After seventeen

Тихий, заблудший в памяти города район глумился над сном, который явно игнорировали поселенцы этого места. Полночь дарила теплоту, ведь была ещё ранняя осень, а значит, всем учащимся предстоит только познакомиться ко всей любви к ночи, ведь это будет их единственное время побыть собой, проникнуться мелодией, играющей в наушниках, душевным разговорам и вечным-вечным мыслям об предстоящем учебном дне, который твердит молодой голове, что завтра будет иначе, но всё вновь повторяется, как крутящаяся карусель. В настоящий момент ученик первого курса медицинского университета, монотонно проговаривал что-то себе под нос. Как меня раздражают такие люди. Хмурый, испепеляющий взгляд, поджигающий твою тревожность и любопытство. Какие мысли крутятся у него? А еле слышные от сжатости звуки были, как соблазнение змеем искусителем, вроде знаешь, что вестись нельзя, но всё равно слушаешь этот сладкий лепет. Режим мальчика был нарушен ещё в середине средней школы, когда парень получил то ли подарок судьбы, то ли проклятие, сжирающее бедного подростка изнутри, и в итоге, выливающейся в постоянные самоистязания. Бедный мальчик. Поколотила его судьба, поэтому зла не держу на его бубнение. Округленные от затемнённой комнаты глаза, казались детскими. Лицо не выражало никаких эмоций. Нет! Всё не так!! Это поистине ещё детское создание показывала неимоверную боль. В него вонзили маленький кинжал, который каждый день вдалбливали в его грудь с самой страшной силой. Воздух перекрывала проволока на шее. Шипы впивались далеко в глотку, запрещая говорить. Мальчиком владела армия предметов пыток, которые не были видны ни одним человеком. Всё что люди думали, смотря на него, это удивление от его спокойствия и равнодушия, медлительности действий, и аккуратности в каждом движении, в каждом сказаным им слове. Прозрачная кора старого дерева, что сыпалась в диком лесу, но никто не замечает этого, пока не поползут мерзкие насекомые, или уже прожившее своё время растение, падала с грохотом на поляну, по краям сгнивших , но все равно ярких листьях осени. Всё это могло показать ту глубину карих глаз, что почти не блистали, даже на открытом солнце. Будто покрытые маленькой матовой плёнкой. Никто не видел его, никто не пытался понять, никто.

Но он. 

Слишком рано! Кареглазый мальчик, с большим душевным грузом, уже был в том самом ожидании нового дня, поэтому готовился утонуть в мир разных сновидений. Но дерзкие мысли пропитали каждую клеточку сознания, поэтому к пяти часам утра, мальчик все продолжал сидеть на твёрдом стуле, глазами прожигая стену. Что было причиной такого ступора, вряд ли можно легко понять, иногда бывало, что это просто путешествие по собственным мыслям. Со стороны, казалось, что это не человек, а кукла. Дыхания почти не слышно, а глаза медленно скользят по неровностям белой стены. Шатен проплывает на лодке, а вокруг дома..Дома слов и мыслей, поступков и воспоминаний. Перед глазами появляется картина. Там школьник катается на велосипеде и вдруг падение! Транспорт просто летит дальше человеческого тела, пока владелец оклемается от такого поворота. Силуэт так знаком, но кто это? Вот, он поворачивает голову и всё пропадает с резким фырканьем. Пыльно в комнате. Наверно стоит поспать, а то студенческая жизнь доведет не только до таких странных глюков.

Но кто же тот парень?

