Arsonist's lullaby

Спустя пять дней все детали миссии были обговорены и пара была готова к своему отправлению в измерение Z. Вся их одежда поместилась в одну спортивную сумку, а Хромер, в целях безопасности помещенный в стеклянный кейс, был крепко закреплен на талии Сана. Уёну кажется, будто он сейчас взорвётся от тревожности, постоянно сжимая и разжимая кулаки, пока Сан не берёт его руку в свою, не отпуская ни на секунду всё время, пока они окончательно проверяли все свои вещи. После этого, им дают зелёный свет; Уён отпускает в эту секунду руку Сана, активируя Разрыв. Они пересекают его вместе. Первое, что они замечают, как только Разрыв за их спиной закрывается, так это то, насколько тяжелее воздух в измерении Z по сравнению с Дева-Гати. Когда-то Уёну был привычен этот климат, но прохладная влажность Дева-Гати быстро заменила ему духоту и жар Стриктлэнда. «Я и забыл, как сильно ненавижу пустыни.» ноет он, глядя на песок под их ногами. Сан тоже чертовски ненавидит пустыни, но ничего не говорит, вместо этого осматриваясь. Вокруг них бесконечные песчаные дюны, а над ними низкое небо, кажущееся темнее из-за низко висящих красных облаков. Измерение будто поглощено в пламени, солнце, сияющее красным из-за тумана, даёт пустыни почти горящий вид. Нечего видеть, некуда идти. Сан хмурится. «У тебя есть компас?» Уён мычит, копается в сумке, а найдя, передаёт его в руки Сана, который начинает ворочать его, пока не находит путь на Юг. «Пошли.» Они идут в направлении Севера, строго следуя за красной стрелочкой, чтобы точно дойти до Стриктлэнда, а не оказаться лишь глубже в пустыни. Они заранее просчитали маршрут и рассчитали, что вся дорога до Стриктлэнда от места Разрыва займёт у них в общем четыре часа — Уён хотел поставить разрыв ближе, но даже с их смежной силой ни он, ни Сан не смогли приблизиться к городу ближе. Измерение Z огромно, и одной из его характерных черт является почти полное отсутствие магии, что питает весь Дева-Гати, что делает налаживание моста между ними крайне сложной задачей. Когда исследователи рассказали им об этом, Уён лишь очередной раз понял, что они направляются на самую проклятую землю из всех существующих, но возможности отказаться уже не было. «Сан-» неожиданно зовёт Уён, останавливаясь. «Что?» Сан тоже останавливается, беспокойно поворачиваясь к младшему. «Я больше не чувствую тебя. Я ничего не чувствую» И теперь, когда Уён осознаёт это, по нему прокатывается искренний ужас: он настолько привык к лёгкому мычанию на подкорке своего сознания. Это своего рода шестое чувство, которое он может легко игнорировать, не обращать внимание, но которое позволяет ему в любой момент почувствовать Сана. В последний раз, когда старший сильно пострадал, это было сродни удару под дых для Уёна, и с тех пор Уён со страхом ждал следующего раза, когда он испытает это чувство. Только вот кто мог знать, что намного страшнее для него будет окончательно потерять эту связь. «Я тоже её не чувствую,» с волнением в глазах отвечает Сан. Он поднимает свою левую кисть, внимательно глядя на нее, пока Уён подходит к нему, тоже держа свою кисть. Если бы у них ещё была их связь, Уён бы через неё смог ощутить тревогу Сана, но теперь ему приходится полагаться на нахмуренные брови и сжатые в тонкую нить губы своего мужа. Никто даже и не думал о том, что такое может произойти, принимая их связь, как должное. Теперь было поздно. «Всё хорошо, всё будет хорошо,» пытается Уён, с неприкрытым облегчением глядя на их запястья, что всё ещё были связаны тонкой красной нитью. «Кто бы мог подумать, что даже этот кусок дерьма вместо планеты ничего не может сделать против магии такого рода.» говорит Сан, с тенью улыбки опуская свое запястье. Уён мучит в согласии. Это странная магия, магия соулмейтов. Она очень редкая, и никто во всей вселенной так и не разгадал, как она работает. Много для кого она считается даже сказкой, ровно до того момента, как эта сказка случается с тобой, когда ты оказываешься связан с кем-то в этой и каждой последующей жизни.        * * *              Чем больше времени проходит, тем более потными и уставшими они себя ощущают. Уён перестал ныть, когда открывать рот стало слишком тяжело, и решил вместо этого поплотнее закутаться в шарф, ступая по пятам Сана, используя высокую фигуру своего мужа для защиты от порывов ветра.       Внезапно, он врезается в спину Сана, тихо хрипя. «Добро пожаловать домой.» напевает Сан хриплым голосом. Заинтересованный, Уён становится рядом с ним.       Перед ними тени высоких, кубических зданий, идущих так далеко, как может позволить себе увидеть человеческий глаз; вид они составляют особенно угрожающий в густом тумане, будто монстры, пронизывающие тебя множеством светящихся глаз, прячущиеся в темноте, желающими тебя поглотить. «Спасибо, я ненавижу это.» шутя, отвечает Уён, но слова отдаются горечью у него на языке. Ему не нравится, как его сердце становится всё тяжелее, пока они все ближе подбираются к городу.       Они делятся глотком воды, а после продолжают свой ход. Ещё спустя час они наконец подбираются к первым домам, и как только их окружают стены города, Уён чувствует, как сдавливает его грудь от тревоги. «Что, если наши силы исчезли?» шепчет он, ближе подходя к Сану.       В чём они могут быть уверены, так это в том, что их силы Жнецов тут абсолютно бесполезны — никаких им мерцаний и разрывов между вселенными точно — но ещё во времена, когда они жили в Стриктлэнде, они оба были частью небольшого количества людей, одаренных силами, или, по другому, мутантами: новым поколением людей, вызывающими ненависть и предсказывающими наступление новой эры для человечества. ЭПСИЛОН желал ускорить процесс, желая достичь населения, состоящего из одних мутантов быстрее, чем было возможно благодаря эволюции; и учитывая то, что организация всё ещё существует, Уён может предположить, что у них ещё этого не получилось, но они продолжают пытаться. Ему становится тошно от одной мысли о том, что продолжает происходить в лабораториях, двести лет спустя, учитывая весь технологический процесс, что произошёл за долгие годы.       «Лишь один способ узнать,» говорит Сан, пожимая плечами.       Уён внимательно смотрит на него, чтобы быть уверенным, что он не пропустит ни секунды процесса. Он видел способность Сана сотню раз, и его всё не перестаёт поражать каждый раз, когда это происходит, когда будто куча микроскопических жучков пробегает под кожей Сана, изменяя черты его лица. Это занимает у него меньше десяти секунд, и вот перед Уёном стоит точная копия него самого.       «Почему я? Это жутко.» возмущается он, слегка ударяя Сана в грудь. Это лишь заставляет его мужа усмехнуться.       «Я вижу тебя каждую секунду каждого дня на протяжении последних двухсот лет, никто у меня не получается так же хорошо, как ты» с ухмылкой отвечает Сан, возвращая обратно свои черты.       Уёну так нравится больше: он настолько влюблён в лицо Сана (особенно в его профиль), что мог бы с идеальной точностью нарисовать его с закрытыми глазами. Он всё ещё помнит, когда он узнал, что Сан всегда изменял форму своих губ, потому что ему не нравились его настоящие — Уён целый месяц уверял его, что он является самым красивым мужчиной, которого он когда либо видел и ему не нужно было ничего менять на своём лице. Сан так устал слышать одно и то же опять и опять, что сдался и перестал использовать свою способность. И Уён ни секунды не пожалел об этом с тех пор.              «Попробуй на нём» говорит Сан, указывая на серый фургон, припаркованный у дороги.       «Хочешь, чтобы я его сдвинул?»              Сан мычит. У него, в отличие от самого Уёна, на лице написана полная уверенность в способностях младшего. Но, в отличие от Сана, Уён редко использует свои способности, так как не видит в этом нужды, в отличие от Сана — помимо этого, вдруг измерение Z высосало до последней капли из него все его силы?       «Нам будет полезен этот фургон.» сказал Уён, подходя к нему и осматривая со всех сторон.       «Зачем?» выдыхает Сан.       «Ну, знаешь, как небольшая база, так как мы теперь бездомные.» напоминает ему Уён, кидая косой взгляд.              Пару раз пройдясь вокруг фургона и удостоверившись, что он им подходит, Уён останавливается рядом с ним, нахмурив в напряжении брови. Он почти удивлён, когда через секунду замок на машине пропадает, позволяя им открыть её.              «Мой мальчик,» игриво говорит Сан, плечом немного толкая Уёна, счастливая улыбка на лице.              И так у них появляется открытый фургон без ключей, что было бы проблемно, не умей Уён двигать машину силой мысли. Благо, ему не придётся тратить кучу энергии на это, ведь оба парня имеют опыт с угоном автомобилей — пусть это и было много лет назад. Это было одним из первых навыков, которым Сан научил Уёна, когда они стали беглецами, но с тех пор, как парни покинули измерение Z и стали жнецами, им больше не приходилось заниматься подобными вещами благодаря тому, что Жнецам и не нужны машины, достаточно их способности мерцать.              «Это ведь как ездить на велосипеде, да?» бормочет Уён, залезая на водительское сиденье. Конечно же, в машине нет никаких инструментов, так что Уёну приходится полагаться на свой телекинез, чтобы отвинтить крышку, достав таким образом до замка зажигания. «Мне нужно что-то, чтобы завести её.» говорит он, осматривая внутренности машины.       «Понял,» его муж запрыгивает в кузов, проверяя багажное отделение. Уён может услышать шум позади себя, но не обращает на него внимание; вместо этого он открывает бардачок, осматривая его содержимое: водительское удостоверение, пистолет с патронами, и открытая упаковка чипсов.       Сан бьёт его по плечу, и Уён поворачивается к нему, забыв про пистолет и хватая вместо него отвертку, которую нашел для него старший. «Этот фургон принадлежал рекламщикам» говорит Сан.       Уён лишь мычит, вставляя отвёртку в отверстие для ключа и несколько раз поворачивая его. Он не видел никаких символов на фургоне, что является хорошим для них знаком, если они хотят остаться незамеченными, а значит, Сан нашёл какие-то брошюры. Им нужно будет избавиться от всего мусора, чтобы создать больше места для себя и своих вещей в кузове фургона, а ещё нужно будет найти где-то матрас, ведь перспектива сна на голом полу не радует ни одного из них.       Машина заводится с приятным для ушей гулом.       Уён улыбается самому себе, пока Сан запрыгивает на пассажирское сиденье.       «Мы может остановиться у подпольного бойцовского ринга? Хочу посмотреть, осталось ли там ещё что-то.» говорит он, и Уён кивает.       Он надеется, что ещё не окончательно забыл город, да и многое могло поменяться за время, пока их не было. Сейчас они находятся на окраине Стриктлэнда, что особенно заметно по плохим дорогам и зданиям вокруг них, выглядящим так, будто в любой момент они готовы обвалиться. Много где нет окон, и их заменяют куски ткани, а бетонные фундаменты зданий все потрескались от возраста и густо покрылись мхом. Вокруг ни единой души, кроме крыс, слоняющихся под кучами мусора, сложенными вокруг мусорных баков.       Они проезжают у сожжённой машины. Выглядит так, будто вся эта территория была атакована извне, а на некоторых стенах красным цветов нарисованы различные символы и написаны неизвестные Уёну слоганы, хотя они ясно даёт понять одну вещь: люди (или, по крайней мере, их часть) устали терпеть.       Спустя несколько минут Уён уже подъезжает к центру города, но вокруг ни души, и Уён начинает думать, не забыли ли их коллеги сообщить им о каком-то катаклизме, изничтожившим всё население планеты. Что мало вероятно, но вполне ожидаемо, и Уён не сомневается, что Правительство не побоялось бы массового уничтожения, существуй хоть минимальный шанс, что это приблизит их к их цели.       «Это полицейская машина?»       Сан проверяет зеркала заднего вида, хмурясь. «Похоже на то.»       