Грот

I

Почти полтора года Джинна придавалась порочным ласкам, купаясь в объятиях таинственного бога морей. За это время она повзрослела и скоро должна была исполнить свое предназначение, о котором создание постоянно говорило ей. Её тело изменилось благодаря его магии, которая пробуждала в ней кровь сирены и стало более крепким, а мышцы эластичными. Она могла принять в себя сразу несколько щупалец. Монстр развратил молодую красавицу и насылал ей эротические сны, когда она не появлялась слишком долго, по его мнению. А происходило это в основном только когда Джинна в силу человеческой природы истекала кровью. Он любил эти несколько дней и с наслаждением слизывал кровавые выделения. Джинна привыкла к этому далеко не сразу. По началу его одержимость кровью пугала её. Тем не менее он за все это время не причинил ей боли. Поэтому Джинна сдалась и позволила делать с ней все что угодно. Жизнь шла своим чередом, но Джинна не обращала на нее никакого внимания. Болтовня Терезы и матери были ей не интересны, как и наставления отца и, тем более, вынужденные свидания с Дереком перед свадьбой. Девушка автоматически выполняла свои обязанности, старалась быть тихой и покорной, чтобы никто не заподозрил, чем на самом деле она живет. А жила и дышала она только им, одержимая страстью. От ее застенчивости и кротости перед божеством ни осталось ни следа, что несказанно его радовало. Она принимала самые откровенные позиции, дразнила, выгибалась, показывая готовность к спариванию. Джинна была все ближе к состоянию, когда он бы смог оплодотворить её. Тело уже могло принять семя, но разум был не готов до того самого момента, когда она прихватив с собою самое необходимое, не сбежала от нежеланного замужества. Оказавшись в родном гроте, Джинна пустилась к плите. Теперь она была просто утварью, на которую она облокачивалась, принимая ласки чудовища. Теперь она точно знала, что божество с глубин океана имеет устрашающий облик, но полюбила его и желала ему принадлежать. С каждым месяцем он менялся, приобретая цвет и укрепляя плоть. Он питался энергией, которую дарила ему Джинна, но не пренебрегал и плотью обитателей грота. Постепенно его тентакли приобрели красный цвет, на них образовались присоски, и Джинне не составило труда догадаться, кем на самом деле является её страстный и нежный любовник. Он явил свой облик не так давно. Гигантский спрут размером с двухэтажный особняк, десяткой мощных щупалец и парой желтых глаз стал для Джинны всем — смыслом, жизнью, страстью и любовью. И теперь она пришла, чтобы остаться навсегда. Организм Джинны уже спокойно воспринимал сырые морепродукты, а вот человеческие блюда с недавних пор отторгал. Одежда мешала ей, поэтому она ждала весь день, того момента, когда сможет сбросить, сдавливающие тело тряпки. Девушка могла по долгу пребывать под водой, задерживая дыхание на пол часа и дольше, и вскоре, как обещало ей создание бездны сможет оставаться там сколько захочет. Она перестала чувствовать холод, кожа её укрепилась и побледнела. Они время от времени могли покидать свое убежище, выплывая на прогулки по бескрайним просторам Северного моря. Но все же пока для них обоих безопаснее было оставаться в гроте, защищенном магией и скрытым от глаз простых людей. Она готовилась стать матерью новых созданий, которым суждено распространиться по всему миру и оплодотворить как можно больше людей. Дать потомство, но не такое, какое могла дать Джинна. Создание предполагало, что утробы самок будут использовался в качестве инкубатора. При этом дети не будут иметь ничего общего со своими матерями, если только не обнаружатся подобные Джинне потомки сирен. Процесс этот будет затянут на сотни лет. Им вдвоем суждено наблюдать за этим и контролировать.

