Глава 4. Случайности не случайны
5 августа 2024 г., 00:06
31 октября
Серое облако окутало Перрина со всех сторон, как сильный туман. Он летел в небесах, руки раздвинул по сторонам, пытаясь схватить сгустки воздуха, но в итоге только терял управление. От полёта в животе всё переворачивалось. И хоть видимость была практически нулевая, парень всё же ощущал, что он находится довольно высоко над землёй, и вряд ли есть шанс опуститься вниз и успокоить это безумие. Серое облако растворилось прямо перед глазами, или же Перрин всего лишь его пролетел. И теперь вид небес, по которым он стремительно передвигался, словно находился в сильнейшем потоке ветра, открылся в полном своём лазурном великолепии. Это было похоже больше на то, что парень плыл по волнам, чем летел. Но всё выглядело так ярко, что как будто бы и не было вовсе сном… Да, Перрин внезапно осознал, что он во сне. И, кажется, даже мог им управлять. Парень повернул голову вправо и увидел свою руку. Она выглядела так чётко и ярко, как будто была реальной. Он повернул кисть так, чтобы смотреть на её внешнюю сторону и увидел на каждом пальце, ближе к костяшкам, какие-то странные символы, похожие на магические. Он разглядывал их несколько минут прежде, чем картинка перед глазами стала теряться. И в тот момент парень посмотрел вновь на лазурные небеса, по которым летел, и вновь на свои татуированные руки. Картинка становилась чёткой и яркой, как в реальности, когда он переводил взгляды на всё вокруг, не концентрируясь на чём-то определённом. Совершенно неожиданно, пока Перрин ощущал состояние экстаза, воодушевления от полёта, он вдруг ударился обо что-то очень тяжёлое и металлическое и как будто бы ощутил царапины и ссадины по своему телу. Видимость была нулевая от опустившейся на глаза мглы. Но затем, пытаясь проморгаться и прислушаться к ощущениям, кучерявый парень всё же распахнул веки и увидел себя сидящим на коленях. Только вот ноги и руки уже ему не принадлежали… Это тело определённо было взрослой женщины, одетой в чёрные брюки и белую блузку. На ладонях лужица крови. Перрин ужаснулся, выплёскивая жидкость вниз и подскакивая на ноги. На белой ткани блузки тоже виднелись кровавые разводы. А когда паренёк поднял глаза вперёд себя, то увидел два разбитых автомобиля и сверкающие приближающиеся сирены вдали по дороге. Между двумя машинами в размытом виде что-то виднелось непонятное, вокруг которого даже столпилось множество людей… На дрожащих несвоих ногах он стал медленно двигаться вперёд, чтобы увидеть, что там такое. Пришлось потратить какое-то время, чтобы растолкать людей по сторонам, а потом разглядеть огромную тёмную жижу, в отражении которой виднелся утопающий Ранд. Перрин вздрогнул, упав коленями в лужу и протянув руку, попытался схватить друга. Но вместо того, чтобы коснуться рыжеволосого парня, сам уже тонул в этом омуте, погружаясь всё глубже и глубже… Пока не увидел, что Ранда захватила в объятия некая темноволосая женщина и потащила за собой. После этого пара внезапно скрылась из вида. Перрин утопал ещё сильнее, но под водой, в омуте, он не чувствовал какую-либо нехватку кислорода, как будто просто падал в беспросветную яму… в самую глубину. Там, внизу, он ощущал уже, как холодеют конечности. Как пустота хватает его за кожу, больно щипает и будто оголяет до самых костей. Это было похоже на то, как если бы женщина раздевала его до гола, а он пытался сопротивляться, хотя это и было бесполезно при такой скорости полёта. С каждым приближением к глубине бездны Перрин страдал всё сильнее от ощущения мерзости, происходящей с ним. Некие тёмные сгустки касались его голого тела, ощупывали с разных сторон: вверху, внизу, посередине… И остановить это безумие, чёрт подери, было просто невозможно. А потом парень вынырнул из сна и резко приподнялся на кровати, тяжело дыша. Он был весь в поту и задыхался. Рубашка промокла, одеяло с подушкой тоже. В груди ещё саднило ощущение после крайне реалистичного сна. Понадобилось несколько минут прежде, чем он отдышался и всё же посмотрел на свои руки, на которых когда-то виднелись магические символы.***
