Дворецкий, что нуждается в лечении

      Вернувшись из Уэстонского колледжа, граф Фантомхайв разрешил взять себе выходные. Хотя работы было невпроворот, ведь Гробовщик чудесным образом создавал ту для него, его ноги ныли, голова раскалывалась, а на руки вообще было страшно взглянуть после всех тех тренировок в крикет. Вот и сейчас он занимался тем, что внимательно их рассматривал. Молочная и нежная кожа теперь покрылась мозолями и засохшими ранами, пальцы, такое впечатление, что едва сгибались… Это раздражало. До какого времени вообще он должен ходить так, пока все вернётся в норму?       — Себастьян, — стоило ему подать голос, и демон тут же явился.       — Да, мой лорд, — учтиво обратился дворецкий, согнувшись в поклоне. Его черные волосы немного свесились вниз, закрывая часть лица, а глаза смотрели как всегда лукаво, теперь переливаясь одним из оттенков оранжевого.       — Сделай что-то с этим, — мальчик протянул руку вперед с брезгливым выражением лица.       Брови демона взмыли вверх.       — С этим? Что господин имеет ввиду? — уточнил он.       Сиэль теперь и его одарил таким же взглядом.       — С моими руками. Сделай что-то с ними. Не могу на это смотреть, — раздраженно пояснил мальчишка.       — Сию минуту, мой господин, — понятливо отозвался демон. Он исчез, а после появился снова. Протянул вперед руки, а на них лежали перчатки. Брови Сиэля приподнялись в удивлении, а глаза округлись.       Он потянулся вперед, а после взял перчатки из ладоней дворецкого и хлестнул ими ему по лицу. Демон от неожиданности оторопело уставился на хозяина.       — Мой господин, вам не понравилось мое решение? — его глаза налились алым, точно рубиновой кровью, и потусторонне сверкали при тусклом свете вечерней свечи.       — Так ты решаешь проблемы? — строго сказал граф Фантомхайв. Он поднялся, и его ночная рубашка упала, скрывая едва оголившееся ноги. Он возвысился над демоном, что сидел на полу, преклонив одно колено. — Думаешь, скрыть это будет достаточной мерой?       — Прошу меня простить, но мой лорд не уточнил, чего именно он желает…       Сиэль перебил его раньше, чем тот успел закончить.       — А ты, Себастьян, значит, больше сам не можешь додуматься до чего-то адекватного, только такие идеи приходят в твою старую голову? — указал Фантомхайв на перчатки в его руках. — Довольно, убирайся, видеть тебя больше не желаю.       — Слушаюсь, мой господин. Спокойной ночи, — демон откланялся и закрыл за собой дверь. Сиэль же, разочарованно выдохнув, упал на кровать и сам погасил свечу.       Себастьян стоял за дверью, и хотя он не почувствовал удара мальчишки, его гордость была бы задета, если бы не условия их договора… И все же догадки подтвердились. В последнее время он все чаще находил господина в плохом расположении духа, раздражительным или откровенно злым, и единственным человеком, на котором он вымещал свои негативные чувства — был именно этот верный слуга и дьявольски хороший дворецкий собственной персоной. А причина являлась столь человеческой и глупой, даже не стоящей малейшего внимания, если бы мальчишка не обращал на это такого внимания.       Дворецкий провел языком по щеке внутри с той стороны, по которой его ударили и почувствовал, что слизистая стала более чувствительной. Он закинул волосы назад, поправив, и стал ждать. Когда за дверью дыхание стало ровным и нечастым, демон зашел обратно в комнату. Маленький господин мерно спал, и лунные лучи освещали его бледное умиротворенное лицо. Почти умиротворенное, ведь даже во сне он хмурился.       Себастьян встал у кровати, глядя на мальчишку сверху-вниз, он чувствовал, как они поменялись местами. Точнее, истинное положение дел было таким. Он просто позволял с ним играть в эти игры со служением и управлением. Всегда весело наблюдать, как кто-то пытается достичь своих целей, используя все, что есть, любого, кто попадется, и не упуская самых низких выходок. Особенно, если эта цель стоит внимания и обязательно повлечет за собой страдания и смерти других. Сиэль был теперь его господином, но и вместе с тем очаровательной куколкой, которая вела себя как живая и даже так по-настоящему злилась на него недавно.       Демон снял перчатку и протянул обнаженную руку к маленькому лицу. Он невесомо повел по нему, едва касаясь, не позволяя мальчику проснуться. От глаза с печатью по щеке к губам, маленьким и пухлым, что так часто кривятся в отвращении и так редко растягиваются от чистой радости. Губы прогнулись под его пальцами. По своей демонической природе он не избегал никаких методов, но, чтобы трапеза была вкуснее, Себастьян обычно почти не прикасался к еде до тех пор. Но это «почти» в этот раз немного изменилось. Его еда стала его собственностью, и чем больше он смотрел на него, тем больше ему хотелось касаться своего господина. Пальцы раздвинулись, охватывая угол маленького подбородка, а после опустились к шее. Человеческая жизнь столь хрупка. Ему стоило лишь соединить их, чтобы лишить его этого, но демон не хотел, да и по договору должен был защищать своего хозяина. Огладив шею, пальцы спустились на грудь и остановились у края ночной рубашки. Чтобы повести дальше, ему бы пришлось раскрыть его и раздеть, но какой смысл был это делать, если маленький господин все еще не осознал причину своего раздражения?       Себастьян наклонился к лицу мальчика, смотря на него вблизи алыми животными глазами.       — Этот демон и дворецкий предлагает вам развлечения, вы же не откажете ему, правда, юный господин? — прошептало чудовище в облике мужчины своим томным и соблазнительным голосом.       Сиэль что-то неразборчиво промычал и заворочался, повернувшись на бок. Дворецкий же выровнялся, отодвигаясь. На его безумно красивом лице расцвела плутовская улыбка, подобно ночному цветку.       На следующий день Сиэль все еще чувствовал раздражение в отношении этого демона. И он был уверен, что то даже возросло в разы. Что бы он не делал, как учтиво не обращался, как не ступал или изображал дыхание — его раздражало абсолютно все, в первую очередь из-за того, что граф в принципе обращал на это внимание. На его руки, изящные и крепкие одновременно, что делали все с ювелирной точностью и даже уродство могли превратить в высочайшее по качеству и виду изделие. Его ноги, стройные, быстрые, всегда, будто двигающиеся в такт неслышной музыке. Фигуру, что с первого взгляда казалась тонкой и невесомой, но Сиэль прекрасно знал, какая мощь за ней скрывается. Но более всего его раздражало именно лицо дворецкого. Столь красивое в последнее время, что хотелось смотреть на него неотрывно. И как только он ловил себя за этим занятием, то сразу же прогонял демона прочь, чтобы не глядеть на того и вовсе.       Себастьяну же все было до лампочки. Он продолжал делать свою работу, не обращая на господина и малейшего внимания. А сегодня даже не попытался извиниться за вчерашнее, будто и вовсе забыл о своей выходке.       Потому, чтобы снова не сорваться, после завтрака граф Фантомхайв отправился в библиотеку, чтобы почитать. Демон же занялся домашним хозяйством, потому они могли побыть наедине, какое-то время и вовсе не пересекаясь. Это не могло не радовать. Сиэлю хотелось отдохнуть от этого дворецкого, что в последние дни все больше преследует его и в мыслях, и в снах. Вот уже какое-то время ему снится, что тот стоит над его кроватью или и вовсе, какой абсурд, прикасается к нему. А на утро юного господина всегда ждет трагедия, от чего его настроение неизбежно падает еще ниже. Хотя куда уже дальше?       Он должен был реагировать так на девушек, но вовсе не на подобное потустороннее существо. Графу стоило отыскать способ, как справиться с этим без стороннего вмешательства, пока этот наблюдательный дворецкий не предложил ему свою помощь. Он не потерпит… Он найдет способ урегулировать это. Возможно, его охватила вообще какая-то болезнь, а если так, то тем более стоило с ней разобраться как можно раньше.       Сиэль нашел некоторые книги, и его разочарованию не было границ. Он сидел над одним внушительным медицинским томиком, в котором всего пара абзацев выделялась под интересующую его проблему. Сплетя пальцы в замок, он застыл над книгой, прикрывая свое расстроенное лицо, и угрюмо смотрел на несколько строк перед ним.       «Девиации поведения. Психические расстройства в сексуальном поведении» — гласил заголовок. Ниже шло пояснение. — «К подобного рода расстройствам причисляют в первую очередь гомосексуализм или мужеложество, содомия — нарушение психосексуальной ориентации, половое влечение к особям своего пола. Люди с подобными отклонениями рассматривают человека того же пола, как объект своих сексуальных желаний, возбуждаются от мысли или от действий в отношении таких особей. Чаще встречается у мужчин, нежели у женщин. Врожденные формы значительно превалируют над приобретенными. Может проявляться лихорадкой, излишней возбужденностью или раздражённостью, если цель не была достигнута. Подобные люди становят угрозу моральным устоям общества и несут опасность окружающим их людям, потому больные должны быть изолированы в психической лечебнице и пройти курс лечения, включающий поведенческую терапию, групповую, или же лоботомию.       Статистика гласит, что около пятнадцати процентов больных успешно возвращаются в общество с небольшим или неподтверждённым числом рецидивов».       Граф Фантомхайв смотрел на это и понимал, что ни психушка с поведенческой, групповой терапией, ни сама отдельно взятая лоботомия совсем не привлекают его в качестве лечения.       Что же тогда ему остается? Попросить помощи у демона? И как же он будет помогать ему решать эту проблему?..       