алгоритм, которому она следовала. Казалось, вот-вот, и она побежит на Молли. Но автоматон лишь сидел на столе и не двигался. — Выключи её! — крикнула Молли, — Выключи этот ужас, сейчас же! — Я думала, мы с тобой близкие подруги… — автоматон расстроился и опустил голову на пол кабинета. — Джон! — Молли взглянула на названного, — Если ты не выключишь её сию же секунду, я разнесу этот кабинет к чертям собачим! — Ладно-ладно! — Джон выставил перед ней ладони, мол «успокойся» и подошёл к автоматону. «Саша» никак не отреагировала, и он выключил её. Вновь послышался противный писк, и Джон осторожно уложил её на стол, — Тебе не понравилось, красотка? — Как это может мне понравиться?! — возмутилась Молли, — Я очень ценю твои труды, но это очень плохо! Не потому, что сделано ужасно. А потому, что это… Саша! — Но ты согласилась с моей идеей… — Да! И я не могла представить, что это отвратительная идея! Джон… — Молли оторвала мокрую спину от двери и подошла к названному, — Нам нужно заниматься компанией. У нас нет времени сидеть над этим автоматоном и совершенствовать его... — Ты не хочешь, чтобы Саша была с нами? — Джон будто не слышал её слова. Он завёл свою шарманку и другого видеть не хотел. — Её не вернуть, Джон… Я понимаю твои чувства, я тоже по ней ску-… — А я верну её, — Джон как отрезал Молли. Его голос стал выше, твёрже и будто холоднее, — чего бы мне это не стоило. А теперь выйди из кабинета.       В этот момент Молли поняла. Она впервые взглянула на Джона не как на любимого человека, а как на безумца. Молли ошарашена, не могла подобрать и слова. Разум Джона начал давать сбой, будто ошибка в программе. Только вот... ошибки устраняли по мере появления или ухудшения ситуации. Но с ним они не решались, даже когда стало слишком поздно.       Лишь потом Молли поняла, что JDCompany и проект с автоматонами нужен был лишь для одного конкретного автоматона. И в первый же день работы компании началась точка отсчёта плана Джона. Именно в тот момент Молли должна была предотвратить его ошибки, а не закрыть глаза. Ей помешала жалкая надежда на то, что у Джона есть своя здоровая голова на плечах.

Дом.

