Сын маминой подруги

5 глава.

«Нежданный гость. »

Сын маминой подруги.

°^•🫂🫂🫂°^• Лучи рассвета, словно кинжал, пронзившие сумрак ночи, разрывая его на тысячи мелких кусочков. Первые лучи скользили по крышам домов, превращая их в сверкающие короны. Улицы, укрывшиеся вчера вечером мраком, словно крылом ворона, сейчас кешили пешеходами. Запах кофе, словно призрак, витал в воздухе. Утро— холст, а судьба художник, начинает свою картину одинаково. Сону эта повседневность уже раздражет. Все 165 дней между 2 сентября и 21 марта он проживал одиаково, а особенно утро. Всю жизнь он ненавидел лето, потому что только тогда понимал, насколько он немощен. Спасибо учëбе, благодаря которой Ким чувствует хотя бы каплю сути жизни. Сегодняшний день перевернул всё его жизнь, устроил в ней погромном и разнëс всë к чертям собачьим. Сону стоял на остановке, облокотившись об железный, нагретой солнцем, столб. Лучи солнца, словно стрелы, насквозь пронзают волосы чëлки, которые,по факту, словно шторы. Глаза едкий свет режит после долгой темноты, из-за чего он жмурит глазки, когда поднимает голову на вверх. В основном, он это делал только для того, чтобы взмахнуть блондинестыми волосами. —Сону, привет.— Резко возвращает его из мира социальных сетей женский, раздражëный голос. Ким в этот момент почувствовал себя перед мамаой, когда та ругается. —Привет, прости, как всегда слишком увлëкся.— Отвечает тот. Уже настолько привык к тому, что зачастую не замечает появление девушки, что опять извиняется. —Я только пришла.—Отвечает Риана, а после следом отводит тему.—Слушай, Сону.— Голос еë был действительно раздражëный, а слова грубые и уверенные. —М? —Мычит тот, поворачиваясь к девушке лицом. —А ведь Сольюн моя подруга. Лучшая.—Тот вздрагивает, после чего его глаза пустеют. Смотрит он туда же, куда и раньше, но взгляд был на столько крестальный, что казалось, что тот опять смотрит в не куда.— И если ты собираешься идти поперëк слов госпожи Ким и моей мамы, то у тебя проблемы. Хотя, это и без того понятно. —Добавляет та. А Сону будто дара речи лишился, стоит как вкопанный, не знает что ответить. Но когда поворачивается зачечает, что девушка ушла к женской компании, что стояла рядом со скамейкой. Сону всë никак в себя прийти не может. Он осматривает всю остановку и замечает Ники, стоящего у высокого дуба, под которым зачастую обязательно лежит мëртвый хомяк или крот. Подойдя к нему тот сразу улавливает строгих, Нишимуровских духов и буквально пьянеет от них, будто он их не вдохнул а выпил его целиком. —Ники, привет. —Здоровается Ким и встаëт справа от него. —Привет.— Отвечает тот, а после убирает телефон в карман.— Ты вчера в два часа ночи ы сети был. Ты выспался хотя бы? —Да нормано всë... Я уже привык.— Отвечает тот, на одном тонн, будто это всë пустяки. —Зря.— Отвечает тот, а после сразу усмехается. —Чего это ты? — В недоумение интересуется Сону. —Чонвон тоже, как ты, засыпал в два в три часа ночи, пока к Джею не переехал.