Метка Дьявола. Хёнликсы.

*** Сынмин и Йеджи держались за руки, осторожно пробираясь вперёд по узкой тропе. Колючая жара сгущалась, а их шаги становились всё более неуверенными — в тёмном лесу каждый шорох казался угрожающим. Сынмин чувствовал, как рука Йеджи дрожит в его ладони, пытаясь справиться с беспокойством. Вскоре лес выпустил их на просторное поле, залитое неестественным красным светом, словно они смотрели на него сквозь солнечные очки кровавого оттенка. Это зрелище было одновременно завораживающим и пугающим. Впереди, как сюрреалистический призрак, они увидели Феликса. Он двигался неспешно, его поверхность казалась размытой, словно отражение в воде. — Феликс, — позвал Сынмин. Но Феликс не откликнулся, продолжая путь, его фигура становилась всё менее осязаемой. Йеджи с тревогой посмотрела на Сынмина. — Может, за ним? Не теряя времени, они бросились вслед за Феликсом. Внезапно земля под ногами вздрогнула, словно пробуждаясь от глубокого сна. Сынмин и Йеджи инстинктивно схватились друг за друга, пытаясь удержать равновесие. В тот же миг, словно предвестники беды, в небе появилась стая ворон, стремительно летящих прямо на них. Их крики были оглушительными, как шёпот тысячи голосов. Они пригнулись, когда стая пронеслась над ними, касаясь поверхности крыльев. Но вороны не отступили и снова начали кружить, готовясь к новой атаке. Осознав опасность, оба, следуя внезапному импульсу, разделились и прыгнули в разные стороны. Сынмин оказался в белоснежной комнате без окон и дверей, где не было ни пола, ни потолка — лишь безграничная пустота, подчеркивающая его одиночество. Йеджи, напротив, находится в тёмной комнате — глубокой черноте, которая поглощала всё, что пыталось проникнуть внутрь. Здесь не было источников света, и границы пространства исчезли, оставляя лишь ощущение пустоты. — Сынмин? Впереди появилась дверь, необычно яркая, она бросала мягкий свет сквозь окружающую темноту. Шагнув вперед, девушка почувствовала, как земля будто уходит из-под ног, словно она вот-вот упадет в пропасть. Йеджи замерла, услышав грохот сверху. Вскинув голову, она увидела восходящее солнце. Его лучи начали жечь её кожу, причиняя невыносимую боль. Йеджи инстинктивно прикрыла лицо руками, но свет проник, заставляя её вскрикнуть — её тело начало гореть. Когда она снова открыла глаза, её окружала темнота, а сияющая дверь вновь возникла перед ней. Задумавшись, что всё это значит, она почувствовала приближение солнца и неизбежность повторения мучительных страданий. На этот раз Йеджи решила действовать иначе. Осознав, что этот ужасный цикл, вероятно, будет продолжаться, она умчалась вперед, в знакомое место, где должна была появиться дверь. Но сейчас она натолкнулась на хитрую уловку: дверь оказалась не там, где ожидалась. Снова и снова находила себя в темной комнате, вновь и вновь ощутив мучительную боль от ожогов солнечных лучей. Каждое возвращение казалось небольшим адом. Наконец, после многих попыток и мучительных страданий, Йеджи удалось проникнуть в дверь. Тем временем, в белой комнате, в которой находился Сынмин, прошиб тысяч голосов, словно эхо, проносящееся в его ушах. Эти голоса звали его имя, нашептывали тайны, кричали предупреждения. Он отчаянно прикрыл руками уши, но звуки не могли успокоиться, продолжая пробивать сознание. Ему казалось, что это длится целую вечность. Начались видения. Перед ним возникла толпа людей: лица, которых он когда-то видел, но стер из своей памяти. Это были незнакомцы и близкие, забытые и потерянные образы, мешающие ему сосредоточиться. Он ожесточенно пытался понять, как найти правильный выход из этой белой мглы. Он делал множество попыток. Но каждая неправильная дверь возвращала его обратно в ту же самую белую комнату, словно злоупотребляя его отчаянием. Наконец, совершив решающий выбор, он прошёл через правильную дверь. Вместе с Йеджи он рухнул на пол её спальни из шкафа, как будто вывалились из кошмарного сна. Осторожно поднялся на локти, взгляд медленно скользнул по комнате, остановившись на шкафу, из которого они