Клизмой не сломить плоскогрудую героиню.

Элис стояла у входа в фармацевтическую компанию TitsFarm, мирового лидера по производству силиконовых имплантов для увеличения груди, со штаб-квартирой в Детройте. Руководство компании заметило её ещё на втором курсе биомедицинского факультета, когда она смогла выделить из коровы ген Bb00bs, отвечающий за синтез белковой структуры и жировых тканей в молочных железах, и обнаружила его связь с аналогичным геном у приматов. Элис пригласили в TitsFarm и оплатили её исследования, которые продлились всего пару лет и быстро увенчались успехом. Она была по-настоящему гениальным био-инженером, и с такими возможностями, как у TitsFarm, финансирование не было проблемой, как и обход некоторых законодательных ограничений. Корпорация быстро перешла к экспериментам на шимпанзе и гориллах. Когда в лаборатории кончилось место для "сисястых" обезьян, компания начала испытания на людях. Препарат был действительно безопасен, Элис была уверена в этом, ведь она лично его создавала. Поэтому она закрывала глаза на ускоренные бюрократические процедуры, надеясь, что её работа поможет многим женщинам с маленькой грудью. Элис сама была такой. У неё был нулевой размер, и этот факт заставлял её засиживаться в лаборатории допоздна каждый день, пока лекарство не было создано. Лишив себя личной жизни и так и не попробовав секс с парнем из-за комплексов, она надеялась, что будет одной из первых, кто применит препарат на себе. Но как только тесты дошли до людей, её отстранили от работы и оставили без дела в лаборатории. Так продолжалось неделями, пока она не увидела огромный постер на входе в компанию: «Новый крем Breastsizer для естественного увеличения вашего бюста. Полностью гарантированный эффект всего за 25,000,000$. Забудьте про устаревшие импланты. С новым кремом вы получите натуральную грудь любого размера». Это был шок. Такую сумму не сможет позволить себе даже главный био-инженер лаборатории, создавшей это лекарство. Но самое обидное было, что лекарство не стоило таких денег. Жадная корпорация просто хотела нажиться на знаменитостях. Ниже под постером экран уже крутил ролик с Кира Найтли и Кристен Стюарт с кремом в руках. Затем шло интервью, в котором уже пышногрудые Эмма Уотсон и Эмма Стоун давали интервью какой-то Instagram-блогерше, а под конец был новый клип Майли Сайрус, где она была топлес. Снова богатые голливудские миллионеры получили то, что заслуживали простые девушки! Элис была в бешенстве. Но чего она ожидала от жадной корпорации? Она понимала, что обязана что-то сделать. Это её формула и её изобретение, и плевать на патенты. Она заберёт из лаборатории все данные и разошлёт по всему миру. Но это будет непросто с той системой безопасности, что есть у TitsFarm. Но у такого гениального ума, как у Элис, был план. Элис зашла в проходную. Здесь необходимо было оставить все вещи, гаджеты и верхнюю одежду в личном шкафчике. В следующей комнате нужно было снять и нижнее бельё. Эту унизительную процедуру она повторяла каждый раз при входе, чтобы исключить пронос любых посторонних предметов. Она вложила стринги и бюстгальтер в отверстие под зеркалом, и вещи покатились через сканеры в следующую комнату. В зеркале отражалось её юное, стройное и сексуальное тело, которое было совершенно, за исключением полностью плоской груди. Два соска торчали на рёбрах без малейшего намёка на жировую ткань под ними. Она была уверена, что за зеркалом находился охранник, который внимательно наблюдал за ней. Но она уже привыкла и давно забыла про стыд, забросив бритьё лобка, на котором уже вырос приличный лохматый, но милый куст. По процедуре ей надо было убрать руки за голову, открыть рот и встать, раздвинув ноги на ширину плеч. После этого её тело отсканировали со всех сторон. В следующей комнате ей на ленту приехало её бельё, а также был готов новый лабораторный халат. Она молча надела его и приступила к имитации работы. Сигнализация не сработала, значит капсулу в анусе не заметил сканер. Весь день Элис нервничала, но старалась не