Найнив нервно ёрзала на стуле. На её лице отображалось что-то вроде смеси беспокойства и воодушевления, но женщина будто просто не решалась открыть рот и что-то сказать. Вместо этого молча продолжала есть суп и иногда встревоженно поглядывать на своего мужа, Лана Мандрагорана. Супружеская пара жила в этой небольшой уютной квартире уже пару лет, сами они вместе были около шести или чуть больше. Многие тягости бытовых вещей пережили, многие моменты проработали, но, как это обычно бывает, всё равно оставались не залатанные дыры — неразрешённые проблемы. Не всегда Найнив любила делиться своими переживаниями и чувствами вслух. Над этим ещё стоило бы поработать, но Лан всегда проявлял чуткость и сопереживание, пытаясь докопаться до настоящей правды. Сейчас мужчина зачерпнул несколько ложек подряд и вдруг заметив, что жена копошится ложкой в супе, задумчиво смотря в тарелку, как будто в никуда, приостановил трапезу и уставился на женщину прямо. — Что такое? — М-м-м… Что? — Найнив словно выпала из другого мира, вернувшись в реальность и удивлённо моргая глазами. — Ты чем-то загружена. — буркнул Лан чуть-чуть недовольно, но постарался изобразить эмпатию на лице. — Дети перегрузили? Стоит заметить, что жена Найнив работала детским психологом. У неё был свой небольшой кабинет в паре кварталов от того места, где они жили. Клиентов было достаточно, чтобы отлично зарабатывать на жизнь. Но такая профессия всегда несла в себе некие психологические сложности. Осадки разговоров, настроений маленьких людей оставляли в её душе и сердце ссадины, царапины и даже болючие раны иногда. — А? Да нет, всё окей. Просто… — Жена поколебалась несколько секунд, Лан испытующе и упрямо смотрел ей в глаза, пытаясь понять, что происходит. — Я картину нарисовала. Не против посмотреть? — Когда нарисовала? — тут же выпалил супруг, его глаза слегка расширились от удивления и засверкали радостью. — Пару дней назад. — Почему же не сказала раньше, дорогая? — Гм… Не знаю. Они доели суп, и Найнив не особенно уверенно повела Лана в свою комнату, в которой было идеально чисто, прибрано, всё лежало как по полочкам, на своём месте. Она подошла к рабочему столу, на котором тоже ровно в ряд лежали несколько чёрных карандашей. Затем женщина приподняла несколько книг и достала из-под них свою художественную работу. Лан немного приоткрыл рот, только его взгляд соприкоснулся с картиной. Там было изображено ночное звёздное небо и плескающийся океан внизу. И вроде бы, казалось, ничего такого… Но мужчина смотрел на это потрясающее творение и ощущал ком слёз, образовавшийся в горле. Линии, изгибы были так невероятно нежны, что могли ранить до самой глубины души. Непонимающий бы сказал, что здесь изображено спокойствие. Но на самом деле это было волнение. Оно чувствовалось через пепельные блески воды, через тревожную луну, освещающую океан, через мельтешащие звёздочки на мрачном небе. — Боже мой. — только и пролепетал хриплым голосом Лан. — Что такое? Ужасно, да? — встревожилась Найнив и наклонилась над работой, нахмурив брови и сосредоточившись. Мандрагоран схватил её резко за руку и развернул к себе лицом, пылко заглядывая в глаза супруге: — Нет же. Это восхитительно. Почему ты мне не показала