— А Ники на Кима и взгляд не отпускает. Его внимание было нацелено на автобус, который должен приехать с минуты на минуту. °^•🫂🫂🫂°^• Автобус, как железный змей, плавно передвигается по дороге, словно плевать по течению реки. С каждом скрипом старых деталий (которых ради безопасности хорошо было бы починить ну или поменять.) автобум уносит всë дальше и дальше, будто отделяя от реальности. В окне мелькают чудесные пейзажи, словно не созданные природой, а написаны очень талантливым живописцем. Деревья, склонившиеся как старые великаны, ощущались тенью и глухой упоминанию суровых веков, прожитых на этих местах. Дома, укрытые шиферами крыши были словно войны, укрытые стальными шлемами. Сам же салон— отрожение человеческих судеб. Но вот это стальное чудо затормажиыает со свистом у другой остановке и все ученики, одно за другим, стали покидать автобус. Каждый перед школой разбежались по своим делам. Кто-то побежал рвать прутики высокой ивы, чтобы на каком-нибудь из скучных уроков освободить ветку от светло—зелëной листвы одним движением руки и на одной из перемен выйти на перемены в пустой коридор и попрыгать через сучëк как через скакалку. Кто-то шëл с друзьями просто поболтать сидя на скамейках, а кто-то спойлер шëл в школу. Сону и Ники отнеслись к третьему типу, а вот Риана ко второму. —А ты уверен, что ты правильно написал? — Уже в сотый раз переспрашивает Сону, свиряя ответы с своей тетради и тетради Нишимуры. —Да-да, Сону, да! — Уже криком отвечает тот.— Просто выдерживает страницу и перепиши. — Но Ким на эти слова реагирует слишком остро. —Да если я из тетради страницу вырву, мама мне голову вырвет! —Сону, Ники!, — Резко доносится сзади и оба в один день миг поворачиваются. Оба направились к маленькому шуму и сравнив с ним шаг после приветсвия стали болтатб. —Чонвон, ты домашнее по истории сделал?— Спрашивает Ники, выхватывает из рук Сону свою и его тетрадь. —Да. Тебе дать?— Спрашивает Ян. —Дай.— Все четверо останавливаются, в то время как Чонвон достоëт тетрадь и протягивает младшему. Нишимура же перекладывает с одной руки тетрадь Кима, так, что в одной его руке оказывается две тетради, а второй тот берëт тетрадь Чонвона. По одной строчке сверяя ответы у того лицо становится более серьëзным и напряжëнным.— А нормально, что у нас у всех не совпадают ответы? —У Чонвона правильно.—Утверждает Пак, указывая пальцем на то, что некоторые слова написаны разными почерками.— Я ему помогал. —Ники только голову на него поднимает и стоит молча. —Ты— биолог.— Утверждает Нишимура.—Так что ходи молча.— В ответ на капризы младшего Чонсон только усмехается и идëт дальше. °^•🫂🫂🫂°^• Сону наконец-то доходит до комнаты. Не снимая вещи, тот кидает портфель на стул, телефон на подушку, а сам ложится на кровать. Когда всё тело поглотила мягкая кровать тот стал потихоньку закрывать глаза. Уже потихоньку проваливается в сон, но не тут то было. Вдруг, к нему приходит сообщение, с миллисекундным шумом, который пронзил уши, надавил на барабанные перепонки и осел туманом в голове. Ким открывает глаза, а после сразу закатывает их. Еле рукой нащупывает телефон над головой, перед этим, конечно, растрепав всю кровать. На экране сразу высветилось несколько, сообщений от незнакомого контакта. NIshimura riKI Сону~я, рад? Давай не спи там Ночью спать нужно Kim Sunwoo Что? Ники, ты? NIshimura riKI Да. Я к тебе с новостью. Можешь идти открывать дверь, и забывать про сон на ближайшие несколько часов. Kim Sunwoo В смысле? NIshimura riKI Мама собирается к вам приехать. С Рианой и, блядь, мной. Kim Sunwoo Ххах, а ты не хотел? NIshimura riKI Чтобы твоя и моя мама меня полили грязью, обсудили твою и Рианы "свадьбу"? Нет. Эти сообщения пробрали Кима до костей. Тот готов в окошко кирпичëм прыгать, лишь бы больше даже имя этой девушки не слышть. Kim Sunwoo Ох, ладно... Тогда пойду лучше в комнате приберусь. NIshimura riKI Ладно. Увидимся. Сону