только что выпали. Затем он перевел взгляд на Йеджи, которая также постепенно приходила в себя. Её дыхание было тяжёлым и резким, отражая пережитый стресс. Понимая необходимость оставить прошлое позади, Йеджи быстро подошла к шкафу и решительно захлопнула его двери. Они оба начали осматривать комнату — знакомое место, приносящее чувство безопасности. Сынмин, чувствуя, как возвращается время, вытащил свой телефон, чтобы удостовериться, сколько прошло времени. — Почти сутки, — пробормотал он, с трудом осознавая это. — Это было долго, — ответила Йеджи, её голос был наполнен утомлённым удивлением. — Казалось, что бесконечно. В это мгновение в памяти Сынмина начали всплывать образы и звуки, которые преследовали его в белой комнате. Голоса и лица, вроде бы знакомые, но одновременно отчуждённые. — Я видел всех вас, — произнес он тихо. — Словно я не знал вас. Йеджи, всё ещё ощущая лёгкий трепет, подошла к окну, осторожно взявшись за край шторы. Сынмин, стараясь быть начеку, поднялся, чтобы наблюдать за ней, его инстинкты оставались напряжёнными. Йеджи обернулась к нему, её глаза светились радостью и покинула спальню. Сынмин вышел из спальни, чувствуя себя немного растерянным после произошедшего. Он намеревался последовать за Йеджи, но ноги не слушались его, словно он ещё не до конца осознал всё, что случилось. Сделав несколько шагов, он оказался рядом с знакомой комнатой, которая привлекла его внимание. Это была спальня Гейла — место, где когда-то хранился кинжал. Когда он вошёл внутрь, Сынмин с удивлением обнаружил, что комната изменилась. Теперь она выглядела гораздо уютнее, словно утопала в зелени и цветах. Вместо того, чтобы быть просто спальней, это пространство превратилось в маленький сад. Сынмин опустился на колени, внимательно оглядывая комнату. Он осторожно поднял старую доску пола, которую многие могли бы и не заметить. Место, где, по его воспоминаниям, находился кинжал, было тщательно скрыто. Но когда он заглянул внутрь, его ожидания не оправдались — кинжала не было. — Где он? — с недоумением прошептал Сынмин. Вместо кинжала он обнаружил лишь небольшой камень. На первый взгляд, он напоминал либо уголь, либо чёрный кварц, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что это что-то особенное, не поддающееся простой классификации. Сынмин взял камень в руки, чтобы получше его рассмотреть. Холодные грани камня приятно холодили ладонь. Не долго думая, он вернул доску на место, аккуратно прикрывая тайник. — Мне нужен он, или Феликсу, — проговорил он едва слышно для себя, кладя загадочный камень в карман. Его разум пытался выстроить взаимосвязи. Внезапно его посетила мысль, словно светлая догадка озарила тень сомнения: кто-то уже нашёл кинжал. И этот кто-то мог быть причастен к исчезнувшим страницам из его дневников. Он почувствовал, как кусочки головоломки начинают складываться воедино. Теперь всё ясно. *** Сынмин неспешно спускался по лестнице, его шаги были почти бесшумными. Он наблюдал, как родители заботливо уводили Йеджи глубже в дом, стараясь уберечь её от солнечного света. Их внимание полностью было сосредоточено на девушке, и Сынмин прошёл незамеченным. Вышел на улицу, увидел своих родителей, направляющихся к машине, готовясь отправиться на работу. Соня, заметив сына, приостановилась. — Ты был у них? — её голос прозвучал с ноткой удивления. — Мне говорили, что ты у Феликса. Сынмин, несколько задумчивый и, казалось, отстраненный, подошёл ближе. — Кто разорвал страницы моих дневников? — его вопрос был прямым, почти обвинительным. Соня с раздражением вздохнула, уже устав от этой темы. — Не хочу слушать это снова, что это был я, — добавил он, и в его голосе слышался глухой упрек. Альберт и Соня обменялись недоуменными взглядами, словно стараясь подобрать слова, прежде чем ответить. — Это был не я, — Сынмин уверенно продолжал, видя их замешательство. — Я был с вами в реабилитационном центре. Кто-то зашёл и сжёг их. Родители выглядели явно удивлёнными. — Это был АйЕн, либо кто-то? — настаивал Сынмин, молчаливой тенью стоя перед