Нечто большее, чем радость

Аня заканчивает свой прокат. Она победно вскидывает руку. Делает немного неуклюжий из-за нервов поклон. Подбирает какую-то игрушку, старается не показывать надежд. Девушка приближается к бортику. Бросает последний взгляд на Олимпийский Лёд. Надевает чехлы. Обнимает тренеров. — Ань, это золото, выкупаешь? Фигуристка неподалеку дергается. Пытается успокоить себя вычислениями баллов. Да-а, этот тройной аксель дорого ей обошелся. Если она прыгнет все пять, то шанс на победу есть. Саша кивнула себе и посмотрела на экран с рейтингом. Аня… Вторая? После Каори? В этот момент Рыжеволосая падает с перекидного, с помощью которого разминалась перед выходом. Аня в Кике сжимает по крепче руку злого тренера. Что-то шепотом у него спрашивает. Даниил Глейхенгауз чуть помедля кивает. Саша включает что-то из классики и закручтвается в тройном туре. На её тело словно падает огромный платок — именно так ощущается выезд. Ноги спортсменки сейчас похожи на воздушный шоколад — по чувствам всё словно в мелких противных дырочках. По плечу бьет чья-то рука. Саша резко повернулась, стукнувшись носами с Аней. Нервный смех. — Выиграй! — Что? — Они не думают, что у тебя может получится, значит никакой подставы не запланировано. Слышишь? Всё ещё может… Саша неуверенно качает головой. Аня вспыхивает. — Камилу не допустили! Меня засудили! — Слушай, — девушка берёт руки подруги в свои, — Ты правда веришь в меня? Даже после падения? — Да. И всегда верила. Помнишь? Сначала подруги, — «Маргарита» протягивает мизинец. — Потом чемпионки, — «Круэлла» притягивает девушку к себе, — Я отомщу за вас! Луна Хендрикс вытирая слёзы проходит мимо, в «уголок слёз и ожиданий». В произвольной она упала два раза. Пора выходить Саше. Она ещё раз обнимает Аню, улыбается в камеру Камиле, зная, что та поймет, что это для неё. Снимает чехлы. Замечает, что тренера куда-то ушли. Видимо, разбираться с оценками ученицы. У неё есть пару минут, чтобы размяться. Она делает первые шаги, набирает скорость. Заходит на тулуп и выезжает. Пытается сделать риттбергер, падает. Теперь прыгать страшно — вдруг это её лимит на сегодня? Будто бы насмехаясь, лёгкая судорога оставляет свои кровавые поцелуи по всему телу. Взгляд словно сам катает программу — мечется по катку, цепляется за небольшое окно. Видно небо. Девственное, голубое. На миг ей кажется, что простая молитва придаст сил. Стоило этой мысли проскочить, как другие, представая в образе подлого кардинала, прогоняют бравых мушкетёров. — Бред, — шепчет она, вставая в начальную позу. Круэлла берётся за очередной дизанерский шедевр. Тонкая нить образа оплетает зал, подмигивая самым любопытным. Предчувствие чего-то со смехом усаживается в сознании каждого присутвующего, таинственно помахимая веером. Саша заходит на первый четверной. Сделано! Трибуны заинтересованно вглядываются в черную-красную фигурку на льду. Далее тулуп. Чисто. Риттбергер — тоже. Флип сдался, отдав корону королеве. Неистовая радость эмоционально обнимает концентрацию, настороженно брезгливо закатывает глаза. Каскад. Первый прыжок. Выезд. Второй… Падение… Доля секунды — вновь это окно с небом. Саша решает, что хуже не будет. Поэтому впивается в этот небольшой участок облаков. Нет, она молится не словами, она отдаёт свои эмоции, свои страхи в надежде на помощь. Удивительно, но сети кардинала рвуться — ничего не болит, а на губах улыбка. Она пришла победить. И теперь никто её не остановит. Энергия жизни сквозит в каждом движении. Судьи, зрители, друзья — никто не понимает, чему она радуется. Дальше идёт двойной аксель. К сломанным конькам эти барьеры! — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Взлет. Она делает два оборота. Половину оборота. И!.. Прорывает атмосферу, убивает уверенностью гравитацию — делает три с половиной оборота. Держит невидимый нож в руке. Томно разрезает глотку сомнениям. Идёт на сложнейший каскад, который получался только на тренировках (а иначе чемпионства не видать) — четверной тулуп-четверной риттбергер. На сверхзвуковой скорости, во вращении миллионы раз кричит спасибо. Чувствует полноту и уверенность. Размашистыми, дерзкими шагами она парит по льду, вытанцовывая даже самые сложные узоры. Финальная поза. Музыка затихает. Зрители молчат. Саша падает на колени, сжимая руки. Она сидит так около минуты, что-то шепча. А после поднимается и в её улыбке есть нечто большее, чем радость. Тренера так и не вернулись. Не увидели вживую её, нет их общий, триумф. Русская ракета сидит в Кике одна. И только в этот момент трибуны очнулись и заглушили комментаторов овациями. Все отбивали ладони стоя. Ни один не сидел. На экране высвечиваются баллы. Она первая.