раньше? Почему эта работа спрятана? Черноволосая женщина всё также продолжала хмурить брови, в её глазах появилось замешательство и неверие. Возникшие странные чувства Лана немного заставляли её нервничать, что она не понимала, как на это вообще реагировать. Смущаться? Злиться? Закрыться? Испытывать восторг? Нет, никакого восторга — такое ощущение билось у неё в груди. «Моей работой невозможно восхититься, он просто мне льстит» — думала женщина, косясь недоверчиво на супруга. — Нет, это не может быть… тем, как ты это называешь. — упрямо произнесла Найнив, забирая свои руки у Лана и прижимая их к груди, вставая в защитную позу. — Да ты шутишь! — воскликнул Лан. Он наклонился к картине, схватил её в руки, поднял вверх и разглядывал ещё несколько минут. — Да это же просто совершенство! Твой уровень рисования резко возрос. Ты мне так мало показываешь свои картины, что я забыл, насколько ты талантливая художница. — Что ты несёшь… Я только в самом начале пути рисования. — Найнив? Ты серьёзно в это веришь? — Кажется, ты меня сейчас провоцируешь, Лан… Мужчина ошарашенно уставился на жену, искренне шокированный её заявлением. Он только что одарил её искренними комплиментами, а она восприняла всё в штыки и ещё в чём-то его обвиняет? — Да что с тобой? — воскликнул Мандрагоран, и после этого у Найнив сорвало крышу, что она продолжила отчаянно с ним спорить и сопротивляться той правде, что он сказал. Лан пытался достучаться до супруги, что свои работы надо показывать всему миру, потому что они прекрасны. А жена… настолько, видимо, сомневалась в собственных способностях и была в низкой самооценке, что каждое слово воспринимала кинжалом в свою спину и только огрызалась в ответ. И всё бы было ничего, если бы Лан не загрузился до такой степени, что на обеде, после некоторой работы, он сидел в кафе за столом с Морейн в крайне подавленном настроении. Он не понимал, как можно было убедить супругу в том, как прекрасны её работы, и что такую красоту нужно видеть всему миру. А ещё всё это хотелось вылить Морейн, но та, похоже, сама витала в каких-то своих мыслях и… переписке с кем-то? Да, определённо. Каштановые волосы, которые она обычно любила прятать сзади в хвосте, сегодня распущены, и они красиво, немного даже беспорядочно свисали с плеч. Дамодред была одета в одну из своих белых блузок с пышными рукавами и чёрные строгие брюки. Истинная бизнесвумен. На щёках женщины пестрел румянец, как от взволнованности. А глаза блестели в заинтересованности, которой прежде у Морейн не было. Обычно она выглядела довольно спокойно и расслабленно. Даже сейчас в её действиях прослеживалась резкость и обеспокоенность. А сообщения строчила она кому-то так ръяно и отчаянно, как будто куда-то опаздывала. — Что, клиент бешеный опять? — как бы между прочим буркнул Лан, хмурясь и делая глоток кофе. Он пытался привлечь внимание. — Да не. Так. Со знакомой общаюсь, ничего такого. — М-м-м, — промычал Мандрагоран, не удовлетворившись ответом. Но заметив, что женщина никак не переключилась на их разговор, попытался привлечь внимание ещё раз. — Эмма ещё не передала тебе отчёт? — Какая Эмма, Лан? — также отстранённо спросила Морейн, не отрываясь от телефона. — Кадровик. — более сердито уже процедил сквозь зубы мужчина. — А… Да не. Но можешь сходить до неё сегодня. Лан Мандрагоран резко опёрся о спинку и скрестил руки на груди. Он нахмурился ещё сильнее, нагло и демонстративно сверля взглядом Дамодред, которая даже ещё не приступила к еде, хотя прошло уже минут 15, как им принесли блюда. Насколько нужно отсутствовать в этом мире, что невозможно было сразу заметить взгляд сурового Лана? Насколько захватывала та