подавать виду. Обязанностей не было, и потому она не знала, чем себя занять. Она давно извлекла в туалете капсулу с чипом для записи данных. Спустя некоторое время она незаметно вставила его в компьютер и скопировала формулу. Оставалось только незаметно уйти с ним домой. Но она решила не рисковать и изобразить переработку, поэтому оставалась в лаборатории до конца, изображая работу над «проблемой впалых сосков». Наконец охранник в лаборатории выключил свет и погнал её на сканирование. Там ей пришлось повторить процедуру. На этот раз охранник даже зашёл с ней в помещение. Элис постаралась сделать вид, что её это не смущает. Но когда пришло время поднять руки, он внезапно схватил её за запястья и крепко держал. — Что происходит? Отпусти меня! — Элис стала вырываться, но охранник был из тех огромных вышибал, которые носят чёрные очки и наушник в ухе с каменным выражением лица. Он доложил в гарнитуру: — Субъект захвачен и под моим контролем. Нет, не убежит. Хорошо, ожидаю. Охранник не обращал на неё внимания и молча держал, как робот. Не прошло и минуты, как дверь перед ней открылась и в крохотное помещение зашла глава компании — Анна Фритц, роскошная женщина с нескрываемо большим бюстом, сжатым в узкую красную рубашку с глубоким декольте. На ней также были красные каблуки и чёрная юбка. Рядом с ней была её типичная спутница — безликая серая мышь, которую никто не знал по имени. Она была одета поскромнее — в серый костюм, очки и держала в руках какую-то коробку. — Торопись, дура, — скомандовала ей Анна. — Да, слушаюсь, госпожа, — мышка положила коробку на стол, достала оттуда наручники и, боясь посмотреть в глаза Элис, приковала её запястья к трубе над её головой. — Роберто, ты молодец, оставь нас и сторожи выход. Оставайся на радиосвязи. Дальше мы сами разберёмся с воровкой, — Анна злобно улыбалась. Три женщины остались одни в комнате. — Ну и что ты намеревалась украсть? — Анна с ухмылкой подошла к Элис. — Хотя можешь не отвечать, мне и так всё очевидно. — Анна смотрела прямо на плоскую грудь Элис. — Обидно, наверное, быть настолько плоской. Но это не значит, что можно красть у корпорации, которая дала тебе работу и карьеру. Анна ударила Элис пощёчину, а потом резко схватила за оба соска и стала сильно выкручивать. Элис стиснула зубы, но подавила крик. Когда хватка начальницы ослабла, Элис лишь притворилась дурочкой и сказала сухо: — Не понимаю, о чём вы. Анна отошла и подтолкнула мышку вперёд: — Покажи ей плоды её работы. Мышь послушно стала расстёгивать блузку и аккуратно сложила её на какой-то ящик в углу, затем расстегнула бюстгальтер. Оказывается, её грудь была такой же большой и красивой, как у Анны. Но на ещё более молодом и стройном теле это смотрелось ещё сексуальнее. Анна схватила сзади грудь своей помощницы и стала с нескрываемым наслаждением мять её железы. — Посмотри, какая форма, мягкость, упругость, естественные ощущения. Такое не должно даваться даром всяким деревенщинам вроде тебя. Элис и в самом деле завидовала, видя настолько прекрасную грудь в метре от себя. Она бы потрогала их, если бы её руки не были скованы. Ей оставалось лишь смотреть, как Анна развлекается с этими мягкими круглыми мешочками, украшенными красными торчащими сосками. С каждым движением Анны, каждая манипуляция с грудью мышки вызывала у Элис вспышки зависти и раздражения. «Ну что, скажешь, куда ты спрятала чип? Или мы сами выясним?» — Анна прищурилась, её глаза блестели холодной жестокостью. «Уверена, ты его проглотила. Думаю, он ещё не прошёл из желудка в кишечник за такое короткое время. Так что мы быстро заставим тебя его выплюнуть.» После этих слов Элис со всей силы плюнула в лицо Анны, смело и дерзко. Разъярённая, Анна быстро обошла её сзади и скомандовала помощнице готовить расширитель рта. Схватив Элис за волосы, она натянула их со всей силы и несколько раз плюнула ей в лицо в ответ. Затем снова схватила за соски и стала выкручивать их ещё больнее, чем раньше, пока Элис не сдалась, и ей не затолкали в челюсть расширитель рта. Вытолкнуть его было