Тень Адского света:Печать проклятых

– Вы, жалкие букашки, решили бросить вызов мне? – прогрохотал правитель, презрительно оглядывая ворвавшихся в комнату магов. – Неужели вы так глупы, что решили, будто впятером сможете одолеть меня? Не дожидаясь ответа, он взмахнул рукой, и по комнате пронесся порыв ледяного ветра, заставив пламя светильников тревожно затрепетать. – Я покажу вам истинное значение слова "сила", – процедил он, и в его глазах вспыхнул зловещий огонь. Не сговариваясь, Лия и Зара бросились в атаку. Зара,  движимая яростью берсерка,  первой  достигла  правителя.  Ее боевой  посох  свистел  в  воздухе,  оставляя  за  собой  размытые  следы. Но  правитель  даже  не  пошевелился.  Он  просто  стоял,  наблюдая  за  ней  с  холодным  спокойствием  хищника,  выжидающего  удобного  момента.  А  когда  Зара  замахнулась  для  решающего  удара,  он  действовал. Одним  молниеносным  движением  он  перехватил  ее  посох  и  резко  дернул  на  себя.  Зара,  лишенная  точки  опоры,  с  размаху  врезалась  в  каменную  стену.  Раздался  треск  ломающихся  костей,  и  она  без  чувств  осела  на  пол. Лия,  вооруженная  двумя  изогнутыми  клинками,  атаковала  следующей.  Она  двигалась  с  грацией  пантеры,  ее  атаки  были  быстрыми  и  непредсказуемыми.  Но  и  ей  не  удавалось  пробить  оборону  правителя. Он  отражал  ее  удары  с  нечеловеческой  скоростью,  его  движения  были  настолько  плавными  и  точными,  будто  он  танцевал  смертельный  танец.  В  какой-то  момент  он  воспользовался  ее  ошибкой  и  резким  ударом  выбил  один  из  клинков  из  ее  рук.  Второй  клинок  со  звоном  упал  на  пол,  отброшенный  мощным  толчком  ноги. Кириан,  поддерживая  ослабленную  Эмили,  с  ужасом  наблюдал  за  происходящим.  Он  понимал,  что  их  противник  слишком  силен,  что  у  них  нет  против  него  никаких  шансов.  Но  он  не  мог  позволить  ему  убить  их  всех.  Не  сейчас,  когда  они  были  так  близки  к  победе. – Эмили,  беги! –  крикнул  он,  отталкивая  ее  от  себя. –  Спасайся,  пока  он  не  убил  нас  всех! Но  Эмили  не  собиралась  его  слушать.  Она  с  трудом  поднялась  на  ноги,  ее  глаза  пылали  неукротимой  яростью.  Она  не  позволит  этому  монстру  победить.  Не  позволит  ему  убить  ее  друзей,  ее  народ. Асторот,  наблюдавший  за  схваткой  со  скучающим  видом,  внезапно  выпрямился.  На  его  лице  появилась  жадная  улыбка. – Начинается  самое  интересное, –  прошептал  он,  и  в  его  глазах  вспыхнул  темный  огонь. Игнорируя режущую боль в груди и пульсирующую рану, Эмили шагнула вперёд. Её тело, ведомое не столько оставшимися силами, сколько отчаянной решимостью, двигалось с пугающей грацией. Каждый вдох отдавался эхом в груди, каждый шаг приближал её к неизбежной схватке. Кириан, воспользовавшись замешательством правителя, бросился на него с отчаянной яростью.  Но  прежде чем  он  успел  достать  меч,  из-за  спины  правителя  вынырнула  тень.  Не  успел  Кириан  и  глазом  моргнуть,  как  его  схватили  за  горло  и  прижали  к  холодной  каменной  стене. –  Глупец!  – прошипел  ему  на  ухо  хриплый  голос.  – Неужели  ты  поверил,  что  сможешь  победить  меня? Кириан  захрипел,  пытаясь  освободиться  из  железной  хватки  невидимого  противника.  Но  тщетно  –  сила  нападавшего  многократно  превосходила  его  собственную. Тем  временем  Зара  и  Лия,  превозмогая  боль,  пытались  подняться  с  полу.  Их  тела  были  изранены,  силы  на  исходе,  но  они  не  сдавались.  Они  были  воинами,  магами,  и  будут  сражаться  до  конца,  даже  если  этот  конец  уже  близок. Эмили  остановилась  в  нескольких  шагах  от  правителя,  встретившись  с  ним  взглядом.  Его  лицо  ничего  не  выражало  –  только  холодное,  бесстрастное  маска,  за  которой  скрывалась  жестокая  и  расчетливая  натура. –  Твои  друзья  храбры,  Эмили, –  произнес  он,  медленно  обводя  взглядом  лежащих  на  полу  магов.  –  Но  глупы.  Они  пришли  сюда  умереть  за  дело,  которому  не  суждено  победить. В  этот  момент  дверь  в  зал  с  грохотом  распахнулась,  и  в  нее  ворвался  отряд  солдат  в  полном  боевом  обмундировании.  Они  быстро  окружили  зал,  направив  копья  и  арбалеты  на  оставшихся  в  живых  магов.  Казалось,  их  положение  безнадёжно. Но  Эмили  не  сдавалась.  Она  знала,  что  её  поражение  означает  конец  для  всех  магов.  Она  должна  победить.  Ради  Кириана,  Зары,  Лии…  Ради  всех,  кто  верили  в  нее. В  ее  груди  вновь  разгорелось  черное  пламя.  Тьма  клубилась  вокруг  неё,  отвечая  на  её  зов,  готова  обрушиться  на  врагов  и  стереть  их  с  лица  земли. На  лице  правителя  впервые  промелькнуло  выражение  тревоги. Волна первобытной ярости захлестнула Эмили. Тьма, до этого момента послушно подчинявшаяся ее воле, теперь бушевала внутри, вырываясь наружу черными всполохами, опаляя все вокруг. Она бросилась на правителя,  движения ее стали  почти  неуловимыми  для  глаза.  Клинки  сверкали  в  воздухе,  сталкиваясь  с  глухим  лязгом. Правитель,  опытный  боец,  с  трудом  отражал  ее  удары.  Он  не  ожидал  такой  скорости,  такой  силы  от  раненной  девушки.  Но  он  еще  не  использовал  и  половины  своих  возможностей. Сделав  резкий  выпад,  он  нанес  Эмили  удар  в  бок.  Клинок  вошел  между  пластин  брони,  разрывая  плоть  и  металл. Эмили  вскрикнула  от  боли,  но  не  отступила.  Стиснув  зубы,  она  ответила  ударом  на  удар,  заставляя  правителя  пятиться. Еще  один  выпад,  и  еще  один  –  клинок  Эмили  оставил  глубокую  царапину  на  лице  правителя. –  Ах  ты,  мерзкая  тварь! –  зарычал  он,  прижимая  ладонь  к  кровоточащей  щеке. В  этот  момент  что-то  темное  и  длинное  мелькнуло  в  воздухе.  Черное,  словно  сама  ночь,  копье  с  трезубцем  на  конце  появилось  в  руке  одного  из  солдат,  стоявших  у  стены. Прежде  чем  Эмили  успела  что-либо  понять,  солдат  метнул  копье  в  правителя.  Но  тот,  вместо  того  чтобы  увернуться,  подставил  под  удар  руку.  Копье  с  глухим  стуком  вонзилось  ему  в  ладонь,  пробив  ее  насквозь. Правитель  взвыл  от  боли,  но  не  отпустил  копья.  Вместо  этого  он  резко  выдернул  его  из  руки  и…  со  всей  силы  вонзил  в  грудь  Эмили. Время  словно  остановилось.  