переписка со знакомой, что отвлекала Морейн от повседневных дел и всеобщей суеты? В конце концов, спустя пару минут Морейн всё же подняла удивлённый взгляд на Лана, всего лишь на секунду, задержалась подольше, потому что поняла, что ей стало неуютно от такого агрессивного сверления. — Что-то не так? — Да не. — демонстративно язвительно воскликнул мужчина в ответ. — Да ну ладно тебе, выкладывай. — Женщина резко положила телефон на стол, потому что ассистент всё-таки добился её внимания, а потом тоже сделала испытующий взгляд. — Найнив? — Как ты поняла? — Да у тебя на лице написано, что ты с женой поссорился. — А у тебя на лице: сегодня я позволяю себе быть стервой. Морейн осеклась, услышав это заявление, и её взгляд вместе с напряжённым выражением лица смягчились. — ...Прости. Они разговорились. Лан высказал все свои переживания по поводу загнанного в угол таланта жены и посоветовался на тему того, как в таких ситуациях найти к любимой подход? Дамодред судила по своему многолетнему опыту, но признала то, что сейчас, по крайней мере, у неё не таких проблем с самооценкой. А Суан Санчей всегда знала, к чему шла, всегда двигалась в сторону ресторанного бизнеса и, пусть по пути много ошибалась, всё равно достигла почти идеального результата. Пообедав, коллеги загрузились в автомобиль. Лан сел за руль, потому что они ехали в ресторан на его собственности. Морейн уселась на соседнее сидение, и они двинулись в путь. — Слушай, ну она хотя бы стала ходить на курсы по рисованию. — говорила Морейн уверенным голосом, параллельно шарясь в телефоне и даже успевая строить сообщения. — А это уже ого-го какой шаг. Типо, знаешь, она вышла в люди уже, Лан. Тебе просто нужно дать ей время. — Несмотря на то, что она убирает все свои работы в шкаф? — А это пока. Ты просто не видишь её маленькие шаги, потому что ты смотришь на это каждый день. А я смотрю непредвзятым взглядом со стороны. И, если сравнить с тем, какой она была ещё более скрытой и дикой в первые месяцы отношений с тобой… — Блять! — резко вскрикнул Лан, поворачивая руль вправо. Морейн от неожиданности судорожно выронила смартфон из рук и глянула на дорогу. Всё, что она успела заметить — это то, что навстречу им летел на всех скоростях чёрный БМВ, а водитель с выпученными от шока глазами смотрел на ещё не осознавшую, что происходит, Дамодред. И внезапно всё стемнело. Вообще всё. Морейн успела услышать напоследок только своё имя из уст ассистента, а потом провалилась в беспросветную яму, в которой не было ничего, кроме редких отдельных наркотических видений. Тело перестало ощущаться как собственное. Такое состояние можно было сравнить с тем, как будто падаешь в бесконечную яму, в которой нет дна, и летишь вечно, не имея возможности даже контролировать собственные движения. Из видений или снов Морейн не могла ничего распознать, что напоминало бы реальность. Если что-то она видела, то было похоже на бред, на иллюзию, на психоделические картины, в которой не было определённого смысла. Но между этими проблесками женщина всё же ощущала какую-то внешнюю суету, голоса, звуки сирен, тормозов. А ещё ярко чувствовался запах автомобильного масла, вызывающего неприятное блевотное чувство. Находясь где-то между сном и реальностью, Дамодред какое-то время действительно не ощущала своего тела, а потом чувства стали возвращаться, как если бы женщина достигла того самого дна, до которого вечность падала. Вернулось ощущение холодных ног, пальцы на руках тоже почему-то были замёрзшими. Потом очень глухой, но сильный стук сердцебиения в груди. Головная боль вдруг заполонила собой всё пространство, но это говорило только об одном — женщина