Разрывая облака II Поглощая море 《破云2:吞海》（淮上）

Темнота, тишина.   «…У Ю…» Кто-то зовет меня по имени?   «…У Ю… просыпайся!» Словно вытащенный из глубокой воды сонной боли, Ву Юй внезапно открыл глаза, и в следующую секунду жгучая боль из груди пронеслась по его телу, заставив его свернуться калачиком на ледяной земле и кашлять с полным ртом. крови!   "Как вы? Где ты ранен?» Знакомая рука обняла его и подняла. «У Ю! Посмотри на меня! Ву Юй!» У Ю перевел дыхание. Тусклый свет заставил его бессознательно моргнуть, затем он смутно увидел, что это был Бу Чунхуа. Кровь текла по и без того сухому лбу Бу Чунхуа, а лицо его было ужасно бледным с потрескавшимися губами. Ву Юй открыл рот и почувствовал, как из его губ вытекает теплая жидкость с сильным головокружением, а через некоторое время он понял, что это кровь.   "Ты…"   — Со мной все в порядке, но ты ранен. Бу Чунхуа обнял У Юя и усадил его, позволив ему отдохнуть в своих руках, прошептав: «Машина перевернулась на бок, и вы должны были удариться головой и животом, получив некоторые внутренние повреждения. Не двигайся, остерегайся внутреннего кровотечения». Ву Юй закрыл глаза и медленно пришел в себя от ужасного головокружения, а через некоторое время открыл глаза, чтобы осмотреться, и спросил: «Где это…?» Бу Чунхуа молчал и не отвечал. Вокруг было очень темно, как на заброшенном складе. Окружающие стены покрылись плесенью и обесцвечились из-за многолетнего просачивания воды.Единственное маленькое окошко наверху было заколочено несколькими деревянными досками, а железная дверная задвижка плотно закрыта, скорее всего, заперта снаружи. Черная тень свернулась в углу метрах в десяти от меня. Взгляд У Юя остановился на нем, и под чрезвычайно тусклым светом, проникающим через оконную щель, выражение его лица бесконтрольно изменилось. «Пэн Ван?!» Черная тень изо всех сил пыталась пошевелиться и медленно подняла голову, открывая простое лицо Пэн Ван с ее фотографии на удостоверение личности. Однако в этот момент ее лицо было смертельно бледным, а руки держали неподвижного маленького мальчика. Если бы не едва заметное учащенное дыхание, он бы выглядел мертвым. Предполагалось, что это ее трехлетний сын Пэн Цзе.   «Что это за место? Сколько сейчас времени?» Ву Юй изо всех сил пытался сесть. "Как мы здесь оказались?"   «Она уже была здесь, когда я проснулся». Бу Чунхуа прислонился к стене, он наверняка тоже был ранен, но было слишком темно, чтобы ясно видеть, и его голос был очень хриплым. «Наверное, нас сюда привезли люди, которые стали причиной автомобильной аварии на шоссе. Судя по голоду, жажде и степени света и темноты снаружи, прошло, должно быть, около 18-20 часов, и сейчас, должно быть, уже полдень второго дня».   "Чего они хотят?"   "Я не знаю." Бу Чунхуа горько улыбнулся. «Единственное окно здесь запечатано, а дверь заперта снаружи. Я все перепробовал, но не могу открыть. Пришлось запирать и изнутри. Я понятия не имею, что они планируют». Голова Ву Юй пульсировала, виски болезненно пульсировали. Стиснув зубы, он встал, игнорируя сильную боль в груди и животе, и пошатнулся вперед. Он потянул защелку и тряхнул дверь изо всех сил, но прочная двухслойная дверь из цельного дерева с железной обшивкой осталась неподвижной, только пыль упала вниз и заставила его снова сильно закашляться.   «Кхе-кхе-кхе! Кхе-кхе-кхе-»   «Все в порядке, все в порядке», — Бу Чунхуа крепко обнял его, отодвигая защелку и энергично потирая голову Ву Юй о свою грудь. «Все в порядке, не волнуйся, все будет хорошо…» Как все может быть хорошо? Кто заключил их в тюрьму, почему они не убили их, и что они собирались делать?   «…Не трать силы…» Вдруг из угла раздался слабый и дрожащий голос. Бу Чунхуа обернулся и увидел Пэн Вана. Это был первый раз, когда она заговорила с тех пор, как они проснулись, вероятно, из-за сильной жажды. Ее голос был хриплым и едва узнаваемым, а ее лицо было безжизненным, как у женщины-призрака в этой холодной тюрьме. «Они просто хотят, чтобы мы умерли, ха-ха, они просто хотят, чтобы мы умерли...»   «Кто они?»   «Они», — неясно пробормотала Пэн Вань, — «те, кто привел нас сюда». Бу Чунхуа и Ву Юй подозрительно переглянулись. Бу Чунхуа помогла Ву Юй сесть в углу и подошла к Пэн Вань и ее сыну, чтобы проверить их. Но прежде чем он успел приблизиться, Пэн Вань закричала и нервно обняла ее ребенка. «Не подходи ко мне! Не подходи ко мне!» Бу Чунхуа сказала: «Я офицер полиции из отдела уголовных расследований Южного городского подотдела.Мы расследуем дело о вашем похищении Дин Шэном и Дэн Ле. В ту ночь, когда были застрелены двое похитителей…» Это было похоже на переключатель, от которого Пэн Ван задрожал всем телом. Даже в темноте она могла все ясно видеть.   «Что произошло в ту ночь, когда застрелили Дин Шэна?» Бу Чунхуа была серьезно ранена, но все же заметила ее небольшие эмоциональные изменения. «Вы видели лицо убийцы и знаете, кто он, верно?» Пэн Ван дрожала всем телом, отчаянно держа ребенка и сжавшись в углу стены. «Я ничего не знаю, не подходи ко мне, не подходи ко мне…»   «Ван Чанвэнь привел тебя сюда?»   «Я его не знаю, я ничего не знаю…»   «Кто дал тебе шлем и почему Ван Чанвэнь не забрал твоего сына?»   «Прекрати! Прекрати!» У Пэн Вана случился психический срыв, и он отчаянно бил, толкал и пихал Бу Чунхуа. «Не говори так! Уйди отсюда!» В следующую секунду ее безжалостно толкнула вниз огромная сила, и она упала на землю.Ву Юйбросился защищать Бу Чунхуа и изо всех сил старался оттолкнуть его на другую сторону. Он обернулся, задыхаясь, посмотрел на нее, сидящую на земле и громко плачущую, и холодно сказал: «Каково это — пожинать то, что ты посеял? Плач Пэн Ваня внезапно прекратился.   «Вы когда-нибудь думали об этом, когда притворялись своим мужем и похищали себя? Когда ты забрал шлем у Цинь Чуаня, ты не боялся попасть в беду? И теперь вы поставили в такую ​​ситуацию своего ребенка. У тебя есть какие-нибудь сожаления, Пэн Ван?» Ву Юй указал на слабого и бессознательного ребенка, лежащего на земле.Пэн Ван замер, и даже Бу Чунхуа был ошеломлен. "О чем ты говоришь?" Пэн Ван ахнула, как будто услышала что-то чрезвычайно абсурдное. «Похитить себя? Зачем мне это делать?» У Ю покачал головой и коротко рассмеялся, с оттенком беспомощности и печали в своей насмешке. — Потому что твой муж никогда не хотел, чтобы ты исчезла. Да, у него был плохой характер, он все время изменял и врал, что делало его очень ненадежным… но одно верно, он никогда не думал о том, чтобы развестись с тобой. Единственным, кто хотел, чтобы ты исчез, был ты. Губы Пэн Ваня задрожали. «…Ты говоришь ерунду, ты говоришь ерунду…» НоВу Юйпрервал ее следующим предложением: «Цинь Чуань связался с вами два месяца назад, не так ли?» Пэн Ван был пригвожден к земле. «Цинь Чуань — чрезвычайно успешный брокер, который для ведения бизнеса полагается на свою солидную репутацию и мощную разведывательную сеть. Думаю, Цинь Чуан держал вас в своей сети столько лет, что, по крайней мере, сможет заставить вас вспомнить, что такой человек существует. Поэтому, когда он снова появился два месяца назад, вы не особо удивились и приняли его предложение передать шлем Ван Чанвэню, потому что для вас это была важная возможность уйти из этой жизни. «   «Ваша компания часто получает зарубежные заказы на оборудование для моделирования ужасов по собственным таможенным каналам, что очень важно для Цинь Чуаня, иначе ему было бы трудно вернуть такие вещи обратно в страну. Но печально то, что даже если вы успешно получите этот шлем, хранить его негде — вы живете со своими родственниками, а ваше личное пространство совершенно не соблюдается. Когда полиция расследовала дело о похищении у вас дома, я видела, как ваша свекровь с легкостью роется в вашем гардеробе, поэтому ей не следует стучать в дверь, когда она входит в вашу спальню; офис является хорошим местом для многих людей, чтобы спрятать вещи, но ваш характер работы определяет, что вы часто бегаете туда и обратно по различным паркам, торговым центрам и паркам развлечений, и когда ваши коллеги обыскивают ваши вещи, шлем будет легко обнажён . В багажнике электромобиля мало места, а маленькая тканевая сумка слишком бросается в глаза.