Выгорание

      От тяжелых сумок уже ломило спину. Самое ужасное, что это еще не все вещи, и от мысли об этом болеть начинала не только спина, но и голова. Радовало лишь то, что Сугавара вот-вот скинет их, ведь он уже подошел к двери своего нового дома, в котором он будет жить неопределенное количество времени. Насколько он останется здесь определит уровень адекватности его соседа. Вы наверняка подумали, что делить квартиру неизвестно с кем слишком муторно и даже опасно, однако Коуши именно этого и ищет.       Пакет с провизией на первую неделю и дорожная сумка рухнули на бетонный пол. По подъезду разнесся слабый, тихий стук, вызванный ими. Сугавара начал рыться в карманах своего болотно-зеленого кардигана в поисках ключа. В голове нарастала маленькая тревога: а вдруг забыл его? Но, наконец нащупав металлическую поверхность, он облегченно вздохнул и вставил ключ в замочную скважину. Механизм внутри щелкнул дважды, и входная дверь легко открылась с еле слышным скрипом.       Жизнь Коуши в последнее время скучна и неинтересна. Он полагал, что всему виной усталость, но даже после месячного отпуска каких-либо изменений в своем моральном состояние мужчина не обнаружил. Долгие раздумья натолкнули его на интересную мысль: может быть, ему не хватало острых ощущений? Кто знает. Пока несколько посещений самых экстремальных аттракционов в парке развлечений (да простит его Акааши, у которого так не вовремя появилось свободное время), пара дней волонтерства в доме престарелых (как бы не выглядело со стороны, но работать с вредными пенсионерами опасно для жизни) и туристическая поездка по горам Хонсю, конечно, освежили Сугавару, но это все было не то. Хотя попытки найти «то самое» он не оставлял. Но все это уже начинало утомлять, поэтому на эту авантюру было возложено много надежд.       Странно, даже для него самого, что в таком непонятно-апатичном периоде его жизни он все еще не падает лицом в грязь и теплит какую-никакую веру в то, что скоро все образуется, что скоро он найдет выход из своего положения. Такой уж Коуши человек, наверное. Нельзя сказать, что слишком позитивный, но унывать и бездействовать - в его стиле (ладно, возможно, только "бездействовать"). В каждом дне есть что-то хорошее, пускай Сугавара и не часто это замечает, но так оно и есть. Лучше уж чуть-чуть верить, чем не верить совсем. Так что, вперед! Дальше — лучше!       Интерьер квартиры был выполнен в светлых тонах. Обои, как и потолок, были белого цвета, что визуально расширяло пространство. Кажется, во всех комнатах стены были такого цвета, предположил Сугавара, так как уже краем глаза успел зацепить крохотный кусочек кухни. На полу был постелен простой светлый ламинат. У двери - самый обычный коврик. В прихожей стоял огромный шкаф с зеркальными дверцами, а слева от него расположилась обувница.       Мужчина снова кинул свои сумки на пол и снял массивный рюкзак. Он блаженно вздохнул, как только почувствовал, что по спине разливалось приятное расслабление. Сняв кеды и положив их на одну из полочек, Сугавара подошел к зеркалу, чтобы убедиться в опрятности своего вида. Кардиган был чист, как и белая футболка, за которую он переживал больше всего, ведь ему неоднократно за этот день приходилось прижиматься к грязным поверхностям, пока он тащил и переносил свои вещи. На черных свободных джинсах он заметил складку, которую поспешил убрать, но это никак не помогло, ведь она тут же возникла вновь. Завершали весь этот образ пестрые носки с рисунком Спанч Боба. Посмотрев на них, он вымученно улыбнулся. Всё-таки работа с детьми накладывала определенный отпечаток на жизнь Сугавары.       Решив сначала осмотреться и только потом распаковывать сумки, Коуши пошел на кухню. Справа от входа в неё была дверь, которая вела в санузел. Унитаз, ванна и раковина, короче говоря, ничего интересного. Вся фурнитура на кухне была глянцевой, мутно-голубого цвета, стол пытался имитировать дубовое дерево, стулья, видимо, были из одного набора с ним, из-за чего они гармонично смотрелись вместе. Под окном стоял бледно-желтый диван, который на секунду вызвал недоумение Сугавары. Он совершенно не сочетался с общим дизайном комнаты. Напротив него телевизор, не подключенный к сети, судя по болтавшемуся проводу. Не обнаружив больше ничего примечательного, мужчина вышел из кухни и повернул влево по коридору. Там было две двери. Он заглянул в первую. Застеленная кровать в углу, стол, над которым висели полупустые полки с одной лишь фотографией группы людей в темно-синей форме. Рядом с компьютером, офисным стулом и дверью были разбросаны вещи и сумки. Кажется, здесь живет его сосед. Неловко получилось. Сугавара поскорее закрыл дверь. Если полагаться на логику, то следующая дверь — его комната. Он пошел за сумками.       