Драконий Жребий

Эрик и Даррен вернулись в свою комнату и быстро переоделись в костюмы для путешествий. Очень простого кроя, из чёрного бархата, в сочетании с шёлковыми рубашками без кружев, эти костюмы отлично смотрелись на них. Даррен решил, что обязательно поблагодарит предусмотрительных Китти и Лину за выбор подобной одежды. — Эти костюмы приобрел для моего гардероба Шон, — тихо и немного грустно сказал Эрик, будто услышавший его мысли. — Китти и Лина стараются подражать его вкусу, но, увы, не всегда успешно. — Мне очень жаль, — ответил ему Даррен. — Не о чем жалеть, — теперь в голосе Эрика не было эмоций. — Шон сам выбрал свою судьбу. — Да, это так, — согласился Даррен. — Нам лучше поторопиться, пока Эстесси снова не начала нас отговаривать, — и Эрик решительно направился к двери. Даррен последовал за ним. В гостиной их ждали Эстесси, Кристофф и Кэмлин. — Если что-то случится… — голос Эстесси был тихим и хриплым. — Мы обязательно вас позовём, — прервал её Эрик, — если, конечно, сможем, — добавил он. Эстесси побледнела и плотно сжала губы. — Даррен, прошу, не рискуйте понапрасну, — прошептала Кэмлин. — И к демонам эту шкатулку! Даже, если нам всю жизнь придётся прожить в бегах! — Да, Кэмми, конечно, — Даррен предпочёл не спорить с сестрой. — Я присмотрю за этими леди, — с наигранной важностью заявил Кристофф. И тут же получил подзатыльник от старшей сестры. — Это кто ещё за кем присмотрит! — наигранно сердито воскликнула Эстесси. Они все засмеялись. — Теперь нам действительно пора, — твёрдо сказал Эрик и открыл двери старого платяного шкафа, из которого сразу потянуло холодом. Драконий принц, а следом за ним и Даррен прыгнули в темноту портала, и ледяной, межпространственный ветер подхватил их и понёс прочь от выхода во внешний мир, из которого струился дневной свет. Даррен оглянулся: светлое окошко, через которое они попали сюда, осталось далеко позади и на расстоянии казалось крошечным, а вскоре и вовсе скрылось из вида. Они выпрыгнули из портала в тени скалы на острове Вэйввошт, теперь очень хорошо знакомом Даррену. Эрик прошептал заклятье невидимости. Они поднялись высоко в небо и изменили обличья. — Доберёмся до Храма и когда стемнеет, проникнем в кабинет Жриц, — сказал драконий принц. Даррен лишь согласно кивнул, хоть у него и имелись некоторые сомнения по поводу столь простого плана Эрика. Вот только другого плана, более детального и обстоятельного, у Даррена не было. Эрик проговорил сокращающее расстояние заклятие, и всё вокруг замелькало размытыми пятнами, хоть ни Даррен, ни сам драконий принц не начали быстрее взмахивать крыльями. Храм Скорбной Богини показался Даррену ещё мрачнее и огромнее, чем в прошлый раз. Эрик посмотрел на Храм пристально, слегка прищуренными драконьими глазами, и полетел медленнее. Даррен последовал его примеру. — Что-то не так? — спросил Даррен очень тихо. — Присмотрись и поймёшь, — ответил ему Эрик. И Даррен тоже задержал взгляд на Храме, мрачном и тёмном. И теперь он заметил: весь Храм окружала полупрозрачная дымка. — Что это? — спросил Даррен ещё тише. — Заклятье на разрушение любых невидимых чар, — ответил ему Эрик. — Любых? — переспросил Даррен. — У каждого дракона своё заклятье невидимости, — ответил ему Эрик. — У кого-то оно отличается на несколько слов, а у кого — только на несколько звуков. Если один дракон произнесёт заклятье невидимости, не принадлежащее ему, в лучшем случае, оно просто не сработает, а может и нанести вред. — Удивительно, — сказал Даррен. — Тьютор учил и меня, и сестру одному заклятью невидимости, его знает и мой брат, и все придворные матушки. Оно… никогда не срабатывало. — Оно и не могло сработать, — Эрик грустно вздохнул, — просто набор мертвых, магических слов. — Обучение магии у нас — формальность, дань традициям, — теперь пришла очередь Даррена грустно вздохнуть. — Надеюсь, у тебя ещё будет время поучиться настоящему волшебству, — сказал Эрик. — А сейчас… Он снова посмотрел на Храм и высокую крепостную стену вокруг него. — Мы сможем незамеченными перелететь через стену и остаться в храмовом дворе, — сказал драконий принц. — Но попасть в Храм… — А если… попытаться притвориться кем-то из местных? — неуверенно спросил