В этих обстоятельствах вы подали заявку на проект подготовки дома с привидениями в парке развлечений два месяца назад, потому что в доме с привидениями никто не заподозрит, что человеческая голова в воздухе не фальшивка. «   «Я не знаю, о чем ты говоришь, — Пэн Ван крепко скрутила пальцы и хрипло сказала: — Какая человеческая голова, какой шлем, я просто работаю на своего босса…»   «Бесполезно отрицать, Пэн Ван».Ву Юйлегко сказал: «Если вы не сомневаетесь в этом, все в порядке, но как только вы расследуете, найти доказательства будет легко. Зарубежные заказы, которые вы обрабатывали, таможенные документы, логистические материалы, записи о доставке… человеческий костяной шлем, который вы вложили в механизм, был найден нашими коллегами, и он определенно покрыт вашими отпечатками пальцев. Как ты можешь сбежать?» Глаза Пэн Ван внезапно расширились, а рот побледнел.   «Думаю, Цинь Чуан выбрал тебя, потому что знал, что ты знаешь о местонахождении Ван Чанвэня». Ву Юй сделал небольшую паузу и сказал: «Я не знаю, как ты общаешься со своим отцом, но я думаю, ты знаешь, насколько он богат и как быстро наркотики зарабатывают деньги. Ван Чанвэнь — ваша единственная надежда выбраться из этой застойной ситуации, но вы также знаете, что как только вы и ваш сын исчезнете, и семья Тао, и полиция взорвутся одновременно. Твой отец не допустит, чтобы тебя преследовали бесчисленные полицейские, точно так же, как он сбросил тебя с лодки, когда полиция напала на деревню.«Поэтому вы должны найти способ сбежать и в то же время доказать Ван Чанвену, что у вас есть способность и средства быть его дочерью и что вы достойны вернуться с ним в Мьянму, не становясь для него обузой, чтобы сбежать из страны. »   — Так ты планировал похитить меня? Зачем вам использовать такие крайние методы?» Пэн Ван, казалось, услышал очень абсурдную шутку. «Разве я не могу сначала развестись, а потом тихо исчезнуть? Могу ли я притвориться, что взял своего ребенка в путешествие и исчезнуть? Есть так много способов…»   «Исчезновение из туристической достопримечательности может стать горячей темой в Интернете, это слишком громко и неконтролируемо. Развод затянется, и семья Тао будет бороться за опеку над ребенком. Ван Чанвэнь не рискнет помочь вам, и, что более важно, он планирует вскоре перебраться через границу, верно? Иначе ты бы не действовал так внезапно. Пэн Вань на мгновение растерялся. «Тогда они не вызовут полицию на меня?! Как только Лао Тао вызовет полицию, не разоблачат ли меня еще быстрее?! А что, если похитители причинят вред моему сыну? Вы задумывались над этими вопросами здравого смысла?»   «Я думал об этом, поэтому я считал, что вы довольно умны и живете за счет своих технических навыков». Ву Юй говорил деловито, без всякого сарказма. «Если бы похитили вас, а не вашего сына, ваш тесть определенно настоял бы на вызове полиции, и никто не смог бы убедить его отдать 440 000 юаней. Если выкуп будет слишком высок и превысит то, что может себе позволить семья Тао, они заплачут и через короткое время сообщат об этом в полицию. Полиция узнает, что вы исчезли. Поэтому вы мудро устанавливаете цену выкупа для себя и своего сына и обмениваете лотерейный билет на своего драгоценного «внука сердца и души». Хотя это душераздирающе, это можно вытерпеть. Поэтому вероятность того, что семья Тао обратится в полицию, близка к нулю.   «Но Тао Чжэнцин вызвал полицию!» — закричал Пэн Вань. «Знаешь ли ты, что меня и моего сына чуть не разорвали на части? Посмотри на мои травмы!»   «Говори правильно, не раздевайся». Ву Юй вздохнул и сказал: «Похищение не удалось, потому что похитители попали в аварию, собирая выкуп. Они подумали, что их снимают на камеру, и сразу же покинули парк развлечений, не взяв денег. Полиция узнала о твоем похищении случайно. Твоя свекровь громко плакала на улице, и проезжавший мимо полицейский случайно заметил ее.Когда ее допросили, они нашли сумку с деньгами в мусорном баке. Иначе ваша свекровь, наверное, ничего бы не сказала. Пэн Ван замерла, все ее тело напряглось. — Они не вызвали полицию? - пробормотала она. — Они не вызвали полицию?   «Нет, это не так». Ву Юй грустно посмотрел на нее. — Если это тебя утешит. Пэн Ван тупо смотрела на него, все ее тело застыло, она не могла говорить.   «Если бы никто не сфотографировал похитителей, когда они забрали деньги, и если бы ни одна полиция не прошла мимо, когда твоя свекровь плакала, то из-за сильного недоверия семьи Тао к полиции они бы ждали по крайней мере, за три-четыре дня до того, как сообщить об этом, - и тех трех-четырех дней, ради которых вы так усердно работали, будет достаточно, чтобы сбежать с ребенком и костяным шлемом. К тому времени, как полиция сделает большой круг и найдет Дин Шэна и Дэн Ле, а затем выследит их до вашего мужа, все будут думать, что ваш муж обманул и вступил в сговор с посторонними с целью убить свою жену и ребенка. К тому времени вы с Ван Чанвэнем, вероятно, сбежите за границу и начнете новую жизнь в Золотом Треугольнике.   «Вы, должно быть, много думали о планировании этой операции, Пэн Ван. Полагаю, когда вы притворялись Тао Чжэнцином и общались с похитителями, вы неоднократно напоминали им, что это было просто для галочки, а не для того, чтобы на самом деле причинить вред заложнику. Вот почему Дин Шэн был так потрясен и разгневан, когда подумал, что Тао Чжэнцин обратился в полицию, и не мог понять, как его предал сообщник.» У Ю слегка наклонился вперед и со сложным чувством посмотрел на потерянные и отчаянные глаза Пэн Ваня: «Этот план должен был быть идеальным, и все были у вас на ладони. Если бы не череда неожиданных ситуаций, которые полностью вышли из-под контроля». Дрожащие губы Пэн Вана шевельнулись, наконец, очнувшись от шокированных, потерянных и смешанных эмоций только сейчас, и он заикался: «Нет, не мне притворяться моим мужем и найти похитителей. У вас нет доказательств, вы не можете так говорить!» «Пэн Ван, — беспомощным тоном снова назвал ее имя У Ю, — я только что сказал, что все, что ты запланировал, в порядке, если ты в этом не сомневаешься. Если вы усомнитесь в этом, вы обязательно найдете доказательства. Если я попрошу группу технического расследования прочесать жесткие диски, сетевые диски и записи потоков данных Дин Шэна и вернуться в прошлое, я определенно смогу узнать, как вы с ним все спланировали. Затем проверьте время чата один за другим, сравните IP-адрес разговора, а затем проверьте ежедневное местонахождение Тао Чжэнцина, и вы сможете найти доказательства того, что он не присутствовал».   «Пока сообщение в чате показывает, что IP-адрес находится в вашем доме, и ваш муж может доказать, что он был на встрече в это время, все подозрения в отношении Тао Чжэнцина будут сняты». Ву Юй посмотрел прямо в ее красные глаза: «Технологии не лгут, Пэн Ван, это делают только люди. Человек, от которого вы должны защищать себя больше всего, — это человек рядом с вами, и человек, от которого вы не можете защитить себя, — это также человек, который находится рядом с вами». Глаза Бу Чунхуа слегка сверкнули, казалось, он смотрел в сторону У Юя, но его взгляд внезапно остановился на полпути и через несколько секунд отступил дюйм за дюймом. Пэн Ван рухнула на землю, как будто у нее отобрали все кости. Ее глаза были прикованы кВу Юйпронзительным взглядом. Ее зрачки были заметно меньше белков глаз. На мгновение Бу Чунхуа подумала, что она может внезапно сойти с ума и напасть на У Юя. Но когда он поднял руку, чтобы потянутьВу Юйза собой, он услышал короткий, глубокий смех, исходящий из ее ноздрей.