7 ангелов: прибытие

«Ненавижу тебя. Сдохни. Сдохни. Сдохни. Как же ты мне надоел»: думал Игорь, в очередной раз лëжа связанным на земле. Его ангел возвышался над ним грозной фигурой, сверля своим тëмным взглядом. — Чë смотришь? Отвали! — Игорь попытался уползти, как гусеничка, но стоящий прижал его к земле ногой, — Да что тебе от меня надо??? Можешь уже сказать наконец?! — но ангел молчал. Всегда молчал. И это молчание начинало очень раздражать парня. А это самое раздражение в свою очередь быстро стало выливаться на окружающих в виде всяких заподлянок, скрытой и пассивной агрессии. И нет, жертвой всего этого стала вовсе не Ира. Да, она могла стать жертвой в самом начале, но Игорь быстро понял, что та изменилась и больше не станет плакать по любому поводу. Так что после парочки попыток пассивной агрессии и открытых, но лживых обвинений, он, получив мягкий, добрый, но неожиданно твëрдый ответ, отстал от неë. Как результат объектом вымещения накапливаемого раздражения стал никто иной, как Сергей. Игорь давно заметил, что он уже не тот харизматичный и уверенный в себе парень. Скорее наоборот. Он стал более замкнутым, менее уверенным в себе, отстранëнным, редко появлялся на публике и имел явные проблемы с самооценкой. Это и стало отправной точкой для Игоря. Он подошëл к Сергею, когда тот остался один и спросил: — Ты как? Всë в порядке? Выглядишь паршиво. Тот недоумëнно взглянул на него, тем не менее подавив желание выругаться. Какая ему разница как он выглядит и как у него дела?! — Разумеется всë в порядке, — улыбнулся Сергей под маской, отвечая в своей привычной приветливой манере, — А как ты? Надеюсь, Лизе стало лучше после произошедших потрясений. — Ага, — коротко ответил Игорь, не желая разговаривать о подруге, — Я заметил, ты стал какой-то нервный, — сказал он приподняв голову, — замкнутый, отстранëнный. Что, люди надоели? Всë внутри Сергея напряглось: «Никто не может видеть мои истинные эмоции! Моя маска приветливости идеальна! Что-то не так с моим лицом? Нет, оно практически полностью скрыто. Я чувствую, что оно спокойно, как и всегда. Что-то не то с моим голосом? Нет, он модернизирован, и все слышат только идеальный голос другой тональности. Я слишком искусно с ним управляюсь. Всë слишком идеально! Так как он может узнать что у меня на душе?!» — Ничуть, — ответил Сергей, — А ты, как вижу, стал куда социальнее. Видимо, Елизавета благотворно повлияла на тебя. Игорь слегка нахмурился. Ему не нравилось столь частое упоминание подруги. С одной стороны в нëм говорила ревность, а с другой раздражение из-за попыток перевода собеседника на другую тему. Сергей явно не хотел разговаривать о своëм состоянии, да и Игорю, чего уж скрывать, тоже было лень сегодня. Ему внезапно захотелось увидеть Лизу, так что он решил закончить этот поединок быстро: — Вот бы ещё на тебя кто благотворно повлиял. С твоими-то усталыми глазками да запуганным поведением уже не удастся снова стать центром внимания. Неуверенность бьëт ключом, и голосок срывается при попытке заговорить, — Сергей слегка нахмурился, а его стресс возрос, — А голос — это ведь твоë главное преимущество. Без него этот костюм, — Игорь опустил руку, указывая на одежду Сергея, — просто