***

      Молли укуталась в свой рабочий медицинский халат. На улице уже давно не лето, температура понизилась до +10 градусов. Частички холода гуляли по её лицу, рукам и ногам в темных капроновых колготках. Она машинально пыталась согреть своё тело из-за погоды на улице. Но ей не холодно. Тепло, порой даже жарко. Душно. Трудно дышать. Воздух в этом месте теплый, и если подойти ближе, можно сгореть дотла вместе с этим зданием.       Перед её взором горело заброшенное здание JDCompany. Место, по которому она ходила, будучи ещё наивной и глупой. Она таковой была, потому что надеялась на лучшую жизнь. Что всё наладится. И Молли видела, как крупицы надежды, оставшиеся в подвале здания, горели вместе со старыми гнилыми стенами. До этого она вновь медлила, хотела вернуться в свою привычную зону «комфорта». Зону, в которой она страдала и плыла по течению жизни. Но этот огонь, отражающийся в её медицинских белых очках, обжигал её сердце. Сжигая все чувства к человеку, ради которого она когда-то жила.       Запустилась точка отсчёта.       На улице ночь. Начало октября. Молли наблюдала, как огонь захватывал территорию вокруг себя: деревья, кусты и трава. Он превращал воздух в подобие газовой камеры пыток. Вздохнуть полной грудью невозможно. Огонь обжигал лёгкие, и они становились похожи на бомбу замедленного действия. Вот-вот, и ты погибнешь. Прямо как с душевной болью.       В ушах сигнализация пожарных машин, гул людей и треск огня. Два часа назад Молли получила SMS-ку от Джона. В последний раз она видела его в августе, когда он вернулся с грязными белыми брюками и приказал постирать. После этого от него не было ни весточки. И сейчас, когда она приехала сюда и вызвала пожарных, беглеца не видать. Звонила ему, писала, но абонент отключен. По какой причине произошло возгорание? Перегрев проводов? Заклинило где-то? Нет… Точно нет… Такие глупости вряд ли допустил бы Джон. Он хоть и поехал крышей, но умным и внимательным от этого не перестал быть.       Что он вновь затеял?       С самого начала, с первого дня открытия JDCompany, Молли невольно участвовала в его игре. В плане, ради которого Джон шёл на всё. Его пылкое желание воссоздать прототип сестры вновь возобновилось новым пламенем. Но это же бред — совершать такие махинации ради автоматона, которого он сделал бы давным-давно. Значит, есть ещё что-то, что связывало не только кусок железа, но и всех мироходцев воедино.       Молли продолжала смотреть, как огонь, обвалившийся на заброшенное здание, не собирался уменьшаться. Люди бегали с пожарными рукавами и пытались предотвратить это адское пекло. Молли будто вновь попала в прошлое, когда Джон поджег свой собственный дом. После этого он предложил создать компанию.       Огонь — это точка отсчёта.       Ветер спутывал её передние светлые локоны. Она смотрела на огонь и не могла оторвать взгляда. На эту страшную, но красивую картину можно смотреть вечно. Прямо как она оглядывалась на свою жизнь, где дни не прекращали тянуться один за другим. Быть долгожителем — проклятье. Особенно, когда ты существуешь и не решаешься исправить свою жизнь в лучшую сторону. Потому что считаешь, что уже поздно.       Молли развернулась и пошла к дороге. На проезжей части стояло огромное количество машин, среди которых находилась её личная. Она подошла и заглянула внутрь через открытую дверцу. — Ну что там? — бесцветно спросила Молли.       На переднем пассажирском сидении находилась молодая девушка лет двадцати семи. Сотрудница JDHospital в белом халате, чёрной водолазке и в таком же цвете брюках. Талантливый прикладной учёный и программист, но из-за болезни матери вынуждена работать на JDCompany. Её длинные темно-голубые волосы, где на корнях проскакивал родной черный, немного закрывали её сосредоточенное лицо. Лололошка, когда впервые увидел её в качестве ещё одного присматривающего за ним, назвал её «Райей». Девушка настолько привыкла к этому имени, что не только все вокруг её начали так называть, но и она сама себя тоже.       Райя сидела, держа на коленях ноутбук. Она искала информацию, которую у неё попросила Молли. — Его телефон в здании, вероятнее всего в том самом подвале. Жалко, телефон можно было бы продать, ведь у него лимитированная версия, — Райя встретилась с хмурым взглядом Молли, — Я пыталась разрядить напряженную обстановку. К сожалению, других номеров, которые могли бы быть записаны на его имя, не обнаружены. И по официальному имени ничего не найдено. И по старому тоже. Как итог: он либо сгорел в здании, либо оставил телефон и скрылся, чтобы нас запудрить. Последнее имеет вероятность девяносто девять процентов. — Будем надеяться на жалкий один процент, — возмутилась Молли, — Чёрт бы его побрал. Решил на свою голову наделать нам проблем! Не себе, а нам! Изверг! — она тяжко вздохнула и продолжила, — Что насчёт Саймона? Клянусь, если мы все вместе не соберёмся на днях, я устрою настоящий геноцид, потому что мои нервы уже на исходе. — К твоему огорчению, геноциду не бывать. На удивление, в такой поздний час Саймон не спал и дал положительный ответ на завтрашнюю встречу. Назначена она на утро в одной из кафешек с блинчиками в Мирохэнфорте. Я уже внесла в свой и твой календарь, чтобы не забыть, и скинула тебе SMS-кой адрес. Что там с пожаром?       Молли взглянула вдаль, на горящее здание. Она надеялась, что это был мимолётный кошмар. Но он оказался наяву. Почему-то это забытое здание оставляло неприятный осадок на душе. — Успели среагировать. Ещё чуть-чуть, и весь лес был бы под угрозой. Задело только нашу территорию. К счастью, она огромная. Но само здание ещё долго тушить. Я здесь точно до утра, — тяжко вздохнула она. — Но у нас утром встреча. Ты уверена, что хочешь обсуждать важные вещи на уставший мозг? — Вот поэтому ты поедешь сейчас в стационар на боковую. Хоть чьи-то мозги должны работать за место моих. Я закажу такси. — Как думаешь, — Райя закрыла крышку ноутбука, — Эта вся ситуация связана с тем, что ты стала генеральным директором компании в прошлом месяце? Словно намёк, что JDH не собирается возвращаться в стационар, и вместо него главная теперь ты. — И это наш шанс, — Молли вынула телефон из кармана халата и открыла приложение для заказа такси, — Хватит сидеть сложа руки. Надо действовать.