Даррен. — Отличная идея, — подозрительно быстро согласился Эрик. — Что… если мы примем обличья Старшей Жрицы и её Помощницы? И просто войдём в их кабинет и заберем шкатулку? — Это… возможно? — с сомнением спросил Даррен. — Я думал, мы… переоденемся в балахоны послушниц и замотаемся в покрывала… — Нет, — Эрик покачал головой. — Мы будем выглядеть неестественно, сразу привлечём внимание и вызовем подозрения. — Тогда… — и Даррен замолчал, идея Эрика по-прежнему казалась ему невероятной. — Тогда нам необходимо достать какие-нибудь личные вещи Жриц, — Эрик белозубо улыбнулся. А когда он так улыбался Даррен был готов абсолютно на всё, включая самые бредовые безумства. — Желательно, чтобы они совсем недавно пользовались этими вещами, — продолжал Эрик, будто и не заметивший, как Даррен изменился в лице. По-прежнему скрытые заклятьем невидимости, они перелетели через крепостную стену и после этого изменили обличия. Не приближаясь к Храму, чтобы наложенные на него чары не разрушили волшебство Эрика, они наблюдали, как распахнулись центральные ворота, и на территорию Храма вереницей вошли богатые паломники вместе с сопровождавшими их слугами. Жрицы отвели послушников в гостевые домики, располагавшиеся за Храмом. «Давай обойдём весь двор», — Эрик перешёл на безмолвную речь. «Хорошо», — после небольшой паузы, ответил Даррен. Не произносить слова вслух, а просто воспроизводить их в сознании, по-прежнему было сложно для него. Держась подальше от здания Храма, они принялись осматривать территорию внутри его крепостных стен. А посмотреть было на что. Вокруг кипела работа. Крестьяне, несшие трудовые повинности во власти Скорбной Богини, рубили дрова, сортировали овощи и крупу — подношения от небогатых верующих в Богиню. Всё рассортированное складывали в погреба и амбары. В просмолённых деревянных бадьях младшие послушницы, тихо певшие гимны Богине, стирали постельное белье, кухонные полотенца и одежду жриц более высокого ранга. Выстиранное отжимали ещё несколько послушниц и передавали третьей группе, послушницы из которой развешивали всё веревках, натянутых между врытыми в землю, деревянными столбами. Одежду на веревках размещали тоже строго, согласно рангам жриц. Эрик молча указал Даррену на чёрные мантии, белые шёлковые сорочки и платья простого строгого покроя, но выглядящие намного более качественно, чем остальные вещи. Эту одежду послушницы развешивали в стороне от всего остального, на отдельных веревках. И Даррен понял всё без слов. Никем незамеченные, они дождались темноты в храмовом дворе. Послушницы отправились в главный зал, чтобы спеть гимны Богине, крестьяне, работавшие при Храме, покинули двор через центральные ворота. Изредка прихрамовую территорию обходили дозором стражники. «Подождём, когда они закончат петь гимны и уйдут спать», — беззвучно сказал Эрик. Даррен согласно кивнул. Жрицы и послушницы, собравшиеся в главном зале, чтобы восславить Богиню перед уходом ко сну, пели так громко, что Даррен и Эрик без труда могли их услышать, хоть и находились довольно далеко от Храма. Прошло два часа, и в Храме воцарилась тишина. Жрицы и послушницы начали покидать его небольшими группами, в соответствии их рангам. В молчании, они быстро расходились по своим комнатам, находившимся в мрачных, неказистых постройках позади Храма. Теперь во дворе остались лишь стражники, обходившие его дозором. «Мы заберем только чепцы Жриц», — беззвучно сказал Эрик. — «Когда мы возьмем их в руки, они тоже станут невидимыми для стражников». «Это же чепцы для сна!» — в отчаянии, Даррен едва не закричал вслух. «Именно», — и Эрик снова улыбнулся отчаянной улыбкой, которая очень не понравилась Даррену, так он улыбался, когда затеял кражу портрета пропавшего дяди Даррена из королевской галереи. — «Жрицы что-то забыли в кабинете, вот и поспешили вернуться в него в ночных одеяниях». «Ты сошёл с ума, а я заражён твоим безумием, раз соглашаюсь на эту авантюру», — беззвучно проворчал Даррен. Но Эрик уже не слушал его — он направился к развешанным на веревках вещам Старших Жриц. Драконий принц ловко отцепил крошечные прищепки, удерживающие сохнущие вещи на веревке. Он выбросил прищепки, а затем быстро забрал два шёлковых чепца, украшенных