Сиэль покраснел, смутно представляя, что тому придется делать. Сам же он собственными руками ни за что в жизни и никогда не пойдет на такое.       Ни умыться, ни одеться нормально с тех пор не может. Разум не остается ясным. Он становится все более раздражительным. Из-за того, что не может больше спокойно использовать своего дворецкого, кажется, еще немного и ему в самом деле понадобится лечебница…       Сиэль тяжело вздохнул.       — Себастьян, что же мне с тобой делать? — едва слышно пробубнил себе под нос граф.       Демон тут же появился, учтиво отозвавшись рядом.       — Слушаю, мой господин.       От неожиданности мальчик подпрыгнул, а потом вспомнил о книге и резко захлопнул ту. Попытался быстро развернуться, чтобы скрыть чтиво, но пошатнулся и едва не упал со стула. Себастьян поддержал то и поставил на место. Сиэль тяжело дышал, глядя на него из-под лба.       — Господину нездоровится? — демон протянул руку, чтобы коснуться его лба, увидев, насколько мальчик покраснел.       Граф отбил её, не дав этого сделать.       — Не прикасайся ко мне! — повысил голос мальчишка.       Дворецкий смотрел на него прямо какое-то время, пока вежливо не опустил взгляд в пол и наклонил едва голову вниз.       — Прошу простить мою неучтивость.       — И вообще убирайся отсюда, я не звал тебя, — нагло заявил Сиэль, пытаясь скрыть свое смущение.       — Но я точно слышал…       — Ты не слышал, что я тебе сказал? — насупился граф Фантомхайв.       — Прошу простить мою наглость, но господин ведет себя странно. Читает книги по медицине, при этом возбуждаясь так, будто я застал его за чтением порнографии. Я всего лишь волнуюсь о здоровье своего господина. Зачем иначе ему читать такие книги? Если бы это не касалось здоровья господина, разве не легче было бы меня спросить об этом? — любезно выдал он.       Сиэль оторопело смотрел на своего дворецкого и, наверное, впервые не знал, что с ним сделать. Попросить его убить себя самостоятельно или же отправить его на смертельную миссию, чтобы убил кто-то другой?       — Прежде чем вольно строить необоснованные догадки и проматывать время зря, почему бы тебе не заняться делом, Себастьян? — Фантомхайв снял повязку с глаза, смотря прямо на лицо демона. — Я приказываю тебе разыскать Гробовщика и убить его в течении двенадцати часов.       Правое веко дворецкого нервно задергалось, когда из натянутой улыбкой на губах он склонился, принимая приказ.       — Слушаюсь, мой господин, но прежде, вот, — из воздуха появилась книга и упала прямо перед Сиэлем. — Почитайте, пока меня не будет, возможно, там вы найдете то, что так вас интересует, — и исчез.       «Reproduction Daemoniorum» — гласило название на латыни. Мальчик поперхнулся воздухом.       Этот наглый проклятый демон! Он сбросил книгу прочь со стола в ярости.       Какое-то время Сиэль сидел, надувшись, точно рыба фугу, изредка поглядывая на талмуд на полу. Черная обложка выглядела старинной, сделанной из качественной змеиной кожи. Оглавление явно было выбито золотыми нитями. Ладно, о людях он уже узнал, но демоны… Хотя он и жил с таким одним, но совсем не представлял, что те из себя являют, кроме того, что есть воплощением коварства, алчности, обмана и питаются человеческими душами. Если быть честным, ему было совсем чуточку, самую ничтожную малость, интересно, что же написано внутри. Потому, после нескольких заходов злобных игр в гляделки с книгой, он все же поднял её с пола и снова уложил перед собой на стол.       Не хватало еще чая со сладостями, но, когда граф открыл рот, чтобы позвать демона, то сразу же закрыл его обратно. Он в самом деле не намерен больше звать этого противного дворецкого, пока не сплывут все двенадцать часов.       Ему нужно срочно отдохнуть от него. Пока его дьявольский дворецкий будет ставить свою жизнь на кон, этот господин все же соизволит открыть то, что ему предложили. Открыть и взглянуть одним глазком, ни больше и ни меньше.       Когда Сиэль закрыл книгу время перевалило за двенадцать. Он был преисполнен эмоций и снова хотел позвать своего дворецкого, чтобы отругать его, но с огорчением понял, что двенадцать часов еще не истекли, а значит, Себастьяна не могло быть в поместье. Он прочитал только львиную долю книги, так как та была на латыни, и все еще оставалась немного сложной для быстрого чтения, но дальше продолжать было не разумно. Узнав некоторые основополагающие вещи, граф только еще раз убедился в том, что демоны являлись крайне грешными существами, и особо его это не поразило. Удовлетворение различных желаний несколько меркло перед тем, что тебя могут съесть в прямом смысле этого слова.       Кстати, поздний ужин ему подал Танака, это был салат «Цезарь», воздушное суфле из ежевики и зелёный чай Улун. После этого старый управляющий помог ему умыться и погасил свет. Сиэль должен был спокойно спать, но сон совсем не шел. Он смотрел в панорамное окно и видел, как из юго-востока приближается гроза. Её розовые и жёлтые всполохи сначала были едва заметны, но с наплывом туч становились все выразительней. Ветер за окном также усилился, и стекла дребезжали, подобно зарождающемся смятению в его сердце. Граф Фантомхайв уже давно был не ребенком, но подобные неконтролируемые вещи все еще вводили его в ступор и смятение. В такие моменты обычно он звал демона, или же тот, сам проявляя инициативу, подавлял негативные эмоции в его сердце. Себастьян, несмотря на свои порочные порывы, был тем единственным, на что он мог без зазрения совести опереться, как высоченный дуб в непогоду, что защитит и укроет его своей кроной. Прямо как в ту злосчастную ночь, когда он устроил резню по его воли. Если так подумать, еще не ясно, кто был большим злодеем в их дуэте. Демон, что протянул свою «руку» помощи, или же человек, что принял её и воспользовался, чтобы отбирать жизни других. Сиэль хотел отмщения и верил, что ничто в жизни больше не принесет ему высшего удовлетворения, чем это.       Но маленькие детали, что стали неразрывно связаны с Себастьяном, его верным чудовищем на поводке, и его самого посадили на другой «поводок», как бы сильно он не хотел верить и не показывал, что является хозяином. Даже сейчас — незначительная на самом деле вещь вселяла в его сердце ужас. И граф чувствовал себя крайне уязвимым, понимая, что демон еще какое-то время не появится. Стал ли он зависимым от него?..       Сколько было времени, когда он отправлял Себастьяна прочь?       Сиэль посмотрел на настенные часы, что в полумраке комнаты показывали половину первого ночи, и не мог точно припомнить. Это было на него непохоже. Он слишком явно поддался эмоциям. Но по ощущениям, разве дворецкий не должен был уже вернуться к нему?       По стеклу стали барабанить большие капли дождя, а молнии уже не только мелькали, но, вспыхивая, заполняли светом всю комнату. Следом раздавался гром, что непривычно сильно ударял по барабанным перепонкам в этой мертвой тишине.       Граф Фантомхайв наблюдал, как непогода становится все хуже, лежа в своей большой и комфортной кровати. Ему становилось не по себе. В конце концов, откинув одеяло в сторону, он спустился с кровати, обул мягкие домашние тапочки и прошел к окну.       Как только Сиэль открыл рот, чтобы позвать демона, створки огромного окна растворились настежь, и дождь хлынул вместе с ветром ему прямо в лицо. Грохот ливня почти оглушил от неожиданности. Следом за этим с крыши спустился дворецкий. Звуки и влага исчезли так же внезапно, как и появились. Следующим, на что Фантомхайв обратил внимание — был выразительный запах крови. От него затошнило.       Преклонив учтиво колено, Себастьян склонился перед ним.       — Нижайше прошу меня простить. Мой лорд, я не сумел исполнить ваш приказ, — заговорил демон. Его тон голоса немного отличался от обычного спокойного и несколько озорного. Он был более жестким и низким. Казалось, что это то другое существо, что граф видел однажды. Но Сиэль даже не мог рассмотреть его лицо, так как демон сидел спиной к окну и на него совсем не попадал свет. Только алые глаза засветились ярко, стоило Себастьяну приподнять голову. Случайному наблюдателю подобная картина могла показаться до ужаса пугающей, но для графа та была привычной. Только когда небосвод разрезал меч очередной молнии, Сиэль смог рассмотреть ровные очертания бледного и красивого лица демона. То выглядело фарфоровой маской, не выказывая и доли эмоций. Слишком редко графу Фантомхайву приходилось видеть такое лицо демона, когда тот смотрел на него. Обычно, стоило только столкнуться им взглядами, как выражение лица Себастьяна изменялось от озорного или лукавого к ревностному или взволнованному, зависимо от ситуации. Сейчас же это будто был не его демон-дворецкий.       В комнате висела гнетущая густая тишина. У Сиэля было впечатление, что его язык пристал к нёбу, и он совсем не знал, что сказать. Даже привычно ядовитые слова застряли в его горле, стоило с очередной вспышкой молнии увидеть, как под демоном образуется лужа крови.       Все тело Фантомхайва в один момент одеревенело, и даже затылок онемел. Он сделал несколько уверенных шагов к дворецкому. Запах крови и влаги стал выразительней, и за ним улавливался еще один, едва различимый, принадлежавший самому демону.       — Что с тобой произошло, Себастьян? — строго спросил маленький граф.       — Стыдно признаться, но этот демон упустил того, за кем его послали. Еще постыднее… То, что его смогли ранить косой смерти, и раны теперь перестали заживать. Возможно, на лезвии был яд, что действует на демонов. Кажется, этому дворецкому суждено умереть раньше своего господина, — на бледных, холодных губах показался намек на улыбку.       