невозможно, и ей оставалось лишь беспомощно раскрывать рот шире и шире, пока сбоку поворачивали ручку регулировки. «Уверена, ты бы, сука, попыталась откусить мне пальцы, поэтому придётся лишить тебя возможности внятно говорить. Но мы определённо заставим тебя изрыгнуть капсулу, сколько бы ты ни сопротивлялась». Анна ввела палец Элис в рот и коснулась нёба. Сразу последовал позыв к рвоте, но Элис смогла подавить его. Вытолкнуть палец из рта она не могла и лишь мотала головой. Палец проникал глубже в горло, вызывая всё более сильные позывы. Глаза намокли от слёз. «Что же ты не блюёшь? Неужели тебе это нравится? Наверное, ты опытная хуесоска и привыкла к большему размеру». Элис не стала отвечать, что она никогда не видела члена. Анна ввела теперь сразу два пальца и ритмичными движениями стала вызывать позывы к рвоте. Глаза намокали всё сильнее, и даже в носу стала выделяться слизь. Диафрагма непроизвольно срабатывала, сжимая желудок, но Элис напрягалась из последних сил, подавляя позывы, помня о великой цели, ради которой она жертвует собой. Так продолжалось несколько минут. Анна сначала наслаждалась муками Элис, но вскоре ей стало мерзко от слюны, что капала из рта Элис на её грудь. Даже с тремя пальцами глубоко в глотке Элис всё ещё сдерживалась. Тогда начальница отошла и достала из своей сумки резиновый член. «Наша воровка из упрямых и хочет посопротивляться. Выеби её глотку этим как следует. Разденься, чтобы она не запачкала твою одежду». Анна отошла в угол и закурила. Её помощница стала с силой заталкивать член Элис в рот. Она была менее грубой, но и фалос был более объёмным, чем пальцы. Он полностью заполнял горло, касаясь нёба и основания языка. А ещё он был длиннее и теперь заходил ей в горло, растягивая его. Элис чувствовала, что стала задыхаться, потому что он полностью зажал её трахею. Она стала мычать, пытаясь подать знак. Анна уловила его и приказала дать ей отдохнуть. Они отошли в угол, посовещаться. Слюна капала у Элис изо рта, и она не могла его закрыть. Её плоская грудь была полностью покрыта этой субстанцией. Она смотрела, что они делают, и увидела, как Госпожа надевает медицинскую перчатку, затем вставляет пальцы в промежность своей мышки и идёт к ней. Они почти синхронно плюнули в Элис, и кажется, каждая из них попала в рот. Но тут же ей в рот вошла перчатка, по вкусу которой стало ясно, что она побывала в анусе. Мышка тоже схватила дилдо и поверх пальцев Анны, которые давили на язык Элис, вынуждая её чувствовать весь вкус анальных внутренностей, ей в рот вошёл дилдо. Анна сразу перехватила его другой рукой и затолкала глубоко со всей силой. Элис не выдержала, и рвота заплескалась по бокам дилдо наружу. Всё, что ей оставалось, это попытаться опустошиться на свою начальницу в месть за свои муки. Анна забыла снять одежду и поэтому приняла на себя все внутренности желудка, слишком поздно осознав свою ошибку. «Вот блядь. Но хуй с ним. Продолжаем». Она трахала её рот пальцами дальше, пока следующая порция не вышла наружу. Убедившись, что Элис опустошена, она отошла в угол, чтобы снять испачканную одежду, пока её мышка на коленях ползала по полу, рассматривая частички рвоты. Мышка так ничего не нашла, и они сделали вывод, что капсула в кишечнике. Анна, лишь немного плюнув, ввела палец в анус Элис. Элис мысленно поблагодарила себя за то, что иногда игралась с своей попкой, и поэтому вторжение прошло не так болезненно. Но на этом Анна не остановилась. Она по-хозяйски покрутила внутри, убедившись, что капсулы нет у заднего прохода, а значит, нужна глубокая клизма. Элис освободили рот, но в анус зашёл наконечник клизмы, к которому за шланг был подсоединен кружка Эсмарха из набора, который принесла мышка в коробке. В углу комнаты нашёлся тайный люк, за которым оказался водяной кран. Наполнив бутылку и подвесив кружку почти на уровень её головы, они стали заполнять её бутылками одна за одной. Вода медленно стала наполнять внутренности, несмотря на то что Элис стояла. Наконечник клизмы был в виде пробки, поэтому Элис не могла его