О добродетелях дружбы и любви

Через две недели началась пора экзаменов, которую я ненавидела еще со студенческих времен. Я так нервничала, что обычно во время сессии у меня начиналась бессонница и депрессия. Самое смешное, что, став преподавателем, я не стала лучше относиться к сессии. Сейчас я, конечно, лучше спала и не теряла аппетит, но все равно была довольно нервной и с нетерпением ждала даты последнего экзамена. Ну не любила я оценивать, придираться, неодобрительно качать головой и ворчать на то, какая нынче бестолковая молодежь. После довольно утомительного и продолжительного экзамена по общему куру этики я сидела в столовой и жевала котлету с пюре. Я так вымоталась, что даже не чувствовала симфонию любимых с детства вкусов мяса с картошкой. Я просто машинально закидывала в себя еду. И даже сладкий компот из сухофруктов не добавлял радости в мою тяжкую преподавательскую жизнь. В заднем кармане джинсов завибрировал телефон. Это было сообщение от Коко: «Ты где?» Ни «здрасте», ни «я тебя люблю». В этом весь Костя  – все всегда только по делу, только хардкор. Иногда его прямота и безыскусность в выражении своих чувств меня восхищали и даже заводили, но порой мне хотелось услышать от него что-нибудь милое и ванильно-зефирное. Я: В столовой на 4 этаже. Через пару минут от садится рядом, вызывая во мне удивленную улыбку. - Привет! Ты почему в универе? Вроде сегодня твои не сдают экзамен. Он не проявляет на людях своих чувств, поэтому мне не перепадает даже целомудренного поцелуя в щечку. - Привет. Хотел пораньше с тобой встретиться. Решил забрать тебя после экзамена. Можем поехать домой на каршеринге. - Да, это хорошая ... – я не успеваю закончить фразу, потому что рядом с нашим столиком возникает знакомая фигура в идеально женственном костюме. - Молодые люди, можно к вам присоединиться? – прозвучал елейный голос Ангелины Андреевны, моей старшей коллеги по кафедре. Костя слегка нахмурился, а я поспешила ответить: - Конечно. Присаживайтесь. - Спасибо, Лялечка. Приятного вам аппетита. На подносе ученой дамы был только овощной салатик и чашечка зеленого чая. Честно говоря, именно так я себе и представляла аристократический обед нашей Ангелины Андреевны. И мне почему-то стало стыдно за свою плебейскую котлету. Когда моя коллега прожевала наколотый на вилку кусочек огурца, она произнесла: - Не далее как вчера я заходила в наш факультетский профсоюзный комитет, где мне рассказали преинтереснейшие новости. Я решила поддержать светскую беседу. - Ммм, какие же? – выдала я дежурную улыбку после того, как проглотила последний кусок котлеты. - Ректор обещал ежемесячное пособие семьям молодых ученых. И, насколько я поняла, сумма довольно внушительная. Костя вдруг закашлялся, как будто подавился, хотя ничего не ел и не пил. Я посмотрела на него с недоумением, но Ангелина Андреевна как-то загадочно улыбнулась и продолжила жевать свой салат. - Очень смелая инициатива, учитывая количество семейных пар в университете, – ничего умнее я не придумала, увы. Костя наконец перестал кашлять, и его лицо приобрело бледно-розовый оттенок, отдаленно напоминающий здоровое состояние верхнего слоя эпидермиса. - Если бы мы с мужем были на 30 лет моложе, то непременно бы воспользовались столь щедрым предложением. - Жаль, что никто из наших бывших однокурсников, работающих в университете, еще не обзавелся семьей, – я как могла поддерживала эту странную тему для беседы за обедом. Ангелина Андреевна округлила глаза от удивления. - В наши дни студенческие и уж тем более аспирантские свадьбы были обычным делом. Некоторые из подобных торжеств мы даже отмечали на кафедрах... Да, хорошее было время, – мечтательно заключила моя коллега. - Наши ровесники не спешат вступать в брак. Это так. Некоторые вообще не видят в этом смысла. Ведь можно просто жить вместе и без штампа в паспорте. - Не недооценивайте значение символического, Лялечка, – торжественно изрекла умудренная опытом дама и кинула многозначительный взгляд на Коко, который во время всей беседы сидел как на иголках. Еще некоторое время мы говорили о том, чем занимается профсоюз нашего факультета и на какие мюзиклы мы смогли сходить в этом учебном году совершенно бесплатно. - Молодые люди, – чинно начала Ангелина Андреевна, – было приятно с вами побеседовать. Всего вам доброго! Лялечка, встретимся через пару дней на экзамене. Мы в один голос попрощались с моей коллегой и дружно вздохнули с облегчением, когда она удалилась на достаточное расстояние. - Ты знал, что муж Ангелины Андреевны декан экономического факультета? Костя снова откашлялся. - Нет, интересный факт, – он отчего-то был очень смущен, даже на щеках выступил легкий румянец. - Как этой милой пожилой даме удалось заставить себя покраснеть? – с усмешкой спросила я. Он сжимал и разжимал кулаки, а его нижняя челюсть буквально впилась в верхнюю. - Дело в том... – он засунул руку в карман пиджака. Когда молчание затянулось, я рискнула спросить: - В чем же? - Во всем виновата эта «Лялечка», – он взял себя в руки и даже как-то приосанился. – Кощунство какое-то по отношению к древнескандинавским корням твоего имени, – сказал он своим менторским тоном. - Ну да, ну да, – мне было очевидно, что Коко темнит, но я не стала настаивать на раскрытии всех карт. В конце концов, все имеют право на свои секреты.