приходила в чувства. С трудом разлепив глаза после глубокого сна, с ощущением, что вылезаешь из глубокой ямы, скребя ногтями, Морейн сморщилась от яркого света, устремлённого на неё. Неподалёку стоял врач, беседовал с медбратом. До женщины хоть и долетали обрывки их разговора, но она всё равно не могла сосредоточиться и понять суть. — Что… что случилось? — прохрипела Дамодред. Врач тут же повернулся в сторону пациентки, которая уже поднималась с кровати и опускала ноги вниз. — Воу-воу, мадам Дамодред. Вы немного спешите с возвратом вертикального положения. Отдохните ещё, хорошо? Морейн протянула ладонь в качестве протеста, одёргиваясь от мужчины в белом халате. Так она продемонстрировала, что не хочет, чтобы её трогали или как-либо сейчас помогали. Но продолжила сидеть на кровати с лёгким головокружением и небольшой кашей в голове. Врач кивнул и, прокашлявшись, продолжил: — Случилась автомобильная авария. Не было вины вашего водителя, насколько я понял… Но подробнее вам расскажет сотрудник полиции. Он обещал, что придёт сюда завтра. — Я не собираюсь здесь ночевать. Потому что я в порядке. Где Лан? — грубо отрезала Морейн, хватаясь за голову из-за пронзающей боли. — Ваш спутник сейчас в соседней палате. Ему немного хуже досталось. Перелом правого локтя, сотрясение мозга средней тяжести, гематомы… В сравнении с ним, вам сильно повезло, мадам Дамодред. Только ссадины и ушибы. И лёгкое сотрясение. — Врач всё же подошёл поближе к женщине с каштановыми волосами и нагнулся, чтобы заглянуть ей в глаза. — Не могли бы вы дать мне вас осмотреть? Морейн поколебалась секунды две, но всё же одобрительно кивнула головой. Мужчина сделал небольшой осмотр, чтобы убедиться, что женщина в сознательном состоянии и что в дальнейшем ей ничего не угрожает. Но нужно будет прийти ещё раз, чтобы сделать контрольный осмотр. После всех телодвижений с доктором, Морейн схватила свой смартфон с тумбы, который во время аварии она выронила в машине, и сразу же направилась в соседнюю палату, где увидела бледного Мандрагорана в отключке. А затем сразу же сделала звонок Найнив, чтобы сообщить о случившемся. Затем она позвонила Суан, чтобы та её забрала из больницы. Но в ответ лишь получила долгие нудные гудки, из-за которых лицо у Дамодред слегка перекосило. Женщина позвонила ещё раз. Потом ещё и ещё. Ответа так и не поступало. Стоя рядом с Ланом, который тяжело дышал и видел глубокий сон, Дамодред раздражалась из-за того, что Суан не берёт трубку, так сильно, что даже буркнула несколько матерных слов себе под нос. Всё тело ощущалось как одна сплошная иголка, а злость подкатывала к горлу, не давала спокойно дышать. Морейн присела на стул рядом с ассистентом и по совместительству другом, выдохнула, прикрыв глаза. Но сразу же распахнула очи, почувствовал вибрацию смартфона в руке. В уведомлении висело сообщение: «морейн? что произошло?» Сердце у Дамодред забилось сильнее, она дрожащими пальцами открыла переписку с той женщиной и настрочила быстро: М: Прости, что не отвечала. Попала в аварию. В больнице сейчас Л: боже, серьёзно?? супруга с тобой? М: Не могу дозвониться до неё. Вызову такси( Л: не вздумай. я еду. локацию только скинь. Женщина поёрзала на стуле после этой переписки и с некоторым колебанием всё же отправила локацию больницы, в которой находилась. По рукам бил какой-то ток, бегала кровь от эмоций. Однако нет, это вовсе не касалось сотрясения мозга. Причина была совсем иной… Но Морейн старалась не обращать на это внимание и покорно сидела рядом с Ланом, изредка бросая на него свой серьёзный задумчивый взгляд. Когда Дамодред вспомнила глаза того мужчины на БМВ, она вся напряглась, а затем встала