Перед глазами Сиэля все в один час почернело. Как это возможно? Разве это могло случиться? Как его Себастьян мог допустить столь фатальную ошибку? Почему вообще эту старую нечисть может убить подобное?..       Будто прочитав его мысли, демон продолжил:       — Я случайно отыскал его слишком скоро. Гробовщик оказался в своей похоронной лавке, а потом сражение немного затянулось. Он не желал уступать, а я не мог уйти, нарушив приказ господина… — дворецкий замолчал и больше не продолжал.       Граф Фантомхайв, что всегда ставил жизнь демона в ничто, впервые ощутил, как от слов Себастьяна что-то оборвалось в его сердце. Неужто ему суждено и самом деле потерять своего верного слугу? Но как тогда он сможет отомстить всем тем ублюдкам и вывести их на чистую воду? Еще слишком много негодяев были живы, и Сиэль всем сердцем желал уничтожать их до тех пор, пока не издаст последний вздох. Но теперь конец пришел так внезапно. Он просто не мог смириться с этим!       Подойдя к демону в упор, мальчик ухватился за его лицо руками и рывком поднял к себе. Глаза Себастьяна удивленно округлились.       — Скажи, как мне помочь тебе? Я сделаю что угодно. Должен же быть способ. Скажи мне, — его юный голос был полон решимости и уверенности в своих действиях.       Демон молчал. Казалось, он что-то взвешивал в своей голове.       — Насколько далеко господин сможет зайти? — с интересом спросил тот.       — Все же есть способ! — мальчишка даже внезапно обрадовался. — Говори. Я согласен на что угодно, — твердо в ответ.       — Даже отдать себя демону? — голос Себастьяна прозвучал тихо, почти шепотом, но для Сиэля показался оглушительным.       Теперь его очередь была молчать и обдумывать. Но он не делал этого слишком долго. Не престало сомневаться, когда рыцарь мог лишиться своего меча. Любая цена того стоила. Он сможет это вынести в любом случае. Да и этот демон не посмеет навредить ему, даже под угрозой собственной жизни.       — Даже это, — пренебрежительно ответил граф Фантомхайв. — Не имеет значения. Подумаешь, большое дело.       В тот же момент, как он произнес это, демон подхватил его, а в следующий — он уже плюхнулся на мягкую кровать, несколько раз немного подпрыгнув на перине. Не ожидавший столь быстрой смены положения, Сиэль ошарашенно уставился перед собой.       — Что ты себе позволяешь, демон? — его печать засветилась во тьме от активации.       Себастьян замер, едва нависнув над ним.       — Но господин сам разрешил… — с обидой в голосе отозвался тот.       — Иди и приведи себя в порядок для начала. Ты запачкаешь постель. Ведешь себя, как мокрый грязный пес, которого впустили в дом укрыться от дождя, а ты и рад побежать все пачкать? Несусветная грубость.       От столь неожиданного ответа одна бровь дворецкого удивленно изогнулась.       В следующий миг он слез обратно на пол.       — Прошу меня простить. Я не заставлю господина долго ждать, — Себастьян исчез, как только договорил.       Сиэль же так и остался лежать на кровати еще несколько долгих секунд, уставившись в теперь снова открывшееся ему окно с непогодой. Ливень, казалось, только усиливался, хотя гром и не звучал больше так громко, молнии все еще ярко озаряли спальню.       Обратив все свое внимание на демона, он даже не заметил перемены за окном. Граф Фантомхайв привык платить за все услуги, которыми пользовался. Вот только с этим взыскателем он договорился об одном большом взносе в конце, и Сиэль оказался несколько обескуражен промежуточными вложениями. Но он не мог просто выкинуть этот договор вместе с демоном. Они были все еще крайне необходимы ему. Как бы он не раздражал его в последнее время и не станет в будущем — это все еще оставалось его самым большим вложением и самым ценным активом, которым он хотел пользоваться на постоянной основе. Теперь же вся их сделка оказалась под угрозой. И его прямой обязанностью, как главной заинтересованной и ответственной стороны, — было устранить эти риски. Столь малая плата выглядела просто смешной в сравнении с тем, что их деловые отношения слуги и хозяина продолжатся.       Он должен был четко обозначить свою роль, потому, когда демон снова появился посреди комнаты. В этот раз без грязной одежды, только в свободных ночных брюках и с опоясанными бинтами грудью, что быстро темнели от крови, Сиэль спустился с кровати и, прямо глядя на демона перед собой, снял свою ночную рубашку, оказавшись полностью обнаженным. Его юное тело совсем не сочеталось с тем, как он себя чувствовал. И даже какой-то частью своей души он искренне ненавидел это хрупкое и маленькое нечто, потому строго сказал, укоряя действиям дворецкого:       — Чего ты встал там, как вкопанный, Себастьян, иди и скорее возьми меня.       В его резком и холодном тоне не было и намека на тепло, но от слов мальчишки в груди демона разлился жар, затапливая его темные внутренности.       Его юный господин и в самом деле был просто непревзойдённым, очень вкусным лакомством.       — Слушаюсь, мой господин, — демон слегка наклонился, прижав ровно сложенную руку к груди, претерпевая боль.       Сиэль смотрел и сравнивал. Себастьян был красиво и гармонично сложен, выглядя соблазнительным молодым мужчиной в расцвете сил, в отличии от него. Молодому графу не слишком нравились свои тощие руки и ноги, тонкое туловище с узкой талией, которую можно было легко переломить, как тростинку. Это детское кукольное лицо иногда играло ему на руку, но в большинстве случаев только привлекало извращенцев. Подобных этому демону. Только такие как он, или человеческие отбросы, могли испытывать сексуальное желание к такому телу. В эту же секунду Сиэль осознал ошибочность своего суждения. Демону на самом деле было абсолютно все равно относительно его тела. Будь он старым или молодым, тощим или толстым, женщиной, ребенком, мужчиной или стариком — Себастьян смотрел внутрь и отыскал там то, что его так привлекло — порочную израненную душу. И он в самом деле был таким, раз смог так легко распознать желание демона, среди столь неоднозначной фразы о помощи.       Тело Сиэля было таким лёгким, что Себастьян даже не заметил, как поднял то в воздух и снова опустил на кровать, прижимая сверху своим большим телом взрослого мужчины-демона.       Разные глаза напротив снова воспылали праведным гневом, точно у породистой кошки. Сиэль, подобно тому же восхитительно милому животному, снова зашипел.       «И что на этот раз могло снова быть не так?» — мысленно сокрушался дворецкий, вместе с тем умиляясь милому виду мальчишки.       — Ты, кажется, из-за долгого отсутствия позабыл, кто из нас хозяин, а кто слуга? Или же всему виной то, что ты ещё и травму головы получил? — резко осведомился граф Фантомхайв. — Ложись на спину и не двигайся. Я сам все сделаю.       Как должен все сам сделать девственник, что не то что с другим мужчиной, даже с женщиной ещё не занимался сексом, Себастьян представлял себе очень смутно, но подчинился приказу и мертвым грузом опустился спиной на матрас.       Сиэль, расставив свои стройные ножки в стороны, сел к нему на живот, упираясь руками прямо в края всё ещё кровоточащей раны. Графа ничего не смущало, пока внутренности демона пылали от боли и возбуждения.       — Этот слуга очень благодарен господину за такое рвение в помощи, но не лучше ли будет, если более знающий партнёр станет руководить процессом? — лукаво осведомился дьявольский дворецкий и в его тоне снова проскользнуло прежнее озорство. Алые глаза прищурились, изучая выражения лица господина. В отличии от человека, демон прекрасно видел в темноте.       — Пытаешься сказать, что я ничего не знаю, — его маленькие острые пальчики впились в рану на животе, будто сами хотели выдрать все внутренности. Себастьян плотно сжал челюсти на мгновение. — Я все знаю, дел-то, — беспечно заявил Фантомхайв. — Всего лишь вставить… — он замолчал, а его лицо изменилось. Сквозь привычную дворянскую бледность проступил яркий румянец. Он не договорил, ведь следующие слова казались ему слишком вульгарными, и этот раздражающий демон явно всего лишь игрался с ним, заставляя произнести подобное. Но он так легко не поведется, наученный прошлым горьким опытом. — Н-неважно, в любом случае, я все знаю.       Сиэль уверенно и зло протянул руку себе за спину, нащупывая половой орган демона и каким же оказалось его потрясение, когда он прикоснулся и понял: «Нет, разве это не просто нога? Ещё одна, третья, нога между двух других?.. — Фантомхайв ошарашенно развернулся корпусом назад. — Да не может быть… Разве может существовать что-то такое, размером с его предплечье? Разве это разумно? Да он сам умрет прежде, во время такого безрассудного соития, если то состоится, чем спасет это чудовище!»       Сиэль повернул свои большие синие глаза обратно к лицу дворецкого.       — Это что такое? — по тону казалось, что господин обвинял его в том, что у него есть член.       — Член, мой лорд. Неужто господин думал, что и у взрослого демона половой орган будет размером с орган ребенка? — задал Себастьян риторический вопрос, на который лицо мальчишки залилось краской до самой шеи.       — Я вовсе не ребенок! Когда ты так говоришь, все выглядит ещё хуже, — прошипел он сквозь зубы. — И вообще ты же можешь как-то уменьшить его? Это же ненормально. Я точно умру прежде, чем приму это в себя. Или… Как я сразу не понял! — графа точно осенила какая-то гениальная идея. — Это ты будешь тем, кто окажется снизу.       Неужто его маленький господин вконец сошел с ума и хочет отыметь этого старого демона?       Вот уж, чего он точно не позволит.       — Конечно же я уменьшу его до тех размеров, как будет удобно господину, — учтиво отозвался дворецкий, абсолютно и полностью игнорируя его слова о смене ролей.       