своей семьёй. — Сынмин, это ты, конечно... — начала Соня, но её слова прозвучали неуверенно. — Ты врёшь, мам! — неожиданно резко перебил её. — Это был АйЕн, — ответил Альберт, его голос был тихим, почти извиняющимся. Соня с укором уставилась на мужа. Сынмин, мельком посмотрев на отца, почувствовал, как в нём поднимается вихрь эмоций, хотя пытается сдержаться. Его больше не интересовали их объяснения. Соня, заметив уходящего сына, громко окликнула его. — А как же школьная форма? Её голос прозвучал с беспокойством, как будто школьная форма могла вернуть всё на свои места. Но Сынмин продолжал идти, не обращая на это внимания. — Может, хотя бы подвезём тебя? Альберт подошел к жене и мягко остановил её, положив руку на плечо. — Пусть идёт сам, — сказал он спокойно. Соня замерла на мгновение, её взгляд метался между мужем и сыном. Юна осторожно открыла дверь спальни, стараясь не издавать ни звука. Медленно ступая по полу, она покидала комнату, но вдруг замерла, увидев фигуру в коридоре. Перед ней стоял Чан, спокойный и собранный, и Юна невольно задержала дыхание от неожиданности. На мгновение её охватил страх, но, заметив отсутствие татуировки на его шее, она поняла, что перед ней не Крис, которого она опасалась. Чан мягко улыбнулся, увидев её настороженность, и произнёс еле слышно. — Пойдём. Они бесшумно двигались по коридору, стремясь незаметно покинуть дом. Однако их шаги прервали слова, донесшиеся из кухни. — А завтракать не собираетесь? — с привычным спокойствием спросил Крис. Оба замерли на месте. Чан тихо прошептал Юне, стараясь, чтобы его голос звучал успокаивающе. — Иди вперёд. Я поговорю. Сердце Юны ёкнуло от детской тревоги, но она сделала шаг вперёд. Но Крис неожиданно оказался перед ней, перекрывая путь. На мгновение Юна почувствовала себя потерянной, словно испуганный заяц, который внезапно попал в свет фар. Она встретилась взглядом с Крисом, пытаясь понять, что у него на уме. Чан, оставшись чуть позади, напряжённо следил за каждым движением Криса, готовый вмешаться, если потребуется. Крис с добродушной улыбкой поднял контейнер с ланчем и протянул ей. — Собой возьми, — предложил он, спокойно передавая контейнер ей в руки. — Спасибо, увидимся скоро, — сказала она, стараясь, чтобы голос её звучал уверенно, и пошла к выходу. Чан последовал за ней, прощально кивая Крису, и вскоре они оба оказались на улице. Юна шла рядом с Чаном, крепко сжимая контейнер. Чан посмотрел на неё, заметив её напряжение. — Ты в порядке? — спросил он, осторожно, чтобы не спугнуть её. Юна глубоко вздохнула, стараясь избавиться от груза эмоций. — Он изменился, — ответила она тихо, ощущая внутренний конфликт. Чан кивнул, соглашаясь. — Я тоже заметил, — сказал он. — Становится взрослее. Юна покачала головой, находясь во власти тревожных мыслей. — Опасным, — добавила она Их шаги были медленными и вдумчивыми, как будто каждое слово нужно было обдумать несколько раз. — Мне нужно что-то сделать, — внезапно произнесла Юна, словно разговаривая сама с собой. Чан слегка наклонил голову, запрашивая пояснений. — Что именно? Юна остановилась и встретилась с ним взглядом. — Вернуть его туда, откуда он явился. — И как ты собираешься это сделать? — спросил он, готовый выслушать её план. — Не знаю. — Ты нарисовала его, как он выбрался оттуда? Она вспомнила, как добавила последний штрих к рисунку. — Татуировку. Руина из книги. Чан нахмурился, пытаясь разобраться в происходящем. — Что за руина? — спросил он, надеясь найти ответ. — Демоническая, мистическая... что-то вроде. — Что она означает? — Не знаю, — ответила Юна. — Нашла в библиотеке, когда была там с Черён. Чан раздражённо покачал головой. — Мне жаль, что так вышло, — сказала Юна с сожалением. — Нет, ведь это я попросил, — мягко ответил Чан. — Хотел сблизиться с тобой. Юна удивлённо взглянула на него, его откровенность была неожиданной. — Сначала найдём выход, а потом всё обсудим. Хорошо? — предложил Чан. — Да. Увидев её смущение, Чан игриво погладил по голове. Юна смущённо улыбнулась и отвела взгляд, лицо её слегка