7 ангелов: прибытие

Давид облегчëнно вздохнул, потирая лицо: «Неужели она наконец отстанет от меня… Как же она меня утомляет.» Через пол часа у него вдруг возникла идея проведать Иру. Похоже, у неë до сих пор сильный стресс на фоне пережитого ранее, и как бы он не зарекался, а поддержать девушку надо. Как человека с действительно сильной психологической травмой. Он хотел постучать в дверь комнаты и спросить разрешения войти, но услышал по ту сторону всхлипы и громкий голос Розы: «Да она издевается.» Давид резко открыл дверь и застал момент, когда девушка гневно восклицала, нанося удар ногой со стороны: — Такие шлюхи, как ты, должны гнить в аду! Роза услышала звук открывающей двери как раз в момент удара по боку Иры. Она гневно обернулась, но, увидев Давида, моментально прикинулась невинной дурочкой. Вот только на парня это не подействовало. Он, не помедлив ни секунды, быстро приблизился и дал Розе звонкую пощëчину. Внутри всë горело от гнева и несправедливости. — Ты конченая?! — не выдержал он, громко завопив, — Отказ получила, значит сразу выливать недовольство на окружающих надо?! А я то думал ты сильная девушка, а ты оказывается сильна только на словах! Как только происходит что-то не входящее в твои планы — всë, трагедия, все кругом виноваты! Особенно тот, кто не имеет к этому никакого отношения!!! Роза не ожидала такой острой реакции, тем не менее к подобным стычкам она привыкла и постоять за себя могла. Она выпрямилась, бесстрашно посмотрела Давиду в глаза и заявила: — Ого, как разошёлся. Неужели она тебе настолько дорога? У неë ведь уже ухажëр есть, неужели забыл?! — Поучать меня вздумала? По клубам шастаешь, а сама о верности заговорила! «Какого?! Я не рассказывала ему о клубах…!»: недоумевала Роза, но на данный момент это было второстепенно. Сейчас внутри закипала глухая злоба, которая всегда поднималась, когда кто-то пытался заставить её чувствовать себя ничтожной. Он не добьëтся своего! Девушка сверкнула глазами: — О, ну и что? Как будто мне кто-то запрещает ходить по клубам! Мой папочка давно уже ответственности за меня не несëт, а нового нет и не будет! — Ну и хорошо. Тебя мало кто вынесет, — совершенно спокойно ответил Давид. — Чего?! — возмутилась Роза, — Знаешь что, Давид, если ты псевдо лидер нашей команды, это не даëт тебе право говорить всë, что вздумается! — Как и тебе бить кого захочется, когда захочется и где захочется. Я, в отличие от тебя, решаю проблемы умом, а не силой и оскорблениями. Хотя, тут кто чем одарëн. — Ау, что я слышу? — подставила Роза руку к уху, — Ты называешь меня глупой? А глупый смог бы всë подстроить так, чтобы устранить того, кто всем нам докучал? — она скрестила руки, заговорив спокойней, — Что-то я не вижу, чтобы ты со своим хвалëным умом хоть что-то сделал для нашей свободы. — Не всегда для обретения свободы необходимо применять насилие — это, во-первых. А, во-вторых, ты изрядно меня утомила своими бессмысленными фразами. Уходи от сюда, это не твоя комната. — Как и не твоя! — воскликнула Роза, широко распахнув голубые глаза, — Вот если хозяйка комнаты мне скажет, тогда я уйду, — самодовольно ухмыльнулась она. Давида уже начало не на шутку злить такое откровенное издевательство. Мало того, что она над Ирой поиздевалась, так теперь ещё и над ним начинает. Условия ему ставит. — Искренно попросит, — добавила она, чем окончательно выбесила парня. — Тебе ли знать что такое искренность?! — внезапно взорвался он, — Тебе ли знать что такое любовь?! Да ты даже слово «забота» никогда не слышала, а ещё пытаешься со мной шашни крутить! Ты только разврат во всëм и видишь! Причиняешь только боль! Да от общения с тобой устаëшь в десять раз сильнее, чем на тренировке! Вот почему ты до сих пор одна. И будешь одна, пока отношение своë к людям не поменяешь. — Да я…! — пыталась возразить Роза, но Давид еë перебил. — Хватит лезть ко мне! Хватит лезть к ней! Хватит строить мне глазки! Хватит обзывать еë