Цугцванг

Даня совсем не помнил рабочий день четверга. В его голове осталось немногое: всего пара фраз, которые они успели с Максимом друг другу кинуть. Во всех помещениях что-то шло наперекосяк то со светом, то с акустической системой, то с залитыми розетками. Данила помнил, как вечером он опять ел какую-то дрянь и слушал рассказ Макса по ту сторону экрана. Когда аккылым упоминал его, и еда становилось вкуснее и всякий сон пропадал. Когда раздался звук защелкнувшегося замка входной двери соседней квартиры, Данила перенаправил свой поток мыслей в другую стезю: режиссёр. Что-то в этом человеке не давало ему покоя. Он привык доверять своему чутью, поэтому решил действовать. Со вчерашнего вечера он сохранил карту передвижения их «творческого руководителя» по городу. Та самая поездка за гаражи вызывала подозрения. Прокрались шальные мысли съездить на то место – мало ли что там будет интересного. А если выяснится, что там происходит сбыт или изготовления наркотиков, он мог бы скинуть эту информацию полиции. Да-да, мусорнуться, да и не в первый раз. Всё-таки иметь связи в полиции полезно, особенно если всё делать аккуратно. Да и всё-таки – надо было чем-то занять себя на выходных. Помимо того, чтобы забрать новый холодильник и притащить его в свою настоящую квартиру. Из хлама в углу комнаты грустно торчал угол от коробки из под соды, куда Даня, под второе дно, спрятал скрытые камеры. Медленно подойдя к коробке он аккуратно достав одну, он решил положить её в карман рюкзака, который постоянно таскал с собой. Да, прямо как школьник. «Не, ну а вдруг пригодится» – постоянный нарратив в его голове. Обычно люди носят с собой гондоны, а он – скрытые камеры. Каждому своё. Также было принято решение перейти, наконец-то, на комп: не зря же он с ним в лифте обжимался. Да и наличие большего числа мониторов упростило бы ему жизнь. —————————— Нельзя было описать словами то предвкушение, с которым Данила ходил всю пятницу. Пытался скрыть глупую улыбку на лице каждый раз, когда видел Макса. Во время обеда, когда аккылым ушёл, Данила решил обдумать некоторые моменты, пока ел в компании новых коллег. Сегодня все были тихими, видимо копили силы на вечер. Мысли сосредоточились вокруг одного факта – нужно было крякнуть точку раздачи интернета у Макса дома. Голова предоставила простые и рациональные идеи, но Данила хотел попробовать что-то поинтереснее. Решил, что завтра напросится на время подсоединиться. А что такого? Обычная соседская просьба. Как считал Даня, согласно его планам, после сегодняшней пьянки, на которой они с Максом обязательно сблизятся, подобная просьба точно не покажется чем-то из ряда вон выходящего. И вот, наконец-то, час пробил. Конечно они остались на работе подольше, но это абсолютно нормальная история для их работы. Но отчего-то Дане казалось, что режиссёр специально задерживался. Он решил высказать своё предположение шедшему рядом с ним Максиму, когда вся компания отправилась в бар. – А наш главнокомандующий, случаем, не специально так долго держал? – О да, – с ухмылкой выдохнул Максим, затем глянул на Даню снизу вверх. – Мне иногда кажется, что он реальное воплощение доктора зло из Остина Пауэрса. Данила улыбнулся. Бар находился сравнительно недалеко от студии, поэтому была совершена пешая прогулка до него. Погода стояла приятная: тёплый летний воздух, южный лёгкий ветер, который играл с остатками тополиного пуха на асфальте. И абсолютно безоблачное небо – редкое явление для Санкт-Петербурга. Конечно же они с Максимом шли рядом. Даня аккуратно изучал границы личного пространства, но его коллега, видимо, решил, что лично пространство – переоценено. Данила отметил про себя, что с другими людьми, ну, может быть, кроме Насти, он поддерживает некоторое расстояние. Пока они шли, между с собой почти не переговаривались, только отвечали на некоторые реплики коллег. Данила периодически вкидывал лёгкие добродушные остроты, и отмечал, что все были им очарованы. Всё шло по плану. Вся ватага зашла в бар. В реальности он был куда более уютным, чем то, что видел Даня на экране монитора. Он вдохнул воздух: несмотря на вечно заложенный нос он уловил приятный