порозовело. — Ну пошли, — сказал Чан. Они продолжили свой путь, направляясь в школу. Юна пришла в класс и направилась к своей парте. Окинув взглядом комнату, она заметила, как одноклассники постепенно занимают свои места. Завидев её, АйЕн, который сидел, не отрываясь от экрана телефона, поднял глаза и заметил её присутствие. — Привет, Юна, — сказал он, с интересом наблюдая за её настроением. Сев, Юна тяжело вздохнула, чувствуя смешение эмоций. — Волнительно как-то, — сказала она, будто размышляя вслух. АйЕн, продолжая смотреть в её сторону, спросил. — Что случилось? Юна задумчиво ответила. — Так немного и хорошего, и не очень... АйЕн хотел было углубиться в тему, но его внимание отвлёк Сынмин, который вошёл в класс, одетый не по школьным правилам и не в свой класс. Сынмин приблизился к их парте с определённой целью, а АйЕн слегка раздражённо спросил. — Опять ты? Что на этот раз? Сынмин порывисто схватил его за руку. — Пойдём со мной. — Чего ты от меня хочешь? — Просто следуй за мной. — Не хочу, — АйЕн отдёрнул руку. Сынмин ненадолго остановился, в его взгляде сквозила боль и что-то похожее на отчаяние. — Ты не пришёл, когда я ждал тебя, прежде чем уехать. На лице АйЕна мелькнуло удивление. — А потом ты просто стал меня избегать, ты оставил меня одного. Он снова взял его за руку, и в этот раз АйЕн не противился. Они вышли в коридор. — Ты действительно всё вспомнил? — спросил АйЕн, глядя на него с надеждой и тревогой. — Думаю, что да. АйЕн сжал кулаки, чтобы сдержать порыв обнять Сынмина и заплакать. — Почему ты меня оставил? — спросил Сынмин, его голос ломался от боли. АйЕн боролся с собой, пытаясь найти слова для объяснения, но воспоминание о его матери мешало ему говорить. — Ты говорил, что я тебе не обуза. Но в конце концов, ты бросил меня, — произнёс Сынмин, его глазах были слезы. — Я каждый раз просыпался, начиная новую жизнь, когда стиралась память. Теперь я вспомнил, без тебя всё было как в паутине. АйЕн смог лишь прошептать. — Прости. Но Сынмин отвёл взгляд, решив оставить этот разговор на потом. В его голове была другая, не менее важная тема. — Где кинжал? — резко спросил он, его глаза серьёзно сузились. — Какой кинжал? — удивлённо переспросил АйЕн, не понимая. — Он хранился под полом у Гейла. — Он в воде... я его бросил, — ответил АйЕн, вспоминая тот момент и беспокойно сглотнув. — Зачем ты это сделал? — Меня заставили. — Уджин? — настоятельно спросил Сынмин. Оба повернули головы в сторону, услышав шаги. Вдоль коридора в их направлении не спеша шёл Уджин. Сынмин наклонился к АйЕну и тихо, но твёрдо прошептал. — Принеси его мне или Феликсу. АйЕн, замешкался, обратил на него полный недоумения взгляд. — Зачем? — Просто сделай это. — Но он на дне озера! Как я смогу его найти и вытащить? Но Сынмин уже отходил от него, поймав взглядом фигуру Уджина. Он начал двигаться в его направлении, а Уджин зашёл в класс. Сынмин остановился у дверей, следя за ним. В самом центре класса стоял Феликс, словно бы ожидал прихода Уджина. Когда тот вошёл, их взгляды встретились. Уджин сразу понял, что Феликс изменился – в его глазах был новый, непоколебимый огонь. АйЕн подошёл к Сынмину, осторожно заглянув через его плечо, чтобы увидеть, что происходило в классе. — Собираешься напасть прямо здесь? — хладнокровно спросил Уджин. — До полуночи в день рождения Хёнджина ещё есть время. Станешь человеком. АйЕн, услышав этот непонятный разговор, почувствовал себя сбитым с толку. Он искал ответ в глазах Сынмина, но тот не сводил взгляда с происходящего перед ним. Феликс, стоящий в центре класса с незыблемым спокойствием, ответил твёрдо. — Я не дам тебе поглотить наши души и других. Мгновение, словно по сигналу, началась первая схватка. Уджин с удивительной ловкостью поднял стул и метнул его в сторону Феликса. Тот успел уклониться в последний момент, и стул разлетелся на части, ударившись об стену. АйЕн, затаив дыхание, наблюдал за происходящим с растущим беспокойством. Услышав резкий шум в классе, любопытные ученики поспешили к дверям, чтобы понять, что