Метка «Олимпийские игры» - фанфики и ориджиналы

Петр Гуменник — из мыслей о завтрашнем прокате, миллиона ярких впечатлений о красивом соборе и непонимании, как в этом списке стандартных вещей прочную позицию занял Илья Малинин. Илья Малинин — из безупречного владения коньком и отточенных до идеала прыжков, умением превосходно шутить на двух языках и трех безобидных подмигиваний, от которых теряется речь у нейтрального спортсмена.

Все когда-то заканчивается. Илья и Петя расстаются. "Ты уедешь. У тебя в России друзья, команда... Влад... И ты забудешь меня. Это всего лишь своего рода курортный роман, не более".

фигурное катание — это не про то, как избежать падений. Это про то, как вставать после них. Снова и снова. До тех пор, пока лёд не растает.

— Петь, твои друзья знают про нас? — Да — Какие именно? — Все. Или история о том, как Пётр Гуменник методично знакомил своего парня со всеми важными людьми в своей жизни, а Илья Малинин каждый раз узнавал об этом непосредственно в момент знакомства

Что случилось с Ильёй Малининым, после становления запасным на Олимпиаду-2022 и как он это переживал? Почему фаворит никогда не выигрывает? Существует ли срок годности для фигуристов? История о том, к чему приводит недопонимание, и как учиться на чужих ошибках.

История о двух измерениях на одной ледовой арене.Он - Илья Малинин, штурмующий высоту фигурного катания. Она - топ-юниорка шорт-трека, выгрызающая свое место среди взрослых хищниц на нереальной скорости. Случайная встреча на скейт-площадке дарит им двоим шанс побыть обычными людьми, скрытыми от камер и ожиданий тренеров. Но спорт высших достижений это эгоистичная штука. Смогут ли они найти точку сцепления там, где для каждого из них привычный лед заканчивается?

- Здравствуйте студенты. Сейчас появилась популярная практика, обмен студентов и в связи с этим к нам приедут ребята из США. У тех студентов, с кем будут общие интересы или занятия, будут также показывать и ходить вместе на секции, да Петь? Петр явно не ожидал услышать это в свой адрес, не понимая что от него хотят. Но он знал точно - его интуиция явно не говорила о хорошем. - Да, конечно. - сказал он, до сих пор не понимая ничего. - Списки будут вывешены завтра. К кому приедут - сообщите мне

Ким Тэхён — левый вингер «Торонто Мейпл Лифс» и единственный омега в профессиональном хоккее. Об этом не знает никто. Чон Чонгук — единственный человек которого Тэхён не может переиграть стабильно. Они встречаются четыре раза в год, каждый раз это война, и каждый раз после финального свистка что-то остаётся. Проблема в том что Чонгук пахнет кедром и смолой. И этот запах находит его сквозь всё. Правила существуют ровно до того момента пока кто-то не оказывается вне игры.

Реджина Джордж — фигуристка, пытающаяся вернуться к олимпийской славе после рождения дочери. Дочь Реджины хочет играть в хоккей, и именно так они знакомятся с Дженис Имиике, звездой женской хоккейной сборной США и владелицей хоккейной школы. Есть ли у Реджины и Дженис что-нибудь общее, кроме давления, которое испытывают профессиональные спортсмены? Сможет ли Реджина расслабиться ради Дженис? Сможет ли Дженис поддержать Реджину, когда та будет справляться со своими жизненными трудностями?

Илья Малинин — непобедимый уже три сезона чемпион. Перед Олимпиадой у него случается рецидив разрыва ПКС и мениска. Он не скрывает травму — он просто продолжает кататься. Боль, панические атаки и саморазрушение становятся частью подготовки к главному старту в его жизни. Пётр Гуменник — российский фигурист под нейтральным статусом. Для всех Малинин — уверенность и контроль. Но Пётр видит в нём не только чемпиона. Он видит трещины.

Первый взрослый сезон рискует стать для Сашки Шайдоровой, вернувшейся в большой спорт после травмы, последним. Она считает своим последним шансом Америку, куда сбегает от своей семейки, чем-то, похожей на семейство Аддамс. А ещё, как оказалось, там, в Америке, кое-кто уже её заждался.

Лекса Милдред – бывшая легенда фигурного катания, она оставила лед, но лед не оставил её. Кларк Гриффин – стихийное бедствие, чье катание – страсть и хаос. Недисциплинированная, она попадает в руки Лексы, той, кого боится и кем восхищается. Их встреча – столкновение двух пожаров: ледяного контроля и неуправляемого огня. Одной нужно обуздать чужую страсть, а другой – усмирить свой нрав. Но на этом льду опасно обоим: когда сталкиваются лед и пламя, кто-то обязательно разобьется вдребезги.