Позади их догоняет чёрная машина с работающими мигалками.       «Да ладно, и пяти минут не прошло, а у нас уже проблемы?» жалуется Уён, смотря на зеркало заднего вида, а после вновь на дорогу, пока чёрная машина подъезжает к ним достаточно близко, чтобы они смогли прочитать слово «Полиция» на ней.       Водитель сигнализируем им остановиться, и Уён нехотя повинуется, замедляясь и паркуя фургон у края дороги. «Каков наш план?» спрашивает он Сана, слегка волнуясь. У него абсолютно ноль идей как именно им обмануть копов, что уже подходят к машине.       «Скажем, что мы рекламщики. Всё будет нормально.» уверяет его Сан, одаривая его уверенным взглядом. Уён подозревает, что это всё наиграно, но ничего не говорит.       Он опускает окно, когда слышит стук. Парень с виду молод, может даже их ровесник (теоретически), довольно высок (выше Сана точно), с темными волосами и добрым лицом. Он выглядел бы довольно безобидно, если бы не серьёзный взгляд в его глазах и глазах его партнёра, вставшего позади него.       «Здравствуйте,» легко говорит Уён с невинной улыбкой. Унего всегда хорошо получалось очаровывать людей и вылазить благодаря этому из довольно дерьмовых ситуаций. Это ведь просто типичная проверка, да? Ничего особенного.       «Ваше водительское удостоверение?»       Ладно, полицейский не выглядит очарованным. «Конечно,» Уён указывает на бардачок, откуда Сан достаёт бумаги, которые после передает копу. Младший продолжает улыбаться, выглядя настолько безобидно насколько ему позволяет факт того, что он иностранец с прошлым, в которое не поверит ни один трезвый на голову человек, угнавший чужую машину и планирующий преступление.       «Значит это Вы? Рики Рамоз?» спрашивает полицейский, показывая ему фотографию лысого мужчины с плохо побритой бородой, очевидно отсутствующей у самого Уёна.       «Нет, это мой брат, я лишь помогаю ему с рекламой, сами понимаете, работы сейчас неподъемное количество.» смело отвечает Уён, ближе пододвигаясь к окну и понижая голос, будто рассказывая копу секрет. В ответ он лишь получает недоверчивый взгляд исподлобья. Да, попасть в неприятности как только они заехали в город точно не входило в планы Уёна, они собирались просто смешаться с толпой, но если копы продолжат быть такими настырными, ему ничего не помешает просто сломать парочке из них шею, оставив их тела остывать в ближайшей мусорке. Они не могут позволить подвергать себя опасности, не в этом измерении. «Вы не будете против, если мы проверим ваш багажник?» «Будем,» отвечает Уён негромко, но, оказывается, достаточно громко, чтобы полицейский его услышал, если судить по его удивлённому лицу. Ну и ладно, у Уёна есть другой план. «Сан, держись крепче!» неожиданно говорит он, не давая тому времени на размышления и резко ударяя по педали газа. Мотор ревёт, и фургон почти сбивает стоящего рядом копа, быстро набирая скорость. Уён удивляется и сам, когда в результате его с силой прижимает к сиденью. «МЫ ЖЕ ПЛАНИРОВАЛИ ДЕЛАТЬ ВСЁ ТИХО!» кричит рядом с ним Сан, со всех сил цепляясь на ручку двери. «Я ЗАПАНИКОВАЛ, ЛАДНО? Я СКАЗАЛ ЕМУ, ЧТО РИКИ РАМОЗ ЭТО МОЙ БРАТ!» Сан смеётся на это, что немного успокаивает тревогу Уёна. Он проверяет зеркало заднего вида, замечая, что копы лишь сейчас сели в свою машину. Что на самом деле играет им на руку, давая шанс оторваться и скрыться от предстоящей погони. «Думаешь, они зачистили эту территорию? Может, они контролируют каждую машину, въезжающую в город?» «Но тут буквально некого контролировать?» Уён действительно надеялся, что они смогут оторваться от полиции. И очень зря. Не смотря на то, что они едут на максимальной скорости по пустырю, не проходит много времени, как их со всех сторон окружают мотоциклисты. «И я думал, что это будет легко.» ноет Уён. «Чёрт!» Ну же, думай, повторяет он про себя снова и снова. Байкеры уже полностью оцепили их со всех сторон. Один взгляд в зеркало заднего вида даёт ему понять, что позади них на достаточно