происходит. Волнение, будто электричество, быстро распространилось по коридору. В толпе толкались и таранили друг друга плечами, пытаясь протиснуться поближе. Беллу толкнули, и она, недовольно нахмурившись, вскрикнула. — Эй, полегче! Она попыталась удержать равновесие, при этом успев заметить, что её телефон светится, сообщая о новом уведомлении. Белла быстро проверила его — это был запрос на подписку. Она, недолго думая, приняла запрос и решила заглянуть в ленту новоиспечённого подписчика. На экране появилось единственное фото: Чанбин, с лёгкой улыбкой и добродушным выражением лица, указывает пальцем на свою ямочку на щеке. Изображение было милым и немного забавным. — Серьёзно?! — фыркнула она с лёгким раздражением. Чанбин был невероятно рад, что Белла приняла его запрос на подписку. Ему не терпелось поделиться этой новостью с Арло. В кабинете директора Гаста Арло и Чан, находились в необычном положении. Они сидели напротив стола и старательно избегали встречаться взглядами. — Итак, если родитель согласен на перевод ребёнка в другую школу для трейни, необходимо выполнить вот это... — заявил Гаст, вынимая лист из ящика и поднимая его так, словно это был важный документ. Уджин и Феликс столкнулись друг с другом так сильно, что одновременно полетели прямо в окно, которое тут же разлетелось на осколки. Учитель, услышав шум, подбегает к месту происшествия. С трудом пробираясь через толпу возбужденных учеников, он восклицает. — Пропустите! — Пройдя сквозь учеников, он увидел разбитое окно и вздохнул, закатив глаза, — опять?! Сынмин посмотрел АйЕну прямо в глаза. — Они демоны, сейчас не могу объяснить. Кинжал — это единственное, что может их остановить. Если мы что-то не предпримем, последствия могут быть катастрофическими. АйЕн посмотрел на Сынмина с недоверием, пытаясь осознать услышанное. — Откуда ты знаешь об этом? — Я видел это, — ответил Сынмин, слегка дрогнув голосом. — В одном из воспоминаний, или, может быть, это было больше похоже на видение. Я был в белой комнате, и передо мной мелькали души и призраки. Это предупреждение. АйЕн кивнул, понимая, что отступать нельзя. — Хорошо. Я пойду за кинжалом. С этими словами, он направился к выходу, не теряя времени. Гаст аккуратно сложил документы на стол и сдвинул их Чану и Арло. Однако они, вместо того чтобы принять бумаги, внезапно подняли руки, указывая пальцами на окно. Их лица выражали удивление. Обернувшись, Гаст увидел, что небо снаружи приобрело зловещий тёмно-красный оттенок. Это зрелище было столь необычным и тревожным, что он невольно произнес. — Что это? Чанбин в коридоре тоже обратил внимание на странное явление за окном. Он потянулся за телефоном, намереваясь снять ролик. Однако, стоило ему взглянуть на это небо, как в его сознании всплыли жуткие образы — сцены, напоминающие адские пейзажи, где его мучили нечто похожее на трупы или оживших мертвецов. Эти воспоминания были столь сильными и пугающими, что он не смог сдержать пронзительного крика. Телефон выпал из его рук и с глухим стуком упал на пол. Не в силах справиться с нахлынувшим ужасом, Чанбин схватился за голову и опустился на колени, его разум метался между реальностью и кошмарами, спровоцированными этим зловещим зрелищем за окном. Лино и Хан на полной скорости подъехали к парковке на мотоцикле. Хан, спешившись с заднего сиденья, взглянул на небо, которое отбрасывало зловещий красный свет на всё вокруг. Лино остался сидеть, пытаясь осмыслить увиденное. — Это на спортивном поле? — спросил Лино, всматриваясь в сторону школы. — Да, похоже, там что-то происходит, — задумчиво ответил Хан, напряжённо глядя в ту же сторону. — Садись, едем подальше отсюда, — предложил Лино, чувствуя нарастающее беспокойство. Однако Хан покачал головой. — Нет, ты должен пойти и помочь. Лино удивлённо уставился на него. — А? Почему я? — Ты ведь собираешься учиться на полицейского. Это шанс проявить себя — помочь или хоть что-то сделать. — Справляться с мистическими сущностями? Да я не охотник на монстров! — возразил Лино, не веря своим ушам. — Тебе