шлюхой! Хватит притворяться, что нам по пути! Ты мне не нравишься! Не нравилась никогда! Я терпел тебя рядом потому что был одинок и сейчас понимаю, что это была ошибка. Мне следовало сразу тебя оттолкнуть. Не приближайся больше ко мне и уходи от сюда! Эта комната тебе не принадлежит! — указал он на дверь. Давид предполагал, что Роза сейчас продолжит пререкаться и возражать, но всë вышло иначе. Девушка смотрела на него несколько секунд, её губы дрогнули, желая продолжить жаркий спор, но в место этого она хмыкнула, резко развернулась и, бросив на него последний долгий искренний хмурый взгляд, вышла, плотно закрыв за собой дверь. Давид остался стоять, тяжело дыша. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим всхлипыванием Иры. Он медленно перевёл взгляд на неё, сжал челюсти и, не сказав ни слова, присел на корточки рядом, протянув руку, чтобы помочь подняться. Как оказалось, девушка просто хотела позаниматься своими делами, как в комнату ворвалась Роза, с порога начав поливать еë грязью. А потом и вовсе схватила за волосы и начала бить. — … Я… не ожидала такой агрессии, — объясняла Ира, сжимая ткань штанов, — Я даже причины не поняла, а она уже бьëт меня, — она посмотрела на Давида, — Между вами что-то случилось, да? — Есть такое, — ответил он тяжело вздыхая, отводя глаза. — Хочешь об этом поговорить? Парень ответил не сразу. Ему не хотелось разговаривать на эту тему, но… он прекрасно понимал, что никому кроме неë выговориться не сможет. И, раз уж выпал шанс, почему бы не облегчить душу? Давид вновь вздохнул и рассказал Ире о том, что его тревожило в последнее время, а также почему он подпустил к себе Розу слишком близко. И теперь она никак не отвяжется от него. — Так значит она любит тебя, — слегка улыбнулась Ира, — Это так мило. — Она мне не нравится. И это вовсе не мило. Только при одном общении с ней я устаю гораздо сильнее, чем во время тренировки. И чувствую себя очень не комфортно. Как будто меня вытесняют на второй план или вовсе к ноге, как собаку, опускают, — чуть нахмурился Давид, — Не нужна она мне, но она, блять, не понимает этого и не уходит. — Любовь — она разная… — Это совершенно точно не любовь. Она мне противна. И сегодня я ей это наконец сказал. Надеюсь, теперь она отстанет от меня. Давид ликовал внутри от исполненного желания, ведь Роза действительно больше к нему не приближалась. Казалось бы, проблема решена, но буквально на следующий день после конфликта вылезла вторая проблема. Парень в тот момент сидел около столба в храме и думал о своëм, как тут поодаль появился ангел. — Слушай, я тут спросить хотел, есть ли что-то вроде судьбы в плане второй половинки? Получается Роза не моя вторая половинка, — молчание, — Скажи, она у меня вообще есть? В смысле, у меня хоть девушка то будет? Семья не обязательно, но хотя бы девушка. — Вᥱρ᧐яᴛн᧐. — Значит никто из них… — разочарованно вздохнул Давид. — Суждᥱнᥙя ᥰ᧐ᥴᥰᥱɯны ᴛʙ᧐ᥙ. Рᥲн᧐ дуʍᥲᥱɯь ᧐ цʙᥱᴛκᥱ нᥱ ᥙʍᥱя ɜᥱʍ᧘ᥙ, нᥱ ᥙʍᥱя ʙ᧐ды, нᥱ ᥙʍᥱя ᥴʙᥱᴛᥲ. — Я не совсем понимаю. Хочешь сказать что… я не готов любить? — предположил Давид, наклонив голову. — Вᥱρн᧐. С᧐ᥴρᥱд᧐ᴛ᧐чь ᥴʙ᧐ë ʙнᥙʍᥲнᥙᥱ нᥲ ᴛ᧐ʍ, κᴛ᧐ дᥲρᥙᴛ ᥰ᧐κ᧐ᥔ. — Ярослав? — сразу понял парень, — А что с ним не так? — Вᥴᥰ᧐ʍнᥙ ᧐ ᥴ᧐дᥱянн᧐ʍ. И ᥙᥴᥰρᥲʙь. — Он же тогда вспомнит слова Серëги и снова перестанет со мной общаться. Мы ведь оба этого не хотим, так почему я должен сделать это? — Нᥱ κᥲждыᥔ ᧘уч, ᥴ᧐ᴦρᥱʙᥲющᥙᥔ ᴛᥱ᧘᧐, ʙᥱдёᴛ κ ᥴʙᥱᴛу. С᧘ᥲд᧐ᥴᴛь — ᧐δʍᥲнчᥙʙᥲ, ᥲ ᥙᥴᴛᥙнᥲ чᥲᥴᴛ᧐ ᴦ᧐ρьκᥲ нᥲ ʙκуᥴ, н᧐ ᧘ᥙɯь ᧐нᥲ дᥲρуᥱᴛ ᥴᥙ᧘у. Давид ни слова не понял, но спорить не стал. И делать так же ничего не стал. Но ангел не отставал. Он каждый день снова и снова напоминал о Ярославе. Слишком долго сопротивляться у парня не получилось. Ангел знает все его точки давления и ещё лучше знает как на них воздействовать так, чтобы получить желаемый результат. В конце концов Давид сдался и решил исправить сделанное. Как раз в тот день Ярослав позвал его к себе в гости.