Без тормозов, двести по встречной. Или несколько мыслей о том, как всё могло бы повернуться, если бы на Олимпиаде оказался Влад Дикиджи.

Эрвин платит за него в ресторанах, отелях, в бутиках с дизайнерской одеждой. Эрвин тратит на него немыслимое количество денег, потому что может себе позволить и еще – потому что Эрвин его спонсор или, скорее, «сахарный папочка». Дело в том, что Леви нельзя назвать «деткой», это уж точно. Он – двадцативосьмилетний фигурист олимпийского класса с хреновым характером, восстанавливающийся после травмы колена. И, кажется, эти отношения с каждым днем становятся лишь сложнее.

— Я не пялился! Луи усмехнулся. — Ну да, конечно. Но ничего, милый, я не против. — Так ты хочешь обменяться шортами или нет? — А, то есть ты хочешь обменяться? Значит вот почему ты пялился, да? — Луи Томлинсон самодовольно ему ухмыльнулся. — Вынужден признать, Стайлс, это самый сексуальный способ, которым кто-либо когда-либо пытался залезть ко мне в штаны.

аромат свежих персиков, яркое солнце, морозный воздух, тонкие белые перья, мягкие волосы. золото, вкус мёда с привкусом горечи, жжёный сахар, сломанные прикосновения, чистая кожа, родинки и веснушки, взгляд глаза в глаза. нежность на кончиках пальцев, слёзы в уголках глаз. желание быть рядом и не отпускать. горестные улыбки, разговоры о чувствах, падение на глубину. соприкосновение душ. страх быть оставленным. «я впервые был тихим и бережным». боль вперемешку с жаром желания.

Когда-то Чжон Джихон был перспективным пловцом, но из-за травмы рано ушел из спорта и теперь усердно работает в спортивном агентстве. В настоящее время наибольший интерес на спортивном рынке представляет не кто иной, как Квон Джэкхён, и многочисленные агентства ведут ожесточенную закулисную борьбу за его привлечение...

Деннис Уитакер занимался фигурным катанием всю свою сознательную жизнь. Он не только прошёл отбор на Олимпийские игры 2026 года, но и едет туда подле своей симпатии — тренера мужской сборной по хоккею. Он надеется завоевать не только золото, но и расположение тренера Робби. [олимпийская хаклробби ау]

Илья Малинин сын известных хоккеистов Шейна Холландера и Ильи Розанова, но он решил не идти по стопам отцов и стал фигуристом, у которого огромные амбиции и желания превзойти самого себя. Но на Олимпиаде в Милане происходит то, что могло бы его сломать окончательно, но у него оказался спасательный круг по имени Пётр Гуменник.

Каждый заслуживает второго шанса, ведь жизнь непредсказуема. В 2028 году, казалось, забрезжил луч надежды: Россию вновь допустили на Олимпийские игры под её знаменем, с родной сборной. Но как часто случается, идеала не бывает. Приходится принять, смириться с реальностью, научиться жить в ней, как бы горько это ни было для каждого из нас.

— Петь, я не… — Петросян торопливо запихивает футболку в раскрытую спортивную сумку, даже не глядя, куда она падает, зажатая между бутылкой с водой и коньками, — Я посмотрю дома. Обязательно. Поджав губы, девушка поправляет сумку на плече и на мгновение замирает. Она смотрит на Гуменника, и в её взгляде смешивается всё — благодарность, предвкушение скорой встречи, сожаление от того, что этот вечер заканчивается слишком быстро, и любовь, о которой они оба пока не научились говорить вслух.

Её хрупкий шанс на золото разбился в один миг, как только под ладонями оказался обжигающий лёд арены. Падение. Жгучий стыд сдавил грудь, перекрыл дыхание — вокруг кольцо журналистов, камеры ловят каждую эмоцию. Аделия на грани, ещё секунда — и сорвётся на глазах всего мира. Однако в этот момент её выхватывает из пучины ужаса тот, кому боль от упущенного золота знакома сильнее всего. Илья.

— Как там тебя... Филдер, вроде бы? — небрежно бросил Макс. — Мэдоу, придурок. — Ах, точно, Мэдоу, — протянул он. — Если ты думаешь, что ты смелая, то ты ошибаешься. Ты глупая. Но мне даже было весело. — Да пошёл ты, мудак! В тот день впервые в жизни Макса Ферстаппена публично унизила какая-то «зазнавшаяся сучка», которая только и «умела кататься на коньках под музыку». А она в очередной раз показала, что слова у неё остры, как лезвие коньков. Абсолютно точно они возненавидели друг друга.