Горела.

      На улице моросил противный дождь. Молли смотрела на навигатор в телефоне и одновременно на дорогу. На часах 11 утра. Самое время для вкусного и сытного завтрака. Она давно не была в этом городе. Даже забыла про его существование. Единственное место, где мироходцы могли хоть чуточку почувствовать себя в безопасности. Но единственного мироходца Мирохэнфорт принял недружелюбно: дождь, быстро несущиеся рядом машины, брызгающие на стекла автомобиля Молли, отсутствие мест на парковке и огромные лужи. Последнее, что её чуть не вывело на истерику — зонт, ломающийся из-за сильного ветра. Город так и намекал, что она враг, и ей здесь не рады. Но она искренне хотела исправиться, несмотря на жуткий дискомфорт и усталость в теле.       Каждая клеточка кричала об усталости. Ноги будто сделаны из свинца, с трудом удерживали тело Молли. Она боролась с навязчивым желанием закрыть глаза и упасть где-нибудь на дороге. Веки сводило, каблуки шаркали по асфальту. Зонт несколько раз чуть не выпал из рук, ведь слабость давала о себе знать.       К сожалению, капли дождя попали на её причёску и пальто телесного цвета. Она пыталась выглядеть свежо, но погода решила иначе. Будто не давала соврать всем, что она в полном здравии и ясном уме. Молли зашла в небольшую и уютную кафешку. Холод пронял её, поэтому она облегченно выдохнула, когда теплый воздух обнял её. По кафешке гулял приятный запах мучных изделий, дающий Молли прилив жизненной энергии. Это немного подняло настроение. Она собрала мокрый зонт, повесила вместе с ним пальто на напольную вешалку и прошла к столикам. За одним уже сидела Райя. Её пунктуальности можно только позавидовать. Наверняка пришла в точное время, минута в минуту, на назначенную встречу. А вот Саймона Солуса не видать. Наверняка опаздывал из-за дождя, прямо как Молли. Она подсела к Райе и пожелала доброго утра. На столе лежало меню, и Молли уткнулась в него. Ей приходилось несколько раз осматривать его, чтобы банально прочитать начинку к блинам. Буквы плыли перед её глазами. Она готова лечь на столик и заснуть. Нужно заказать какой-нибудь блинчик и кофе. Желательно крепкий. Она не переносила его, но ей надо взбодриться. Людей в кафе практически нет. Но у многих скоро начнётся обед, и тогда будет прилив посетителей. Не подходящее место и время выбрал Саймон Солус. Кто обсуждает важные и деловые вещи за столиком в кафешке?       Пять минут, и дверной колокольчик объявил о приходе нового человека. Появился высокий черный цилиндр с розовой лентой, который прошёл к их столу. Саймон Солус одет в чёрную рубашку, темного цвета брюки, розовый пиджак и такого же цвета галстук. Ни одного белого цвета. — Доброе утро, бывшие коллеги. Прошу меня простить за опоздание, погодка сегодня не доброжелательна, — Саймон приподнял шляпу в знак приветствия и положил её на уютный свободный диванчик. К этому времени Молли принесли крепкий кофе. — Ну наконец-то, — сетовала Молли, — Снизошёл до нас! Я весь август и сентябрь пыталась уговорить тебя на встречу, а ты всё в разъездах по работе! Нас всех пришлось пнуть, чтобы, наконец, собраться. — У меня, как и у тебя, уйма дел. Поздравляю с повышением, — Солус взял в руки меню и начал выбирать, чем позавтракать, — Мне Райя об этом сообщила. Что у вас ночью случилось? — Было бы с чем поздравлять. Бывшее здание компании сгорело, — Молли скрестила руки на груди, — А Джон испарился. Его телефон сгорел в том подвале. — Как приятно слышать с утра прекрасные новости! Но, полагаю, они такие лишь на первый взгляд, — тяжко вздохнул Солус, — Вряд ли он полностью испарился. Наверняка у мафиози спрятался, но ради чего? — Ещё нам к мафиози не хватало лезть. Он дал нам время. И он знает, что мы начнём действовать. Ещё и повысил меня до генерального директора, чтобы дать мне чувство власти над ситуацией. Но я знаю, что он хочет нас запутать!       На стол поставили чашку латте для Саймона Солуса. — А это нормально, что мы обсуждаем это здесь? — подняла взгляд со своего планшета Райя. — Я арендовал на полтора часа всё кафе, — Саймон взял в руки чашку и немного отпил, — Хотелось позавтракать за приятной беседой с не менее приятными дамами. — Откуда у простого волонтёра деньги на аренду всего кафе? — изогнула бровь Молли. — Ты думаешь, я не копил с зарплат, полученных в стационаре? К твоему сведенью, в тот момент я был выше тебя по должности, — Солус поставил чашку обратно на стол, — Ещё с того момента, как Джон меня уволил, он всё понял. Никто под его дудку долго играть не смог. Сейчас он дал нам больше свободы, чтобы в какой-то момент нанести удар. Доказать самому себе, что на его стороне никто не остался. Избавиться от помехи — нас. Теперь он работает один, — он взглянул на Молли, — Ради чего ты собрала нас здесь, уважаемая Молли? — Ты знаешь. — Возможно. Но я хочу услышать это, наконец, вживую. — Я хочу вернуть санаторий, права мироходцам и засудить Джона Дейви Харриса.       