7 ангелов: прибытие

Ира двинулась вперëд по коридору. Из-за бесшумных шагов, никто не заметил еë ухода. Только когда она завернула за поворот, Лев успел увидеть краешек еë розовой кофточки. — Ира! Она…! — указал он на коридор позади ребят. Все обернулись и поняли что произошло. Давида такое самовольничество взбесило. — Да сколько можно убегать?! Ей делать больше не чего, кроме как нам проблемы создавать?! — тем не менее он бегом двинулся за ней. Ира тем временем шла вперëд, ведомая странным слабым импульсом, который с каждой секундой всë ярче отзывался в сердце. Отзывался острой еле терпимой болью. В конце концов она вышла в зал отдыха, в котором всë было перевëрнуто вверх дном, а около каменной колонны почти посередине помещения сидело то самое существо и, судя по звукам и позе, плакало. Из его корпуса в двух местах торчали две металлические балки. Похоже кто-то таким образом пытался его убить. Существо сидело спиной к Ире. Ей с трудом удавалось терпеть жгучую боль в сердце и не расплакаться. Она смотрела на него прижимая руку к груди и тяжело дыша. Так хотелось подойти и обнять его, утешить, порадовать. Облегчить его страдания. Как только Ира сделала шаг вперëд, существо внезапно обернулось и зарычало, поставив руки на пол. Лежавшие до сих пор на полу щупальца резко взмыли в воздух, занимая угрожающую позицию. Из его спины, на уровне и по направлению лопаток, вылезли пластины, а когти на руках стали подобны по форме лезвию ножа (узкий на конце, широкий в начале). Что странно Ира вовсе не испугалась его. Напротив, ей стало ещё грустнее, сильнее захотелось прижать его к себе и утешить. Она вдруг мягко улыбнулась и сказала: — Не бойся меня. Я не причиню тебе вреда, — девушка приблизилась на шаг, — Тебе больно? Они сделали тебе больно, да? Существо порыкивало и потрясывалось, но никакой ответной реакции не показывало. «Как же это больно! — думала Ира, сжимая одежду на груди, — Но как же всë же не справедливо. Этого человека заставили вобрать в себя тонну негатива, а потом атаковали его! Не справедливо… Не справедливо!!!» — Тебе очень больно, я знаю. Вижу это. Тебя сильно обидели. Прошу, позволь помочь тебе, — пока она говорила, то подходила ближе, — Я тебе не враг. Напряжение существа немного убавилось, и оно вновь начало плакать и слабо кричать. Ира, сдерживая слëзы, осторожно подошла ещё ближе, взялась за торчащую почти из бока палку и выдернула еë. Существо не отреагировало. Таким же образом она достала вторую и положила подальше на пол. — Вот так. Теперь уже не так больно, правда? — вновь слабо улыбнулась Ира. Пока она говорила, щупальца неперестающего покрикивать существа медленно втянулись обратно в спину. После оно ещё несколько секунд посмотрело на девушку и вновь отвернулось. Вернее развернулось полубоком. Вновь послышались звуки отчаянного плача, а его тело начало подрагивать. У Иры сердце разрывалось от столь болезненных воплей. Она не выдержала и погладила существо по голове. — Мне так жаль, что с тобой случилось это. Мы отняли твою жизнь, — девушка села рядом с ним и обняла его, — Мы не должны были этого делать, — существо вдруг заскулило, словно щенок, и положило голову на колени Ире, — Теперь ты страдаешь из-за нас, — еë глаза стали мокрыми от набирающихся слëз, — Как же много негатива и боли мы в тебя вложили… Не могу поверить, что у восьми людей может взяться столько зла внутри… — она вздохнула, — Я бы так хотела вернуться назад и ничего не готовить… Пока Ира тихо сочувствовала существу, к залу подошли остальные ребята. На удивление, никто не вмешивался. Более того Давид остановил Льва, который хотел использовать свои силы и прервать происходящее. Сейчас первый вспомнил слова своего ангела, относительно ангела Иры: — Иɜ᧘ᥙɯнᥱ ʍяᴦκᥲя. 𐌿᧘ᥲκᥴᥙʙᥲя. 