Together until the very end...

Они слишком часто ранили друг друга, чтобы это всё ещё называлось любовью, но слишком крепко держались, чтобы отпустить.

*** 15 Марта. Вечер, квартира тихая, Вадим сидит в кресле, опустив голову, мысли далеко, Вероника осторожно подходит к нему с папкой в руках. - Вадим, бабушка сказала, что в компании «Ингрид» открылась вакансия, это работа, которая может тебе помочь вернуться к жизни, обрести цель, я думаю, стоит попробовать Вадим поднимает взгляд, глаза тяжелые, но в них пробивается искра интереса. - Работа… В Ингрид? Я не знаю, Вероника, после всего… После операции кажется, что я уже не тот - Ты не один, ты сильнее, чем думаешь, это шанс — не упускай его, я верю в тебя Вадим на секунду замолкает, потом с трудом кивает. *** 16 Марта. Вадим нервно заходит в офис компании «Ингрид» впереди — стеклянные двери, за которыми проходят собеседования, его взгляд цепляется за знакомую фигуру — Колчин Владлен Петрович. Колчин поднимает голову, замечая Вадима, его лицо не выражает особой теплоты — скорее холодное, деловое. - Ну что, Вадим, рад видеть тебя здесь, надеюсь, ты готов работать так же усердно, как и боролся за свою жизнь Вадим, ощущая внутреннее напряжение, но стараясь не показывать слабость, кивает. Вадим: - Готов, я не забуду, что вы сделали для меня и я не подведу Колчин внимательно смотрит на него, словно оценивая не только слова, но и душу. *** 23 Марта. Вадим шёл по коридору лаборатории в сторону кабинета Колчина его вызвали для важного разговора. Вадим постучал и услышав, что можно войти, вошёл. - Что-то случилось? - хмуро спросил Вадим. Колчин медленно разглаживает ладонью глянцевую поверхность стола, его пальцы оставляют едва заметные следы на полировке. - Ты знаешь, кто виноват в твоей аварии - его голос звучит как лезвие, проведённое по коже - и ты знаешь, что он не понёс никакого наказания. Вадим сжимает кулаки, в висках стучит кровь. - И? — спрашивает он, хотя уже догадывается. Колчин наклоняется вперёд, и в его глазах вспыхивает что-то хищное. - Его жена, она — его сокровище, его слабость, ели ты заберёшь её… если он увидит, как жизнь покидает её глаза… вот тогда он поймёт, что такое настоящая потеря Тишина в комнате становится густой, как смола, Вадим чувствует, как его дыхание учащается, а в груди разгорается что-то тёмное, липкое, но… знакомое. - Вы хотите, чтобы я стал убийцей? - его голос дрожит, но не от страха. Колчин усмехается. - Я хочу, чтобы ты стал правосудием - усмехнулся он, а в мыслях было совсем другое... Вадим закрывает глаза, перед ним всплывают образы : больничная палата, безысходность, врачи, разводящие руками и этот человек… этот ублюдок, который даже не извинился. Он открывает глаза. - Где она? *** 24 Марта. Вадим стоял в тени, наблюдая за ней, она была изящна, как лань, её движения плавны и грациозны, её смех, звонкий и беззаботный, разносился по саду, он сжал рукоять ножа, чувствуя, как холод металла проникает в его ладонь, она не знала, что её мир вот-вот рухнет. Её муж, тот самый человек, который оставил его жизнь в руинах, стоял рядом, улыбаясь, Вадим видел, как он обнимал её за талию, как их пальцы сплетались, они выглядели счастливыми, слишком счастливыми... Вадим вышел из тени, она обернулась, её глаза расширились от страха. - Кто вы? - её голос дрожал, но она пыталась сохранить спокойствие. Её муж шагнул вперёд, защищая её. - Что тебе нужно? - он говорил уверенно, но Вадим видел, как его пальцы сжимаются в кулаки от напряжения. - Правосудие - прошептал Вадим, и его голос был как холодный ветер, пронизывающий до костей. Он двинулся вперёд, женщина попыталась убежать, но Вадим был быстрее, его нож сверкнул в воздухе, и она закричала, кровь брызнула на траву, а её муж стоял, парализованный ужасом. Вадим посмотрел на него, его глаза горели мрачным удовлетворением. - Теперь ты знаешь, что такое настоящая потеря - произнёс он, и его слова были как яд, проникающий в душу. Мужчина упал на колени, его крик разорвал тишину ночи, Вадим оглянулся на извивающуюся в агонии женщину, её глаза уже тускнели, он чувствовал, как тьма охватывает его, но это было сладко, впервые за долгое время он чувствовал себя живым... *** 25 Марта. Вадим шёл по коридору компании Ингрид, все тело тряслось от осознания, что он