не волнует, что меня убьют или съедят? — Может это аномалия? Конец света? АйЕн прибежал на парковку к велосипедам, но заметил мотоцикл. Его мысли вихрем проносились в голове: "Мотоцикл. Это ведь быстрее любого велосипеда!" Решающее решение зрело в его сознании. Хан уже собирался сесть обратно на мотоцикл, когда АйЕн, полный решимости, подскочил к нему и оттолкнул в сторону. — Отвези меня к озеру! — взмолился он, обращаясь к Лино. — Что ты творишь? — недовольно спросил Лино, глядя на пришедшего АйЕна. — Мы все погибнем, по дороге расскажу. — воскликнул АйЕн, указав на пугающее красное небо. Лино перевёл взгляд на Хана, осознавая остроту момента. — Ладно, — сказал он, решившись. — К какому озеру? — Там, где мы часто устраивали кемпинг, — быстро пояснил АйЕн, вскакивая на мотоцикл. — Иди домой, Джисон, — коротко бросил Лино, начиная движение. Они стремительно уехали в сторону озера, оставив Хана одного. Обиженный и чуть разведённый губами, Хан смотрел им вслед. Крис шёл по улице, держа в руке список продуктов, которые нужно было купить. Он перебирал головой пункты, что-то тихо бурча себе под нос, когда остановился у небольшого кафе, привлекающего своим уютом и ароматами. Подняв глаза к небу, он заметил странное красное свечение, которое сразу вызвало у него тревогу. Из кафе вышла Лиа в своей рабочей форме бариста и тоже остановилась, глядя на небо. Они переглянулись, деля между собой чувство настороженности, когда услышали шум мотоцикла. Прозвучал рев двигателя, и Лиа, взглянув внимательнее, увидела на проезжающем мотоцикле АйЕна с Лино. Крис, ощущая нарастающее беспокойство за Юну, внезапно вспомнил, что она сейчас должна быть в школе. Его сердце защемило от страха, и он, не раздумывая, побежал в сторону учебного заведения, полагая, что там может быть небезопасно. Лиа, решив не медлить, побежала следом за АйЕном. Что-то в её интуиции подсказывало, что это важно, и она не могла оставить это без внимания. Тем временем, в другом конце города, Хёнджин выскочил из дома и быстро оседлал свой велосипед. Паника и тревога за Феликса охватили его целиком. В эту минуту из дома выбежала Джинджер. — Не уезжай! — в панике кричала она, пытаясь его остановить. Хёнджин, отчаянный и полный решимости, закричал в ответ. — Там Феликс! Я не хочу его потерять! Не дожидаясь дальнейших уговоров, Хёнджин начал крутить педали изо всех сил, направляясь к тому месту, где красное небо грозило бедой. Мотоцикл застыл на месте у самого берега озера, и АйЕн без промедления спешился. Без лишних слов он направился к воде и, не задумываясь, вошёл в неё. Лино остался стоять на берегу, немного нервничая. Плавание никогда не было его сильной стороной, и мысль о глубокой воде внушала ему беспокойство. С хлестанием воды АйЕн нырнул в озеро, создавая лёгкие круги на его поверхности. Лино наблюдал за его движениями, чувствуя, как волнение нарастает с каждой секундой его отсутствия. АйЕн несколько раз всплывал на поверхность, чтобы вдохнуть воздуха, и сразу исчезал обратно в глубине. Его поиски кинжала были полны отчаяния, но результат оставался неутешительным. В одну из таких попыток он захлебнулся, и, кашляя, выбрался на поверхность, устало выползя на берег. — Как он выглядит?! — раздался голос Лино, который решился зайти в воду, но остановился, зайдя лишь по колени. Переведя дыхание, АйЕн собрался с мыслями, но не успел ответить. В этот момент к озеру подбежала Лиа. Не теряя времени, она грациозно прыгнула в воду, словно это было её родной стихией. Лино в изумлении наблюдал, когда из-под воды появился её хвост русалки, сверкающий под водным светом. Лиа стремительно ныряла вглубь, скользя в воде будто рыба. АйЕн вдохновился её примером и тоже вновь погрузился под воду. Сквозь мерцающую толщу озера АйЕн наконец заметил что-то блестящее — рукоять кинжала. Лиа, словно почувствовав его успех, приблизилась и помогла ему вытащить находку из захвата песка и растительности. Они вынырнули на поверхность, АйЕн сжимал в руке кинжал. Лино, стоящий по колени в воде, выдохнул с облегчением.