белоснежными кружевами. Улыбаясь, Эрик передал чепец, на котором было меньше кружев и вышивки, Даррену. Они надели чепцы и завязали под подбородками атласные ленты. В ту же секунду Эрик зашептал заклинание. Даррен не узнал ни одного магического слова из произнесённых им. Он едва не закричал, когда почувствовал жар на коже. Но всё прошло через секунды. И Даррен с трудом сдержал изумлённые восклицания, когда увидел перед собой Старшую Жрицу, высокую, непомерно худую, пожилую женщину с длинными, седыми волосами, тонкими чертами лица и слегка заострённым носом, похожим на клюв хищной птицы. Жрица посмотрела на него холодно и надменно, её тонкие, выцветшие губы вытянулись в узкую линию, что придало ещё больше строгости её лицу, изборождённому морщинами. Жрица была одета в длинную ночную сорочку из белого шёлка и чёрный, бархатный халат с поясом поверх неё. Её худые ступни полностью скрывали чёрные, бархатные шлёпанцы, расшитые тёмным бисером. А морщинистое лицо белым ореолом обрамлял кружевной, ночной чепец, из-под которого выбивались плохо расчёсанные седые волосы. «Эрик?» — Даррен даже немного растерялся. «Он самый», — безмолвный голос драконьего принца остался прежним, и это немного успокоило Даррена. А когда Старшая Жрица улыбнулась столь хорошо знакомой Даррену белозубой улыбкой, он едва сдержал смех. Даррен посмотрел на свои ноги: ступни стали уже и длиннее, и они были обуты в такие же шлёпанцы, как у Эрика, только серого цвета, да и бархатный халат, скрывавший сорочку, тоже был серого цвета. Он торопливо отошёл от Эрика к большому фонарю, у подножия которого разлилась глубокая, темная лужа. Даррен взглянул на своё отражение, и чуть не закричал от изумления. Из лужи на него смотрела ещё одна пожилая женщина, чьи седые волосы почти полностью скрывал кружевной ночной чепец. Её лицо казалось чуть менее морщинистым, а черты лица — более округлыми. Губы женщины привычно растянулись в подобострастной улыбке, но в глазах сохранялась холодность. Помощница мечтает занять место своей госпожи. Подумал Даррен, но, конечно, не стал говорить о своей догадке вслух. Эрик решительно направился к центральному входу в Храм и рукой поманил за собой Даррена. Ходить быстро в узких шлёпанцах и длинных сорочке и халате оказалось ужасно неудобно. Даррен старался не думать о своём теле, столь сильно измененном драконьей магией, убеждая себя, что всё это — ненадолго. Но мысли его всё время возвращались к… странным ощущениям. Он, словно натянул на себя неудобную одежду, которую никогда раньше не носил. Даррен глубоко дышал и старался справиться с нарастающей внутри паникой. Только… только забрать шкатулку из кабинета… вылететь в окно… и вернуться… к прежнему… себе… Быстрее бы!!! Эти мысли перекрыли все в его голове. И Даррен едва не срывался на бег. «Иди спокойно, не озирайся и постарайся не спотыкаться», — прозвучал спокойный беззвучный голос Эрика в его сознании. Даррен лишь резко кивнул головой в знак согласия. «Не дёргайся или ты выдашь нас прежде, чем дойдём до кабинета», — продолжал убеждать его Эрик. Он зашептал открывающее заклятье. Тяжёлые, огромные двери Храма пришли в движение и слегка приоткрылись. Даррен и Эрик, высокие и невероятно худые, проскользнули внутрь. «Ты не изменился физически», — успокоил его Эрик. — «Твоё тело сейчас находится в двух состояниях одновременно: чистая магия и материальная форма, именно в этом случае наложенная поверх иллюзия выглядит и ощущается по-настоящему реальной, настолько, что в неё верит даже тот, кто находится под воздействием чар». «Что ж, спасибо за объяснения», — беззвучно ответил Даррен. — «Теперь мне действительно стало спокойнее». «Действие заклятья закончится, когда мы покинем Храм», — добавил Эрик. Даррен не успел ничего ответить. Они неспешно шли через широкий холл к большой, балюстрадной лестнице, когда из-за неприметной двери в стене вышли двое стражников. Они низко поклонились Жрицам, Старшая ответила на приветствие лишь коротким кивком головы, её Помощница быстро сложила пальцы в знаке защиты и благословения Богини. Даррен поражался, что выполнил этот сложный знак без ошибок и пауз, будто знал всю жизнь, хоть и никогда не учил его. Если стражники и