Эмили  смотрела  на  торчащее  из  ее  груди  копье,  не  веря  своим  глазам.  Боль  пришла  не  сразу  –  лишь  холод  разливался  по  телу,  сковывая  движения. Она  упала  на  колени,  копье  удерживало  ее  на  ногах,  словно  жуткая  подпорка. –  Эмили!  –  крик  Кириана  пронзил  наступившую  тишину. Он  рванулся  к  ней,  но  двое  солдат  схватили  его  за  руки,  не  давая  подойти. Темная  энергия  клубилась  вокруг  Эмили,  как  будто  пытаясь  залечить  рану,  но  что-то  мешало  ей.  Что-то  зловещее  и  холодное  исходило  от  копья,  пронзившего  ее  грудь. И  в  этот  момент  она  ощутила  это.  Чудовищная,  всепоглощающая  сила  ворвалась  в  ее  тело,  проникая  в  каждую  клетку,  в  каждую  мысль. Её  крик,  полный  боли  и  ужаса,  прокатился  под  сводами  зала. Но  это  был  еще  не  конец.  Второй  раз  черное  копье  с  трезубцем  на  конце  пронзило  ее  тело,  заставив  ее  закричать  с  новой  силой. Боль. Всепоглощающая, разрывающая на части, выжигающая душу. Эмили не видела ничего сквозь пелену слез, не чувствовала ничего, кроме боли, пронзающей ее тело острыми осколками. Она попыталась закричать, но из горла вырвался лишь хриплый стон. Подняв голову, она увидела их лица – искаженные жестоким торжеством,  наслаждением  ее  страданиями.  Каждый  из  них  держал  в  руках  окровавленный  клинок,  вонзенный  в  ее  тело.  – Прекратите... –  прошептала  она,  но  ее  слова  утонули  в  звоне  стали  и  собственных  взбесившихся  сердцебиениях. –  Пожалуйста...  больно...  –  ее  голос  превратился  в  жалобный  стон. Но  они  не  останавливались.  Новые  и  новые  удары  обрушивались  на  нее,  каждый  пронзал  плоть  с  отвратительным  хрустом,  каждый  выжигал  в  душе  черную  воронку  отчаяния. Кириан,  бессильный  что-либо  предпринять,  наблюдал  за  происходящим  с  ужасом  и  неверием.  Он  видел,  как  гаснет  жизнь  в  глазах  Эмили,  как  ее  тело  обмякает  под  градом  ударов,  и  не  мог  сдержать  крика  отчаяния.  Слезы  непроизвольно  текли  по  его  лицу,  смешиваясь  с  кровью  и  потом. Даже  Асторот,  казалось,  был  потрясен  происходящим.  На  его  обычно  бесстрастном  лице  отразились  замешательство  и  ...  боль?  По  его  щеке  скользнула  одинокая  слеза,  оставляя  за  собой  светящийся  след  на  темной  коже. Он  не  мог  поверить,  что  эта  хрупкая,  но  сильная  девушка,  которая  бросила  вызов  самой  судьбе,  погибает  так  бессмысленно,  от  рук  обычных  солдат. Внезапно  все  прекратилось.  Солдаты,  словно  по  команде,  опустили  оружие.  Их  лица  приобрели  растерянный  вид,  будто  они  только  что  проснулись  от  долгого  сна  и  не  могли  вспомнить,  что  происходило  в  последние  минуты. Правитель  лежал  на  полу  без  дыхания  –  его  грудь  пронзало  черное  копье,  то  самое,  которое  он  вонзил  в  Эмили. Но  никто  не  обращал  на  него  внимания.  Все  взгляды  были  прикованы  к  Эмили,  которая  медленно  оседала  на  пол,  оставляя  за  собой  расплывающееся  кровавое  пятно. Ее  глаза,  широко  распахнутые  от  боли  и  ужаса,  постепенно  тускнели,  пока  не  превратились  в  два  пустых,  лишенных  жизни  стекла. Солдаты,  словно  очнувшись  от  колдовского  сна,  с  оглушенными  лицами  огляделись  вокруг.  