запах, немного деревянный. Тихо играла музыка: то джаз, то блюз, то классика, то ненавязчивый лиричный рок семидесятых. У Данилы всегда возникало странное чувство, когда он оказывался в месте, которое раньше видел только на камере. Как будто он не в своём теле сейчас, а смотрит на всё вокруг именно из того угла, где висит этот электронный надзиратель. Внутренне отряхнувшись от этого ощущения, он накинул на себя добродушное беспристрастное выражение лица и сел за стол, за который его услужливо пригласили коллеги. Сел он, увы, напротив Макса, а не рядом как хотел. Немного расстроенный этим фактом, он решил, что всё равно его достанет – не телом, так взглядом. Просто перманентно исследовать черты лица, смотреть глаза в глаза, пока тот не отведёт лицо в сторону, смущённый таким вниманием. Он отвечал коллегам на автомате, иногда даже не отводил взгляд от Максима, когда Диму что-то спрашивали. Он отделывался встречными вопросами: выражая интерес к людям, прося что-то уточнить или о чём-то рассказать по-подробнее, ты сразу начинаешь подсознательно им нравиться. Главное делать это ненавязчиво. Что-то спрашивали о его детстве, о студенческих годах. Данила рассказал пару выдуманных историй со школы, тем самым веселя компанию. В бар приходило всё больше людей, чего Даня не замечал. А не обращал он на это внимания, так как был занят куда более увлекательным занятием. Типичные подростковые гляделки. И что самое интересное – аккылым тоже играл с ним в эту игру. Пару раз Данила невольно (а может и специально) буквально на миллисекунду отводил взгляд от его глаз и мельком останавливался на нижней части лица чуть дольше. Ну захотелось ему потретировать мальчишку, с кем не бывает. К сожалению, в определённый момент Даня был вынужден обернуться, чтобы найти глазами барную стойку, так как нужно было взять себе ещё что-нибудь выпить, да и остальным донести их заказы. Понятное дело он и так знал этот бар как свои десять пальцев, но надо было оставаться в персонаже. Максим услужливо предложил свою помощь с напитками, чем Данила, конечно же, с радостью воспользовался. У стойки народу было меньше и в целом было тише, поэтому музыку было слышно чётче. Данила, как ему казалось, достаточно тихо произнёс себе под нос: – О, Бетховен… Или Бах… – Шопен, – тихо сказал Макс с улыбкой. Данила не ожидал, что он услышит: он конечно отмечал, что у Максима хороший слух, так как тот часто реагировал на, казалось бы, практически беззвучные явления. Но увидеть это воочию, и стать непосредственным участником данной ситуации, было неожиданно. – М-м, а ты у нас знаток? – с довольным лицом спросил Даня. – Не то чтобы сильно… Хотя в что где когда я иногда отвечаю верно. Данила прыснул. – Что где когда? Ты серьёзно? – искренне поинтересовался он, смотря на улыбающегося Максима. – Это интеллектуальное шоу для интеллектуальных людей, – гротескно поправив очки сказал Макс с максимально заумным выражением лица. – Я тебя понял, – весело ответил Данила, проворачиваясь к стойке. Им отдали заказ. Справедливо разделив ношу, они отдали всё своим коллегам. Те радостно их поприветствовали – даже немного через чур, алкоголь уже дал о себе знать. Посидели с ними где-то час, и вот, Данила заметил, что Макс как всегда пошёл посидеть вдалеке. Перед тем, как выйти из-за стола он многозначительно глянул на Даню. Данила решил подождать чуть-чуть, из приличия. И вот, минут через пять, сделав вид, что ему уже хватит и надо отойти продышаться, он тихо подошёл к Максиму. – Не против? – спросил он, перед этим легко положив руку на его плечо, чтобы тот обернулся. Максим утвердительно кивнул. Даня, в свою очередь, специально медленно провёл рукой по его предплечью перед тем, как её убрать. Он ненавязчиво расположился рядом с ним, плечом к плечу, при этом оставляя Максиму пространство для манёвра. Максим этим манёвром не воспользовался. – Ну, как тебе первая неделя у нас? – спросил Макс, заглядывая в димины глаза. – Весьма… неплохо, но эт-т день мне понравился больше всего, – вытянул из себя он, специально спотыкнувшись о слово. Макс мягко улыбнулся, прикрыв рот ладонью. – А вот утро, боюсь, не очень понравится, – не