были удивлены появлением Жриц в пустом Храме ночью, то никак не выдали своих эмоций. Даррен услышал слова, непроизнесённые вслух. Эрик прочёл заклинание пути. И теперь ноги, помимо воли Даррена двигались в правильном направлении. Магия безошибочно приведёт их к кабинету Жриц. Пролёты лестниц, пустые, едва освещённые факелами, многочисленные коридоры. Очевидно, кабинет Жриц находился высоко, почти под самым куполом Храма. Даррен и Эрик видели послушниц, под надзором жриц, тихо произносивших слова гимнов перед статуями Богини. Очевидно, это было наказанием за провинности. Послушницы стояли перед статуями, смиренно склонив головы и монотонно повторяли хором, никто из них не посмел оглянуться на двух Высших Жриц. Эрик снова прошептал слова открывающего заклинания, щелкнул замок и массивные, деревянные двери кабинета распахнулись. Даррен последовал за Эриком, уверенно вошедшим в кабинет. Эрик не стал создавать освещающую искру — драконье зрение было достаточно острым и в темноте, хоть оба принца оставались в человеческих обличиях. Ноготь на указательном пальце правой руки Эрика удлинился и сделался острым драконьим когтем. Эрик взял Даррена за левую руку и одним быстрым движением проколол ему ладонь. Затем, ничего не объясняя, снова зашептал заклинание, Даррен узнал лишь некоторые слова и понял, что это снова заклинание поиска, но теперь направленное на кровь и потерянную вещь. Третий ящик в комоде дёрнулся, затем резко открылся. Многочисленные вещи, находящиеся в нём, начали передвигаться, словно живые. И вот уже над ними поднялась в воздух маленькая, так хорошо знакомая Даррен шкатулка для писем. Он с трудом сдержал крик радости, когда она плавно поплыла по воздуху, прямо к нему. Даррен судорожно схватил её и шумно вздохнул. Доказательство его невиновности было у него в руках… Шкатулка в одно мгновение сделалась раскалённой. Даррен поспешно бросил её, но на пол шкатулка не упала. Она вспыхнула ярко-синим колдовским пламенем, за мгновения уничтожившим лакированное дерево. Горсть пепла рассыпалась у ног Даррена, на светлый, мраморный пол. Где-то далеко, в Драконьем Королевстве, злорадно смеялась королева, и, благодаря чарам, наложенным на шкатулку, Даррен слышал её смех. Он посмотрел на свои… чужие… заколдованные руки, тонкие, морщинистые, с увеличенными бугорками суставов и вздувавшимися под кожей синими змейками вен… Даррен посмотрел на свои ПУСТЫЕ руки. Он хотел бы выругаться, но отчаяние настолько сильно сдавило сердце, что слова попросту не приходили на ум. Он ощутил… обречённость. Всё это было напрасно… Надо! Надо было… послушать Тесс! Эта мысль отозвалась болью. — Нам пора уходить… — словно во сне услышал он голос Эрика рядом и не сразу понял смысл его слов. Двери кабинета распахнулись настежь, и внутрь вбежали Старшая Жрица, её Помощница и стражники, которые в нерешительности замерли у входа. Ещё бы! Две Верховных Жрицы стояли рядом с ними, а ещё две — у комода с выдвинутом третьим ящиком. — С вами пришли самозванки! Взять их! — Эрик закричал дребезжащим, старческим голосом. — Да как ты смеешь, проклятая… воровка и еретичка! — закричала настоящая Старшая Жрица. — Схватить их! — приказала она стражникам, всё так же смотревшим на Жриц широко открытыми глазами и не двигавшимся. Настоящие Жрицы, не дожидаясь от них помощи, достали маленькие кинжалы из карманов своих длинных бархатных халатов и бросились на Даррена и Эрика. Эрик снова уколол руку Даррена острым драконьим когтем. Даррен стремительно начал меняться, происходило обратное превращение. Только Даррен возвращался не в своё прежнее, человеческое обличие, он становился драконом. То же самое происходило и с Эриком, пару раз дыхнувшим огнём в сторону перепуганных Жриц, которые немедленно бросили кинжалы и спрятались за спины стражников. — Убейте этих нечистых! — завопила Помощница, и вместе со Старшей Жрицей начала толкать вперед дрожащих от ужаса стражников. — Не дайте им уйти!!! Даррен и Эрик уже завершили превращение, и теперь перед Жрицами и стражниками были два дракона, золотой и чёрный, каждый — немного больше охотничьей собаки. А на головах у драконов болтались… кружевные шёлковые чепцы белого цвета. — Нечисть в Доме Богини!!! — громко