сделал и вроде радостно, а вроде и страшно умом он понимал, что Колчин не даст ему сесть, но был страх, что об этом узнает Ника. Он хотел этого бесспорно, хотел мести за свою спину за то, что пережила Ника в те недели когда он был парализованный. Вадим дошёл до кабинета Колчина, постучал в двери и открыл её. - Здравствуйте, я принес доказательства - сказал Вадим холодным тоном и достал фото из кармана куртки. Колчин взял фото посмотрел на него и сказал : - Молодец Вадим ты все правильно сделала, он сам виноват, он оставил тебя умирать - сказал Колчин и похлопал по плечу Вадима. - Тебе за этого нечего не будет - сказал Колчин. Вадим кивнул. - Как Вероника поживает? - спросил Колчин. - Хорошо - сдержанно сказал Вадим. - Ну хорошо так хорошо - сказал Колчин. *** 26 Марта. Ночь. Вадим стоял в дверях квартиры, ключи дрожали в его руке, как будто пытались выскользнуть из пальцев, холодный пот стекал по вискам, смешиваясь с запахом алкоголя, который выдыхался из него густыми клубами, он не помнил, как оказался дома, но точно знал, что внутри него бушевал шторм — ярость, страх, вина, всё смешалось в один клубок, который душил его изнутри. Ника сидела на диване, завернутая в плед, её глаза расширились, когда она увидела его, она сразу поняла — что-то не так. - Вадим, ты пьян - тихо сказала она, вставая - пойдём, я помогу тебе лечь Он шагнул к ней, её голос словно разбивался о стену внутри него, её слова, её забота — всё это было нестерпимо, он ненавидел себя за то, что сделал, за то, что теперь скрывал и эта ненависть вырывалась наружу, как дикий зверь, готовый к атаке. - Не надо мне твоей помощи - прошипел он, хватая её за руку. Ника попыталась вырваться, но его хватка была как железные тиски. - Вадим, остановись - её голос дрожал, глаза метались в поисках выхода - ты пьян, ты не понимаешь, что делаешь Но он уже не слышал её, его мысли были затуманены, его тело двигалось само по себе, он прижал её к стене, её дыхание стало чаще, а глаза наполнились страхом. - Ты моя жена - прошептал он, его голос был тяжелым, как свинец - и я решаю, когда нам нужно Ника попыталась оттолкнуть его, но он был сильнее, его губы нашли её шею, её тело напряглось, словно готовое к борьбе, но она знала — сопротивляться бесполезно. - Вадим, пожалуйста - её голос был почти мольбой, но он уже не слышал ничего, кроме собственного желания. Его руки скользнули под её плед, её тело дрогнуло, но он уже не останавливался. Вадим не стал медлить, его губы, грубые и требовательные, нашли её губы, заглушая её слабые протесты, Ника почувствовала, как её тело предательски дрожит под его прикосновением, его руки скользнули вверх по её бёдрам, срывая тонкую ткань нижнего белья, оставляя её кожу открытой для его ладоней, каждое прикосновение было словно огонь, прожигающий её сопротивление. - Ты моя и всегда будешь моей - прошептал он, его голос звучал как предупреждение и обещание одновременно. Его пальцы нашли её центр, медленно, но уверенно двигаясь, заставляя её задрожать, Ника закусила губу, пытаясь подавить стон, который рвался наружу, но Вадим не давал ей скрыть свои чувства, его глаза, тёмные и полные желания, не отрывались от её лица, следя за каждой эмоцией, которая пробегала по её чертам. - Не скрывай от меня - его голос был низким, почти рычанием. Он приподнял её, усадив на холодную поверхность стола, его тело плотно прижалось к ней, Ника почувствовала, как её ноги раздвигаются его руками, открывая её для него, его дыхание было горячим на её коже, а его губы снова нашли её шею, оставляя следы, которые она потом будет скрывать. - Вадим… - её голос был смесью страха и желания, которое она не могла больше отрицать. Он не стал ждать, его член, твёрдый и требовательный, нашёл её вход, и он вошёл в неё резким движением, заполняя её полностью, Ника вскрикнула, её ногти впились в его спину, но она не могла оторвать взгляда от его лица. - Ты всегда была моей - прошептал он вновь, его голос был низким и хриплым. Его движения были медленными, но глубокими, каждый толчок заставлял её тело дрожать, Ника чувствовала, как её сознание растворяется в волнах удовольствия, которое она не могла больше отрицать. - Не сопротивляйся - его голос звучал как приказ, но в нём было что-то ещё, почти нежность, которую она боялась признать. ***