Подноготная политических режимов

— Демократия жила, живёт и будет жить, — говорила Мэдлайн, поглаживая подругу по голове. — Не переживай ты так, выкарабкаемся. — Как ты себе это представляешь?! Я к нему ни ногой! — Это твоя страна, Лея, пойми это. В первую очередь именно ты должна решать все проблемы, связанные с ней. Лея обиженно хмыкнула и ушла прочь от своей подруги. Неизвестно зачем, неизвестно куда. Она сама не знала. Словно её ноги были отдельно от разума, и они не могли договориться между собой. Она думала о том, что сама загнали себя в угол, но ведь потеря контроля над государством и смерть любовного интереса - тоже ведь решаемые проблемы. Так ведь? Не так далеко от здания правительства и посольств находился известный бар. Уловив название, Лея поплелась туда. Она подумала, что там можно будет найти кого-то ещё. В её голове возникла мысль, что это может быть слишком бездушно с ее стороны, что она поступает так, словно ей не жаль Нелли, но черт побери- ей просто хотелось счастья. Прямо в баре она встретила неземной красоты девушку-панка с выбритыми сбоку волосами и разноцветными прядями по другую сторону. Она была, помимо всего прочего, в белой майке, чокере и кожаной рубашке, попивала сок. У нее было несколько провокационных татуировок и проколоты губы. Лея приветливо ей улыбнулась. — Привет, ты шикарно выглядишь. — Спасибо. Пока они молчали, Лея успела заказать себе напиток и осушить его до дна, даже не заметив этого. Затем она все так же, только более дико, посмотрела на ту девушку и подмигнула ей. Её лицо из каменного преобрело слегка испуганный вид, и она отвернулась от Леи. — Я могу тебя угостить, милашка, — сказала Лея чуть шатаясь и опираясь о барную стойку. —...Статья, — вдруг послышалось из зала. Лея обернулась и увидела русого мужчину лет тридцати, который сидел за столом. Он пристально смотрел на неё и, уловив её ответный взгляд, повторил. — Статья 69 Уголовного Кодекса Государства В. Пропаганда нетрадиционных отношений. — Кому я что пропагандирую, дядя?.. — Эта девушка, в отличие от вас, знает закон. Она хочет, чтобы её лапали мужские руки, а не... — Чего? Я вообще не хочу, чтобы меня лапали, — обиженно произнесла девушка-панк. Лея стукнула по столу, отодвинула бокал и, икнув, встала с высокой табуретки и пошла к тому самому мужчине. Он, понятное дело, не отрывал с нее глаз, словно его слова были сказаны намеренно. Она сорвала с себя юбку и села к нему на колени, внезапно целуя в губы. Сказать, что он оторопел - ничего не сказать. Он промычал что-то, но как будто всем вокруг уже было глубоко наплевать, кроме девушки-панка, лицо которой так перекосило, как будто она увидела лужу блевотины на полу. Она поспешила удалиться, а Лея в это время успела закончить поцелуй. — И что вы хотели этим сказать, мадемуазель? — Трахай меня быстро, здесь и сейчас, а то мне пиздец как плохо! Только тогда парочка мимо проходящих людей обратила на них внимание. Один уже заранее достал телефон, а другой внезапно прозрел. — А это не та молоденькая президенточка Лея Аветисян? В мгновение повернулась ещё человек десять. Лея не двигалась и ожидала ответа от консерватора, на чьих коленях она сидела. «За мной» — сказал он, снял её с себя и за руку повел к выходу. Юбка осталась лежать возле столика, а любители сплетен принялись её фотографировать. Мужчина довёл её до машины и любезно усадил на заднее сидение. Лея была в таком состоянии, что ей хотелось одновременно блевать и спать мёртвым сном. Лея смотрела на него в ожидании чего-то. Он протянула ей пакет, чтобы она очистила желудок. — Ты до этого не пила, что-ли, ни разу? — Не-а. Даже по праздникам. — А то я смотрю, тебя разнесло после первого же бокала. Ладно, давай уж я тебя довезу. Они прошли в довольно просторное помещение, мужчина сам снял с неё и с себя обувь, кричит кому-то, что пришёл, а сам повел её в самую даль коридора. Лея чувствовала себя обессиленно, словно она сейчас упадёт без сознания. В самом конце коридора была комната, весьма просторная и роскошная. Лея видела её лишь в общих очертаниях. После того, как она легла на кровать, все как в тумане. Притом, что она все ещё могла шевелиться и ощущать тело, ощущение было такое, что ей это даётся непосильным трудом. Мужчина зашёл вслед за ней и запер дверь на ключ. Увидев её состояние с он решил слегка привести её в чувства, чтобы не считаться потом насильником. Он отпоил её водой и вызвал рвоту в пакет, который выбросил в урну под раковиной. Лее полегчало. Он подумал, что расспросит её чуть позже, когда она будет в силах отвечать. Лея смотрела на него, жалобно моргая. «Всё еще хотите?» — мягко спросил он. — Хочу - что? — Секс. — Только быстро, мне надо вернуться к Мэдди, ой, моя голова... Мужчина принял её слова за утвердительный ответ и расстегнул ширинку, и вдруг услышал, что кто-то быстрым шагом направился к двери. Знакомое бурчание под нос вызвало у Леи реакцию - она вдруг очнулась. Она вновь что-то пробормотала и дернулась всем телом. Мужчина сидел рядом как вкопанный, смотрит на дверь. Вдруг раздаётся стук. «Гжегож, открой, это отец!» — бас из-за двери. До этого уверенный, мужчина побледнел как поганка и пошёл открывать. Лея обомлела: перед ней был Адам. Он хмурил свои густые брови, глядя на то, как та стыдливо пытается укрыться, хоть она и почти одета. — Так. Господи, за что мне все это? Почему снова она? Почему в моей квартире? — Я нашёл её в баре, отец. — Так оставил бы там! Мало тебе ремня давали в детстве, ух, чувствую, мало. — Что, совсем плохая стала? — спросил он Лею, которая уже чуть не плакала. — Видимо придётся вмешиваться мне, а то в этом мире никому доверять нельзя. Надо бы поговорить с бывшим президентом А, надо бы. Но сначала... Он достал из кармана старенький телефон самсунг и нашёл там номер Джона. — Он обычно не берет трубку, но сегодня возьмёт как миленький, – рассмеялся Адам.