Последнее она сказала сквозь зубы.       Саймон приподнял брови и громко захлопал в ладоши. К счастью, в кафе нет людей, поэтому лишние зрители не взглянули на них. — О всевышний, это случилось! — воскликнул он. — Насчёт последнего предложения Молли, — вставила своё слово Райя, — Не думаю, что такого человека, как он, возможно засудить. У него прав больше, чем у мэров городов Иллии, раз у него есть возможность нарушать всеобщую декларацию прав человека. — Нам нужно доказать всем, что мироходцы такие же люди! Раз уж у нас Солус волонтёр по защите мироходцев, то он без проблем может организовать сбор подписей. Соберём толпу людей в одном месте и выступим с речью. Но перед этим нам нужно собрать доказательства, что не мироходцы сами по себе ужасны, а стационар их делает такими, — сказала на одном вздохе Молли. — Хм… — задумался Саймон.       На стол поставили заказ Молли — тарелка с блинчиками с вишней. — Что насчёт доказательств? Нужно действительно то, отчего люди должны задуматься, — изогнул бровь Солус. — Как насчёт расспросить старых пациентов? Те, кого выписали, или сбежавших. Наверняка среди всех них есть те, кому хуже всего досталось. — Думаю те, кому хуже всего досталось, уже давным-давно в тюрьмах, — добавила Райя. — Именно, — согласился Саймон, — Как думаешь, Молли, почему сами мироходцы не идут против JDCompany? Потому что на свободе те, кому причинили самый наименьший вред. Их единственная жалоба к стационару — они стали дасками. Всё. Нам нужно отыскать тех, кто подвергался физическому насилию со стороны сотрудников. Я могу заняться этим, однако, как мы будем собирать доказательства? Одних слов нам недостаточно. — У меня есть доступ к камерам и их архивам. Найду нужные, скачаю и вырежу самые убедительные кусочки, — после чего Молли отрезала кусочек блинчика и взяла в рот. — Нам бы мироходца, который выступал бы вместе с нами за права. Желательно, чтобы он тоже был одним из пострадавших. Так выглядит убедительней. Как насчёт… Лололошки? — Лололошка-а! — Райя оторвала взгляд от планшета и улыбнулась. — Не-а, — Молли помотала головой, — Лололошка не наш козырь. Если моя память не изменяет, все видеозаписи с камер, где на кадрах есть он, удалены из базы данных стационара. Они есть только у Джона. Даже если бы у нас были эти видео, то там ничего хорошего. Там целый список компромата на Лололошку. — Не думаю, что он бы согласился нам помогать, — тяжко вздохнула Райя, — И кто-либо ещё, настрадавшись после стационара. Это же вновь столкнуться с травмами, которые они старательно пытаются забыть. Если только эти мироходцы не посещали сеансы психотерапии. — Кто-то наверняка найдётся, я уверен, — кивнул Саймон, — Молли, есть ещё варианты? — Я вспоминаю… Мы все находились не в основном корпусе, поэтому даже не в курсе того, что происходило в то время… — Молли устало прикрыла глаза. Она старалась вспомнить, но ничего дельного в голову не приходило. Мозг совсем отказывал работать. Даже кофе не помог взбодриться.       На стол поставили заказ Солуса — тарелка с блинчиками в вареной сгущенке. — Был случай один… Я пытаюсь вспомнить. Девчушка одна. На уши весь стационар подняла. С ней, кажется, Лололошка знаком… Он, вроде, к ней ходил… — бубнила Молли. — Ты про Шэрон? — спросила Райя. — Да! Вот, она! Саймон, тебе имя знакомо? — Охх… Шэрон… — тяжко вздохнул Солус, — Сложный случай… Совсем про неё забыл. — А чего она? — Больницу тоже на уши поднимала. Поступила туда почти сразу после Лололошки. Столько попыток самоубийства, её чуть ли не к кровати пристёгивали. Мне неведомо, что с ней произошло, но, к счастью, врачи всё же смогли поставить её на ноги. — Вы уверены, что она подходящий вариант? — засомневалась Райя, — Несколько сотрудников пострадали из-за неё. — Будем, значит, хитрить, — Молли доела свой блинчик, — Не одному Джону обводить нас вокруг пальца. Записи найду и удалим моменты, где она нарушила закон. — При условии, что она сейчас в адекватном