прекращая смотреть в глаза сказал Макс. – А ты кстати мало пил. Всегда так? – М-м-м... Если уж и ужираться, то в компании кого-то близкого, наверное… – Есть такой момент. Типо, близк-й не осудит за какую-нибудь хуйню, – Данила опять отыграл заплетающийся язык. – Бож, извини, – смеясь выпалил он, а затем выдохнул и протёр лицо руками. «Бож, станиславский заплакал бы» – пронеслось в его голове. Макс хихикнул. – Да ты не переживай. Меня вообще уносит, если я что-нибудь сильно крепкое выпью, – он на секунду отвёл взгляд в сторону, видимо что-то приятное вспомнил. – Да и я, вон, со своими коллегами часто собираюсь, – он быстро обвёл помещение рукой. – Так они и более неловкие вещи говорят. – Могу представить, – после того, как он завис на их коллег на пару мгновений, он продолжил. – И часто вы так собираетесь? – Стараемся каждую неделю. Стали в основном после того как Маша… ушла, – тяжело выдохнул он. – А кто такая эта Маша? Помню ты упомин-нал её ранее, – сузив глаза спросил Даня, – какие-т у них там отношения были с нашим… – недоговорил он, пару раз ткнув пальцем в воздух, указывая вверх. Максим опустил взгляд на стойку, о чём-то размышляя. – Да не понятно что там случилось на самом деле, – начал он, положив голову на руку. – Вроде как он ей нравился, – заметив удивлённую гримасу Данилы, он ухмыльнулся, – Да-да, знаю. Но согласись, есть в нём что-то такое… Даня опять прищурил глаза, кидая в сторону Макса подозрительный взгляд. – Не, ну… – беспокойно начал Максим, – Я… в плане – – Да я понимаю, – осёкли его. – Тёмная харизма. Некоторым такое вк…нравится. – Ну так вот, – продолжил Максим, после того как утвердительно хмыкнул. – Он ей очень нравился, и вроде как она ему призналась. Помню, ходила окрылённая вся… Потом, где-то спустя два месяца, она пропала, – он акцентировал внимание на последнем слове. – Буквально, всё, как будто никогда не было. – Чё-то я не понял, – Данила нахмурился. – Да вот мы тоже все не поняли, – ответил он как-то грузно. Выдержав паузу, продолжил. – Хотя, конечно, нам сказали, что она оставила записку напоследок, мол «ой всё, я навсегда уезжаю в Краснодар, это ваше болото меня убивает», – саркастично кинул Максим. – Но, откровенно говоря, мне кажется что-то тут нечисто. Она и в правду пропала, – он смотрел перед собой, будто осуждал весь этот мир одним своим взглядом. – Меня всегда так пугают истории с пропажей людей, – притихнув, честно признался он. – Казалось бы, в век технологий живём, камеры на каждом шагу понатыканы, – «Ты даже не представляешь насколько их много» – ехидно подметил внутренний голос Дани. –… и вот такое вот происходит. Просто в голове не укладывается. Он отстукивал невнятный тревожный ритм ногтём о край своего стакана. Данила до этого не обращал внимания, насколько у него аккуратные ногти – аккуратнее, чем у некоторых барышень. Аккылым всё же педантичен. – Хотя, может, я просто надумываю всякое. Он обернулся на Даню, и с сочувствием произнёс: – Прости, странноватый разгон для весёлого вечера. – Ой, да брось ты, – прыснул руками Даня. – Я ж сам спросил. – М-а-а-а-кс! – громко протянул кто-то из-за их спин. Они синхронно обернулись. – Серёжа… – ухмыльнулся Максим, когда на нём повис световик. – Чё вы тут вд-вд-в…тьфу-ты, вдвоём воркуете, – с укором спросил Серёжа. Данила посмотрел на Макса, и тихо спросил, наклонившись: – Это то самое состояние, когда уже пора вызывать такси? – Да, – он похлопал Серёжу по спине. Даня аккуратно встал, специально немного заплёлся в ногах, и отцепил световика от Максима. – Ох, Димка-а-а, хороший ты мужик, – добродушно произнёс он, обнимая его за плечо. – Спасибо, – вкрадчиво ответил Даня. Максим тем временем быстро заказал такси. – Слушай, а можешь с ним ещё чуть-чуть побыть, я пока остальным сообщу про расход. – Да без… Конечно, иди. «Вот бы от всей души сказать да без б бля, чувак, только вот Димка так не может. Додик», – вести внутренний монолог было крайне интересным занятием, особенно в таких обстоятельствах. Когда всех распихали по машинам, остались только они с Максом. Данила стоял, втягивал прохладный воздух. Он отметил, что Максим немного ёжится в своей