Arsonist's lullaby

Они выходят из Отделения со свежим приглашением на вечеринку от Юны в кармане и предупреждением о новом сборе Души вечером следующего дня. Сан молчит почти весь путь до комнаты, что сильно нервирует Уёна — он и сам не редко играет в молчанку, прекрасно осознавая всю проблемность подобного поведения, но уж лучше молчать, чем рвать на своей голове волосы и бить посуду — и теперь, ощущая на своей шкуре весь эффект подобного поведения, неслабо так сочувствует Сану за все те разы, когда ему приходилось такое от него терпеть. «Санни,» зовёт он, ускоряя шаг и догоняя старшего. Тот немного замедляется. «Ты сильно зол?» «Нет,» отвечает он. «А что?» «Ты выглядишь злым,» Уён охватывает руку Сана, наконец привлекая его внимание. «Я не хочу ссориться из-за Стриктлэнда.» «Я тоже.» В этом они похожи. Стриктлэнд уже потрепал их обоих больше, чем достаточно. «Ты действительно не хочешь отправляться туда?» «Мы не просто так с тобой бежали из этого места.» Уён молчит весь оставшийся путь до комнаты, где Сан сразу же переодевается из костюма в свою домашнюю одежду. Со своего места на кровати, Уён с особым вниманием рассматривает старшего, не пытаясь скрыть своего взгляда и сделать вид, будто он смотрит в экран телефона в своих руках. Сан выглядит в этот момент, как настоящая влажная мечта, и всё это лишь для одного Уёна. «Хватит быть странным, подойди и поцелуй меня!» возмущённо говорит он, когда Сан, не одаривая Уёна вниманием, сразу направляется к выходу из комнаты. Сан широко улыбается (наконец-то) и подходит к нему, наклоняясь над кроватью и целуя губы своего мужа. «Я люблю тебя.» шепчет Уён, обнимая Сана за шею, держа его близко. «Я тебя тоже.» отвечает Сан с улыбкой на губах, и на удивление этого достаточно, чтобы успокоить Уёна. Сан и Уён вместе уже на протяжении не одного столетия, настоящие соулмейты — не просто на словах, они действительно связаны судьбой, и красная нить, что соединяет их запястья, тому доказательство — они не смогли бы расстаться, даже если бы хотели этого (чего они как раз не хотят), но Уён не может перестать искать доказательств их любви снова и снова, доказательств того, что его муж не устал от него. Сан тысячи раз повторил, что Уён это не тот человек, от которого он может устать, но кто знает, жизнь ведь штука непредсказуемая, не так ли? Когда Сан уходит в спортзал, Уён вновь возвращается к телефону. Когда же он начинает скучать, он решает написать Енджуну, и они решают встретиться снаружи, так как Енджун, по его словам, работает (что вызывает у Уёна непроизвольное закатывание глаз), поэтому он направляется на эспланаду, где его уже ждёт его друг. «Где твой мальчик?» первым делом спрашивает Енджун, как только видит Уёна. «В спортзале, пытается набрать те самые недостающие ему сантиметры чтобы наконец застрять в дверном проходе.» Енджун смеётся пока Уён звонко целует того в щёку. «Что у тебя сегодня в планах?» «Сбор Дущи в измерении U, русалка.» Уён редко бывает в измерении U, так как обычно он и Сан выбирают для своих заданий преступников, убийц или просто людей, посвятивших свои жизни злу, и в Утопии, где находится измерение U, такого мало. Они оказываются на пляже, босыми ногами глубоко в мягком песке, мерцающем на солнце. Море мягко перекатывается перед ними, лучи солнца играют в приходящих волнах, отражающих множество различных цветов на небе. О, как же Уён хотел бы бывать здесь чаще. Вообще, ему стоит так и сделать, что ему мешает? «Ты наконец исследовал всю территорию, надеюсь?» спрашивает он Енджуна, стоящего рядом с рукой у лба, защищающегося от палящего солнца. «Да! Нашёл недавно новые бухты на западе, пока собирал Душу феи, тебе нужно их увидеть, оттуда открывается самых красивый вид во всей вселенной.» «Мы можем отправиться туда сейчас?» спрашивает Уён с большими, мерцающими, как у ребёнка, глазами. Он знает, что