большом расстоянии тоже уже находится один мотоциклист, и если он хороший водитель, то высок шанс, что он не повредит их фургон. Уён резко жмёт тормоз, не видя другого выхода из ситуации. Его резко толкает вперёд, и он почти ударяется грудью в руль, в последний момент протягивая руку и придерживая Сана на месте. Колёса скрипят по асфальту, и мотоциклисты, не ожидающие, что Уён остановится, продолжают ехать вперед, хотя, если судить по отсутствию удара сзади, становится ясно, что мотоциклист позади них успел затормозить. Уён не ждёт, когда мотоциклисты поймут, что они остановились, и делает резкий поворот, начиная ехать в другую сторону, поворачивая на первом же перекрёстке в надежде на то, что их преследователи потеряют их. «Ты как?» спрашивает он, кидая обеспокоенный взгляд на Сана. Уён действовал полностью на импульсе — его ошибка. Сан один раз сжимает его бедро. «Я буду заниматься борьбой, а ты гонками, договорились?» он немного запыхался, но улыбается, его свободная рука все еще держит сиденье. Уён усмехается. «Они не выглядели, как копы.» замечает через секунду Сан. «Да, они выглядели как б-» «ТОРМОЗИ!»       И Уён так и делает. Фургон останавливается в нескольких метрах перед мотоциклом, только что вылетевшим перед ними на дорогу.       «Ебучий хуй.» его сердце, кажется, сейчас остановится. И вероятность этого лишь увеличивается, когда один из байкеров, всё ещё скрывающий своё лицо за шлемом, открывает водительскую дверь и направляет дуло пистолета в сторону Уёна.       Сан в ответ тоже достаёт пистолет из бардачка, аккуратно целясь прямо в байкера из-за плеча Уёна, что довольно-таки бесполезно, учитывая тот факт, что помимо байкера, на них направлено ещё пять ружей других байкеров, к этому моменту уже собравшихся вокруг машины.              «Сейчас самое время выйти из машины.» говорит байкер, и Уён глупо кивает, отстёгиваясь и выпрыгивая из машины, держа руки над головой.       С другой стороны фургона кто-то также открыл дверцу Сана и скомандовал ему то же самое. Уён кидает быстрый взгляд назад и видит, что Сан также отдал свой пистолет, не высказывая никакого сопротивления .       «Вы не выглядите, как военные.» замечает байкер, толкая Уёна лицом прижаться к фургону. Дуло пистолета быстро находит своё место между лопатками.       «Потому что мы и не военные.» отвечает он, смотря позади себя. Он мог бы подорвать байкеров, стоящих дальше всего, чтобы те задели близ стоящих, а потом вырвать пистолет из рук байкера, держащего его на мушке; ничего лучше этого плана он придумать просто не мог.       «У них ничего нет, фургон пуст.» раздаётся голос.       «Какого черта?» шепчет один из байкеров позади.       «Кто вы, чёрт возьми, такие?»       «Я могу задать тебе такой же вопрос.» отвечает Уён.              Байкеров позади вдруг резко отбрасывает (так далеко, как только способен из своего положения Уён), и пользуясь заминкой байкера с пистолетом, Уён резко бьёт того в живот с локтя, выбивая из его руки оружие. Оно падает на асфальт, но сам байкер быстро реагирует.       Сколько он себя помнит, Уён всегда умел сражаться, поэтому он с лёгкостью уклоняется от первой и следующей после неё атаки, используя первую же возможность и нанося ответный удар. Однако шлем и броня мешают Уёну нанести достаточно большой урон, и видя, что к драке готов присоединиться байкер, до этого проверяющий фургон, Уён использует свою силу телекинеза, вызывая сильную волну и наблюдая, как его противники с грохотом ударяются об асфальт.       «Сан?» он зовёт в следующую секунду, обходя фургон и видя Сана, теперь уже держащего пистолет и направляющего его в байкера, его шлем на полу. Половину его лица скрывает голубая бандана, но сам он выглядит молодо, и Уён, движимый своим любопытством, опускает её.       «Ну и кто вы такие?» спрашивая он борзо держа взгляд байкера. Недолго думая, Уён опускает руку, притягивая в раскрытую ладонь пистолет его первого оппонента.       «Он рассказывал мне, как они были поражены тому, что мы не из армии.» говорит Сан.       «У него тату ЭПСИЛОН’а.» Уён оборачивается и видит мужчину, который сражался с ним. Он держит в руках шлем, опираясь на рядом стоящую женщину. Теперь они выглядят менее враждебно настроенными, но остальные байкеры встают тоже, и это может ознаменовать начало нового сражения.       «Последний раз спрашиваю, кто вы, блять, такие?» повторяет Уён, поднимая ружьё и направляя его на мужчину, более остальных похожего на лидера.       «Мы думали, что вы армия ЭПСИЛОН’а, так как в этом районе нет больше никого, кроме них. Извините.»       «ЭТО НИХУЯ НЕ ОБЪЯСНЯЕТ!»       «Уён,» зовёт Сан.       «Мы — революция.»       «Атакующая средь бела дня?»       Женщина выдыхает, подходя ближе и снимая шлем. Это выглядит, как предложение мира, но Уён не верит; он не верит никому в Стриктлэнде. Когда он чувствует руку Сана на своей талии и видит, как байкер с банданой присоединяется к своим, он лишь сильнее напрягается — получается, он единственный тут, кто всё ещё ждёт беды?       «Вы не отсюда?» спрашивает женщина, осматривая Уёна с ног до головы, будто пытаясь разузнать все его секреты лишь по одному его виду.       «Можно и так сказать.» отвечает Сан, не давая Уёну даже придумать остроумный ответ.       «Но ты из ЭПСИЛОН’а.» говорит байкер, не сводя своего взгляда с Уёна.       «И что с того?»       «Ничего, просто я тебя никогда не видел раньше.»       Уён смотрит на Сана и видит, что тот, как и он, в недоумении. Он поворачивается обратно к байкерам, напрягаясь, когда видит, как те ведут диалог без слов. Он почти решается просто убить их всех, кода вдруг один из байкеров достаёт из кармана черный маркер. Уён в трансе смотрит на протянутую к ним руку. Он не понимает, что от них хотят, пока не чувствует двигающегося Сана рядом с собой и не видит, как тот протягивает свою руку в ответ. Мужчина пишет что-то на ладони старшего, а после убирает маркер обратно в карман и возвращается обратно к своим.              «На всякий случай.» говорит мужчина. «Это единственный способ выйти с нами на контакт.»              Сан кивает им, давая понять, что он понял и будет иметь ввиду; Уён же, Уён всё ещё не понимает сложившуюся ситуацию. Он отступает назад, пока не чувствует (или представляет, что чувствует) тепло Сана рядом, и лишь после немного успокаивается.              «Спасибо.»              Байкеры кивают в ответ и разворачиваются чтобы уйти, кроме предположительного лидера, который указывает на пистолет, всё ещё находящийся в руки Уёна.       «Не думаю, что он тебе нужен, но забирай, если хочешь.» говорит он, улыбаясь одной частью рта. Сама фраза могла бы показаться немного издевательской, но из уст байкера она звучит по-доброму, и Уён улыбается в ответ.       «Спасибо.» говорит он, видя как мужчина кивает ему, а после и сам разворачивается обратно к байкам.              Скоро они исчезают в облаке из пыли и рёва моторов.              «Я им не доверяю.» заявляет Уён.       Рядом он слышит смех Сана. «Ты всегда так говоришь, когда мы встречаем новых людей.»       «Нет, но ведь они действительно странные.» Уён хмурится, пытаясь правильно изложить свою мысль. «Они искали тату, как будто знают что- чёрт возьми, ты посмотри на шины, они все стёртые-» прерывает он самого себя, немного ударяя по колесу, что очевидно настрадалось после их небольшой гонки. «А ещё они поверили нам слишком быстро. Так ещё и предложили потом свою помощь, хотя очевидно ни черта о нас не знают.»       «Они скорее всего подумали на твоё тату, что ты просто беглец, а вот всю правду они точно не могли знать.»       «Но Сан, просто подумай об этом, мы хотели найти революционеров, бум, мы нашли революционеров. Видишь? Слишком просто.»       «Так просто, что ты два раза чуть не разбился на нашем фургоне.» дразнит Сан с ухмылкой.       «Заткнись, с фургоном всё в порядке.» говорит он, ударяя по кузову машины и запрыгивая на водительское сиденье.       ***       Теперь Уён едет спокойно, они не встречают больше копов, других байкеров, лишь парочку машин и значительно больше пешеходов, чем раньше. Они едут близко к центру города, и их окружение значительно поменялось — здания больше не выглядят так, будто вот-вот обвалятся, и вокруг них появляется всё больше высоток с огромными баннерами на них. Неоновые вывески разных форм и размеров висят над некоторыми зданиями, прорезая туман своим разноцветием, и в небе голографические рекламы висят над самыми внушительными из небоскрёбов. Это выглядит красиво даже при дневном цвете — город гудит, и они могут даже из салона авто услышать шум скутеров с доставкой и звон близ находящихся поездов, а люди в своей серой, однотипной одежде вокруг заняты своими делами и выглядят, как слаженный и угрюмый механизм.       Сан отвлекает Уёна от своих мыслей, пару раз легонько сжимая колено младшего.              «Припаркуйся здесь, нужно закупиться.» говорит он, указывая на стоящий рядом магазин электроники. Уён поднимает одну бровь.       «Что тебе нужно, мальчик-заучка?»       «Даже не знаю, я думал, нам нужна какая-нибудь профессиональная техника, чтобы проникнуть в здание ЭПСИЛОНа? Ну, если ты, конечно, не научился мерцанию в этом измерении.» дразнит Сан.       «Ладно, ты прав.» соглашается Уён. Именно поэтому он не смог бы долго продержаться без своего мужа: Сан думает обо всём заранее, пока Уён решает всё в моменте, что приносит больше риска риска, и чаще всего менее эффективно и безопасно.       Припарковавшись, Уён присоединяется к Сану, стоявшему на обочине и уже выглядящему в точности как Енджун. «Носи это лицо почаще, ты мне так больше нравишься.» дразнит Уён с ухмылкой.       «Не забывай, что я могу сбросить твою защиту в любой момент.» угрожает Сан, смотря на Уёна, пока тот ближе подбирается к стеклу магазина, смотря на своё отражение. Сан дал ему лицо Йеджи, и иллюзия выглядит идеально.       «Откуда ты так хорошо знаешь её черты лица?» спрашивает Уён, с прищуром глядя на Сана.       «Ты не хочешь знать ответ на этот вопрос…» дразнит Сан, наигранная вина читается в его лице.       Уён тсыкает, задевая Сана плечом и проходя к магазину. Не оборачиваясь, он чувствует улыбку Сана, пока старший догоняет его.       Кассир их даже не приветствует, лишь кидая взгляд, когда Сан и Уён проходят в отделение с радиотехникой. Уён слепо следует за Саном, видя, что старший знает, что ищет, но через пять минут уходит в другое отделение, заскучав. В этой части магазина по большей части находятся аппараты для коммуникации, различного рода системы безопасности и многочисленные виды оружия в закрытом шкафу, что тоже вызывает скуку у Уёна, и он решает почитать этикетки гаджетов, достаточно маленьких, чтобы поместиться в ладонь, и предназначенных для скачивания большого количества информации за маленький промежуток времени. С виду они были больше похожи на электронные часы.       В конце секции на одной из полок Уён замечает голограмму, транслирующую различные оппозиционные лозунги. Он думает, что эта голограмма, скорее всего, подключена к центральному телевидению, и решает подойти поближе. Уён не помнит, чтобы про-властные рекламы были так хороши в его время: голограмма показывает мужчину в сером облачении, стоящего на станции метро. Он заходит в открывшиеся перед ним двери поезда, параллельно надевая чёрную маску. Двери закрываются, и в следующую секунду вагон охватывает пламя.       Пиксели опадают на полку, как огоньки, и на голограмме появляются слова, вновь и вновь подчеркиваемые красным перед глазами Уёна: ОСТОРОЖНО! ОНИ СРЕДИ НАС. «Пожалуйста, сообщите о любой подозрительной активности в отделение Полиции вашего района. Любое содействие в поимке террористов будет щедро вознаграждено.» повторяет низких голосом роботизированный голос мужчины.       