Лицо Фантомхайва снова помрачнело.       — Да неужто?       — Точно вас заверяю, мой лорд.       Сиэль приподнялся на коленях, отодвигаясь назад.       — Тогда действуй, чего ждёшь? Я готов.       Брови демона взметнулись вверх почти неконтролируемо. К чему готов, скажите на милость? И как вообще прошла эта подготовка, если даже он со своими зоркими глазами ничего не заметил?       — Нет, мой господин, — все же мягко возразил Себастьян. — Вы не готовы, и насколько меньше бы он не стал, вам все равно придется несладко. Могу ли я сделать так, как считаю нужным? Вы же не хотите, мой лорд, страдать от боли в пятой точке?       Левое веко Сиэля нервно задергалось на эти предупреждающие речи демона.       — Если ты такой знаток, — граф сложил руки на груди и обратно сел на его живот. — Тогда делай все сам, а я буду просто наблюдать за процессом.       «Просто наблюдать», как бы не так! Стоило ему откусить себе язык, прежде, чем говорить подобное, но об этом позже. Сейчас же демон все так же покорно отозвался:       — Слушаюсь, мой господин, и спасибо за вашу милость, — лицо Себастьяна озарила абсолютно плутовская улыбка, которая была чем-то средним между насмешкой и искренностью.       Сиэль только снисходительно хмыкнул на это.       Себастьян же обхватил его тело руками и придвинул ближе к себе. Подавшись навстречу, он встретился с его ртом, вжавшись губами в маленькие губы напротив. Надавив слегка на подбородок, приоткрыл рот и проник своим большим языком в узкое и влажное пространство. Его язык подавил язык господина без малейшего шанса на сопротивление. Сиэль что-то неразборчиво промычал, когда язык демона стал оплетать маленький язычок внутри, играя с ним. Удлинив свой язык немного, он играл с ним, подобно змею, что обвил ветку с сочными плодами. Он стал сосать маленький язык, отмечая, как следом наливается соками ещё кое-что маленькое внизу, будто сосал он именно его. Но на все свой черед. Закончив со ртом и вылизав тот вдоль и поперек, разве что не пошарив языком в глотке, Себастьян отстранился, довольно глядя на измученное, запыхавшиеся и взволнованное лицо господина. Демона абсолютно не смущал тот факт, что граф был слишком юн. Подобные мелочи не могли пронять чёрное сердце. Он принялся лизать его шею и плечи, будто и правда возомнил себя большим псом, от чего Сиэль понемногу начинал приходить в себя. Он и не заметил, как сильно вцепился демону в волосы, почти не позволяя тому отодвинуться от него. Граф разжал пальцы, смотря на демона сверху-вниз.       — Только для этого твой рот и годится. Мне нравится, когда он занят, и ты больше не болтаешь всякую чепуху, — его щеки горели, но Фантомхайв уверенно огласил сей факт.       — М-м, вот как. Тогда стоит и правда хорошенько занять его, — пробормотал дворецкий между поцелуями и облизыванием его тела.       — Да неужели? А я уже думал, что ты попутал меня со своим десертом, обслюнявив вокруг, точно леденец.       — Ох, мой лорд, этому демону стыдно признаться, но господин и правда самый вкусный десерт, который я когда-либо ел. Я хочу распробовать его очень хорошо и усердно.       Брови Сиэля нахмурились. Хотя слова демона не были вульгарными сейчас, но в них слышалась такая скрытая сила, что заставляла его щеки гореть еще сильнее.       Хотя они еще не делали ничего, но его орган проснулся так резво, что граф даже боялся опустить взгляд и увидеть это воочию. Сколько дней уже это происходило с ним, и только сейчас он больше не мог от этого бежать.       — Мне кажется, или у тебя на самом деле очень плохой и извращенный вкус, — его взгляд был самодовольным. Он чувствовал и показывал свое превосходство над этим никчемным слугой, что только и думал о том, как «съесть» его хоть в каком-то смысле этого слова.       — Если господин так считает, то почему бы и в самом деле не заткнуть рот этому неугомонному дворецкому? — Себастьян ухватил мальчишку за бедра и переместил ближе к себе. — Я покажу, как нужно.       Его глаза сверкнули ярким алым и жадным блеском, встретившись с величественным взглядом своего господина, а в следующий момент возбужденный орган Сиэля оказался во рту демона, что сладко облизал тот, всосав в рот. Спина графа напряглась, и каждый волосок на теле вздыбился, даже кожа, казалось, покрылась испариной. Удовольствие прошибло его тело так ясно и внезапно, что Фантомхайв оказался совсем к этому не подготовленным, и его нежный похотливый стон разнесся эхом по просторной спальне.       Мальчишка резко закрыл свой рот обеими руками, испугавшись. Брови демона весело приподнялись, забавляясь от такой милой реакции графа. И он стал двигать своим языком, облизывая и надавливая вдоль члена господина. Тот полностью помещался во рту и было весьма удобно сосать его так. Не прошло и нескольких минут, как, задыхаясь, Сиэль излился ему прямо в рот, наполняя тот концентрированным густым семенем. Но на этом он не намерен был останавливаться, даже, когда, вцепившись ему в волосы и оттягивая те, граф уставился на него, наполненными злостью и похотью глазами. Маленькое тело тряслось в его руках. Он все еще был сильно потрясен перенесенным чувством резкого и острого наслаждения.       — Остановись, — наконец выдавил Фантомхайв, и только тогда дворецкий замер.       — Господину стоило не тянуть так долго, и позволить мне сделать это намного раньше. Его семя такое концентрированное, что я боюсь, что даже мой крепкий желудок может этого не выдержать, — искренне издевался демон, намекая на то, как каждое утро недавним часом Сиэль безуспешно пытался спрятать от него свою эрекцию. Это выглядело так наивно, и даже немного забавно было наблюдать за смущенным лицом маленького господина.       — Т-тогда не стоило её глотать… — Сиэль все еще дрожал и не мог представить даже, что его Себастьян учудит такое. Да, он был осведомлен о том, что этот демон искусен, но никогда не проверял именно эти его навыки на себе.       — Как я мог оставить угощение, что предложил мне господин? Это было вкусно, даже если я умру после, — дворецкий не видел никаких границ, а его рот был похож на помойную яму с грязным, черным языком. Он мог говорить все, что думал, ведь толщина его кожи была намного больше толщины китайской стены, и его было почти невозможно смутить в принципе.       Граф Фантомхайв видел это, и понимал, что он все больше начинает проигрывать этому демону в споре. Его кровь вскипела еще сильнее от смущения и ярости.       — Ты не умрешь, пока я не разрешу тебе это, — глаза Сиэля горели во тьме, подобно тому же маленькому демону. — Потому не отвлекайся и сделай свою работу скорее, чтобы залечить раны.       Себастьян прошёлся языком вдоль его маленького и снова эрегированного члена от основания к верхушке, лукаво смотря на своего господина. В таком случае он предпочитал действия словам. А после спустился ниже, очертив такие же маленькие яички, всасывая их по очередности и видя, как мальчишка изгибается над ним от удовольствия и стонет, совсем забыв о том, что прежде он хотел сдерживаться.       Дьявольский дворецкий приподнял таз господина обеими руками выше. Его искусный язык нырнул глубже между ног и прошёлся по нежной чувствительной коже, вызывая мурашки по всему телу мальчишки.       Себастьян на секунду отстранился, а потом легко обернул господина к себе спиной. Сиэль даже не успел понять, что произошло, когда его зад оказался прямо напротив лица демона.       — Что ты задумал?! — задыхаясь вскрикнул граф Фантомхайв.       — Господин сейчас все поймет… Вот, что значит «подготовить», — тихо отозвался дворецкий позади. А после раздвинул его ноги и ягодицы шире и почти усадил молодого господина к себе на лицо. Он коснулся языком его туго сжатого колечка мышц, влажно проходясь на нему и чувствуя, как то рефлекторно смыкается. Его правая рука нырнула немного вперёд и стала снова водить по члену Сиэля вперёд и назад. Тот согнулся, прижимаясь к его животу, не в силах сдержаться. Дырочка перед демоном раскрылась, и его язык проник внутрь следом.       Ощутив это, Сиэль задохнулся. Его глаза округлились от шока, пока он пытался вцепиться пальцами в кожу на рельефном и твердом животе демона. Граф не мог вымолвить ни слова. Он и подумать не мог, что демон станет затыкать свой рот подобным образом. Его сердце грохотало в ушах, а кожа стала подобной красному атласу. Рука спереди продолжала надрачивать ему. Когда язык внутри узкого прохода двинулся, обводя стенки по кругу, и пальцы спереди очертили круг возле уздечки, вторя. Сиэль снова обильно кончил, в этот раз заливая руку и живот Себастьяна, свои подбородок и шею семенем.       Его тело продолжало содрогаться. И он хотел накричать на этого демона, но тот и дальше продолжал свои действия, как ни в чем не бывало, на что Сиэль мог только судорожно хватать ртом воздух, толкаясь в руку Себастьяна, совсем неконтролируемо, чувствуя, как язык в его заднице продолжает следовать за ним, также то немного покидая, то глубже погружаясь в проход. Жар валил из его рта, и казалось, ещё немного и он задышит огнем, подобно дракону. Он лег на демона, вытянувшись, не в силах больше удерживать хоть какое-то устойчивое положение. Столь развратные вещи, знания и умения демона, буквально выбивали дух и здравый разум из его тела. Взгляд потемневших глаз графа уперся в неровность, что возвышалась впереди, подобно большому горному хребту. Член демона, сдерживаемый тканью штанов, сильно натянул те, пытаясь вырваться из заключения.       Сиэль просто тупо наблюдал за этим, но не собирался ему никак помогать. Он продолжал мять бока дворецкого и цепляться в живот, пока язык исследовал его темные внутренности и растягивал их.       «Грязный, развратный, извращённый демон», — проклинал он его в своем сердце, но продолжал стоически выносить все мучения.       В следующий момент ощущения сменились, и Себастьян заметил, как вздрогнуло тело господина, стоило двум его пальцам проникнуть внутрь. Спина на нем выгнулась. Подобно кот, молодой граф, изогнулся, и его ягодицы оттопырились ещё больше. Себастьян стал погружать пальцы глубже, медленно растягивая проход. Ногти котенка царапали кожу его живота, цепляясь и злясь. Но он не кричал и не говорил, только измученно сопел, пытаясь совладать с чувствами в своем теле. Это абсолютно развязывало руки демону. Он согнул ноги в коленях и сам немного приподнялся, чтобы было удобнее погружать в мальчишку это ручное дилдо. Под спину переместил подушку для удобства. Сиэль же съехал немного вниз, оказавшись лицом почти в его паху. Но это Себастьяна почти не волновало, все внимание дьявольски хорошего дворецкого было сосредоточено на том, чтобы как можно аккуратнее растянуть господина для дальнейшего проникновения. Нежные стенки легко поддавались на его действия, эластичная кожа и мышцы хорошо растягивались и становились мягче под его особенным расслабляющем массажем. Вскоре уже три пальца двигались внутри сначала такой тугой и узкой, а теперь горячей и мягкой дырочки. Проход внутри сокращался, и когда Себастьян нащупал простату, он сильно надавил на неё. Демон специально оттягивал этот момент, и теперь Сиэль действительно вскрикнул и застонал, прогнувшись в спине.       Он стал умолять прекратить это. Испугался нахлынувших сильных ощущений.       — Нет, нет, подожди, не дави туда, — мальчишка попытался потянуться назад, чтобы убрать его руку, но только ухватился за предплечье и совсем не в силах был остановить демона. Лицо графа горело от возбуждения и смущения. Пальцы внутри его прохода ритмично двигались, то погружаясь внутрь, то снова почти выходя.       Видя, что от его слов нет ни малейшего эффекта, Фантомхайв снова отвернулся. Он оказался прямо между его ног, и резко оттянув штаны, выпустил наружу член демона.       Себастьян немного удивился его действиям, он не ожидал, что маленький господин был вообще в состоянии делать хоть что-то.       — Господин хочет поиграть, разве ему мало того, что я делаю здесь? — спросил издевательски дворецкий, глядя на то, как граф уставился на его член в одно мгновение. — Я сделал его специально более человеческим, чтобы не пугать господина, — мило признался он.       Сиэль взглянул яростно через плечо, бросив в него испепеляющий взгляд, точно шаровую молнию. Жаль демона так просто не убить.       — Э-это п-по-твоему… Хм, человеческий?.. Ха-а, — даже когда демон говорил, он не остановил свои пальцы внутри, только сжалился и больше не давил на самое чувствительное место.       — Вполне, — самоуверенно позади него.       Сиэль снова посмотрел на агрегат перед собой. Толстый и длинный ствол, большая головка насыщенного красного цвета, вены, что вздулись, подобно ядовитым змеям. Он был уверен, что уже только этим можно было устрашать людей. Но граф не мог отступать. Он обхватил его обеими руками, ведь одной явно было бы слишком мало, чтобы обхватить полностью, и немного приподнимаясь, повел ими вверх. Сделав это, он ощутил, каким горячим и напряжённым тот был. Он так сильно отличался от его, что Фантомхайв правда не мог поверить в то, что подобное оружие могло принадлежать человеческому телу. На пробу на коснулся пальцами головки, что сочилась смазкой. Та липкими нитями прицепились к его пальцам. Кожа на затылке и спине онемела, а волосы снова вздыбились. Он читал об этом, о действии… И не мог поверить.       Снова, будто узнав его мысли, позади отозвался демон:       — Господин читал, что во время соития в теле демона вырабатывается особое вещество, что стимулирует обоих? Оно находится во всех жидкостях, помогая сделать процесс более приятным.       Граф Фантомхайв напрягся, его брови нахмурились.       — Я читал, — невольно признался он. — Оно правда действует так, как описано в книге? — его пальцы водили по грибовидной влажной головке, размазывая предэякулят между своим пальцами и нежной кожей поверх ствола.       — Именно так, мышцы расслабляются, кожа становится более чувствительной, а желания просто невыносимыми. Чувствует ли молодой господин такой эффект? — после этих слов Сиэль захотел возразить просто ему на зло, но почувствовал, как возле пальцев, что находились внутри него, возникло что-то скользкое и влажное снова. Он смущенно заерзал, зажмурив глаза и пытаясь отодвинуться, но Себастьян всё ещё крепко держал его за бедро второй рукой. Она запросто обхватывала худую ногу, подобно кандалам.       — Уберись, — прошипел Сиэль сквозь зубы, пытаясь остановить это безумие. На его слова он ощутил совсем противоположный эффект. Пальцы внутри него раскрылись, растягивая ещё больше, а между ними проник язык, что прошёлся внутри. Это было столь развратно, что графу буквально отняло дар речи. Он не знал, как остановить этого демона, если слова на него теперь совсем не действовали. Ему было трудно дышать от накатываемого сильного возбуждения. Его член время от времени изливался, и он даже не пытался контролировать это, только замирал на время, боясь пошевелиться и сдавленно стонал от безысходности.       Сиэль не понимал, почему этого хочет, возможно, будь он в более твердом уме, то смог бы связать простые факты воедино, но сейчас мальчишка смотрел на член перед собой, и это казалось ему самой вкусной сладостью на свете. Он потянулся к органу и приник к нему ртом, пытаясь всосать головку внутрь.       Себастьян на мгновение замер от такого поворота. Ему очень сильно захотелось увидеть, как господин берет его член в рот и сосет. Картина, что возникла перед глазами и ощущение, как что-то нежное и влажное начинает тереться о его член, быстро взворошили все его внутренности, по которым и так уже растекалась чистая лава, вместо крови.       Маленький рот попытался растянуться на массивной головке, но остановился в последний момент. Очевидно он боялся задохнуться, потому принялся водить своим языком вокруг, увлажняя его головку.       Какой умный господин, он догадался, что и этот орган стоит подготовить для соития. Хотя граф и сказал, что не будет ничего делать, и вроде как и не собирался, дворецкий также ничего не ожидал от него, полностью взяв управление в свои руки, Сиэль все же не удержался. Это не могло не наполнить разум демона теплым чувством довольства происходящим.       — Господин такой хороший и добрый, — Себастьян нежно потёр его ягодицы своей большой рукой, сминая с разной силой, оттягивая в сторону. — Мне очень приятно его внимание, — елейным голосом признался демон.       Сиэль отстранился и поражено уставился на то, как смазка со слюной от его рта тянулись к большому инструменту. От зазвучавшего голоса он будто очнулся ото сна.       — …Я не собирался, — попытался оправдываться мальчишка. Его щеки и шея горела огнем, а нежные губы казались набухшими из-за трения об этот напряженный орган.       Не имело значения, что он там собирался, когда все уже было сделано. И Себастьян в этот момент решил, что можно было попробовать.       Сняв с себя господина, что ошалелыми глазами пронаблюдал за тем, как его тело подняли в воздух и развернули. Себастьян решил использовать такую позу, чтобы как можно легче было войти, и поставил своего хозяина на четвереньки.       Кто теперь был псом в этой комнате? Конечно же он сам?       Сиэль понимал, что что-то близится, его сердце билось громко и часто, а дыхание было приглушённо насильно, чтобы слышать каждый шорох демона позади него. Он напрягся всем телом, будто ожидая чего-то страшного.       — Господину не о чем волноваться. — Маленький граф услышал любовный томный шепот, что пробрал каждую клеточку в его теле. — Я сделаю это безболезненно.       Обещание проникновения в него было почти обнадеживающим.       — Ты уменьшишь?..       — Как и обещал, — снисходительно в ответ.       Сиэль ощутил облегчение в своем сердце.       — Хорошо, тогда не тяни, — он пытался храбриться, но пальцы все равно вцепились в простынь до побеления. Даже его член опал от страха.       Но он всё ещё не чувствовал, чтобы демон прикасался к нему сзади. Граф замер, ожидая.       Себастьян не стал заставлять себя ждать. Он прикоснулся большой головкой к ярко-розовому и мягкому колечку, приставив свой член. Фантомхайв сразу же напрягся еще больше.       — Господин, мой господин, Сиэль, — демон томно шептал над ухом, целуя. — Нужно расслабиться. Я сделаю тебе хорошо, доверься мне.       Крепкие руки обвили хрупкое тело, создавая ощущение и клетки, и надежной защиты одновременно. Они шарили по его телу, водили и мяли, будоража внутренности. Себастьян провел языком возле уха, вдоль его шеи. Этот проклятый демон и правда знал толк в соблазнении. Сиэль и сам не заметил, как внутренняя пружина напряжения ослабла, и его тело расслабилось следом. Массивная головка, что тыкалась в узкий проход больше не казалась чем-то таким уж страшным. Этот ужасающий инструмент принадлежал Себастьяну, а он правда доверял ему. Если этот демон что-то пообещал ему, то обязательно исполнит.       Почувствовав изменения в теле господина, дворецкий стал понемногу продвигаться вперед. Его большая влажная головка, что уже полностью измазала вход тягучей смазкой, помалу проникала внутрь, растягивая податливые стенки.       Сиэль замер, чувствуя, что ему трудно дышать. Глаза расширились от удивления из-за того, как член этого демона входит в него. Боли правда не было, только ощущение того, как его что-то растягивает сзади. Кожа горела, точно на неё высыпали раскаленный уголь. Пальцы вцепились в одеяло, комкая то изо всех сил.       