Внешний вид комнаты позволил ему предположить, что его сосед тоже заехал совсем недавно. Оно и хорошо. Значит, они оба еще не свыклись с этим местом. Приятно чувствовать себя не одиноким!       Интересно, каков его сожитель? По словам хозяйки он был одного с ним возраста, очень вежливый, обаятельный и красивый молодой человек, похожий на спортсмена. Сугавара не уверен, на сколько можно доверять словам этой старушки, но хотелось бы, чтобы это было правдой. Скорее всего, то было не дело Коуши, но все же любопытно, где сейчас этот человек? Сугавару, конечно, предупреждали, что никто его не встретит, но именно из-за этого он и испытывал предвкушение с привкусом тревоги. Больше развивать эту тему в своей голове он не стал, чтобы пресечь ненужные волнения.       Пока никого нет, лучше быстро разобраться с чемоданами. Он распаковывал каждый из них по очереди, укладывал одежду на полки шкафа, постелил постельное белье (одеяла и простынь были обычного черного цвета, но наволочка была с принтом чиби Железного человека. Сугавара обожал этот комплект!), затем он расставил несколько книг на полки над компьютерным столом, поставил карандашницу и рядом с ней бумажные стикеры, которые очень часто пригождались для того, чтобы оставить напоминание чего-то важного самому себе или просто для веселых заметок. И вот пришло время того, что по-настоящему сделает его комнату живой — плакаты. Он наклеил несколько постеров с разными аниме и фильмами над изголовьем кровати. Самое «вкусное» он оставил напоследок. Из сумки он аккуратно достал блестящий листок журнальной бумаги с обложкой фильма «Гарри Поттер и узник Азкабана». Как же любо на это смотреть! Он откусил зубами скотч и прикрепил постер к стене. После этого Коуши снова полез в сумку и вынул оттуда большой портрет Рона Уизли. Кадр из «Тайной комнаты», гриффиндорец лежит на стопке книг и смотрит куда-то вверх, задумавшись.       Все, теперь эта комната выглядит живой!       Кажется, ему ещё нужно доделать одну методичку на работу?       Отложив разбор оставшихся вещей на потом, Сугавара взял ноутбук, пакет с продуктами и вошел в кухню. Довольно быстро разложив продукты в холодильник, он сел за стол и принялся за работу. Электронные часы на запястье показывали четвертый час.       С каждым новым символом, который появлялся на экране в голове Сугавары, как страницы книги, одна за другой сменялись мысли: а так ли ему нужна эта работа? может, взять больничный, чтобы отдохнуть от всего этого? Нет, не сейчас. В конце-концов его ведь назначили организатором спортивной эстафеты, поэтому он не может никого подвести. Когда всё закончится, тогда он и подумает об этом.       По кожи пробежали мурашки. Стало как-то неуютно. Будто за ним кто-то пристально наблюдал. Мужчина заметил силуэт, стоящий в дверном проеме. Сугавара поднял глаза и обомлел. Неужели это…       — Тоору? — не веруя, словно на вздохе произнес он. При взгляде на него в груди что-то сжалось, не болезненно, но ощутимо, и солнце, будто опрокинулось и теплом разлилось по всему телу. Как же давно он не испытывал этого. Вопреки внутренним радостным ощущениям, разум забил тревогу. Как? Тоору?..       С этим именем многое связано. Столько веселых и светлых воспоминаний. Это один из тех людей, кто сделал его юность действительно незабываемым временем. Как же много всего. И вроде бы хотелось сказать «спасибо» за все, что было, за все моменты, которые он ему подарил, но слова не шли и всё осталось невысказанным до сих пор.       Возможно, он даже скучал.       — Приятно знать, что ты всё еще так меня называешь, Коу-чан, — это прозвучало так ласково, что заставило Сугавару смутится.       Как вообще так получилось, что их вновь свела нелегкая? Почему он не остался в своей Аргентине? Нет-нет-нет, он не плохой человек, даже очень наоборот! Плохой здесь как раз-таки Сугавара… Он же со стыда сгорит, если будет жить с ним. Может, придумать отговорку, чтобы съехать без подозрений? Глаза предательски метнулись в сторону выхода.       — Очень неожиданно видеть тебя здесь… В Японии, — неловко добавил он, улыбнувшись. — Давно приехал? — проведя мысленный мозговой штурм, он заключил, что вернее всего пустить все на самотек и вести себя непринужденно. Ведь здесь, в общем-то, ничего лучше не придумать. И чего он такую панику развел? Ойкава, возможно, уже ничего и не помнил. Хотя это вряд ли. Тогда, возможно, он уже его простил? Неважно. В конце-концов, они уже оба другие люди.       Сейчас главное произвести хорошее впечатление им ведь все-таки жить друг с другом.       — Да я и сам не думал, что вернусь на родину так рано. — отводя чуть помрачневший взгляд куда-то в сторону, начал Тоору.       Было видно, что за этим взглядом крылось что-то, что Сугавара не мог разобрать. Он попытался выцепить в нем хоть какой-то ответ, но ничего не вышло, поэтому он обратил внимание на общий вид Тоору. Все те же вечно растрепанные волосы, те же слегка лукавые глаза, прячущиеся за линзами очков. Его кожа стала чуть более смуглой и это замечательно подчеркивало белое худи, которое идеально сочеталось с темно-синими штанами.       — Я приехал где-то месяц назад. Думаю, задержусь здесь в Токио еще на пять месяцев, может быть. Не хочешь чаю, Коу-чан?       Сугавара кивнул. Что может лучше приятной бесед за чашечкой чая?       — А как твои дела, Коуши? — буднично поинтересовался Ойкава. — Я думал, что такие штуки, вроде деления своего быта незнакомым человеком не в твоем вкусе. Ты мне всегда казался более… уединенным? Что ли.       — Ну, люди меняются? — от банальности этой заезженной фразочки Сугавара тихо рассмеялся. — В конце-концов, мы ведь не виделись с тобой… — когда же они окончили школу?       — Шесть лет. — отозвался Ойкава, наливая им обоим чай. Ему показалось или в его голосе действительно прозвучала некоторая меланхоличность?       — Да… шесть лет. Много воды утекло с тех пор. — невесело заметил мужчина.       — Были же времена… Мы с тобой раньше были закадычными друзьями. Каждые выходные гуляли, куда-то вечно бежали…       О нет, это точно не то о чем Сугавара сейчас готов говорить.       Повисла напряженная тишина. В голове один за другим сменялись варианты продолжения разговора, но не один из них не выглядел уместно.       — Коуши, почему мы тогда перестали общаться?       Вернее «почему ты вдруг без объяснения причин решил прекратить общение, дурак?». Хотя, это лишь правки Коуши. Прямолинейность Ойкавы поставила его в ступор. А что ответить? «Прости, я был влюблен в тебя, испугался своих чувств и решил, что для нас будет лучше не общаться». Это ведь звучит глупо! Ещё потом подумает, что всё это время дружил с дурачком, сбегающим от собственных проблем.       Раньше будучи немного более юным, Сугавара думал, что такие разговоры во взрослом возрасте не будут вызывать в нем такую бурю эмоций. К тому же, столько воды утекло. Целых шесть лет! Разве этого времени недостаточно, чтобы в такой ситуации иметь трезвую голову на плечах? Видимо, нет. Что же делать?       Наверное, самым лучшим вариантом будет поговорить. Им ведь жить вместе, поэтому на самом старте стоит решить прошлые недопонимания.       — На самом деле, Тоору…       На всю кухню раздалась попсовая мелодия «Call me maybe». Это были часы Сугавары. На экране высветилось простое «Акааши». Как же не вовремя! Но вдруг там что-то важное.       Нажав на кнопку, чтобы отключить звук, Сугавара быстро поднялся и неуклюже подбежав к выходу, неловко сказал:       — Извини, пожалуйста, — пальцем он указал на часы. — Давай поговорим об этом позже, хорошо? — и не дожидаясь ответа, мигом метнулся в свою комнату, аккуратно закрыв дверь.       Он плюхнулся на кровать, накрыл свое лицо подушкой и закричал. Да, он было уже набрался мужества на этот разговор и начал объяснятся, но при всем при этом, он испытал не хилую панику. После этого минутного срыва Сугавара нащупал телефон рядом с собой и набрал Акааши.       Ничего не подозревавшего Кейджи ждал многочасовой стэнд-ап концерт, полный самоиронии и самоунижения, откровенно похабных шуток и несколько вставок с ностальгией о делах давно минувших дней. Чего уж говорить о Коуши, который после этого еще и не сможет уснуть, застряв в бесконечном круге упреков за бесхарактерность и трусость, и чуть было не опоздает на работу?