у Енджуна есть работа, но кому навредит пару минут отдыха с другом? «Всё для тебя, сладкий.» с улыбкой отвечает Енджун. Он хватает руку Уёна, сразу же мерцая в одну их бухт. Ни для кого не секрет, что Уён обожает, когда за ним ухаживают, поэтому он наполняется искренним счастьем от того, что Енджун выкроил кусочек времени из своего дня, чтобы показать ему новенькое местечко. Сами Енджун и Уён знакомы не одно столетие, вместе учились искусству Жнецов, да и прибыли в Дева-Гати примерно в одно время, поэтому быстро стали хорошими друзьями, несмотря на разное прошлое и работу в немного разных зонах. Даже спустя столько времени, друзья всегда пытаются найти время друг для друга. Енджун, в отличие от Уёна, родился во вселенной Утопии, жил в небольшом поселении рядом с морем и отсюда выучи язык русалок. Уён всегда любил наблюдать, как Енджун радостно болтает с другими русалками, и еще больше любит видеть, как Енджун буквально светится каждый раз, когда ступает на родные земли. «Мы сейчас в стране Фей,» объясняет он. «Смотри.» Уён щурится, пытаясь получше разглядеть сотни бабочек, своим обилием напоминающих большее яркое пятно красок. Но, спустя пару секунд, ему становится ясно, что это не бабочки, и то, что он видит, это множество мерцающих крылышек крошечных созданий. Прислушавшись Уёну удалось услышать их тихий смех, напоминающий высокий звон. «Это Феи?» «Да, горные Феи. Они часто работают с пчелами, чтобы сделать наивкуснейший мёд. Возможно, у меня даже получится добыть у них немного перед тем, как мы уйдём.» Енджун открывает путь, идя посреди высокой травы, которая почти доходит до бедер Уёна. Они находятся в самой глуши, вокруг них только горы, вершины которых щекочут лучи света, белые облака, а между вершинами временами можно увидеть голубизну моря. Уён уже вспотел в своей белой рубашке, и он не может понять, как Енджун остаётся таким равнодушным к палящему солнцу, пусть и одет в тот же обязательный костюм Жнецов, что и Уён. Они пересекают цветочное поле, успешно распугивая бабочек (на этот раз настоящих), и Уён начинает незаметно собирать маки и лютики, когда натыкается на них. Енджун занят, показывая ему окрестности, указывая на вещи и объясняя всё вокруг, пока его друг мычит, показывая, что слушает. Спустя еще некоторое время, Жнецы нырнули в расщелину в скалах и оказываются на другой стороне, напротив небольшого пляжа, окруженного горой. «Вуаля,» с улыбкой говорит Енджун, широко раскрывая руки и указывая на раскрывшиеся перед ними морские просторы. «Если честно, у меня сейчас непреодолимое желание поплавать голышом-» комментирует Уён, пряча за спиной цветочный букет, когда Енджун поворачивается к нему. «Я тебя не буду останавливать.» отвечает тот. Уён усмехается, наконец решая, что сейчас хороший момент, чтобы подарить свой подарок. «Милый,» зовёт он, протягивая с широкой улыбкой цветы. «Ты не говорил мне, что это свидание, милый!» смеётся Енджун, принимая подарок и вдыхая аромат маков. «Только не говори моему мужу.» «Не поверишь, в прошлый раз он сказал мне то же самое-» «Эй!» кричит Уён, игриво ударяя своего друга по плечу, прекрасно понимая, что Енджун для Сана такой же друг, как и для него. Енджун звонко смеётся на это, и спустя мгновение они уже вместе бегут к воде. «Енджуни,» начинает спустя несколько секунд Уён, устав рассматривать окружающие их горы. Енджун рядом с ним выглядит неземным: его кожа буквально светится от контакта с Солнцем в своём измерении, будто он никогда и не покидал родные потусторонние острова. «Нас попросили, меня и Сана, оправиться в Стриктлэнд.» «Стриктлэнд? С чего бы?» «Босс хочет расширить наши территории. Нам нужно вручную произвести подсчет Душ там, потому что отсюда это сделать невозможно.» «И поэтому ты возвращаешься туда? Серьёзно?» «Я и хочу, на самом деле, но Сану эта идея не нравится.» «И я его понимаю. Но с