показуха. Пустая оболочка, которой уже никого не проведëшь, — внезапно он резко поднял руку, специально задев маску оппонента пальцем, от чего тот дëрнулся, в его глазах на мнгновение зажëгся гневный огонëк, а брови слегка сдвинулись к переносице, — Без всего этого ты жалок, — после чего Игорь удалился, не дожидаясь ответа собеседника. Подобных стычек было много, но чаще всего перед тренировкой, во время тренировки или в любое другое рандомное время в коридоре. Видя то, как ребята обгоняют его, Сергей изо всех сил летел вперëд на тренировочной полосе. Приземляясь же он чувствовал себя неудачником, глядя на весëлых ребят. Во сне ситуация была не лучше. Ангел продолжал измываться над парнем с каждым разом всë изощрëнней. Придирался ко всем ошибкам, оплошностям и словам каждого дня. Если таковых не было, принимался за далëкое прошлое. И ужасней всего то, что Сергей забывал всë это, думая что ангел добрый. Ходил весь день в обманчиво радостном предвкушении очередного приятного общения с «другом», а ночью, находясь в нескольких мгновениях от засыпания, вспоминал о происходящем во снах, но сделать уже ничего не мог и заспыла. Тоже своеобразная издëвка ангела над Сергеем. Давать возможность всë вспомнить в последний момент, как бы приоткрывая дверь, но вместе с этим тут же еë закрывая, не давая тем самым возможность ничего исправить. Ангел, чувствуя безнаказанность, начал расширять свою сферу влияния на парня. А именно иногда он захватывал контроль над ним, незаметно, слабо, практически неощутимо, и говорил, делал, представлял не самые хорошие вещи. Фактически ангел подвергал Сергея своеобразным пыткам человеческими грехами, при этом заставляя думать, будто бы это всë делает он сам. И тот так и думал. Думал что мысли сами приходят ему в голову, думал, что совершает те или иные действия в соответствии со своими желаниями и нуждами. Ох, как же глубоко он ошибался. Его моральное состояние ухудшалось с каждым днëм, так ещё и исследователи стали усиленно изучать его особенности и вместе с этим искали способ повысить его силы. Зачем повышать, если фонд хочет замедлить развитие? Ирина чувствовала, что вокруг ребят назревает что-то нехорошее. Она не видела, не слышала, но чувствовала это подсознательно да и сны тревожные видела. Так что старалась всеми силами развить способности ребят вопреки запретам свыше. Сергея мотали то туда то сюда, постоянные эксперименты с пением ему нравились, потому что можно было размять голосовые связки, а вместе с этим вновь очаровать слушателей своим пением, но также и утомляли. А с утомлением приходило чувство ностальгии по тем дням, когда он тренировался по 12, а то и больше, часов в сутки, репетируя свои номера снова и снова, доводя их до совершенства. Вот только вторая пара крыльев так и не появлялась. Тренировки также не прекращались, однако лучше летать Сергей не стал. Скорее его положение ухудшалось. У него были явные проблемы со взлëтами и удержанием равновесия в состоянии полëта, от чего он не редко в кого-то врезался. — Ты можешь держаться подальше от меня?! — прорычал Игорь сквозь зубы при очередном столкновении в воздухе. — Прошу прощения, — поспешил извиниться тот. — Не прощаю, — также ответил первый после