закричала Старшая Жрица. — В окно! — прорычал Эрик. И Даррен будто отмер… Он резко взмахнул крыльями и поднялся в воздух одновременно с Эриком. Выхватившие из ножен мечи, стражники бросились к ним, но не сильно торопились. Скорее, они пытались изобразить атаку. Эрик зарычал заклятье, и мелкие осколки стекла разлетелись в разные стороны. Даррен едва успел сложить крылья, но всё же, острые куски стекла царапнули их. Никогда ещё холод ночного неба не казался Даррену столь приятным! — Руж!!! — толи закричал, толи зарычал он. Внизу, в храмовый двор выбегали лучники. Даррен заметил лучников и в открытых окнах, на разных этажах. — Руж!!! — закричал он снова. Рыжая искра мелькнула среди серых облаков. А затем Даррен и Эрик увидели темноту открытого портала. Быстро взмахивая крыльями, они одновременно устремились к нему. А вокруг уже летели стрелы. Они одновременно добрались до спасительной воронки портала, которая схлопнулась, едва не прищемив их драконьи хвосты. Мимо них просвистели несколько стрел и, не причинив им вреда, скрылись в холодной темноте. Рыжая искра вспыхнула рядом, да так неожиданно, что Даррен даже вздрогнул. — Руж, — тихо прорычал он, всё медленнее взмахивая крыльями. — А рыбкой угостите, милостивые государи? — послышался из искры знакомый кошачий голос. — Угостим, Руж. Конечно, угостим, — ответил Эрик вместо Даррена, и его драконий голос звучал вполне миролюбиво. — А чем тебе так понравилась рыбка из нашего мира? — спросил Даррен. Эрик при его словах картинно закатил свои драконьи глаза. — И вкусом, и магией, — ничуть не смутившись, ответил Руж. — В еде из вашего мира, милостивые государи, волшебства много. Ледяной, межпространственный ветер подхватил их и быстро понёс куда-то в темноту, а мгновением позже резко швырнул вперед. Ни Даррен, ни Эрик так и не успели сменить форму, когда оказались в старом, пыльном платяном шкафу. Дверцы шкафа со скрипом раскрылись, и два небольших дракона в шёлковых, кружевных ночных чепцах на чешуйчатых головах, вывалились на ковёр в гостиной. — Вот так возвращение! — воскликнул Кристофф. — Обязательно напишу балладу! — Только попробуй! — зло прорычал Эрик и начал оборачиваться. Кэмлин и Эстесси весело смеялись и хлопали в ладоши. Смущенный Даррен последовал примеру Эрика и тоже изменил форму. Когда оба принца вернулись в человеческие обличия, чепцы жриц по-прежнему остались на их головах. — Да твою ж… — разозлённый Эрик сорвал злополучный чепец и швырнул его в камин вместе с оторванными завязками. Даррен, раздосадованный и покрасневший от злости, всё же развязал атласные ленты, довольно ощутимо врезавшиеся в кожу под подбородком, после чего тоже бросил чепец в камин. — Полагаю, это единственная ваша добыча? — немного ехидно спросила Эстесси. — Увы, её величество оказалась весьма прозорливой, — сухо ответил ей брат. И Даррен ожидал услышать от драконьей принцессы «ну я же говорила», но вместо этого Эстесси… крепко обняла брата и без смущения поцеловала в щёку. А затем и сам Даррен был заключён ею в объятья. Он ужасно покраснел, когда и его Эстесси поцеловала тёплыми губами в холодную щёку. — Хорошо, что вернулись, — только и сказала она. Глаза Эстесси наполнились слезами и она часто заморгала. — Братик! — и Кэмлин, забыв об этикете, тоже бросилась обнимать Даррена, а затем поцеловала в обе щеки. Смущённая, она всё же обняла Эрика. — Какая чудесная будет баллада! — провозгласил улыбающийся Кристофф. — Испепелю! — пригрозил Эрик. Но Кристофф засмеялся, и к нему присоединились все присутствующие в гостиной. Даррен и Эрик тоже смеялись от души. Из раскрытого шкафа вылетела рыжая искра и тут же приобрела форму пушистого рыжего кота с крыльями. — Я за угощением пожаловал, милостивые государи, — объявил кот и громко замурлыкал. В центре гостиной появилась улыбающаяся Лина. — А мы как раз дожариваем рыбу, — радостно объявила она. — Рыбу? — переспросил удивлённый Даррен. — Когда увидели на столе в кухне двух лососей и специи для жарки, тут же принялись готовить. И сказали вашим родным, что вы, ваши высочества, скоро вернетесь, — Лина обращалась и к Даррену, и к Эрику одновременно. — Дом не ошибается никогда, — добавила она, уже серьёзно и без улыбки.