состоянии. Вдруг мы будем под угрозой, взяв её в нашу маленькую команду. — Пока что приметим её, — откусил кусочек своего блинчика Саймон, — А я всё равно поищу, какие мироходцы нам бы могли подойти. Значит, после собранных доказательств, устраиваем что-то наподобие митинга и собираем подписи. И призываем власть засудить Джона за содержание стационара, где вытворяют настоящие ужасы. — Можем ещё раскрыть его личность, — хитро улыбнулась Молли, — Почему бы и нет? Он же так печется о конфиденциальности стационара и своей анонимности! — Молли вошла во вкус, — заметила Райя. — Это точно! Не могу всё ещё в это поверить. Молли, ты столько лет на это не могла решиться. Однако, нам ещё рано радоваться. Нам нужно проработать план по максимуму. И учитывать риски провала тоже, — насупился Солус. — В чём Джон нам сможет помешать? Если только стационар мы не сможем взять под своё крыло и вернуть в первоначальный облик. — А вдруг его вообще закроют? — Вижу-вижу, Молли очень воодушевлена идеей вернуть санаторий. Отстоять права мироходцев мы, может, и сможем. Но со стационаром как? Молли хоть и генеральный директор, но не имеет полных прав на него.       Райя взглянула на коллег и насупилась. Она догадалась, что они хотят предложить. — Может, оставим его, бедного, в покое?.. — Если мы будем ждать, когда Джона посадят в тюрьму, то он может передать права кому попало! И они вернутся к нему, как только он освободится. А нам это надо? Если Лололошка откажется нам помогать, мы начнём действовать по-другому, — жестикулировала Молли. — Как он нам поможет? Лололошка ведь не Джон, они лишь близнецы. Подмену могут заметить, — поднял бровь Саймон. — Лололошка — это копия Джона. Они не братья. — Что ты имеешь в виду? — Из другой вселенной он… — тяжко вздохнула Молли, — Альтернативной. — Стоп, но Джон… — в недоумении Солус, — Он говорил, что они прям близнецы. Родные братья. Джон никогда… — Он врёт, — твёрдо ответила Молли, — Я сама раньше думала, что он никогда не врёт. Но когда появился Лололошка, поняла, что он тот ещё врун. Однако, врёт очень уместно. По документам они действительно братья. Джон врёт так, что после — враньё становится правдой. Вспомни, сколько всего он врал нам про Лололошку? К примеру, его имя? Что мы память ему вернём. В итоге, она так и не вернулась! — Погоди… — Саймон округлил глаза, — Когда он был в больнице, он гипнотерапию проходил, чтобы многое забыть из стационара. Он тоже не справлялся, как и Шэрон. И если он вспомнит, что было, получается, Джон не врал. Ему действительно вернётся прошлая память. Но под прошлым имелся в виду стационар… — В чём он ещё "врал"? — изогнула бровь Райя. — Что любил меня… — былой пыл Молли иссяк, как только она вспомнила об этом. — Всё, Молли не с нами. Рано я тебя хвалил! Пора закругляться, дамы, — доел свой блинчик Солус. — Я записала все основные пункты плана. Доработаю и скину вам. Если есть какие-то предложения, то говорите сразу мне, — Райя убрала планшет в сумку.       Со стола забрали пустые тарелки. Они начали собираться. Вот же, стоило только вспомнить про старую боль, как Молли сразу отвлеклась! Не время думать над теми обидами, нужно сосредоточиться на настоящем и стационаре. Ей нужно разузнать, в чём Джон ещё приврал, чтобы предугадать его дальнейший ход. Зачем ему нужен был стационар, если в итоге его заботил один автоматон? Чтобы отвлечь Молли от своего дела? Но это бред — строить целые купола ради неё. Ей необходимо изучить полностью стационар, как и подобает генеральному директору. До этого она постоянно была во втором корпусе и решала мелкие дела, словно бухгалтер: расчёт зарплат, уплата налогов, составление встреч с инвесторами и другими влиятельными людьми и многое другое. Но что происходило с пациентами — она не знала. Поняла, когда к ней добавилась обязанность медсестры Лололошки. Поэтому Молли не сразу осознала, что возвращать ему память никто не собирался.       Каков шанс, что Джон действительно хотел компенсировать свою боль с помощью Лололошки, пытаясь сделать из него Сашу? — Много не думай, — Солус похлопал Молли по плечу, — Ты уже сделала шаг. Мы сделали. Пути назад нет. Пошли, вместе узнаем про Шэрон и, если что, сходишь к ней поговорить. — Уже? А как же видео с камер? — Лучше сразу получить её ответ, нежели будешь тратить время сначала на камеры, а потом на разговоры с ней. — Кстати, — остановилась Райя у входа, — А нас самих во всём этом не засудят? Как соучастников?