чего вернулся на назначенный путь. Не сказать что Сергею было обидно от такой реакции. Ранее зачастую именно так он и общался со своими родителями и конкурентами. Вежливая грубость и токсичность были обязательными атрибутами психологической защиты в высшем обществе. Без неë тебя просто сожрут, обесчестят, унизят, уничтожат, раздавят — в гнезде стервятников ты либо стервятник, либо ужин. Тем не менее Сергею и впрямь было очень обидно, что у него всë так плохо с полëтом. Ему хотелось летать грациозно и плавно, как музыка в опере. Вот только что бы он ни делал, крылья его практически не слушались. Это вызывало в парне тихую грусть, которая спала весь день и просыпалась именно ночью, зачастую во снах. В один из ночей ангел вдруг быстро подошëл к грустно сидящему Сергею и взволнованно, даже заботливо, спросил: — Хᥱ-ᥱᥔ, ʙ чëʍ дᥱ᧘᧐? 𐌿᧐чᥱʍу ᴛы ᧘ᥱᴛᥲᥱɯь, κᥲκ δᥱᥴᥰ᧐ʍ᧐щныᥔ ᥰᴛᥱнᥱц? — Не знаю… — не сразу ответил тот, не поднимая головы, продолжая сидеть в углу, поджав к себе ноги. Тогда ангел сел напротив так, что его тень густым тëмным пятном упала на собеседника, после чего принялся рассказывать о крыльях, о том как правильно летать на них, а в конце добавил: — …Ты — нᥱ᧐δычᥲᥔн᧐ᥱ ᥴ᧐ɜдᥲнᥙᥱ, чья ʙнуᴛρᥱнняя ᥴᥙ᧘ᥲ ᥙ унᥙκᥲ᧘ьн᧐ᥴᴛь ᥰρᥱʙ᧐ᥴх᧐дяᴛ δ᧐᧘ьɯᥙнᥴᴛʙ᧐. Կᴛ᧐ ɜᥲᥴᴛᥲʙ᧘яᥱᴛ ᴛᥱδя ᥴ᧐ʍнᥱʙᥲᴛьᥴя ʙ ᥴᥱδᥱ? — наклонил он голову, — 𐌿᧐ʙᥱρь, ϶ᴛ᧐ нᥱ ᴛы уᥴᴛуᥰᥲᥱɯь дρуᴦᥙʍ, ϶ᴛ᧐ ᧐нᥙ нᥱ ᧐δ᧘ᥲдᥲюᴛ ᴛᥱʍ дᥲρ᧐ʍ, κ᧐ᴛ᧐ρыʍ ᧐дᥲρён ᴛы. Ты хᥲρᥙɜʍᥲᴛᥙчᥱн ᥙ яρκ᧐ ʙыдᥱ᧘яᥱɯьᥴя ᥙɜ ᴛ᧐᧘ᥰы. Тʙ᧐ᥔ ᴦ᧐᧘᧐ᥴ — ᥰ᧐д᧐δᥱн ᥲнᴦᥱ᧘ьᥴκ᧐ʍу, ᥲ ʍудρ᧐ᥴᴛь ᥙ ɜнᥲнᥙя — ᴛʙ᧐ё нᥲᥴᴛ᧐ящᥱᥱ ᥴ᧐κρ᧐ʙᥙщᥱ. И ᥴᥲʍ᧐ᥱ ᴦ᧘ᥲʙн᧐ᥱ — у ᴛᥱδя ᥱᥴᴛь я, ᴛʙ᧐я ᧐ᥰ᧐ρᥲ ᥙ ᥰ᧐ддᥱρжκᥲ, — указал ангел на себя, говоря с добрейшей улыбкой на маске, а после вдруг притянул Сергея к себе, — И я ᥰ᧐ʍ᧐ᴦу ᴛᥱδᥱ ρᥲᥴκρыᴛь ʙᥱᥴь ᥴʙ᧐ᥔ ᥰ᧐ᴛᥱнцᥙᥲ᧘. 𐌲᧘ᥲʙн᧐ᥱ ᥴ᧘уɯᥲᥔ ʍᥱня.       Настроение Игоря не задалось с самого начала, когда он в очередной раз проснулся от дискомфортного сна с ангелом: «Да сколько меня можно блять трогать. Когда он запомнит, что я это не люблю.» Парень заметил висящую над собой веточку со спелой грушей, которая так и манила к себе красивым цветом и сладким запахом. Но из-за плохого зрения Игорь чувствовал только запах. И этот запах уже через секунду вызвал в нëм такой лютый гнев, что он схватил бедный плод и со всей силы швырнул его об стену, от чего тот разлетелся на маленькие кусочки: «Заебала уже эта природа вокруг.» Всë это время садоводы и химики фонда не переставали работать над снижением частоты появления растений из стен, потолков и полов. Но лучшее что они смогли сделать, так это выдирать, спиливать и травить флору руками и химией, что к слову помогало лишь на время. Примерно через день росточки растений вновь появлялись в заделанных трещинах, после чего вновь начинали расти. Такой круговорот откровенно говоря всем надоел, но приказы начальства не обсуждаются. Игорь тоже был один из тех, кому надоели эти бесяче торчащие изо всех щелей ветки и травинки. Потому что природа теперь всегда напоминала ему о его собственном ужасно приставучем ангеле, которому он не в силах противостоять. — Игорь, — раздался внезапно чужой голос, парень нехотя обернулся и увидел мужчину с наполовину седыми волосами, бледной кожей и серьëзным лицом, — есть разговор к вам.