Дьявольский дворецкий, видя, как хорошо его принимает господин, продолжал свой путь, медленно подталкивая член внутрь горячего и влажного прохода. Его хозяин истекал соками, как внешне, так и внутри, благодаря тому, что заключил контракт с таким искусным демоном, как он. Он мог заставить его ощутить вкус истинной любви.       Как только Себастьян полностью вошёл внутрь, то остановился, давая Сиэлю возможность адаптироваться, а себе восстановиться. Он осквернил тело молодого господина, демоническая энергия в нем, что была каким-то образом остановлена косой смерти, снова пришла в движение. Рана мгновенно затянулась, но Себастьян не был намерен останавливаться на этом. Ему определенно хотелось намного больше. Тело в его руках так сладко тряслось и дрожало, от возбуждения, от страха, от смятения. Он был его. Полностью его. Наконец. Он проник в это тело. Он позволил ему пасть еще ниже. Он стал свидетелем того, как господин предложил ему оттрахать себя. Что могло быть лучше?       Черный туман от его тела заструился в стороны, опоясывая их конечности, кровать и даже пространство вокруг органов Сиэля. Тот почувствовал себя странно. Голова закружилась еще больше, и кончики пальцев стало покалывать. На языке появился вкус сладкой горечи. Низ живота похотливо тянуло, будто там оказалось что-то тяжелое, и то невыносимо влекло его к демону.       А следом был толчок, и воздух покинул его лёгкие вместе с криком.       Демон замер, чувствуя, как сильно дрожит все тело господина под ним. Он наклонился к его уху, проведя внутри языком.       — На самом деле, я так долго мечтал об этом, — голос был тягучим, тяжелым, бархатным.       Сиэль почувствовал, как не только его тело, но и сердце отозвалось на эти слова.       — Господин так мучался в последнее время, но не позволял мне ему помочь. Я чувствовал огорчение в своем сердце от этого. Мне хотелось показать ему, как все может быть и что не нужно искать других путей, — Себастьян лизал его уши и шею, всасывая кожу в свой рот. — Думали ли вы, мой лорд, о своей невесте в это тяжёлое время, или же о том, чтобы использовать своего никчёмного слугу? — Сиэль молчал, сомкнув руки и рот. — Зная господина, я осмелюсь предложить, что он из тех людей, что никогда не попросят о помощи, ещё и в таком вопросе, свою юную невесту… Но почему тогда господин не хотел говорить и мне? Приказать, и я исполнил бы любую вашу прихоть, как сегодня, — его шепот сводил с ума и выворачивал внутренности человека под ним.       — Ху-у, се-сегодня не так, — медленно собравшись с духом, выдавил Фантомхайв. — Ты действовал по… Ох, по своему желанию. Это разное. Ха-а, — ему явно был трудно говорить и подбирать слова с тем, что находилось внутри. — Ты сам захотел меня.       Демон был поражен до самых своих темных глубин. Вот, о чем думал этот мальчишка.       — Но разве господин не знает, что я хочу его всегда, только бросив один взгляд, независимо от времени и места, я бы с радостью взял его и в уединении и перед другими.       Сиэлю было трудно собраться с мыслями, чтобы ответить на этот столь вульгарный выпад в его сторону. Говорит так, будто он в самом деле хотел заниматься этим со своим слугой. Какой абсурд. Просто так удобно. Не нужно никого впутывать. Время взросления тела подошло, и он нашел способ справиться с этим. Не нужно звать женщин или девушек, никто не узнает о его слабостях, и никто не увидит отвратительное клеймо на его спине. А Себастьян и так все видел и все знает.       — Не бери на себя… слишком много, — выдавил граф через какое-то время. — Ты всего лишь мой пес и слуга.       Скулы на лице демона проступили отчетливей.       — Да, милорд, — он говорил шепотом у самого уха, обдавая то горячим дыханием. — Но что будет, если этот пес вместо того, чтобы убить вас, растерзав, утащит к себе в нору? Что ты тогда будешь делать?       Себастьян почти вышел и, сделав небольшое усилие, загнал свой орган до основания.       Стон вырвался из груди вместе с внезапным выдохом. Как только он немного расслабился, демон сразу же воспользовался этим. И что за звук он только выдал? Это точно было из его рта? Все тело было странным, мысли путались и перескакивали. Он не знал, о чем ему волноваться в первую очередь. А потом Сиэль понял, о чем спросил Себастьян, что снова замер, ожидая его ответа и осыпая спину и плечи нежными поцелуями. Черный туман крутился вокруг его конечностей, привлекая внимание. В какую «нору» он собрался его забрать?..       — О чем ты говоришь? — нахмурившись, спросил мальчишка.       — Вы все узнаете в будущем, а сейчас, — Себастьян немного отодвинулся и выпрямился, — давайте займемся моим лечением, — закончил разговор демон, что уже полностью излечился и восстановил свои силы. Он чувствовал, как энергия переполняет его, и определенно очень хотел поделиться ею с молодым господином.       Себастьян был готов делиться ею бесконечно долго.       Но в последний момент Сиэль протягивает руку назад, приостанавливая его и пытаясь посмотреть назад.       — Ты правда уменьшил его? — со слезами на глазах. Он правда не чувствовал этого. Ему все еще казалось это слишком большим.       — Уменьшил, — заверяет его дворецкий.       — Хух, хорошо…       Видя его реакцию, Себастьян замирает между желанием сделать больнее и обещанием, что он дал. Выбор сейчас был очевидным. Его господин так испугался, хотя он почти ничего не делал, стоило исправить это.       Демон полностью вышел из его тела, повернув мальчика к себе. Он обхватил его лицо руками и придвинулся совсем близко.       Какое-то время он просто смотрел на его лицо, встретившись с чистыми темно-синими глазами напротив. Печать в его правом глазе светилась. Себастьян чувствовал неразрывную связь с теперешним графом Фантомхайвом. Его пальцы нежно огладили от края глаз по щекам, потирая.       — Доверьтесь мне, — он наклонился и коротко поцеловал его в губы. Сиэль смотрел с неким недоверием во взгляде.       — Ты демон, почему я должен верить тебе? — независимо от того, что он чувствовал, его слова всегда были резки.       — Потому что я ваш демон, милорд, собственный, принадлежащий только вам одному, — он снова поцеловал его. — И только я могу заставить вас почувствовать себя так хорошо, как никто и никогда не сможет, — поцелуй демона в этот раз был глубоким и страстным. Он снова ворвался в маленький рот с намерением навести там беспорядок.       Сиэль тяжело втянул носом воздух и закрыл глаза. Так он выказал ему свое доверие, о котором тот так просил. Тонкие руки обвились вокруг крепкой шеи, прижимаясь. Себастьян снова проник в тело юного господина и стал ритмично медленно двигаться. Он знал, где Сиэль был более всего чувствительный и раз за разом соприкасался с этим местом, проходясь с натиском там головкой. Пальцы мальчика впились ему в затылок, вызывая мурашки по коже от возбуждения, стенки прохода сократились, сжимая его внутри. Когда молодой господин стал задыхаться, Себастьян отстранился от него, продолжая свои поступательные движения тазом. Раз за разом. Откинувшись на подушки, Сиэль стонал, все еще держась за демона над ним. Все стало, как он и обещал, и уже было сложно обращать внимание на что-либо, кроме удовольствия, что накатывало на его раз за разом, подобно волнам цунами, затапливая собою все естество. Мальчик и сам не заметил, когда стал опускаться навстречу осторожным толчкам. Себастьян был очень терпелив. Он внимательно следил за выражением лица хозяина и не позволял себе ничего лишнего. Не отдавался страсти и наслаждению. Просто делал, ритмично и спокойно, следуя своей цели: принести удовольствие юному господину.       И ему это успешно удавалось, судя по тому, как граф Фантомхайв мгновенно позабыл о всех своих волнениях и только сладко стонал в такт его движениям.       Когда он снова открыл глаза, в них плескалась похоть. Мальчик уставился влажным взглядом на индифферентное выражение лица напротив. Приложив небольшие усилия, он притянул демона ближе к себе.       — Тебе не нравится, — прошептал Сиэль.       Когда вообще его стали волновать подобные вещи, если с начала это оговаривалось только, как лечение? Разве лечение должно нравиться? Обычно это весьма неприятная и горькая процедура.       Алый оттенок глаз стал более насыщенным, ближе к багровому или темно-красному. Его рот изогнулся в милой улыбке.       — Мне все нравится, мой господин, — также учтиво, как и раньше.       Брови Сиэля сошлись к переносице, выдавая его сомнения.       — Ха-а, ты мне врешь, — в самые губы горячий воздух, что опалил его рот своей сладостью. Там чувствовалось присутствие духа. Когда человеческая душа открыта и не защищена, он проступает наружу и к нему почти можно прикоснуться. Его можно украсть, забрать, уничтожить. Но что тогда останется от человека? Да, только оболочка.       — Я бы не посмел, милорд.       Они оба знали, что он смел и иногда довольно часто. Чего только стоили тридцать кошек в его шкафу.       Сиэль притянул его еще ближе, как будто для поцелуя, но обходя губы, едва ощутимо коснулся губами краешка уха.       — Я хочу услышать, как ты стонешь от удовольствия. Не мне же одному раскрывать все карты, — обхватив мочку губами он едва ощутимо пососал её, и отпустив, провел по краю ушной раковины маленьким скользким языком. — Покажи мне, что ты из себя представляешь еще раз, Себастьян.       Все внутренности демона взбудоражились от его слов, а внизу живота ощутимо потянуло желание. Для него было непривычно реагировать так ярко. Насколько давно он занимался этим, потому что сам того хотел? Он не мог точно припомнить, так давно это было.       