Ива.

      Час дня. Рядом с больницей построено пятиэтажное здание — общежитие для мироходцев. Там проживали недееспособные, проходящие школьное образование для дальнейшей жизни, кому нужно частое посещение больницы и простые мироходцы. Для первых выделен даже отдельный этаж с сиделками. И среди всего перечисленного много дасков. Молли была поражена этим городом. Она мало знала о нём, поэтому каково было её удивление, когда находила места, устроенные и для мироходцев тоже. Единственный уголочек страны, где мироходцев могли поддержать и принять такими, какие они есть. Молли помнила, как у Джона были проблемы с городом, ведь он неподалёку от стационара. Но правительство Иллии отказалось трогать его под предлогом: «Если мироходцы действительно опасны, мы будем знать, откуда их всех разом поймать». Но Молли уверена, что не только по этой причине город существовал.       Она вошла в общежитие и начала искать нужную комнату. Мимо неё проходили врачи или даски. Мироходцы тоже встречались, но реже. Поднявшись на третий этаж, женский, она нашла нужную комнату и постучалась. Никто не отозвался. Постучалась ещё раз. И ещё. И ещё. Она подёргала дверь и, на огромное удивление, она была открыта. Молли насторожилась и заглянула внутрь. — Мисс Шэрон? Вы дома? Мне нужно с вами поговорить.       Комнатка была небольшой, но вполне уютной. Везде было прибрано и чисто, как подобало девушкам. Односпальная кровать с множеством маленьких подушек и игрушек, письменный стол, рядом с ним стеллаж с книгами и у входа что-то наподобие кухонного гарнитура. Комната выглядела, будто квартира-студия. Но без санузла. Он был общим на этаже.       Молли прошла внутрь, убедилась, что девушки нет, и развернулась обратно. Но перед ней резко закрылась дверь, и показалась та самая Шэрон. Она собой перегородила путь к выходу и дрожащими руками держала нож. Она направила лезвие на Молли и враждебно на неё смотрела.       Шэрон была блондинкой с насыщенными светлыми волосами. Причёска короткая, выше плеч. Волосы смотрели в разные стороны и были небрежно постриженными. Глаза зелёные, и в них блестела зловещая белая искра. Значит, она не даск. Сбежавшая. Белая водолазка, желтый кардиган с белыми полосами, темные брюки и белые кроссовки. На груди висела оранжевая подвеска, похожая на искорку.       Молли не испугалась ножа. Она лишь приподняла бровь и взглянула в чужие глаза. — Прошу убрать нож. Я простой врач из больницы. — Врачи не заходят в мою комнату без спроса и предупреждают заранее о своём визите, — сквозь зубы проговорила Шэрон. — А я новенькая! — Не надо пудрить мне мозги. Я стационарных за километр увижу. — Вот как. Что ж, ты решила ещё одного стационарного прирезать? Милая моя, да у тебя руки дрожат, какой тебе нож? — Заткнись! И вышла отсюда! Иначе я вызову охрану! — А я полицию, ведь мне угрожают ножом, — усмехнулась Молли, — Я не воевать с тобой пришла, а поговорить. — Не собираюсь я тебя слушать! — Шэрон перешла на крик, — Проваливай! — Я была врачом Лололошки. И я помогала ему с побегом. Я Молли, если вдруг он говорил тебе обо мне. Вот мой бейдж, — она высунула из кармана пальто бейджик и показала его.       Шэрон прерывисто дышала. Вероятнее всего из-за стресса. Её дрожащие руки опустили складной нож, и она его сложила. Смотрела из-под челки на Молли с опаской. Её можно было понять, поэтому Молли с терпением относилась к ней. — Что вам нужно от меня? — холодно спросила Шэрон. — Мы собираемся вернуть права мироходцам и прикрыть стационар. Для этого нужны доказательства, что мироходцы подвергались насилию. Что их делает преступниками стационар, а не они сами по себе такие. Я прошу тебя о помощи в этом деле. — Не собираюсь я вам помогать, — огрызнулась Шэрон, — катитесь к чёрту со своим стационаром! — Что с тобой там произошло? — Ты пришла ко мне, чтобы найти пострадавших, но не знаешь, из-за чего они пострадали? Браво! Что ещё можно ожидать от сотрудника стационара? — истерично усмехнулась Шэрон. — Я