с места и вышла из палаты. Ноги сами куда-то вели… Остановиться практически было невозможно. Как по наитию или по пути интуиции, женщина ощутила внутри себя, что нужно остановиться, а затем коснулась кончиками пальцев той двери, рядом с которой встала. Неуверенно дёрнув за ручку, она заглянула в палату и увидела там мужчину с несколькими перевязанными конечностями. — Мадам? — возник голос рядом. Рядом стоял медбрат, который удивлённо осматривал Дамодред. — Кто это? — даже не поворачивая взгляда на мужчину, задала женщина вопрос. — Тот, что врезался в ваш автомобиль. Крайне нестабильное состояние. Готовы вот-вот везти его в реанимацию. Рядом ещё кто-то тоже возник. Женский голос «Морейн?» заставил развернуться Дамодред. Это была Найнив, во всём своём обеспокоенном и нервном состоянии. — Где мой супруг? — Найнив… — начала Морейн и слегка приобняла женщину. Та ответила на объятие, но крайне нехотя. — Лан в порядке. Пошли, проведу до палаты. Они двинулись по коридору, Дамодред по пути быстро рассказала, что случилось, но кратко, потому что сама мало что помнила. Заведя женщину в палату, Морейн почти сразу же вышла оттуда и, оперевшись спиной о стену, прикрыла глаза. Чёртова тяга к алкоголю… Так хотелось выпить сейчас. Нутро скулило. Всё тело как натянутая пружина, готово было подлететь в любой момент из-за эмоций. Особенно не давала покоя головная боль. Вот что-что, а вино бы наверняка сейчас помогло бы женщине расслабиться. По рукам всё ещё бил ток, словно не собираясь прекращаться. Прошло минут 15 или 20, по ощущениям непонятно. Морейн всё ещё стояла возле стены с прикрытыми глазами и ей совершенно лень было заглянуть в телефон, чтобы проверить время. В конце концов, она настолько забылась в своих ощущениях, что, кажется, задремала на несколько минут, а потом вдруг почувствовала смелое прикосновение к своему подбородку. Перед Дамодред стояла обеспокоенная Лиандрин, что заглядывала прямо в глаза своими пронзительным и уверенным взглядом. Жар от её руки заставил Морейн издать лёгкий выдох, что она волнительно отошла от стены. Директор ВУЗа опустила ладонь вниз без капли смущения. — Морейн? Как ты себя чувствуешь? — Я… — для женщины с каштановыми волосами крайне необычно было видеть здесь Лиандрин. Они переписывались почти каждый день, начиная с того момента, как они пили вместе кофе с коньяком, но реальное присутствие такой женщины рядом с собой всё равно оставалось странным ощущением в животе. — Я в порядке. — Морейн прокашлялась. — Небольшое сотрясение. Лан… Имею в виду, мой ассистент, что вёл автомобиль, пострадал сильнее. Но сейчас с ним жена. Так что, думаю, можно ехать. — Хорошо. — одобрительно кивнула головой Лиандрин. Когда Морейн продвинулась вперёд, блондинка внезапно схватила её за запястье и уточнила более властным голосом. — Точно всё в порядке? Выглядишь неважно. Дамодред попыталась сдержать дрожание своей руки, удивлённо опустила взгляд на эту хватку, а потом подняла глаза на Лиандрин снова. Но губы почему-то не шелохнулись из-за нерешительности. — Нет, ты прекрасна, как обычно. — добавила Гурале. — Просто бледная очень. Давай ещё раз покажемся врачу? Не хотелось бы, чтобы ты по пути домой отрубилась у меня на руках. Морейн смущённо улыбнулась на одну сторону лица. Жар от руки Гурале не давал ей покоя: — Какое бы было жалкое зрелище, да? — затем сделала короткий выдох. Лиандрин в этот момент неуверенно отпустила руку Дамодред. — Всё хорошо, правда. Отвези меня подальше от этого места, пожалуйста. Что могла ещё сделать Лиандрин, кроме как исполнить просьбу очаровательной женщины? Они поспешили на выход из здания. Под контрольным взглядом Гурале, но