Для того, чтобы узнать, надо переместиться на несколько лет назад.   8 лет назад от настоящего времени. – Эй, катись быстрее! А то подрежу и вряд ли так усмехаться будешь!! – по всему кварталу разноситься детский голосок, он пытается грубить, но звонкость и пыхтение выдает лишь странные словечки, что быстро вылетают из рта. Группа мальчишек резвиться на летних велосипедах, но что-то здесь не так. Вряд ли такие высказывания будут звучать с хорошим посылом. А вот на то причина.  Яркий, распространяющий энергию и силу летних дней мальчишка мчался, словно была погоня. Хотя почему словно? Рыжий мальчишка на маленьком сине-белом велосипеде гнал так, что листья Сакуры поднимались в воздух и периодически так высоко, что влетали в лицо преследователям. Но один малый всё же выделялся среди массы. Тот, кто кричал эти слова. Точно! Это наверняка он! Парнишка был явно зол, судить можно было по сдвинутым к переносице бровям и нелестным словечкам. И откуда только дети берут такое. Вот бы знать причину этой суматохи.  А она, оказывается, очень проста. Наша яркая звёздочка просто не угодила дворовым хулиганам, что когда-то считались друзьями для солнечного мальчика, но теперь их бесит даже само его присутствие на площадке, хотя сами изначально и позвали. Это было что-то типичной стаи наглецов, которые часто вертелись на одном и том же месте или гнали на велосипедах по всем улицам данного района. Сегодня они как раз запланировали такую поездку. Ученики второго класса начальной школы, а точнее именно эта компания была на подобии токсичных отходов на переработке мусора, и не выкинуть, и оставить нельзя. Вот кто одаривает детей таким количеством злобы и ненависти? Непонятно.. – Слушайте, а погнали прокатимся к дому этого..Мумии!! – глаза блистали, а все вокруг на предложение сверстника, оборачивались да крутили пальцем у виска.  – Дурной братик! Зачем нам ехать к этому чучело? Вдруг он нас.. – среди толпы юных школьников ютилась шестилетняя девочка. Видимо чья-то сестра. Её так напугало это предложение, что в голосе появилась дрожь, а сама девочка даже пнула братца, чтобы глупостей не лепетал. – Реально! Нафиг нам переться к этому уроду? Он тебе циркач что ли? Как будто никто не видел этого ублюд-.. – Я не видел!  – отчетливо вырывается среди споров и просьб не ехать в тот район. Все дети резко поворачиваются, а в компании становится так тихо и напряженно, будто погода резко сменилась на более тусклый и мрачный вид. – Что за мумия? – всё так же невинно интересуется малыш, пока кого-то подкашивать не начало. – Ты серьезно не знаешь? Есть тут один тип..неприятного вида. Говорят, что он из пятого класса нашей школы, но никто его не видел там, а кому удается наткнуться на него, то видят перед собой страшного, перебинтованного парня, который только своим видом жуть нагоняет…А дом его..из всех домов в округе имеет тёмный-тёмный окрас, а окна! Они всегда зашторены.. Возможно, он причастен к пропажи местных детей или того хуже..– ведает главарь банды эту историю. Рыжего мальчишку немного охватило дрожью, но всё же сам рассказ казался лишь фантазией маленьких детишек. – Пффф…ну и придурки вы! – театрально закатывает глаза маленький подсолнух и машет рукой, словно развеивает пургу, которую ему только что наплели. – Чё вякнул, малый? – резко грубость возрастает, а кулаки сжимаются на ручках велосипеда. – Глухой что ли. Го-во-рю, вы — при-дур-ки! – по слогам проговаривает мальчишка. Такой тон так сильно разозлил главаря, что начал накидываться, но спасение было. Малец уже сидел на летнем транспорте и вот один рывок, как тот уже гонит за двадцать метров от обидчиков. А те хватку не теряют и вот сама настоящая погоня. Мальчишки смело едут, ощущение, что вот-вот и кто нибудь врежется в прохожего или сами полетят от скорости по асфальту. Неужели ради чужой издевки школьники готовы подвергнуться такой опасности? – Давай-давай! Гони быстрее, как раз доедешь до дома мумии! Ты же так хотел увидеть его, верно? Рыжее чу-че-ло – главарь пропевает последнее слово в такой же интонации, что когда-то сказал мальчик, только с более гадкой и наглой рожей в придачу. Такое явно не понравилось яркому лучику, что решил свое лицо покривить перед злыми мальчишками, только вот не в его случае надо было это делать. Но что