чего бы тебе вдруг туда захотелось?» «Мне нужно это,» отвечает Уён. «С Саном, мы раньше обсуждали идею присоединения к Восстанию, мы хотели помочь оппозиции победить Правительство, но нам пришлось бежать. Я давно об этом не думал, в конце концов, столько времени прошло, я думал, что ЭПСИЛОН перестал уже существовать, а оказывается, он всё ещё существует, только теперь намного больше, чем раньше.» «У тебя всё ещё временами кошмары из-за этого места, да?» Уён кидает в Енджуна взгляд. «Тебе Сан рассказал? Я убью его.» «Не злись, он просто волнуется!» Уён тсыкает. Он не то чтобы зол, просто немного раздражен, что что-то такое личное — что-то всё ещё вызывающее в нём ощущение стыда — оказалось известно его другу. «Я думаю, что кошмары пропадут вместе с этим местом.» Уён много обдумывал это, часто возвращался к кошмарам, где он вновь привязан к стулу в белой комнате, вновь беспомощный и напуганный, окруженный безлицыми людьми в медицинских робах. Со временем он понял, что у него не получится избавиться от кошмаров, пока существует даже мизерный шанс, что он вновь окажется там. Разве люди не говорят, что нам снятся кошмары, потому что мозг подготавливает нас к худшему? В любом случае, Уён верит, что его мозг будет готовить его к худшему пока любой шанс, что это худшее случится, не пропадёт. «Если тебе это нужно, то иди.» отвечает Енджун после долгих размышлений. «В случае чего, мф всегда сможет помочь тебе отсюда.» «Понимаешь, тут тоже есть небольшая проблема-» и Уён пересказывает Енджуну всё то, что рассказали ему девушки в Отделении по Принятию Решений. Возвращается в Дева-Гати Уён ещё более уверенный в своём желании принять эту миссию, чем раньше, теперь уже и с благословением от Енджуна. Последняя преграда на пути - Сан, потому что не существует вселенной, в которой Уён готов принимать решения без него, и он никогда в жизни не будет заставлять Сана делать то, чего ему не хочется, особенно если это что-то такое же рисковое, как миссия в Стриктлэнд. «Санни, я был в измерении U!» кричит Уён, открывая дверь в их комнату. Его муж как раз в этот момент выходит из душа, мокрые волосы, лезущие ему в глаза, полотенце, свободно висящее на бедрах, и крем на лице. «Привет, красавчик,» мурлычет Уён, закрывая за собой дверь и идя прямо в сторону Сана. «Повеселился?» спрашивает Сан, когда Уён обнимает его за талию и поднимается на цыпочки, чтобы получить те несколько сантиметров, которых ему не хватает, чтобы зацепиться подбородком за плечо мужа. «Конечно! Я был с Енджуном, он показал мне окрестности, мы плавали нагишом…» «Вы что?» Уён ухмыляется, счастливый получить именно ту реакцию, которую он хотел, хотя Сан, вероятно, просто притворяется, что ревнует. Их взгляды встречаются в зеркале, Сан поднимает бровь (что Уён всегда находит чрезвычайно привлекательным), но вместо того, чтобы ответить, Уён опускает голову, чтобы поцеловать собравшиеся на спине Сана родинки. Тому щекотно, и он смеется, пытается вырваться из хватки мужа, но Уён ему не позволяет. «Это тебя никуда не приведет,» говорит Сан, после того, как ему удается спастись от щекотки, ущипнув Уёна за бок и заставив его подпрыгнуть. «Правда что-ли?» с наигранной невинностью отвечает Уён. Прежде, чем он это осознает, Сан повернулся к нему лицом и вот они уже у кровати, где Уён позволил себе упасть, прихватив Сана за шею с собой. «Привет, красавчик,» тихо повторяет Сан, возвышаясь над Уёном, опираясь руками рядом с лицом мужа. Младший приподнимается ровно настолько, чтобы легко поцеловать губы своего мужа, прежде чем отступить и посмотреть в карие глаза Сана. Как и ожидалось, ему нужно подождать всего несколько секунд, и вот Сан уже сам нетерпеливо целует его, зубами кусая нижнюю губу. Обычно Уён любит получать все мгновенно, но когда дело доходит до поддразнивания Сана, он может найти в себе терпение, в то время как