уже без прикосновений, Морейн делала каждый свой шаг, но чувствовала себя неловко, что находится под таким пристальным наблюдением. В конце концов, она сама спровоцировала приезд блондинки. Правда, непонятно, как это выглядело со стороны… Только вот… Домой почему-то не хотелось. Одна только мысль, что женщина вновь окажется в наполненной сплошным напряжением квартире, душила безысходностью. Обе женщины уселись в автомобиль, Лиандрин за руль, Морейн устроилась рядом. Голова всё ещё трещала, но присутствие рядом хоть кого-то давало возможность отвлечься. Они двинулись с места. Первые несколько минут в машине висела неловкая тишина, пока Гурале, продолжая бросать взгляды на женщину с каштановыми волосами, всё же не подала голос: — Только не говори, что твой ассистент виноват в аварии. — Что? — выплыла из размышлений Дамодред. — О, нет. Вовсе нет. Нам на встречную полосу выехал БМВ, мы даже и не смогли вовремя среагировать. — Тогда вам крупно повезло. Отделались ерундой. Голос у Лиандрин показался более грубым и властным, чем обычно. И из-за этого появилось в груди захватывающее волнительное чувство. Уже вечер. Видимо, прежде, чем очнуться, Морейн отрубилась на несколько часов. Часы на телефоне показывали 7:14. Висели ещё куча сообщений от коллег, на которые тоже так лень было отвечать… И Дамодред решила, что нет, не сегодня, смахнула всё и выключила смартфон. Сегодня она позволит себе быть слабой. Позволит себе помочь. Позволит себе расслабиться. — Насколько… — вдруг начала спрашивать Морейн, сама не ожидая. Она смотрела на дорогу, на то, как мельтешили автомобили рядом, на сумерки, опускающиеся на Лос-Анджелес. Прежде, чем продолжить, нервно сглотнула. — Насколько нормально, что мы с тобой общаемся? Вот так? — Гм? — не поняла вопроса Лиандрин и нахмурила брови. — Что-то не так с нашим общением? — Мой сын… — А, ты про это. Лиандрин продолжала вести автомобиль, но в гляделки с Морейн играть перестала. Как будто после этого вопроса внезапно посерьёзнела и о чём-то задумалась. — Нет, я ничего не имею в виду. Просто пытаюсь понять, что всё происходит в пределах нормы. — Кажется, дружба в любом проявлении нормальна, ты так не считаешь? С Лиандрин не поспоришь, но внутреннее ощущение максималистичного ребёнка, который противоречит всему и всем, всё равно свербило где-то там, за пределами её осознанности. Если бы не накатывающая усталость, если бы не дикая головная боль, если бы не сложившиеся обстоятельства, Морейн бы начала философствовать на тему дружбы и противостоять словам блондинки, что вела сейчас автомобиль. — Ты права. В любом случае, никого не должно ебать, что происходит между двумя женщинами, даже если одна из них директор ВУЗа, в котором учится сын второй. Лиандрин улыбнулась, кажется, её голубые глаза сверкнули хищничеством или игривостью — не было до конца понятно, какая конкретно проскользнула эмоция. — А мне нравится твой подход. Дерзко, но в точку. Морейн тоже хихикнула, но больше нервно, чем расслабленно. Потому что головная боль усилилась за несколько секунд до предела, а в ушах так сильно зазвенело, что некоторые фразы от Лиандрин женщина с каштановыми волосами пропустила мимо себя. Реальность начала скукоживаться совершенно неожиданно. Морейн вновь посмотрела в окно, потом вновь на Гурале, затем снова на дорогу впереди… Перед глазами промелькнула картинка чёрного крупного БМВ, и те глаза. Те испуганные мужские глаза. Глаза, которые внезапно осознали весь пиздец ситуации и боялись умереть. Глаза, которые вонзились в душу Морейн мёртвой схваткой и не отпускали. Дамодред провалилась в тьму. Мелкий сон, как будто кто-то что-то ей говорит, а она видит