рубашке. – Слушай, я бы предложил тебе свою куртку, но… – он многозначительно оглядел себя, и сжал плечи в разочарованном жесте, – у меня её нет. – Я удивлён, что ты заметил, что мне холодно… – Макс слегка наклонил голову в бок. – Иногда под алок-голем начинаешь видеть то, что… ну… – он сжал глаза, делая вид, что очень глубоко задумался, – ну ты понял, тип то что скрыто-о от глаз трезвых. Максим улыбнулся, смотря на него как на солнечного ребёнка. Даня внутренне выдохнул: выкрутился. – Мне приятна такая забота с твоей стороны в адрес моей скромной персоны. Подъехало такси, они мирно устроились на заднем сидении. Данила смотрел через зеркало заднего вида, как Максим прослеживал глазами дорогу, периодически перескакивая взглядом по фонарям, которые отражались в его глазах насыщенным цветом яичного желтка. В моменте он снял очки и приложился лбом к стеклу. Данила обратил внимание на то, что его карие глаза без очков выглядели куда больше и совсем чуть-чуть печальнее. В машине было очень тихо, таксист даже музыку не включил. Звук трения колёс об асфальт внезапно оказался очень убаюкивающим. ——————————— Максим с беспокойством смотрел на Диму, который, выходя из такси, специально немного путался в ногах. – Тебе помощь не нужна? А то как-то тебя штормит, – он по-доброму посмеивался над ним. Выглядел тот и вправду комично. – Очень смешно, – с насупившимся лицом буркнул Даня. Перед тем, как зайти в подъезд, Макс учтиво открыл ему дверь. Данила неуклюже переступил порог, тихо бухнул слова искренней благодарности. Он как можно быстрее нашёл опору в виде прохладной парадной двери. Приложился затылком, и от приятной прохлады закрыл глаза. Прозвучал звук захлопнувшейся двери, и он, открыв глаза, заметил, что Максим уже потянулся к панели с кнопками вызова лифта. – Ты уж извини, но н-на лифте я не поеду, – вроде смеясь, а вроде серьёзно, констатировал Данила. – Дим, семь этажей ты не пройдёшь. – Ну посплю на лестнице… наверное это удобно, – сказал Даня. Конечно, у Дани был опыт сна в самых различных положениях и в странных местах, в том числе на лестницах, но в биографии Димы таких моментов не присутствовало. – Я не смогу тебя дотащить, – разочарованно выдохнул Макс, перед которым начала открываться дверь лифта. – Идём, в этот раз я ж с тобой. Он взял Даню под руку, и тот не мог позволить себе сопротивляться. –Ты умеешь чинить лифты изнутри? – издевательски спросил Данила. – Нет. Дверь закрылась. Даня в момент напрягся, облокотился спиной о стену лифта. Максим встал рядом, пару раз кинул на него обеспокоенные взгляды. Они касались плечами, игнорируя возможность стать друг от друга по-дальше. – Спок-ной ночи, – сказал Даня, когда они добреди до квартир. Доставая свои ключи из кармана, он специально уронил их на пол. Медленно и кряхтя за ними присел, также медленно поднялся. Максим, наблюдая за всем этим немного раздражённо выдохнул, и подошёл к нему. – Буду впредь следить, чтобы ты так много не пил, – он положил свою руку на его, немного проехавшись пальцами по костяшкам. Застав этим движением впасть Даню в ступор, Макс ловко выхватил ключи. – Который? – В этот момент он так близко находился к Дане, что у того появилось желание опереться головой о его плечо. Таким мыслям не должно было быть места в его голове, ведь он не был настолько пьян. – Самый дл…длинный который, – конец фразы он прошептал. Макс услужливо открыл перед ним дверь. – Спаси-и-бо, – в самой что ни наесть благодарной манере протянул Даня. У Максима пропало всякое раздражение, и теперь он старался сдержать свой смех, Даня это знал наверняка. – Дима, дальше ты сам, – он передал ему ключ в руку. – Уж извини, раздевать и укладывать тебя в кровать я не буду. – Жаль… – комично ляпнул Даня, сам же смеясь, – Боже, я буду очень извиняться за своё поведение завтра. – Тогда до завтра, – кивнул головой Макс, закрывая дверь. Даня выпрямился. Спокойно начал снимать одежду, думая о том, как надо будет отыграть самый настоящий стыд. Хотя, в какой-то мере он и вправду его испытывал. И только сейчас понял, что завтра суббота. Как раз идеальная возможность зайти извиниться, напроситься на подключение к интернету.