вытолкнуть, как ни тужилась. Её живот становился всё тяжелее и тяжелее. «Зачем ты сопротивляешься? Ты же знаешь, что деваться некуда, и мы тебя не отпустим. Неужели ты думаешь, что сможешь удержать в себе жидкость и не обосраться?» Элис молчала. Но она всё сильнее чувствовала, как в замкнутой маленькой комнате становится душно от запаха рвоты, которой был измазан пол, одежда Анны в углу и частично она сама. Но надолго отвлечься на это не удалось. Живот уже сдавливало, и он стал выпирать как у беременной. Элис уже перестала видеть свой непобритый лобок под собой, но молить о пощаде она не собиралась. Анна обняла талию Элис сзади сначала немного нежно, но потом эта нежность сменилась сдавливанием живота. «Сколько литров мы в неё уже влили? Кажется, уже три литра. Давай оставим её так, пока она сама не попросит вытащить пробку». Время шло, и терпеть становилось всё тяжелее. Анна стояла у крана, пока её мыла её мышка, уделяя особое внимание груди своей хозяйки. То ли мышка зациклилась на этом сама, то ли Анна действительно любила такие ласки. Анна подошла и показала шрамы, оставшиеся после силиконовых имплантов, которые были извлечены ради применения нового лекарства. Несмотря на то, что Анне было около сорока, такая большая и упругая грудь её молодила. Анна издевательски давала понять, насколько Элис убога со своим нулевым размером по сравнению с такими сочными дыньками. Наконец они вытащили пробку. Элис слегка пролила жидкость, но далее смогла сжать сфинктер. Но им было всё равно, как долго она продержится, так как они просто достали анальный расширитель и ввели в анус Элис. Как только покрутилась ручка регулировки, возникла щель, и коричневая жидкость полилась наружу. Их глаза сияли от восхищения. Кажется, они забыли, зачем они это делают. Видимо, между собой они такое практиковали часто... Элис чувствовала себя беспомощной и униженной, но продолжала бороться с позывами, несмотря на сильное давление в животе и отвратительный запах, заполняющий комнату. Когда поток грязной воды начал иссякать, Анна и её помощница стали более внимательными. Они тщательно проверяли каждый кусочек содержимого, выискивая капсулу. Но ничего не нашли. Анна нахмурилась и, выпрямившись, снова посмотрела на Элис. «Похоже, ты играешь с нами в кошки-мышки», — усмехнулась она. «Ну что ж, продолжим нашу игру». Анна приказала помощнице приготовить ещё одну порцию раствора для клизмы, на этот раз с добавлением мыла, чтобы усилить раздражение и вызвать ещё более интенсивные спазмы. Элис знала, что её мучения только начинаются. В это время Анна подошла к Элис вплотную, её глаза сверкали холодной жестокостью. Она нежно провела пальцем по щеке Элис, оставляя на ней влажный след от своих слюнявых пальцев. Затем она с силой схватила её за волосы и наклонила голову назад, вынуждая Элис смотреть ей в глаза. «Ты думаешь, мы остановимся? Ты ошибаешься», — прошептала она. «Мы найдём эту капсулу, даже если нам придётся выпотрошить тебя скальпелем». Помощница вернулась с новым раствором, и процесс повторился. Элис была вынуждена принимать очередную порцию жидкости, её живот снова начал распухать. Боль становилась невыносимой, и она почувствовала, что больше не сможет сопротивляться. Но она продолжала терпеть, сжав зубы и пытаясь игнорировать волны боли, прокатывающиеся по её телу. Она знала, что если сдастся, то не только потеряет капсулу, но и предаст своих товарищей. Анна наблюдала за ней, наслаждаясь зрелищем страданий. Она села напротив Элис и стала медленно гладить её по животу, сжимая и разминая его, усиливая боль. «Скоро ты всё расскажешь», — прошептала она. «Скоро ты сама попросишь нас остановиться». Элис не ответила. Она просто закрыла глаза и попыталась уйти в себя, отгородившись от боли и унижения. Её разум блуждал в воспоминаниях о счастливых моментах, о том, ради чего она боролась. Но её мучители не давали ей покоя. Они продолжали свои издевательства, доводя её до грани. В конце концов, когда казалось, что больше она не выдержит, Анна внезапно остановилась. Запах в