Звук был похож на царапание льда грубым железным крюком, а затем превратился в истерический смех, смешанный с плачем. Все тело Пэн Ван дрожало, ее конечности свело судорогой, и она медленно прислонилась спиной к стене, ее спутанные волосы прижались к заплесневелой стене. Она смотрела на серую и мрачную пустоту так, словно своими глазами видела самую ироничную и нелепую трагедию. Она так смеялась, что кровь наполнила рот, а ее резкий голос пронзил барабанные перепонки.   «Пэн Ван», У Ю, казалось, не смог этого вынести и сделал полшага вперед, но Бу Чунхуа оттолкнул его назад. «Пэн Ван, ты…»   «Мама…» Наконец маленькая черная фигура рядом с Пэн Ванем слегка пошевелилась. Было неясно, был ли это сон или плач. Сначала ни один из двух полицейских не заметил этого, но Пэн Ван внезапно повернула голову.   «Мне так плохо, мамочка…» В этот момент Пэн Ван, казалось, был отключен от источника питания. Все безумие резко прекратилось. Она просто посмотрела на своего ребенка, лежащего рядом с ее ногой, затем медленно протянула руку и крепко обняла его, прижимая к своей груди. Она несколько раз ахнула и, наконец, разразилась истерическим плачем. Ву Юй медленно откинулся назад и положил голову на плечо Бу Чунхуа, закрыв глаза от усталости. — Когда вы начали ее подозревать? — спросил Бу Чунхуа глубоким голосом.Ву Юйслегка повернула голову и посмотрела на него с ноткой печали в глазах. «Знаете, почему она попросила у своей семьи выкуп в размере 444 444 юаней? Из-за 15 килограммов золота».   «Пятнадцать килограммов золота?»   "Да.Тридцать лет назад, когда Ван Чанвэнь сбежал, он выбросил свою четырехлетнюю дочь Пэн Ван за борт, чтобы спасти ящик с 15 килограммами золотых слитков. Цена золота в то время составляла 300 долларов за унцию, а 15 килограммов — 529,1 унции при общей стоимости 158 730 долларов. В день инцидента курс доллара США к юаням составлял 1:2,8».Ву Юйгорько улыбнулся. «444 444 юаня — это цена маленькой девочки, брошенной в воду ее отцом, а также это бремя, которое Пэн Ван будет нести всю оставшуюся жизнь». Бу Чунхуа был ошеломлен. «Прошло тридцать лет, а эта четырехлетняя девочка до сих пор не может смириться… Она все еще хочет знать, чего стоит ребенок в отцовском сердце. К горлу подступило кислое и горькое чувство, Бу Чунхуа тяжело сглотнул и повернулся, чтобы посмотреть на дочь своего смертельного врага, задыхаясь. Пэн Ван крепко обняла своего ребенка, слезы падали на грязный воротник детской одежды. Мой драгоценный малыш…»   «Если вы любите своего ребенка, почему вы привели его в убежище Ван Чанвэня?» После долгого молчания Бу Чунхуа наконец заговорил с Пэн Ванем относительно нормальным тоном, хотя в нем все еще чувствовался намек на подавленную печаль и гнев. «Вы знаете, насколько опасна контрабанда? Сколько людей погибает на этом пути и какова дальнейшая судьба контрабандистов наркотиков?» Пэн Ван тряслась и задыхалась, просто качала головой, но не могла говорить. Через некоторое время ей наконец удалось поднять голову и посмотреть на окно наверху, где несколько слабых лучей света просачивались сквозь деревянные рейки и отражались в ее слезящихся глазах.   «Моя мама с юных лет учила меня, что у меня должен быть сын. Когда я вышла замуж, моя свекровь тоже сказала, что хочет мальчика». Она обняла ребенка и улыбнулась сквозь слезы.   «Когда я родила сына, я была так счастлива. Я почувствовал, что моя жизнь наконец-то стоила того, чтобы ее прожить, и моя мать, должно быть, чувствовала то же самое с другой стороны. Муж был вне себя от радости, а свекровь все его хвалила. Я лежала на родильной койке, смотрела на морщинистого маленького мальчика и чувствовала, что очень его люблю, действительно люблю». Она с улыбкой покачала головой, уткнулась половиной лица в мягкую шею ребенка и прошептала: «Но я могу обмануть других, но не могу обмануть себя. Как бы я ни старался полюбить его, я все равно ненавижу его в своем сердце».