И сейчас человеческое дитя, чья жизнь была уничтожена в один момент, просит его о таком. Да даже, если он покажет хотя бы тысячную часть, не факт, что его хрупкое тело сможет это выдержать. Но раз его просят, зачем грешить еще больше, отказываясь?       Себастьян сильнее охватил его талию. Там явно вскоре расцветут синие цветы от его пальцев. Демон стал двигаться порывистей и размашистей, порой переходя на быстрые и малоамплитудные движения. Хлюпающие звуки из соков их тел стали более очевидными. Человеческий организм был столь продуманным, что если его стимулировали, тот отзывался, сразу же подстраиваясь. И тело графа не стало исключением. От трения внутри то стало вырабатывать природную смазку, чтобы облегчить процесс. Уже не говоря о том, какие соки испускал его собственный орган. Все становилось необычайно пошло, и слишком мало напоминало лечение. После очередного грубого толчка, когда Себастьян загнал член внутрь до самого основания, он так простимулировал простату молодого господина, что тот излился, даже не прикасаясь к своему члену. Закрыв глаза, Сиэль стонал. Его пальцы со всех сил, что лишись в хрупком теле, впивались ему в кожу на плечах, пока он весь трясся и подрагивал от накатывающих волн возбуждения. Демону также стало весьма хорошо, когда горячие нежные внутренности жадно обхватили его член внутри, стискивая, точно собирались высосать всю его сперму.       Себастьян продолжал двигаться, удерживая Сиэля на пику возбуждения и наслаждения. Мальчик умолял его остановиться и прекратить это до тех пор, пока не потерял сознание на какое-то время.       Демон застыл, наблюдая за бессознательным дитём под ним и с внутренностей поднялось нечто темное, вязкое и густое, окутывая его и Сиэля плотным черным коконом, что обтекал кожу и струился из расслабленных конечностей. Гладил его органы, скользил по поверхности, переплетался из жизненными меридианами, распространяя особую ауру. Себастьян будто узнавал и ощупывал по-новому своего маленького хозяина. Багрового цвета глаза из вертикальными зрачками внимательно смотрели внутрь, на живо подрагивающую ярким голубым огнем душу. Она мигала яркими всполохами, изменяла цвет к ярко-оранжевому, темнела почти до черноты. Эти изменения свидетельствовали, что она еще жива. В отличии от той, что была принесена в жертву и поглощена, эта была намного более наполненной злобой и ненавистью, чистой алой яростью, что брызгала вокруг, точно маленький фонтан из крови, окропляя все естество мальчика. Только демон мог наблюдать сие явления, и ему нравилось то, что он видел. Сиэль пробуждал в нем особый аппетит, что он не испытывал ни к одной из своих жертв до сих пор.       Маленькое тело ребенка такое хрупкое. Каким бы повзрослевшим ни был разум внутри, внешне его господин оставался слишком слаб. Это несоответствие нравилось Себастьяну, вызывало исследовательский интерес.       Дьявольский дворецкий аккуратно подтянул бессознательное тело мальчика вверх и стал двигаться. И хотя теперь расслабленные внутренности намного легче пропускали его, но все еще оставались достаточно узкими, чтобы плотно охватывать орган. Могло ли быть иначе, если он и так растянул их до предела? Время от времени рефлекторно те сокращались на нем, а из маленького эрегированного органа сверху стекала тонкими нитями вязкая смазка.       Себастьян направил черный туман, что, подобно еще одной его руке, стиснул орган, став водить по тому сверху-вниз, охватив тугим кольцом. Вскоре, даже находясь без сознания, Фантомхайв кончил. Вбиваясь в тело до упора резко и грубо, демон также излился, заполняя девственное тело своим семенем, окончательно оскверняя то. Теперь он стал полностью его.       Где-то между этим Сиэль пришел в себя из-за сильной стимуляции. Он сначала был дезориентирован, увидев перед собой только черноту. Но когда Себастьян проследил за тем, как мальчик пришел в себя, то вобрал туман обратно в тело, свое и его, открыв тому зрение.       Чувствуя, как его внутренности заполняются горячей спермой, что выпрыскивалась ощутимой струей, возбуждая его и без того чувствительные органы, Сиэль мог только молча и ошалело задыхаться. Его собственный член уже излился и из него только капала смазка, что уже стала более жидкой, окропляя содрогающийся живот прозрачной влагой.       Когда Сиэль всерьез собирался остановить дворецкого, то почувствовал, как плоть внутри него изменяется. Форма становится другой, а давление более ощутимым. Более толстый где-то в начале, он раздваивался на конце, из неровной поверхностью, давил именно там, где было более всего приятно. Таз оказался приподнят на ногах демона для удобства, а его спина изогнулась дугой от невыносимых ощущений. Слезы потекли из глаз. Он даже не двигался, но то, как член Себастьяна давил на его самые чувствительные места, просто сводило с ума и отбирало последние капли рассудка.       — …Двигайся… Себ-… Умоляю, — выдавил он хрипло и рвано. Терпеть дольше было невыносимо. Он сам попытался отстраниться, чтобы немного сместить плоть внутри. Но Себастьян притянул его обратно, вырывая из его горла вскрик, что быстро перешел в стоны, стоило продолжить ему двигаться.       Головка члена проглядывалась выпуклостью на его плоском животе. Демон в прямом смысле этого слова натянул его на свой член. Лицо Фантомхайва горело, а дышать абсолютно не было чем. Казалось, его организм балансировал на краю между смертью от удушья или удовольствия.       — Мой господин, вам нравится? — хриплым томным шепотом спросил демон, склонившись к нему. Его бархатный голос окутал кожу, точно саван.       — Ха-а… Хорошо, — Сиэль открыл глаза, встретившись с прямым алчным взглядом. И снова закрыл, не в силах выдержать его. — Слишком… хорошо. М-м, н-х, остановись, пожалуйста… — его короткие ногти царапали кожу, оставляя красные полосы по ней.       Горячий язык прошелся по его щеке, заставляя открыть глаза от удивления.       — Я еще не здоров, — опустив голову, демон укусил его за плечо.       Граф вскрикнул от боли, что пронзила руку и бок. Но та быстро растворилась в удовольствии, что наполняло его хрупкое тело, точно бездонное черное море.       — Лжешь, ах, ох! — Сиэль снова выгнулся, пытаясь сместить член в другое место. — Убери, убери его, скорее, — быстро выговорил он заплетающимся языком. Казалось, еще немного и этот дьявол пронзит его внутренности насквозь. Он уже и так был уверен в том, что не сможет ходить ближайшее время, но теперь страх смерти становился слишком явным. — Себастьян, умоляю… — слезы катились из его больших помутненных похотью глаз.       Демон наслаждался тем, что видел. Ему весьма импонировали такие изменения этого всегда пренебрежительного графа Фантомхайва. Сиэль мог быть другим. Себастьян с удовольствием станет мучать его до тех пор, пока тот и правда не окажется на границе смерти.       Сделав пару резких движений, он вышел из разгоряченных внутренностей и кончил на него, окропляя тело юного господина спермой, что запачкала того от головы до живота.       Сиэль почувствовал, как его проход опустел, и свободность внутри казалась теперь чем-то странным.       — Граф испачкал мой член, стоит взять ответственность за это, — порицательно замыслился вслух Себастьян. — Если господин начисто вылижет его, я подумаю над тем, чтобы дать вам небольшую передышку, — он подвинулся вперед, подставив свой измененный член прямо под губы графа.       Сиэль удивленно уставился на этот вовсе не человеческий орган, и, закрыв глаза, стал облизывать его, обхватив обеими дрожащими руками за основание. Как бы он не старался, тот совсем не помещался во рту, особенно массивная раздвоенная головка. Себастьян во все глаза наблюдал за ним, пока граф не вылизал его до чистоты.       — Хороший мальчик, — он потрепал господина по взмокшим волосам, запрокинув челку назад и открывая его измазанное в семени лицо.       Сиэль хотел обматерить его всеми известными ему матами, но сдержался, побоявшись, что тогда злопамятный демон отменит свой перерыв. Он насильно закрыл глаза, чтобы не видеть его, и просто откинулся на подушки, пытаясь прийти в чувства.       Себастьян же присел на свои ноги, упираясь разведенными коленями в кровать. Он избавился от окровавленных бинтов, сжигая те сразу же в руках, а после очистил свое тело и тело Сиэля.       Граф Фантомхайв открыл глаза, ощутив, как к его телу прикасается что-то освежающе-влажное.       — Вот, выпейте, — Себастьян предложил ему стакан едва теплого молока, что возникло буквально из воздуха в его руке.       Сиэль смотрел на него с сомнением какое-то время, а после все же принял подношение и выпил напиток. Сразу же стало намного лучше. Внутри еще и оказался мед, сладость заполнила его рот. Как этот демон мог быть таким заботливым и беспощадным в одно время?       Допив и отдав стакан обратно дворецкому, граф заметил, что раны на теле последнего абсолютно исцелились, и то теперь поражало его своей чистой красотой и непревзойденно-статным телосложением.       — Ты уже в порядке… — озадаченно выговорил он, подняв глаза на лицо демона.       Себастьян молчал какое-то время, прямо и серьезно глядя на него в ответ.       — Мой голод обострился, — негромко заговорил дворецкий, — и если господин не хочет, чтобы я поглотил его душу сегодня, ему следует попытаться удовлетворить меня своим телом.       — Что-то ты не упоминал об этом до сих пор, — обвинил его Фантомхайв. — И в силах продержаться столько лет, бахвалясь своей каменной выдержкой, ты сейчас мне заявляешь, будто больше не можешь терпеть? Что за абсурд, Себастьян? — наседал он.       — Это не абсурд, — мягко возразил демон. — Как человек, что теряет свою кровь, чувствует истощение, так и демон, серьезно раненный, должен восполнить свои ресурсы. Вот только те мне недоступны в полной мере, потому я могу только попытаться повысить свою энергию иным способом, — пояснил он.       — Иди и съешь тогда другого человека, в чем проблема? — легкомысленно заявил Сиэль, взмахнув рукой, точно прогоняя надоедливое насекомое.       — Так, оказывается, граф Фантомхайв ценит человеческие жизни, — с сарказмом заявил Себастьян. Мальчишка нахмурился. — Но он должен помнить о нашем контракте, в котором указано, — в доказательство своих слов демон извлек из огня свиток и раскрыл его, — что: «…демон отказывается от посягательств на души других людей, пока не получит свое вознаграждение», — процитировал он.       — А была ли твоя рана настолько опасной? — с сомнением произнес Сиэль, когда вспомнил о том, что, когда Себастьяна пронзили косой в последний раз, он каким-то образом смог залечить свои раны.       — Если господин желает, я могу дать ему почувствовать то же, — дворецкий почти не выказывал раздражения, но его настроение невозвратимо портилось.       — Нашел кого сравнивать: обычного человека и демона, — хмыкнул Сиэль.       — Раз господин желает и дальше задавать вопросы, ему стоит подготовиться внести и плату за ответы. Я не собираюсь так просто открывать секреты тела демона, — Себастьян схватил его за ногу и придвинул к себе. Все еще возбужденный член оказался прямо между ног Сиэля. Граф скривился, увидев эту картину.       — Что за бред ты несешь, Себастьян? — строго сказал он.       — Смотрю, милорд, вы уже отдохнули достаточно, так почему бы нам не продолжить? — Себастьян абсолютно не обращая внимания на никакие пререкания, снова вошел в тело мальчика, развернув его боком так, что нога Сиэля оказалась у него на плече.       Фантомхайв рвано застонал, когда ощутил, как его проход снова насильно раздвинули. Он вцепился руками в подушку, пытаясь удержать себя от того, что его снова утягивали в этот проклятый омут.       — Нет, нет… Себастьян, остановись! — крикнул он на демона. — Это приказ.       Печать засветилась, активируясь. Дворецкий замер, хмуро глядя на юного господина.       — Господин готов к тому, чтобы я поглотил его душу? — ровно спросил демон. Сиэль скривился от его слов. Он не был уверен, стоить ли верить дворецкому и позволить делать все это… Но и проверка могла стоить ему жизни. В конечном итоге, истощенный и морально, и физически, граф сдался, идя на поводу у своего слуги.       — Черт, делай, что хочешь, — Сиэль упал на кровать, расслабив руки, на которых держался.       — Как будет угодно, мой лорд, — учтиво в ответ. И комнату снова заполнили стоны и пошлые звуки соития их тел.       Сиэль время от времени то терял сознание, то снова возвращался в реальность. Его таз онемел, а ноги ослабли, потому Себастьян просто держал его в своих руках, снова и снова насаживая на свой чудовищный член, используя как игрушку для удовлетворения своих извращенных сексуальных фантазий, он брал его раз за разом. Ставя на четвереньки и снова буквально вбивая в матрас, всаживая свой орган внутрь без сожаления. Устраивая его сверху на бедрах и притягивая к себе, он изливался внутрь, снова оскверняя своего господина дьявольским семенем. Чем дольше это продолжалось, тем больше возрастало желание демона, не думая ослабевать ни на грам. В его голове стала все яснее прорисовываться мысль о том, чтобы играть с господином намного дольше, переведя их взаимодействие на более постоянный и продолжительный уровень.       Что делать с душой Сиэля перед смертью, решал только он один. И никто не обещал, что смерть для теперешнего графа Фантомхайва, использующего дьявола, как ему угодно, станет простым забытьем и уничтожением.       Размышляя об этом в таком ключе, Себастьян еще раз взглянул на измученное лицо мальчика, что, казалось, еще немного и в самом деле потеряет свою душу. Наконец оставив его бессознательное тело, он взял графа на руки и отнес в ванную. Они искупались вместе, а после ему пришлось заставить едва пришедшего в себя Сиэля испить его семя, чтобы снова наполнить тело графа демонической энергией. Юный господин не сопротивлялся больше и принял все, что он ему дал, дочиста вылизав его орган после.       Уложив графа в свежую постель, Себастьян устроился рядом. Он стал нежно массировать опухшее колечко набрякших мышц, разгоняя застоявшуюся там жидкость тела. Его холодные пальцы чувствовались крайне приятного для горящей от жара поверхности. Сиэль смотрел на него с поволокой чувств во взгляде, и тогда дворецкий ответил ему, целуя и снова проникая в его только что вымытое тело своим массивным органом. Он замер внутри, войдя на всю длину. Себастьян желал, чтобы проход господина обрел форму его члена и делал все для этого. Тяжело дыша, Сиэль вцепился в него. Все внизу зудело. Ему хотелось двигаться, чтобы избавиться от этого чувства покалывания в теле, но сонливость и истощение были сильнее этого, потому он уснул раньше, мертвой хваткой вцепившись в руки демона, что обнимали его.       Когда Сиэль проснулся уже снова темнело. Он ощущал одновременно и легкость, и слабость в теле. А еще кое-что, что не покинуло его внутренностей. Он задохнулся в один миг и сильно покраснел, когда над его ухом прозвучал голос:       — Юный господин проснулся? — томный шепот вызвал новую волну мурашек на коже.       — Уйди, — Сиэль попытался отодвинуть его и отстраниться сам, отведя руку назад и уперевшись ему в торс, вот только крепкие объятия демона заковали его тело в цепи. — Себастьян… Почему ты все еще?.. — он не мог говорить, не знал что делать. Злость, смущение, привязанность, волнение, желание, раздражение — разные эмоции захватывали сознание Фантомхайва.       — Чтобы граф хорошенько запомнил мою форму, я хочу этого, — ответил Себастьян, сразу же поняв, о чем тот говорит.       — З-зачем тебе это?.. — Сиэль был шокирован такой убогой причиной.       — Потому что я сомневаюсь в том, что граф позволит мне сделать это когда-либо снова, — он выдержал паузу, — а я желаю оставить свой след на теле юного господина. Я хочу, чтобы там больше не осталось ничьих следов, только мои, — он погладил пальцами печать на теле графа. — Я подарю вам новую кожу после смерти, — пробормотал едва слышно. — «И оскверню её снова только своими следами…»       — Ты прав, я не позволю, — согласился Сиэль и сдержал свое слово.       Когда желание накрыло его снова, все было иначе. Память рисовала только одного человека. Желания изменились. Он помнил его форму, и мог признаться только себе в том, что хотел ощутить ту снова. Но не шел на поводу у своих желаний, смотря на демона, что пожирает его глазами. Он специально стал оставлять Себастьяна в спальне, когда долгими вечерами удовлетворял свою похоть. Сиэль смотрел на демона, прямо в его красные глаза, пока его собственные пальцы скользили по члену и проникали внутрь, пока он стонал и изгибался, но не позволял касаться себя. Граф видел, как возбуждается демон. Его костюм дворецкого мало что скрывал. А алые глаза каждый раз набирали жадного багрового оттенка. Так продолжалось длительное время, пока Сиэль не оказался на самом дне бездны, в которую опустил себя сам.       Себастьян все так же с равнодушным лицом наблюдал, как граф испускает последний вздох, получив наконец такое желанное отмщение. Их контракт был исполнен, и его печать исчезала с глаза мальчика. Больше не Сиэля, больше не графа, больше не Фантомхайва, больше не его господина. Только демонические глаза не могли скрыть всю ту жажду, что копилась в нем годами. Душа графа больше не мигала яркими всполохами, а колыхалась одинаковым иссиня-черным пламенем.       Сожалений больше не осталось, и при смерти одна мысль вертелась на уму у бывшего графа: «А как Себастьян стал демоном? Кто он? Почему он никогда не спрашивал его об этом?..». Странное чувство поселилось в опустевшей груди, будто ему было жаль, что он больше не сможет увидеть его и задать интересующие его вопросы. Не сможет услышать подробный учтивый ответ. Не сможет сделать больше ничего. И он остался ни с чем, потратив на самом деле украденную жизнь, на абсолютно ничего не стоящие вещи. Сожалений не было, только отвращение к себе. Он упал и оказался прямо в том будущем, какое рисовал для него демон.       Он перестал быть его послушным Себастьяном, его верным псом…       Подняв юношу за одну руку вверх и встретившись взглядом с все более тускнеющими глазами, бывший дворецкий впился кусачим поцелуем в окровавленные губы, проник в рот умелым языком, заставляя того проглотить его кровь и плоть одним большим глотком. Он испил яд. Демоническая энергия, что хранилась в хрупкой оболочке еще с тех пор отозвалась и восстала, снова охватывая тело юноши. Он принимал свою заслуженную участь с уродливой улыбкой на таких красивых изящных губах, но все изменилось в один миг.       Теперь демон станет его хозяином.       Открыв глаза, Сиэль ожидал увидеть перед собой тьму, что поглотит его, но ко всему удивлению, там оказался знакомый силуэт, что звал его по настоящему имени. Слезы хлынули из глаз, размывая взор, и он упал на колени, скрывая свое лицо. Демон же возник перед ним и склонился к самому уху, томно прошептав:       — Добро пожаловать в новый мир, дорогой мой питомец, — он приподнял опущенную голову юноши, заставляя посмотреть ему в глаза, и на заплаканном лице появилась счастливая улыбка.       — Спасибо, мой господин, — он поцеловал ладонь изящной руки, что держала его.       Демон улыбнулся в ответ улыбкой, что больше напоминала хищный оскал. В багровых глазах плескалась жадность. И вместо слов впился ненасытным поцелуем в пухлые губы, что податливо приоткрылись ему навстречу, пропуская язык внутрь и жарко переплетаясь с ним во рту.