его выходки быстро раздражают его мужа. «Ты бы видел, как прекрасен Енджун в измерении…» внезапно перебивает Уён, отворачиваясь от голодных поцелуев Сана с озорной улыбкой. «Заткнись,» мгновенно отвечает Сан, прижимая руку ко рту мужа, в то время как его губы оставляют свой след по всей длинне шеи младшего. Возможно, Уёну следует изменить свои методы, если он хочет большей реакции. Сан уже давно привык к его попыткам игры на его ревности, а вот лучшим способом заставить Уёна хныкать неизменно остаётся игнорирование всех его уловок. «Санни», наконец бормочет Уён под рукой Сана после нескольких (слишком долгих) мгновений небытия (с точки зрения Уёна, потому что Сан очень занят, помечая его шею и грудь, расстегивая пуговицы белой рубашки своей умелой рукой). «Что такое, детка?» поддразнивает Сан, в его голосе отчетливо видна ухмылка. И этого Уёну достаточно. Руку, лежащую у него во рту, которую он до сих пор активно облизывал, он кусает. Он также просовывает свое бедро между ног Сана, превращая болезненный писк мужа в стон. «Так ты сегодня не хочень по-доброму?» В яблочко. Уён ухмыляется, ерзает под Саном, стараясь никогда не переставать оказывать на него достаточное давление, чтобы держать его в напряжении; и только когда он развязывает узел полотенца, которое носит его муж, он, наконец, получает нечто большее, чем лёгкие покусывания. Рука Сана летит к его волосам и резко тянет (или, честно говоря, настолько резко, насколько Сан осмелился бы по отношению к Уёну), вызывая у последнего стон. «И что ты мне сделаешь?» Сан известен своим спокойствием, его гнев довольно холоден и сдержан, и он скорее предпочтет отрубить себе руки, чем причинить вред Уёну. Уён, однако, научился с этим справляться, поскольку его собственные предпочтения в постели граничат с жестокостью, когда Сану нужно много провокаций, прежде чем он даже подумает об использовании своей (впечатляющей, даже захватывающей дух, как сказал бы Уён) силы, чтобы сдержать своего мужа. Это означает, что Уёну всегда приходится выбирать между нежным, медленным сексом (и это нормально, с Саном вообще все в порядке) или поведением самого невыносимого ребёнка во всём здании (что тоже совершенно нормально, потому что это очень весело и Уён впечатляюще хорош в мастерстве раздражения людей, особенно, если несчастливой жертвой его выходок становится Сан. «Я не думаю, что ты заслуживаешь того, чтобы я что-то делал», шепчет Сан, выдерживая взгляд Уёна. Он все еще железной хваткой держит волосы последнего; Уён медленно облизывает губы, заметно сглатывая. О, ему нравится, когда Сан заставляет его заслужить что-то, и каждый раз он сопротивляется, пока не потеряет последнюю каплю терпения, но для этого Сану придётся сначала поработать. * * * Уён наполовину лежит на Сане, рисуя только одному ему известные узоры на его груди, слушая ритмичный стук его сердца. Он уверен, что Сан уже спит, прошло много времени с тех пор, как он в последний раз что-либо говорил, и рука, до этого перебирающая пряди на голове Уёна, замерла. Уён закрывает глаза, он не очень устал, но ему слишком комфортно, чтобы двигаться. «Я последую за тобой, если ты решишься на эту миссию.» Уён поднимает глаза и встречается взглядом со своим мужем. Он знает это. Конечно, он знает это; он сам не способен оставаться вдали от Сана более чем на пару дней, и точно так же Сан не сможет провести без Уёна больше недели, они на протяжении почти двух столетий без перерывов вместе, каждый день и каждую ночь. Не существует мира, в котором Уён отправился бы один в Стрикленд. Особенно в Стриктленд. «Правда?» все равно спрашивает он, полусерьезно, полудразня. «Ты думал, я брошу тебя там?» «Нет,» честно отвечает Уён. Рука в его волосах начинает двигаться вновь, слегка массажируя кожу его головы. «Так каков план?» И это хороший вопрос, который Уён еще не обдумывал. Он часто