едва освещённую утреннюю комнату. Кто-то что-то усердно объясняет. И, кажется, голоса принадлежат множествам людей. Только вот разобрать речь, понять смысл, добраться до истины — всё это было невозможно. Но сон был мелкий. Такой мельчайший, что Морейн не успела насладиться им сполна, там чья-то тёплая родная рука трогала её лицо. А потом Дамодред стала возвращаться в реальность, но через такой жёсткий барьер, что, казалось, она находилась на самой глубине озера, а её сейчас оттуда кто-то насильно вытаскивал. Вытаскивал из самой глубины сознания. Голова кружилась дико, когда Морейн распахнула глаза и увидела близко перед собой испуганное бледное лицо Лиандрин. Так херово возвращаться в реальность… Морейн давно не чувствовала себя настолько разбитой. Тело ватное, почти не ощущаемое, какое-то… не её? Женщина усиленно пыталась пошевелить руками, ногами, но получалось слабо. Голова словно падала вниз, проваливалась в сидушку автомобиля. Да, только сейчас Дамодерд осознала, что машина стоит на обочине дороге, а Лиандрин настолько близко, что чуть ли не сидит у Морейн на коленях. — Как же ты меня перепугала. — пролепетала всё также испуганно блондинка, убирая локон своих волос назад, за спину. — Что… — слабо прохрипела Морейн. — Ты отключилась. Говорила же, что надо провериться у врача. — Так я всё же упала к тебе на руки? — На меня, да. Пересралась я, конечно, знатно. Морейн проморгалась. Ощущение тела быстро стало возвращаться. Кровь запульсировала по всем конечностям, к голове приливал жар. Губы, брови, всё лицо, наконец, стало управляемым. Пошевелившись, женщина дополнительно убедилась, что восстанавливается. Но в первые секунды после обморока было так херово — она запомнила это на всю жизнь. Лиандрин была всё также близко. Боже, когда все чувства возвращались, Морейн не заметила, как задышала очень часто от такого близкого присутствия другой женщины. У неё вообще очень давно такого не было. Казалось, крыша стала ехать, а низ живота ощущать нарастающее возбуждение. Особенно сейчас, когда нога директора властно упиралась в бедро Дамодред. — Могу я… — полуигриво-полубеспокойно промурчала Лиандрин, наклоняясь к Морейн ещё ближе. Затем положила свою вспотевшую, видимо, от испуга, ладонь на лоб женщины. Дамодред закусила губу, сдерживая рваный выдох, который стремительно вырывался из рта. Жасмин и ваниль. Вот аромат, который почувствовала Морейн, находясь так близко к своей… новой подруге? Рука со лба соскользнула вниз, коснулась тела женщины. В итоге Лиандрин взяла Дамодред за руку и нащупала пульс. Что-то подсчитав в своей голове, она кивнула головой. И, о боже, эти наглая сосредоточенность и самоуверенность прямо-таки уже кружили голову, сводили Морейн с ума. — Всё хорошо. Вижу, что тебе уже лучше. Но больше так не делай, ладно? Морейн сглотнула и коротко кивнула в ответ. Спустя время автомобиль снова двинулся с места, и остальной путь женщины провели почти в тишине. Лишь только гудел мотор и были слышны лёгкие звуки проезжающего мимо транспорта. Спустя минут 20 они подъехали к белому коттеджу, при виде которого сердце у Дамодред заныло. Она тоскливо посмотрела в боковое окно, когда автомобиль припарковался, а затем, не глядя в глаза Лиандрин, хрипло произнесла: — Спасибо. Спасибо, что… — Без проблем. — отрезала Гурале самоуверенно. Когда Морейн посмотрела всё же на неё, то увидела на лице блондинки лёгкую ухмылку и горящие дерзостью глаза. Выйдя из автомобиля, Морейн всё ещё чувствовала рядом с собой яркий аромат жасмина и ванили. А ещё впервые за долгое время ощущала головокружительное, почти невозможное желание поцеловать не свою жену, а совершенно другую женщину.