поделать. Детские обиды — это всегда весёлый случай, когда ребёнок не знает, как показать свои эмоции, не понимает, как выразить то, что не нравится, но при этом не потерять уважение и любовь. Хотя тут терять нечего, рыжик и так понимал, что общение с этими дураками точно долгим не будет. Поэтому можно позволить дурость сделать. Даже сам ветер, будто развернул голову мальчика, он видел, что дорога чиста, а значит секундное кривляние не испортит наглый побег, только стоило учитывать, что препятствия бывают не только в виде людей и столбов. Вот заветный момент, руки крепко на руле, лицо сморщено, а язык раздражительно щекочет воздух то вверх, то вниз, а после улыбка победителя. – Эй! Придурок, повернись! Ай! – была последняя фраза преследователя, а после, то ли звук торможения был громче, то ли катание по асфальту чужого велосипеда, а с этим и грохот тела об землю. Неприятная картина. Да, рыжик успел повернуться и даже разглядел лавочку, что являлась инициатором падения, только резкие действия в виде сильного наклона в попытках объехать этот объект, лишь прокатили юношу, да ещё и с таким криком.  Даже голос на минуту пропал. Болевой шок. Сначала было непонятно, а сейчас неимоверно сильная боль в областях ног, рук и лица. Кажется, сегодня домой рыжий придет краше некогда. Только смущало другое – тишина. Было очевидно, что компания хулиганов не поможет ему, но даже при таком раскладе, никто не удивляется, просто молчание. Нет даже издевок и смеха. Но всё это перекрывает боль. Ладони шипят от попадания песка в раны, локоть левой руки кровоточит, а левая нога, хоть бери и снимай кожу. Вот тебе и катание. Губа разбита, а правое колено явно желает лучшего.  – Вот вы и изверги конечно. Помогите встат—.  – Они уехали. – твердо перебивает чей-то голос. Нет, это не кто-то из банды, голос старше. Неужели прохожий, но здесь же не было никого в момент езды, в радиусе 100 метров. Но вот голубые глаза быстро перескакивают с велосипеда на дом. Тёмно синий дом. Неужели это.. – Вот гады! – ругнулся голубоглазый. Может неловкость и некий страх перекроет. Так удивительно, что это эпичное приземление оказалось именно тут. У мумии.  – Вставать будешь? – снова твердым голосом звучит вопрос. Но в интонации нет никакого стёба, смеха или же сопереживания. Он просто ровный, монотонный, немного даже смягчает обстановку. Будто старший брат пришел.  Перед корчившейся рожей появляется рука. В бинтах. Лица по прежнему не видно, да и не особо хочется. – Пф! – снова театрально отмахивается рыжик и резко вскакивает, только левая нога настолько сильно разодрана, что сама подворачивается и мальчик снова на земле. На этот раз все ощущения будто проявились, и боль стала невыносимой. Но упрямство на то и упрямство. Трясущиеся руки хватают велосипед и ставят перед собой, а после, опираясь, делают очередную попытку самостоятельно встать, но заканчивается уже на полпути очередным биением задницей, так ещё и транспорт поверх тела в придачу. Но тихая ухмылка и тонкие руки быстро высвобождают ребенка из «клетки», а дальше ставят велосипед на ножку и поднимают голубоглазого за подмышки, словно кота. Мальчуган уже не стесняясь, сдавшись, держится, скорее старается удержаться за талию молодого парня, что в это время пытается вести чужую вещь. – Ты не против если я помогу тебе? А то вряд ли до дома так дойдешь? Или сбежишь как все. – нашептывает со своей хрипотцой брюнет, но не ожидает реакции, вот уже готовит прощальную речь, как его перебивают за долго до его слов в слух.  – Мне надо быть дома до девяти, если ты не собираешься меня превращать в мумию, то я не против помощи. При том моей ноге это точно надо. – такая смелость и невинность даже пугает старшего, но всё же шутка выходит удачной, так что небольшой смешок и щелчок двери милосердно дают возможность пройти в дом того, кого многие обходят стороной.  – Меня, кстати, Чуя зовут! – задорно маленькая ладошка вытягивается, пока малец сидит на тумбочке в прихожей. Ноги немного болтаются, а искренняя улыбка немного отдает сине-красным оттенком из-за вытекающей крови из неё. Молчание со стороны брюнета. Малыш даже руку стал приспускать, как слышится тихое, хриплое, но всё же чуточку доброе «Осаму», а тёмные зрачки глаз провожают собственную руку к взаимному пожатию.