думает слишком много, но есть в жизни вещи, касаемо которых он предпочтёт идти по течению, принимая решения в моменте. И это одна из них. А ещё его намного больше пугает то, что они могут найти в Стриктлэнде, чем он показывает, так что лучше он пока не будет думать об этих вещах, не так ли? «Мы отправляемся туда, подсчитываем Души, находим оппозицию, помогаем им чем сможем, и сваливаем.» «Значит, две недели на Революцию?» усмехается Сан. «На самом деле, я планировал сохранить на руках Хромер и вернуться по своему желанию.» признаётся Уён. «Уёни…» начинает Сан, и только по одному тону его голоса Уён знает, чего ждать. Он встречается глазами с Саном, ощущая уже привычную ему вину от того, что он опять является тем, кто подвергает себя и за одно своего мужа опасности. Он не может с собой ничего поделать, рутина быстро надоедает, да и сам Уён буквально магнит для всех странных ситуаций, пока Сан любит покой и может адаптироваться к чему угодно. Он мычит, давая Сану продолжить мысль. «Им это не понравится. Они скорее всего посчитают нас Потерянными.» отвечает Сан. Уён тоже думал об этом. Да и бывал уже в такой ситуации раньше, хотя не видит в этом ничего постыдного. Ну в самом деле, ему больше двухсот лет, что странного в том, что он один раз уже вкусил плод Тьмы? Да и вернулся же он с той опасной дорожки, в конце концов! Единственное, о чём он жалеет, так это о том, что в результате чуть не подтолкнул и самого Сана ко Тьме своими действиями. «Ну… да.» нехотя соглашается Уён. «Давай пока просто отправимся на подсчёт, а там уже разберёмся, как тебе?» Уён кивает, улыбаясь Сану в живот. «Нам нужно собираться на работу.» «Да.» «Прямо сейчас.» Уён недовольно мычит, кидая злой взгляд на своего мужа, но поднимаясь. Сан целует его щеку в знак извинений, вставая с кровати и надевая свой костюм. Уён нехотя плетётся за ним, не отказывая себе в возможности вновь рассмотреть тело своего мужа (правильно говорят, величайшая задница во всём Дева-Гати), пока Сан не одаривает его грозным взглядом, после чего он и сам начинает одеваться, перед этим закатив глаза. Уже глубокая ночь, когда они пребывают на вечеринку Юны. Они провели весь вечер, обговаривая с Отделением по Принятию Решений все детали из миссии в измерение Z, после чего он уговорил Сана разрешить сделать ему макияж и выбрать одежду, результатом чего стала цветастая рубашка с обилием ромашек на ней и слишком большим количеством дыр и джинсы, показывающие татуировку на бедре старшего. Образ выглядел дерзко, но оно того стоило, если смотреть на количество комплиментов в сторону его вида (Сан редко носит что-то открытое, только если его заставляет Уён), и на то, как Уён не мог оторвать себя от своего мужа, по крайней мере, пока не пересёкся в толпе с Енджуном, и пока самого Сана не завлекли в разговор Черён и Лиа. «Уён достаточно пьян (в чём он винит Юну), ему тяжело стоять прямо, а история, которую эмоционально пересказывает ему со слов коллеги Рюджин, не успокаивает его, а лишь подливает масла в огонь, пока глаза Уёна наполняются слезами от смеха даже раньше, чем Рюджин заканчивает свою историю. «ЧОН УЁН!» кричит кто-то в толпе, что быстро заставляет его протрезвиться. Он оборачивается на звук, видя перед собой Йеджи, злостно трясущую своим телефоном. «Мы устали тебе писать!» и в самом деле, Уён и забыл, что взял с собой телефон, а на экране отображено более десяти сообщений от разных людей.       От @Санни: Ты реальн плавал голышом с Ёнджуном? [01:03]       От @Санни: Я нте рвную клянусь [01:04]       От @Санни: Гд ты? [01:12]       От @Санни: ? [02:28]       От @Санни: ??? [02:53]       От @Йеджи: Ты можешь забрать своего мужчину? Он зовёт тебя уже КОТОРЫЙ ЧАС [03:18]       «Дерьмо,» говорит Уён, подрываясь на ногти. На секунду он забыл, что не так уж и трезв, но поднявшись он шатается с такой силой, что становится ясно, ясно его голова и протрезвела, то того же самого нельзя сказать о его теле.       