комнате стал ещё более мерзким, но мышка не обращала на это внимание и лишь ползала по полу, рассматривая комки мокрого кала, однако капсулы нигде не было. «Неужели всё это время ты прятала её во влагалище? Но ради чего ты всё это терпела?» В этот момент её радио-гарнитура зашипела, и спокойная Анна немедленно занервничала. «Сука вызвала копов. Они будут здесь через 10 минут. Нам надо как можно быстрее заканчивать! Мы найдём как оправдаться за пытки, но капсулу надо извлечь из неё как можно скорее! Если она уйдёт с данными, то корпорации конец! Проверь её влагалище!» Анна лично ввела наконечник снова и стала быстро заполнять кишечник второй раз водой, не делая пауз. Мышка сказала, что Элис девственница. «Мне плевать», — Анна пнула свою помощницу, чтобы та наполнила кружку водой, а сама ввела пальцы во влагалище, не церемонясь. Элис не смогла сдержать звук от такого резкого введения и на этот раз громко вздохнула. Анна хозяйничала внутри, но ничего не нашла. Она даже вставила мизинец в мочевой канал, чтобы убедиться, что капсулу не протолкнули в мочевой пузырь. Но тот был очень узкий и явно принимал такие размеры впервые. Элис снова заплакала от боли, исходящей из её промежности, над которой так грубо надругались, лишив её возможности испытать романтичность первого введения. Но она повторяла про себя, что совсем скоро это кончится. Они обязательно отпустят её, как только приедет полиция. Кружка всё заполнялась водой. Анна в бешенстве кричала, чтобы заливали хоть 4 литра, если потребуется. Элис теряла сознание от изнеможения и потела от напряжения, но вода всё входила в её живот. Анна била её пощёчинами и шлёпала по груди, крича: «Жалкая плоская доска. У тебя никогда не будет таких же сисек, как у нас.» Она била ладошкой по груди Элис, пока кожа не стала красной, как соски. Охранник лично вошёл в дверь и сказал, что копы подъезжают, и он постарается их заболтать, но у них пара минут, чтобы закончить. Анна трясущимися руками схватила свою сумочку и нашла там телефон. Она сделала перевод Элис на все 25 миллионов. Потом упала на колени и стала умолять: «Скажи, где ты это спрятала, умоляю! Компания банкрот, мы разоримся, если не будем продавать это знаменитостям. Я перевела тебе все деньги, ты сделаешь себе такие же сиськи, только отдай капсулу с данными!» Но Элис лишь улыбалась, вися без сил на наручниках. Анна выругалась, поняла, что она голая, и одела одежду Элис. Грудь нелепо растягивала её тугую футболку, рассичнанную на маленькую грудь. Ей она кинула её бюстгальтер и трусики. Они с мышкой убежали через другой выход, когда вошла полиция. Элис уже успела прикрыть грудь бюстгальтером, когда копы вошли внутрь, убедившись, что чип надёжно спрятан в застёжке бюстгальтера. Она знала методы этой парочки, когда неделю ранее формулу пыталась утащить её лаборантка, несправедливо уволенная без дополнительных выплат и отпускных. Лаборантка навестила её в следственном изоляторе, куда её направили продажные копы Детроита. Элис передала ей чип, и формула лекарства разлетелась по даркнету. А корпорация обанкротилась, хотя её руководство успело уехать в Мексику до того, как начались суды за неэтичные эксперименты над животными и людьми. Фотографии сисястых обезьян стали популярным интернет-мемами, а также в даркнет кто-то слил хоум-видео с Анной и неизвестной девушкой в очках. Уже в тюрьме Элис узнала, что у Breastsizer был скрытый побочный эффект, который корпорация скрыла. При попадании в нервную систему он вызывает неизлечимую тягу к рвотным и каловым массам, поэтому Элис пришлось отказаться от него, а голливудские звёзды опустошили банковский счёт Элис, подав множество исков как к ведущему инженеру лаборатории, за то что у них появились странные фетиши. Элис при этом обвинили в нарушении авторских прав и посадили за решётку за кражу интеллектуальной собственности корпорации. В тюрьме над ней уже издевались сокамерницы (некоторые из которых успели попробовать новый дешёвый аналог Breastsizer’а), унижая за маленькую грудь, но это уже другая история.