Уён внезапно чувствует первые нотки тревожности; он обнимает себя обеими руками. Ему холодно, ему больше не нравится этот магазин, не нравится продавец, что будто в трансе смотрит на голограмму, танцующую у него над прилавком, свет больно бьёт ему по глазам, проходы магазина кажутся ему слишком узкими, будто давя на него со всех сторон. Он почти подпрыгивает, когда чувствует руку Сана на своём плече.       «Я всё.» говорит он, и Уён кивает, более чем рад от возможности побыстрее покинуть это место.       «Увидел что-то, что понравилось?» спрашивает Сан, когда они подходят к обочине.       Уён не знает, как у него именно это стало причиной его неожиданного плохого настроения, но он рад. Потому что он будет выглядеть сумасшедшим, если Сан узнает, что он и сам не знает, что именно вызвало у него такую негативную реакцию в магазине.       «Нет. Не знаю, там была просто парочка интересных гаджетов для взлома систем. Возможно, нам не пришлось бы вручную считать все души в ЭПСИЛОНе, если бы мы могли украсть их файлы.»       Сан мычит, соглашаясь. «Думаю, мы могли бы вернуться в магазин, когда он закроется. Мы ещё можем взять несколько часов.»       «Несколько? Не жадничай.» усмехается Уён, в основном шутя, чтобы снять напряжение, которое он чувствует.       «Мы сэкономим много времени, если разделим содержимое системы ЭПСИЛОН и загрузим его на несколько устройств.              Сан говорит по существу, но это что-то зажигает в Уёне. Они сам удивляется, когда его сердце сжимается так, будто его муж отругал его, чего тот не делает, и Уён это знает. «Знаешь, я и так знаю, что ты умнее меня, не надо тут выделываться.» шипит он, не оглядываясь, когда обходит фургон, чтобы сесть на водительское сиденье.              Сан садится на соседнее сиденье с большими оленьими глазами и извиняющимся взглядом смотрит на Уёна. «Почему ты так говоришь? Я не пытаюсь выделываться.» мягко говорит он, и Уён слышит чертову озабоченность в его голосе. По какой-то причине ему хочется кричать.       «Верно.»       «Что я сделал?» Уён уверен, что здесь подразумевается молчаливое «опять», и от этого у него закипает кровь. Дело в том, что они оба чувствительные, и если Сан со временем стал более холодным (не поймите неправильно, он все еще чувствительный, но более уравновешенный, чем раньше), то Уён остался все таким же вспыльчивым и готовым сорваться при малейшей искре. Обычно ему удается держать себя в руках, когда дело касается Сана, поскольку он не любит ссориться с мужем, но прямо сейчас? Ему действительно хочется схватить старшего за горло. Хуже всего то, что он прекрасно знает, что он ведет себя сейчас совершенно несправедливо и неоправданно.       «Ничего. Всё хорошо.»              Уён кидает взгляд на Сана, подмечая, что тот больше не выглядит, как Енджун. А значит, и он сам больше не с лицом Йеджи.              «Уён-и.»              Сан смотрит ему прямо в душу, и Уён чувствует это, даже не глядя на него. Ему не следует так себя вести с ним, но в его поведении так мало смысла, что даже он сам не знает, что на самом деле не так — конечно, он привык вести себя как маленькая сучка в 80% случаев и называть это дерзостью, но это перебор даже для него.              «Прости.» бормочет он, упрямо глядя прямо перед собой, а не на Сана.       «Что было внутри?»       «Ничего, я просто слишком остро реагирую.»       «Возможно, но всё-таки, что там было?»              Уён кидает на Сана раздражённый взгляд.              «Может, просто забудем об этом?»              Сан морщится, и Уён понимает, что тому не нравится эта идея. Его муж смотрит на него несколько долгих секунд. Уён почти уверен, что он будет настаивать.              «Хорошо» в конце концов недовольно соглашается старший. Уён слегка улыбается ему, испытывая облегчение от того, что ему не придется выражать словами свои странные чувства. Сан тоже улыбается и слегка сжимает его бедро в качестве утешающего жеста. Это немного, но успокаивает Уёна.       «Хорошо, теперь твой бойцовский ринг.» заявляет Уён со всей радостью, на которую он способен.