Йеджи показывает ему дорогу, и он отправляется туда. Это приводит его в другую комнату, где музыка тише, а воздух пропитан дымом. Вот где находится Сан, развалившийся на диване и занимающий так много места, что Черён прижимается к подлокотнику, а Лия оказывается у него на коленях. «Что вы с ним сделали?» говорит в шоке Уён, стоя перед диваном и оценивая размер проблемы: щеки Сана покраснели, на губах у него глупая улыбка, а ямочки на щеках полностью выставлены напоказ. Его глаза мерцают, хотя он, кажется, не в себе. Ну конечно, Сан мертвецки пьян.       «Ничего такого! Он сказал, что не пьянеет, поэтому мы пропустили пару рюмок.» отвечает Лиа.       «Уённи!» счастливо восклицает Сан, когда встречается взглядом со своим мужем.       «И вы ему поверили? Он не умеет пить вообще!» протестует Уён, подходя ближе, видя, как Сан протягивает к нему руки, пытается притянуть его к себе. Уён действительно хочет негодовать и злиться на своего дурного мужа, что продолжает пытаться пить, когда прекрасно знает, что его несет от двух стопок, но вот Сан целует его, и вся злость Уёна растворяется, а его мозг наполняясь любовью от одной мысли о том, что его муж ищет его и его объятий даже если пьян.              «Давай вернёмся в комнату.» говорит ему Уён спустя две секунды, которых оказывается достаточно, чтобы оказаться на коленях Сана. Видимо, они спугнули своими действиями Черён и Лию, потому что девушек волшебным образом не оказывается в комнате, когда Уён отрывается от губ Сана.       «Мне и здесь хорошо.» ноет Сан, пытаясь вновь достать губы Уёна.       «Люди смотрят.»       «Я знаю, что тебе это нравится.»              Сан прав, и это вызывает смех и Уёна, который быстро прекращается от ощущения таких знакомых поцелуев на шее.              «Санни,» повторяет Уён «А вот тебе такое как раз не нравится, и завтра ты пожалеешь, если мы продолжим.» и с этим Уён отталкивает Сана и встаёт с его коленей. Сан одаривает его самыми жалкими щенячими глазами, возможно, думая, что Уён собирается бросить его здесь, но Уён протягивает ему руку, помогая встать. Старший опирается на него всем своим весом, из-за чего Уён почти падает, но, крепко держась за руку Сана, всё-таки умудряется выровняться, и они начинают свой путь к спальне.       Дойдя, Сан первым делом лицом вниз падает на кровать, ноя, когда Уён переворачивает его, начиная снимать его одежду. «Дай мне пять минут тебя переодеть, и можешь ложиться спать.» говорит он походу со стенкой, потому что Сан лишь мычит, уже закрыв глаза. Он расстёгивает рубашку и снимает джинсы, за одно избавляясь от обуви, но решая не пытаться переодеть Сана в пижаму, учитывая то, насколько тот сейчас некооперативный. «Не пьянеет он,» дразнит он, сразу же ловя на себе взгляд своего мужа из прикрытых глаз.       «Не смейся надо мной,» опять ноет Сан, наконец двигаясь, потягиваясь на кровати и забираясь под одеяло.       «Ты милый, не подскажешь свой номерок?»       «Когда ты проснёшься, меня здесь уже не будет.» бубнит Сан с улыбкой.       «Так и знал, что такой милашка как ты годен только на одну ночь.»       Сан смеётся, вновь закрывая глаза, не видя улыбки Уёна, полной обожания. Младший достает в ванной все, что ему нужно, чтобы снять макияж Сана, но даже мокрые ватные диски не пробуждают его от пьяного сна, поэтому Уёну приходится встряхивать его, чтобы заставить выпить воды.       Сан уже крепко спит, когда Уён присоединяется к нему в постели после того, как сам снял свой макияж и переоделся в одежду для сна. Он наклоняется к мужу, чтобы поцеловать его в щеку. «Я люблю тебя», шепчет он, прежде чем лечь рядом со спиной Сана. Тот лишь вздыхает, не давая ответа, но Уёну и не нужно слышать его, чтобы знать, что Сан повторил бы это десять раз, если бы был в сознании.