𐌿᧐κ᧐ρнᥲя. Н᧐ нᥱ δᥱᥴᥰ᧐᧘ᥱɜнᥲя. М᧐жᥱᴛ ᥴκ᧘᧐нᥙᴛь нᥲ ᥴʙ᧐ю ᥴᴛ᧐ρ᧐ну ᧘юδ᧐ᴦ᧐ δᥱɜ нᥲᥴᥙ᧘ᥙя. Дρуᴦ ᥴ᧐юɜнᥙκ᧐ʙ. Дρуᴦ ʙρᥲᴦ᧐ʙ. «Так вот как выглядит это «друг врагов». Не знаю удивляться ли тому, что это еë не трогает. Да ещё и лежит на коленях!»: думал Давид. — Нифига себе он к тебе ластится, — удивилась Лиза, чем испугала притихшую Иру. Она обернулась и с некоторой тревогой посмотрела на пришедших. — Он теперь типа… твой питомец? — подошла немного ближе Лиза, наклоняясь вправо, желая рассмотреть существо, но боясь подходить ближе. — Не знаю, — пожала Ира плечами, — Давайте попробуем всë исправить. Если наш негатив сделал его таким, то, быть может, позитив сможет вернуть всë назад. — Звучит как мысль, — задумался Илья, поведя пальцами по подбородку, — Вопрос лишь в том как это сделать. Военные могут придти в любой момент, а на готовку и создание предмета потребуется время. Да и будет ли он делать то, что нужно. У меня такое чувство, что он не человек больше. А значит и есть чисто теоретически не может. — Мы попробуем. Раз мы это сделали, значит и нам это исправлять. В эту же секунду существо вдруг начало дëргаться и кричать пуще прежнего (у Иры даже уши заложило). Его щупальца стали хаотично двигаться во все стороны, а когти глубоко царапали линолеум. Ребята дëрнулись назад, напуганные внезапной сменой настроения. Лев вновь хотел использовать силу, но не успел. Тело существа, после частых и не долгих судорог, вдруг замерло и обмякло, а после, под изумлëнные взгляды ребят, медленно испарилось, как вода на сковороде. На несколько секунд воцарилось гробовое молчание. Ира не могла поверить в увиденное. До сей поры поутихшая боль в сердце вновь вспыхнула с новой силой. В этот раз девушка не сдержалась, и слëзы градом хлынули из еë глаз. Давид, предвидев такой исход, за секунду до этого кинулся к ней. Он прижал голову Иры к своему плечу, лишь бы проклятые капли не коснулись земли. От таких действий в сердце Льва больно кольнуло. Пока ребята отвлеклись на произошедшее, никто не заметил чрезмерное спокойствие и даже некоторую раздражëнность Розы. Она стояла скрестив руки в молчании, но через время не выдержала и заговорила: — Из-за чего ты рыдаешь?! Эта тварь жизни не заслужила, как и помощи! Сразу еë убить надо было. Ладно хоть я предусмотрела подобный исход, — все недоумëнно посмотрели на неë, а Ира перестала так сильно плакать и тоже взглянула на неë, — Да, я сразу поняла, что ни чем хорошим эта затея не обернëтся, вот и подчинила себе этого человека. Конечно, я не была уверена, что то, чем он станет, будет меня слушаться, но всë-таки решила рискнуть. Хуже мне точно не будет. И не прогадала, — молчание, — Ну и где «спасибо, Роза»?! — поставила она руки на пояс, продолжив недовольно, — Я вообще-то спасла наши жизни! Могли бы и поблагодарить. — Поблагодарить? — еле слышно переспросила Ира, а после нахмурилась и оскалилась, — Ты убила ни в чëм невинное существо! Он был напуган! Ему было больно, плохо и страшно! — кричала она что есть сил, но еë голос всë равно был значительно тише голоса Розы, — Он был такой же жертвой, как и мы!!! Ему просто нужна была наша помощь! И мы смогли бы ему помочь, если б не ты! — ткнула она в Розу, после чего встала и направилась к ней, распаляясь ещё сильнее, что к слову, удивило остальных, — Твоя необоснованная ко всему живому жестокость не делает тебя крутой! Когда ты уже это поймëшь и перестанешь быть ребëнком?! — Аха, что прости? Ребёнком? — переспросила Роза, и её лицо исказила злая усмешка, — Это ты меня называешь ребёнком? Та, кто только что обнимала монстра и ревела над ним, как над потерянным щенком? — далее она заговорила значительно громче, — Да ты посмотри на себя! Ты ведёшь себя как тупая истеричная дура, которая не понимает, с какими тварями имеет дело! Для которой всë вокруг розовое, доброе и мимимишное! Которая даже своего насильника простила, лишь бы добренькой всем казаться! — Ира