знаю, что ты была пострадавшей. Иначе никто не станет на здоровую голову кидаться с ножом на сотрудников. К тому же, в больнице у тебя было несколько попыток самоубийства. Меня уже осведомили, что происходило с тобой после всего этого кошмара, — держала ровный голос Молли. — Тогда ты должна быть осведомлена, что помогать я никому не собираюсь! И мироходцам тоже! Я ненавижу их! Они предали меня, когда я старалась всей своей душой помочь им! Как итог — я сейчас даже существовать нормально не способна! — Ты озлоблена на Лололошку? Вы, кажется, по отдельности сбегали, хотя планировали вместе. — Я… — Шэрон замялась, — Не на него. Но я надеялась, что если помогу ему первому сбежать, то он вернётся за мной… Как итог — я сама себя спасла! — Боже, все женщины надеются на мужиков?.. — пробубнила Молли, устало прикрыв глаза, — Вам обоим пришлось несладко. И мы хотим предотвратить это и с другими мироходцами. Поэтому, нам нужна твоя помощь.       Шэрон закусила губу. То, что она задумалась над словами, уже давал шанс к успеху. Но ей было страшно, ведь боялась вновь связаться с тем ужасом, из которого она сбежала. — Чтобы никто больше не повторил твою и Лололошки судьбу, — дополнила Молли. — Тот парень… кажется, Джон. Что вы с ним собираетесь делать? — Мы его осудим. По крайней мере, постараемся. — А если не получится? Что вы тогда будете делать? — Чтобы был выше шанс, нам нужна твоя помощь. И помощь других пострадавших мироходцев. — Мне нужны гарантии, что он точно сядет за решётку. — Он что-то сделал с тобой? — Да. Не напрямую… Из-за него…       Голос Шэрон дрогнул. Она сгорбилась и опустила голову, легонько задрожав. Она вспомнила то, что с ней было, поэтому открылась ещё незажившая рана. Она вытерла рукавом кардигана появившиеся слёзы и шмыгнула носом.       Что Джон натворил с этой бедной девчушкой? Что такого произошло, что она, беззащитная, дрожала лишь при одном упоминании стационара?       Джон всё больше и больше падал в глазах Молли. — Уходите, пожалуйста. Я не хочу вновь со всем этим связываться… — тихо сказала Шэрон. — Тогда Лололошка пострадает.       На слова Молли Шэрон сразу подняла голову. Она мокрыми глазами смотрела на неё. Как Молли и думала. Эта девушка всё ещё питала какие-никакие теплые чувства к Лололошке. Ведь они были друзьями. Молли сразу узнала в ней себя. Они обе надеялись на Лололошку, что тот спасёт их, как и обещалось им. Но в итоге они вынуждены справляться сами. В чём они виноваты? В том, что дорожили этими людьми? — Он нужен Джону. Лололошка на грани стать даском и тоже сойти с ума. Если мы не осудим Джона, не вернём права мироходцам и не приостановим работу стационара, он пострадает первым. Я уверена, что он хотел тебя спасти. Но не смог из-за своего физического состояния.       Наступила напряженная тишина. Шэрон взвешивала каждое сказанное Молли слово. Она устало оперлась спиной о дверь и взялась за локоть. Нервно тёрла его и сильнее сникала. — Я… подумаю, — наконец, дала ответ Шэрон, — Я искренне хочу, чтобы Джон оказался в тюрьме. Чтобы стационар стёрли с лица земли. Но сложно поверить в то, что для этого всего нужна… я… А если меня тоже посадят? В тот день, когда всё случилось, я... — Стационар существует незаконно. Тюрьма может задеть лишь сотрудников, — перебила Молли. — Как там Лололошка?.. — Шэрон решила сменить тему. Всё равно Молли уже получила ответ на своё предложение. — Хочешь с ним увидеться? Я могу помочь с этим. — Я подумаю… Можно, пожалуйста, покинуть мою комнату? Мне нужно обдумать всё. — Да, конечно. Вот мой номер… — Молли достала маленький блокнот с ручкой из пальто, написала на первом пустом листке свой номер телефона и пэйджер, вырвала и протянула, — Звони или пиши, как будешь готова дать ответ. Также, могу гарантировать, что при согласии все твои лечебные расходы я беру на себя. В том числе сеансы с психологами, психиатрами и тому подобное.       Молли получила неуверенный кивок. Попрощавшись, она вышла из комнаты.