Они  не  могли  понять,  что  произошло,  как  они  оказались  в  этом  зале,  залитом  кровью  и  запахшем  смертью. А  потом,  словно  по  волшебству,  они  начали  исчезать,  растворяясь  в  воздухе,  словно  их  и  не  было. В  зале  остались  только  Кириан, Лия,Зра ,Асторот  и  Эмили,  бездыханное  тело  которой  лежало  на  полу,  словно  сломанная  кукла. Надежда,  которая  еще  теплилась  в  сердце  Кириана,  погасла,  оставив  после  себя  лишь  пустоту  и  пепел  невосполнимой  утраты. Асторот,  опустившись  на  колени  рядом  с  телом  Эмили,  прижал  ее  руку  к  своей  груди.  Его  глаза  горели  невыразимой  болью,  но  он  держал  себя  в  руках.  Он  посмотрел  на  Кириана,  который  сидел  рядом,  его  лица  не  видно  было  из-за  опущенной  головы.  -  Помнишь,  что  я  говорил  о  каметах?  -  прошептал  Асторот,  его  голос  звучал  хрипло  и  нереально  мягко.  -  Они  должны  страдать.  Он  погладил  волос  Эмили,  и  его  пальцы  прошли  сквозь  ее  тело,  словно  через  туман.  -  Это  слишком  жестоко,  даже  для  нее,  -  продолжил  он,  и  его  голос  задрожал.  -  Но  они  должны  платить.  В  этот  момент  тело  Эмили  начало  рассыпаться,  словно  пепел  на  ветру.  Ее  кожа  становилась  прозрачной,  а  ее  кости  блестели,  словно  стекло.  Она  сжала  руку  Кириана,  и  он  поднял  голову,  увидев  ее  глаза.  В  них  сияла  та  же  любовь,  что  и  всегда.  -  Я  люблю  тебя,  -  прошептала  она,  и  ее  голос  звучал  так  же  сладко,  как  и  раньше.  -  Я  не  справилась.  Я  не  осталась  в  живых.  Ее  тело  полностью  растворилось  в  воздухе,  оставив  после  себя  только  слабый  аромат  лаванды  и  светящееся  пятно  на  полу.  Кириан  сидел  неподвижно,  словно  деревянная  скульптура.  Он  не  плакал,  он  не  кричал.  Он  просто  сидел  и  смотрел  на  пустое  место,  где  еще  недавно  была  Эмили.  Асторот  встал  и  поднял  Кириана  с  пола.  -  Пойдем,  -  сказал  он,  и  его  голос  был  тверд,  словно  сталь.  -  Мы  должны  уйти.  Асторот взял Зару на руки а Кириан Лию. Он  повел  Кириана  из  зала  и  вывел  его  на  улицу.  Кириан  шел  не  видя  ничего  вокруг.  Его  мир  разрушился.  Он  потерял  все,  что  было  ему  дорого.  Но  в  его  сердце  еще  теплилась  искра  надежды.  Он  знал,  что  должен  идти  дальше.  Он  должен  помнить  Эмили  и  ее  любовь.  Он  должен  отомстить  за  ее  смерть.  Он  должен  сделать  так,  чтобы  ее  жертва  не  была  напрасной.  Кириан  посмотрел  на  Астората,  который  шел  рядом  с  ним.  Он  не  знал,  что  будет  дальше.  Но  он  знал,  что  он  не  один.  У  него  еще  есть  Асторот, Лия и Зара который  поможет  ему  пережить  эту  трагедию.  Он  не  знал,  что  Асторот  и  есть  тот,  кто  привел  Эмили  к  гибели,  что  Асторот  и  есть  тот,  кто  хочет  отомстить  за  ее  смерть.  Но  Кириан  не  мог  знать  этого.  Он  просто  шел  вперед,  в  неизвестность,  и  ему  оставалось  только  надеяться,  что  его  путь  не  будет  слишком  темным.