Еще одна Вселенная

      Яков Штольман              Очнулся Яков то ли ранним утром, то ли поздним вечером – непонятно. Неяркий свет пробивался в палату сквозь темные жалюзи. Судя по тому, что он видел – всё же палата, реанимация. Тело ощущалось тяжелой неподвижной колодой, сфокусировать взгляд надолго не удалось.       Как он оказался здесь, Яков не знал. Последнее, что он помнил: как пришел в себя уже в воде, и всё же сумел вынырнуть. Помнил огромную волну, вновь швырнувшую его на камни, и последнюю мысль: руки сломает.       Тут же пошевелил пальцами. Получилось. Попытался поднять руку – тоже получилось. Не обращая внимания на резкую боль, отдававшую в грудь, перебирал пальцами, пытаясь выполнить простейшее упражнение. Пальцы отозвались все. Кажется, порядок. Теперь ноги, спина. Пытался оценить здраво. Повязка на груди, тяжесть, боль отзывается повсюду. Но чувствительность есть, позвоночник, судя по всему, цел. Ребра наверняка сломаны, в лучшем случае, трещины. Судя по внешнему виду рук, да и воспоминаниям, гематомы по всему телу. В целом, порядок. Соображать всё тяжелее, взгляд не фокусируется, боль отдает в голову при малейшем движении. Черепно-мозговая травма, без сомнения. Остальное практически всё в порядке. Теперь только спать.       Время от времени просыпался, его чем-то поили, что-то кололи. Иногда видел смутную фигуру в белом возле кровати – врач? Посетитель? Следователь? Но разговаривать явно было рановато. Спать.       Проснулся вновь, теперь уже точно утром, и внезапно почувствовал себя отдохнувшим. Медленно, осторожно потянулся, пару первичных упражнений из курса реабилитации – тело послушно. Пальцев перед собой сколько? Три. Вряд ли он спал слишком долго. Восстановление идет достаточно быстро, есть надежда, что всего лишь сотрясение, и не слишком серьезное.       Теперь четыре пальца. А теперь кукиш. Вот вам. Он жив и цел.              В палату вошли – но впечатление такое, что с разбега ворвались, два молодых парня. Не настолько и молодых – уже, пожалуй, за тридцать. Сбили впечатление улыбки от уха до уха, веселое, шебутное какое-то, оживление.       - Яков, привет! Говорят, ты идешь на поправку. Голова не болит? Говорят, ты ею протаранил катер, и он рассыпался.       Яков поморщился. Спасибо, хоть трясти не начали. Голова всё еще побаливала. Уселись на стулья перед кроватью. Оба широкоскулые, бровастые, чуть курносые. Наверняка, братья.       - Мы тебя хотели в Москву забрать, но врачи посоветовали пока не трогать.       Хоть у кого-то здесь мозги есть.       - Что там произошло? Тебя нашли уже на пляже, на песке. Давай, рассказывай.       Отвечать Яков не спешил. Не похожи на следователей, и здесь они явно не официально. Хотя как раз то, как он выплыл, Яков так и не вспомнил. Да и песчаного берега там не было, лишь острые отвесные скалы, и плыть, даже приди он в себя, было некуда.       - Извините, я вас не помню. Вы кто?       Один задумался, второй продолжал улыбаться:       - Братьев забыл значит? Но отца с матерью хоть помнишь?       Яков ответил спокойно:       - Вряд ли я мог бы забыть. Родителей у меня нет. Братьев тоже. Что еще вы хотели узнать?       Первый стал еще серьезнее и больше не улыбался. Второй вопросил иронически:       - Но кто-то же у тебя есть?       Яков подумал. Его ни разу никто пока не навещал. Он решил, что никого не пускают в реанимацию. Но он вовсе не так уж плохо себя чувствует, да и эти зашли бесконтрольно.       - У меня есть жена и ребенок. Возможно, они не знают, где я. Я в какой больнице?       Оказалось, в городе в тридцати километрах от Приморска.       - Я бы хотел поговорить с лечащим врачом и передать информацию родным.       Первый заговорил серьезно и стал несколько больше похож на следователя:       - Разумеется, мы постараемся связаться с родными. Ваши данные, адрес.       - Штольман Яков Платонович. Жена Штольман Анна Викторовна.       Назвал телефоны, домашний адрес, место работы, адрес отеля в Приморске.       Двое переглянулись:       - Мы разберемся.              Явились на следующий день. Веселились уже явно поменьше, но локтем один другого в бок пихнули. По-прежнему не представились.       Начал тот, у которого получше получалось выглядеть серьезным:       - Яков… - и несколько вопросительно: - Платонович?       Яков кивнул.       - Вы врач. Хирург, как я понял?       Яков вновь кивнул.       - Вы можете доказать, что вы хирург?       Яков задумался. Кажется, стоит сегодня выяснить побольше:       - Конечно. Я же в хирургическом отделении, судя по всему? Достаточно разговора с практикующим врачом.       Те переглянулись, но никуда за врачами не побежали.       Яков глянул:       - Это настолько важно?       Оба дружно и в унисон закивали.       - В отделении наверняка должен быть хирургический тренажер - фантом кожи. Это нынче довольно популярная штука. Могу показать на практике.       Один явился через недолгое время:       - Вот такое? Сгодится?       Яков уже без труда приподнялся, устроился поудобнее, повертел в руке:       - Из дешевых, силикон скользить будет. Но да, годится.       Один вновь пихнул второго в бок и прошептал:       - Руки…       Второй так же:       - Вижу.       Яков глянул на кисти:       - Да, восстанавливать придётся. Сейчас покажу самые простые швы.       Двое сидели молча, завороженно наблюдая как блестящие инструменты, зажатые в гибких пальцах, привычно и ловко перехватывают иглу, четко выводя нить. Один шов, другой, явно посложнее.       Яков откинул назад голову, прикрыл глаза:       - Всё пока.       Двое переглянулись:       - Я Владислав, это Всеволод. Как вы возможно поняли, мы искали брата, с ним тоже произошел несчастный случай, а отыскали вас. Вы похожи.       Яков подытожил:       - Но я не он.       - Нет, вы не он. Нам надо серьезно поговорить. Но сначала еще один вопрос, прошу вас. Ваши родители – кто они? Это же не секретные данные.       Яков смотрел задумчиво:       - Нет, разумеется.        В ответ на вопросы назвал имя матери, дату её рождения, где и когда училась, где потом работала.       - У вас есть водительские права, мед. страховка?       Яков удивился:       - Есть конечно.       Владислав помолчал:       - Я не знаю, как вам сказать, но мы не нашли никого из ваших родных. И вас тоже. Вы не жили в том отеле, не работаете в той больнице. И нигде не работаете. Человека с такими данными нет ни в одной базе, а поверьте, доступ у нас есть практически ко всему. Да и Штольманов мы давно уже всех из чистого любопытства просмотрели, их не так много. Это ведь наша мама – Ирина Платоновна Штольман. Их не может быть две. Они еще могли родиться в один день, и быть тезками, но они не могли одновременно учиться в одном институте и не знать друг о друге. Так что либо это розыгрыш, либо подстава, либо вы всё-таки наш брат. И поверьте, мы прорабатываем все варианты очень серьезно.       Яков смотрел внимательно:       - Знаете, у сотрясения мозга много последствий. Судя по всему, вы - одно из них. Вы можете принести мне мою медкарту?