Качели.

      Она направилась к машине. К этому времени прекратился дождь, поэтому она смогла достать телефон и отправить SMS-ку Солусу, чтобы он ей перезвонил. Сев в автомобиль, Молли поставила на навигаторе в смартфоне путь до стационара и завела мотор. Она выехала.       Старалась ни о чём не думать и направить всё своё внимание на дорогу. Водить машину в ужасно усталом состоянии — плохая идея. Но она женщина сильная, сможет с этим справиться. Как только она приедет в стационар, пошлёт всех куда подальше и ляжет спать. Ей нужно восстановить силы для предстоящего мозгового штурма.       От дороги её отвлёк входящий вызов. Молли взглянула на экран телефона и изогнула бровь. Неизвестный номер. Короткий. Она быстро нажала на "Ответить" и положила обратно руку на руль. — Алло?

Ты не хочешь, чтобы я жила?

      Услышав этот голос, который снился ей теперь в кошмарах, Молли чуть не врезалась в впереди едущую машину. Она быстро свернула и остановилась на обочине дороги. Если ей выдадут штраф за остановку в неположенном месте — плевать.       Молли уставилась на телефон. Звонок всё ещё шёл. А сердце заколотилось быстрее. Это Саша. Точнее, нет. Автоматон. Она слышала эту фразу. В первую встречу. Когда Джон продемонстрировал первый прототип. После, этот жалкий кусок железа снился ей по ночам. В кошмарах. Она была настолько жуткой. Сейчас мурашки бегали по телу Молли. Язык будто проглотила. Не могла вымолвить и словечка. Не могла ответить. Она в сильнейшем ступоре.

Ты не хочешь, чтобы я жила?

      Фраза повторилась. Она ударилась в уши. Словно молоток. Дыхание ускорилось. Пот бежал по лицу. — Что тебе надо?! — Молли хотела крикнуть, но не смогла. Будто во сне. Она лишь выдала из себя тихий голосок.

Я думала, мы с тобой близкие подруги…

      Откуда? Откуда Джон узнал? Саймон уже давно не сотрудник, у Райи не было браслета, сломался пару дней назад. У Молли тоже его нет. Или Джон ничего не узнал? И это просто предупреждение?

Скоро мы будем с тобой вместе.

      Он точно знал. Молли уверена. Но откуда?

Так что не мешай... Молли.

      Она схватилась за телефон, вынула оттуда сим-карту и вышла из машины. Джон подарил ей этот смартфон. Молли помнила, как она радовалась ему. Оказавшись на улице, она с размаху кинула его на дорогу прямо под машины. Она не была уверена в том, что в нём нет прослушки. Но лучше лишний раз убедиться и устранить проблемы, нежели потом получить их в двойном размере. К счастью, у неё с собой второй телефон, купленный лично ею. О нём Джон не знал.       Молли вернулась в машину. Сим-карту она выкинет. Чтобы Джон не смог вычислять её местоположение. У Райи тоже нужно сменить номер. Кстати, о ней. Молли достала второй телефон и набрала её. — Райя. Первое предупреждение от Джона уже есть.

Верёвка.