в этот же момент выключает телефон и кладëт телефон на грудь, экраном вниз. Опять прикрывает глаза и сам себе тихо шепчет:"Увидимся", прокручивая в голове это как голос Ники. Низкий, иногда хрипловатый, и, о ужас, такой любимый. Это ускользающая тень, словно сотканная из ночных нитей и пыли, поглащала как-то необычно. Тянула вниз, при этом держала тело на месте. Расслабление, в котором Сону больше чем нуждался, укрыло сверху, будто одеяло. Сон, будто ночной вор, тихо пробрался в сознание, и булыжником заседал вглубь, отключат всë сознание. Но вскоре это симфония тишины оборвалась. На нижнем этаже раздались разговоры, но по ощущение хуже сплетен. Сону слышит и закатывает глаза, но поднявшись с кровати, замечает, что комната действительно неубрана, и было бы хорошо, хотябы застрелить постель, хотя и это он сейчас не успеет. Пока надеется сделать хоть что-то, но стоило тому встать с кровати, моментально застелая еë, как слышит стук. Делать нечего, приоткрывает дверь и поднимает взгляд на стоящих перед ним людей. —Там чуть-чуть не убрано.— Тихо говорит тот, будто боится, что их кто-то услышит. —Пошлите лучше в гостиную.— А тем отвечать неловко, хотя Риана всë ещё злится. Сону ведёт их вниз по лестнице, а после сразу заводит в гостиную, не садясь до тех пор, пока гости не сядут на диван.— Если хотите, я могу принести вам какого-нибудь сока или конфет.— Спрашивает только из-за воспитания, была бы возможность он бы прогнал всех к хуям. —Нет, спасибо. — Отвечает Ники. Девушка же сидит молча, не обращает внимание так, будто еë это не касалось. Остальное всë время они сидели молча. Раскаленный от напряжения воздух, ничем не отличался от вечно натянутых струн, готовых лопнуть от любого неосторожного прикосновения. Из-за тишины, давящей на плечи, напряжение ощущалось как каменные плиты. Часы тянулись мучительно медленно, отмеряя секунды. Каждая минута казалась вечностью, наполненной тревогой и предчувствием. И вот, момент настал. Тишину разорвал звук, подобный грому небесному. В комнату заходят две женщины. Оказалось, что пошло несколько часов, за окном уже темнело, пора бы уже возвращаться домой. —Риана, Ники, собирайтесь. —Говорит Ханыль и уходит обратно в прихожую. Все трое еле поднимаются со своих мест и направляются к выходу, где уже собиралась сама госпожа Нишимура. Госпожа Ким стоит рядом, продолжая что-то рассказывать, до тех пор, пока все гости не вышли. В ту же секунду она закрывает дверь и переключается на Сону. —Как поговорили? —Спрашивает она, закрывая дверь. —Мы и не разговаривали.— Отвечает тот, эти слова не понравилось матери. —Да прям, сидели и не разговаривали? Вас вместе прикола ради посадили? Ким в ответ молчит и стоит на месте, опустив взгляд в пол, до тех пор, пока блондинка не ушла в кухню. Сону проводил еë взглядом, а сам позже поднялся на верх, в свою комнату. Напрочь забыв про уроки и бардак в комнате тот завалился на кровать. Веки становятся тяжелее, и он, прикрывая глаза, проваливается в сон. Тишина настолько густая, что кажется, её можно проглотить, и в ней рождаются первые образы. Смутные и расплывчатые, словно акварель, размытая хрустальными каплями воды. Перед закрытыми глазами мелькают тени. Сон слышит убаюкивающий шелест листвы, хотя ветра и нет. Всё это — творение сна, словно вышитое из остатков воспоминаний. В самой глубине загадочного сна скрываются символы, намёки на прошлое, которых мы даже не замечаем.