II

Джинна ворвалась в грот, ставший ей вторым домом, сотрясая в руке небольшой мешок. Она и сама не понимала, зачем взяла одежду, возможно, она ей никогда больше не понадобиться. Тем не менее, в мешке было еще несколько вещиц. Быть может, когда-нибудь они будут напоминать ей о семье. — Я пришла навсегда, — заявила она, стягивая с себя платье, — Ты слышишь? Теперь я твоя, навсегда! — завопила она, рассмеялась и бросила тряпки за плитку. Как оказалось, грот не был таким уж маленьким. За плитой была полость, где жил все это время ослабевший бог морей. Сейчас он еле помещался в яму, но, сложив щупальца, ему все же удавалось устроится в нише, наполненной морской водой. Из-за плиты возникли долгожданные тентакли. А вскоре появилось громадное тело спрута. Он говорил с ней телепатически, но сейчас молчал, наблюдая за своею суженой. Наконец Джинна здесь. Теперь навсегда. Сейчас она точно готова принять его семя, и он, наполненный жизненной силой, готов оплодотворить её. Девушка запрокинула одну ногу на плиту, открывая любовнику прекрасный вид на свой возбужденный бутон нежной плоти. Она делала так, когда горела желанием, когда была переполнена похотью и жаждала быть обласканной его щупальцами. Сегодня она познает не только их, но и детородный орган, который должна будет принять в себя. Он не заставил её долго ждать, запустил щупальца прямо в жаждущую плоть, другим, поддерживая за бедра. Она громко стонала, прикрыв глаза, облокотилась на толстый отросток позади себя и расставила ноги еще шире, предлагая любовнику подхватить их. Он последовал её зову, обвёл тентаклями обе ноги, а потом и руки Джинны. Девушка согнула колени, приподнимая бедра, чтобы сделать проникновение более глубоким. Гигантский спрут стимулировал влагалище сначала одним шипом, но вскоре направил еще один, и третий устремился к разбухшему узелку нервных окончаний на радость любовнице. Она стонала, хватая ртом воздух, двигала бедрами ему навстречу. Монстр дарил ей незабываемое наслаждение, запретное, грязное, межвидовое удовольствие, что не мог подарить ни один человеческий мужчина. Тентакль, что ласкал шею Джинны — то сжимая, то разжимая хватку, устремил свой кончик в ротовое отверстие, обрамленное нежной плотью. Это место особенно привлекало монстра, он тоже наслаждался, заполняя тело человеческой самки своими конечностями. Каждый щуп, словно бы жил собственной жизнью и обладал своими рецепторами и интеллектом, однако все они подчинялись главной нервной системе спрута. Несомненно, чудовище смаковало каждый вздох Джинны, каждое движение и особенно пик. Но главной его целью, все же, было оплодотворение. Сейчас он готов отложить в нее икринки, с помощью детородного органа. Такая возможность была у него всего раз в году, в течении нескольких месяцев. Теперь Джинна не испугается этого, она желает стать матерью и готова. После того, как он довел ее до кульминации, она расслабилась и улыбалась, рассматривая его, заплывшими от страсти глазами. Джинна еще не видела его орган, лишь отростки. Когда несколько десятков тентаклей задрожали, и тело спрута приблизилось к девушке. Она подошла ближе, протягивая руку — трогая его, сжимая упругие щупальца. — Пришло время, Джинна, — сообщил он и явил ей свой орган, похожий на длинную трубку из плоти. Девушка с интересом рассматривала причудливый орган, внушительного размера, гораздо больше чем два привычных ей щупа, но страха Джинна не ощущала, будучи уверенной в том, что примет орган в себя без вреда, ведь теперь её тело стало гораздо сильнее и эластичнее. Девушка обхватила его двумя руками. Щупала, оценивала его размеры и возможности. Но он более не мог ждать. Цель, что он преследовал все это время, вот-вот свершиться, дети совсем скоро обретут мать. Он резко обхватил желанное тело тентаклями, раскинув стройные ноги в стороны. Девушка вскрикнула, испугавшись такого резкого движения, но тут же затихла, наблюдая за ним. Щупы распяли ее, зажав руки, ноги и шею в цепкой хватке. Настойчивые, граничащие с болью ласки обрушились на грудь, бедра и шею Джинны, массировали, словно бы пытались подогнать ее страсть и скорее вызвать желание вновь. Тентакль заткнул ей рот, заполнив его собою, так, что она почти задыхалась. Джинна впервые за долгое время испугалась, единственной надеждой на благоприятный исход этого акта были ее новые физические возможности. Спрут растянул девушку, открыв прекрасный откровенный вид и доступ к утробе. Он приблизился к ней, почуял страх, заглянул своими желтыми глазами в ее зеленые, полные ужаса и слез, но сейчас ему было все равно. Он уже добился доверия, теперь она должна выполнить обещание. Щупальца вывернули девушку так, чтобы ноги не мешали монстру воткнуть в нее орган. Она была свернута в позу эмбриона, уткнувшись в собственные колени. Джинна хныкала, дергалась, инстинктивно пытаясь вырваться. Но было поздно. Он вошел в нее своим чужеродным отростком. Так глубоко как только мог. Несколько раз сильно впихнул его в узкую щель, а затем Джинна почувствовала, как нечто жидкое и горячее вливается прямо в ее матку. Пенетрация прошла довольно быстро. Натянутая на орган человеческая плоть, дрожала от ужаса и непонимания, но все быстро закончилось. Орган из нее вышел, и за дело взялись щупальца, пытаясь сгладить последние события очередной порцией удовольствия. Джинна осознала, что вынашивает несколько плодов почти сразу. Низ живота чуть припух уже на следующий день, аппетит возрос и желание пребывать в воде усилилось. За время беременности, девушка почти из нее не вылезала, да и после рождения четверых прекрасных существ, Джинна уже не хотела жить на суше. Все случилось почти так, как и обещал ей древний спрут. Она стала матерью нового вида, целью которого было постепенно замещение собой человечества.

***

На суше долго искали её, пытаясь зацепиться за любую информацию. Тереза, конечно, рассказала всем об инциденте в гроте, но найти этот таинственный грот, так никому и не удалось, хотя верная подруга утверждала, что отлично помнит его местоположение. И вправду несколько месяцев подряд, вокруг их с древним богом обители плавали лодки, пытаясь отыскать проклятый грот.