сильнее оскалилась, — Да если б не я, оно бы всë тут разнесло к хуям не сейчас, так потом! Глаза Иры, покрасневшие от слёз, сейчас горели незнакомым для окружающих огнём — в них читалась не просто обида, а настоящая, глубокая ярость. — Ты не знаешь этого! — выкрикнула она, — Ты даже не попыталась! Ты просто решила за всех! Как всегда! Ты думаешь, что ты самая умная, самая сильная, самая… — Ира запнулась, подбирая слово, — …самая важная! Но это не так! Ты просто трусливая девчонка, которая боится признать, что кроме силы и страха у неё ничего нет! Роза перестала ухмыляться. Её лицо окаменело, а в глазах вспыхнул опасный огонь. Она медленно опустила руки и чуть сдвинула ноги, принимая стойку. Ира попала в точку, кинув Розе в лицо то, что она игнорировала все эти годы. Параллельно с этим первая не узнавала себя, ведь раньше никогда не говорила такие жестокие вещи. Однако что-то внутри — возможно, накопленная боль от постоянных унижений, от бессилия, от несправедливости — подталкивало, рвалось наружу, требуя выхода. — Осторожнее, мышь, — процедила Роза, — А то ведь язык — это тоже своего рода конечность. Может и сломаться. Ира подалась вперёд, сжимая кулаки. Еë глаза, обычно мягкие и добрые, сейчас горели гневом, каким Роза их никогда не видела. Это было непривычно, даже пугающе, но она быстро взяла себя в руки. Пф, каким бы зверем эта серая мышь себя не выставляла, она всë равно остаётся серой мышью. — Ты не имела права! — сказала Ира, и в её голосе звенели слёзы и металл одновременно, — Ты не богиня, чтобы решать, кому жить, а кому умирать. Ты просто… просто… Ира не выдержала замахнулась и попыталась ударить Розу. Однако этот выпад был неуклюжим, непрофессиональным. Она просто выбросила руку вперёд, ведомая эмоциями. Роза, усмехнувшись, легко ушла в сторону, сделав плавное движение корпусом. Ира по инерции пронеслась мимо, потеряв равновесие. В тот же миг Роза, не раздумывая, нанесла ответный удар — короткий, хлёсткий и очень болезненный. Ладонь, сложенная лодочкой, врезалась Ире в солнечное сплетение. Удар каратиста, точечный и сильный. Ира вскрикнула от неожиданности и боли, согнувшись пополам. Воздух вышибло из лёгких. Она закашлялась, хватаясь за ушибленное место, и рухнула на колени не в силах удержать равновесие. Глаза защипало от подступивших слёз — теперь уже от физической боли. — Ира! — Лев, до этого стоявший как вкопанный, бросился к ней, падая рядом на колени и прижимая девушку к себе. Его лицо исказилось от гнева, и он поднял взгляд на Розу. В его зелëных глазах вспыхнуло что-то тёмное. Воздух вокруг, казалось, стал плотнее, тяжелее. Парень больше не был тряпкой. В нём проснулось что-то древнее, что-то, что заставило Розу на секунду замереть. — Не смотри на меня так, щенок, — процедила она щурясь, пытаясь сохранить самообладание, но её голос чуть дрогнул, — Она первая начала. Сама напросилась. — Хватит! — рявкнул Давид, вставая между ними, снимая очки, — Роза, ты переходишь границы. Уймись! — Ой, ладно-ладно, — подняла она руки, делая невинное лицо, — Не трогаю. Но она первая начала, ясно??? Я вообще просто помочь хотела, а она ещё тут замахивается на меня, — после чего скрестила руки, скорчив обидчивую гримассу. — Я видел достаточно, — хмуро ответил Давид, после чего повернулся к Ире, — Ира, ты тоже хороша. Зачем агрессируешь? Это существо того не стоило. Эта ошибка не должна была существовать. И, благо, больше существовать не будет. Держи себя в руках! — нахмурился он вновь под конец. Честно говоря, Ира не слушала и не слышала ничего, от возрастающего звона в ушах. Она просто сидела уткнувшись лицом в плечо Льва чувствуя, как её бьёт дрожь, а горло всë сильнее стягивает будто бы тисками. Слёзы ярости и бессилия текли по щекам, смешанные с облегчением от того, что она наконец-то попыталась дать отпор, пускай и неудачно.