Тайна железной короны

"На старой стене, где цветёт тишина,

Девушка струны ласкает слегка.

Магнолий дыхание — весны сладкий след,

И в пальцах дрожит заплутавший рассвет."

Длинные белые локоны развивались на ветру постепенно смешиваясь с пеплом города. Остался ли тут кто-то живой? Скорее всего нет.. если.. её уже можно считать мёртвой? Да и создание стоявшее перед ней живым называть не приходилось. Девушка прикрыла глаза, прикоснулась к рукояти меча висящего на поясе.  – моя госпожа, ты можешь сдаться и последовать за мной, туда.. на небо. Небесная кара весит над тобой уже много месяцев, лишь позволь ей.. Голос этого, бога? Рвал душу на куски. Он был так знаком, и в то же время, теперь принадлежал не тому человеку. Когда то, заклинательница позволила ему укрыть себя от чужих рук. Теперь же, он сам разрушил доверие, что Лисян по глупости подарила.. Теперь, она лишь молча достала меч из ножных. Они слишком долго были вместе чтобы соблюдать какие-то приличия.  – Лисян, Ты же знаешь что тебе не победить. Позволь мне остаться рядом.. ты сама знаешь, ты не будешь ни в чём нуждаться.. лишь позволь мне любить тебя.. – не позволю. Ты сам разрушил то, что было даровано не каждому.. своими руками стёр все что было мне дорого с лица земли!  – тогда давай уговор... Одна битва. Подари мне только ещё одну битву, и я уйду. Позволю тебе делать что вздумается.  Глаза мужчина наполнились чем-то похожим на азарт. Так часто происходило когда они со старшей Байчжао были рядом. Каким то неописуемым образом, эта, совсем ещё молодая девица, возродила в нём то что сдохло много сотен лет назад. До конца было непонятно хорошо это или плохо. Мечи вышли из ножен с холодящим душу звоном. Лисян бросилась вперёд первой, словно маленький, белоснежный мотылёк сражаясь с многоликим врагом. Когда-то она стала самым лучшим товарищем. Первым человеком что смог дополнить его настолько, чтобы команда стала почти не победимой. Её скорость дополняла его грубую силу. Магический резерв превышал его собственный в её годы. Он всего лишь играл.. он не был способен причинить боль той кого полюбил всем сердцем. А ведь он даже не знал что так умеет! Казалось что душа небесного императора осталась где-то в королевстве Уюн. Он оставил там не только свой разум, постепенно приходящий в норму, особенно в последние пару лет путешествий вместе с этой громкой особой, но и своё сердце сжёг в жерле горящего вулкана.  Лисян Байчжао была другой. С самого начала ворвалась в жизнь бога с ноги, совсем не так как подобает благовоспитанной леди, заклинательнице. Для него, она ощущалась как игривая мелодия Гуциня, как цветущие персиковые деревья в саду, как разпитая на пополам чаща рисового вина. Когда то, ещё до того как все приняло такой оборот, они могли часами сидеть на крыше, попивая вино. Она играла, а Бай Усянь наслаждался моментом.  Мечи танцевали вальс, Ци оставляла за движениями хозяйки тонкие, золотистые следы.  Лисян Байчжао, последняя из рода огненных заклинателей, упорно сохранявших традиции мертвых богов. Они знали то, что в мире больше никогда не вспоывёт. И нового владыку огня, будет найти почти невозможно. Они отличались пылким нравом. Они умели красиво любить, так, как больше никто из живых не умеет. Принятое решение выжигали глаза, заставляло кожу гореть, а золотое ядро вибрировать от неминуемой кончины. Возможно, она сошла с ума, после кончины Лимэй? Оторванные  нити, что связывали сестрёнок, вполне могли привести к безумию. Последний штрих, и круг закончен. Бай Усянь совсем не ожидал что брат ударов которыми она осыпала его так резко закончится.  Отойдя на довольно приличное расстояние.. девушка знала что он не поднимет на неё руку.  – когда-то я была готова стать твоей семьёй. До того как ты убил их.. до того как стёр с лица земли мой клан.   Опустив меч всего на мгновение, Лисян нерешительно прикоснулась к низу живота. Там ощущалась жизнь... Которую он подарил. Второй месяц? Его огонёк в душе уже сверкал так ярко. Если бы она только могла позволить себе оставить этого демона в живых.  Запрокинув голову назад, она позволила горячим слезами оплакивать своё горе. До крови закусила щёку, опустив руку вниз, та Ци что до этого образовывала собой множество золотистых узоров собралась в круг сдерживания. Страшное заклинание, способность держать в узде даже безликое белое бедствие. Бай Усянь было рванулся вперёд, шокировано распахнув глаза. Наблюдая за тем, как Лисян приставила с своему животу меч. Для завершения ритуала нужна была кровавая жертва. – возможно я ничем не лучше тебя. Собираюсь убить собственное дитя в утробе... Да только я не могу позволить тебе и дальше существовать.  Губы растянулись в улыбке, столь жутко идущей в разрез с горьким плачем, зарождающимся в груди. – Нет! Лисян! Постой! Не надо! Не смей!  Крик несостоявшегося отца.. он не успел даже порвав золотые путы. Меч успел вонзиться, заклинание завершилось. На их головы обрушилась вся мощь великого пламени.  – усни со мной, моя любовь.  Несмотря на всё что произошло, Байчжао так и не смогла возненавидеть. Заклинание что обратило в прах оба их земных воплощения.. Бай Усянь пал на колени, удерживая в руках последнее что от неё осталось. Золотое ядро, такое же яркое как звёзды в небе, как фонарики что возносят богам люди в праздник. Небесная кара настигла её, в момент когда разум перестал сопротивляться.  ××× Звон колокола в небесных чертогах поражал своей силой даже самых старых богов. Ни у кого не было сомнений кто именно вознёсся. Несостоявшаяся мать, юная леди что пожертвовала самым дорогим что имела лишь бы выполнить их работу. Вся в крови, она плакала так громко, что стены небесных дворцов сотрясались. Никто не посмел заговорить с новой богине, никто не посмел препятствовать небесному императору. Всё было зря, он остался жив. Подняв на руки новую владыку огня, ему дорого стоило сохраняя лицо, молча утянуть свою любовь в императорский дворец. У неё не получилось. Огонёк, совсем слабый, но живой, так и плескался где-то в утробе безутешной матери.