Роли-убийцы

      12 мая 2050 году игроки, оставшиеся в живых после шести лет заточения, наконец-то проснулись ото «сна» и вернулись в реальный мир. Несколько месяцев они проходили реабилитацию, пошли на поправку. Не смотря на то, что они шесть лет были в состоянии, похожую на кому, многие уже на следующий день чувствуют себя хорошо. А ещё через месяц их выписали из больницы, но они согласились на приёмы к психологу. Некоторые такие люди организовали специальные кружки, куда собираются такие же счастливчики, как они.       Шелли восстанавливалась целых три месяца. Всё это время её проведывали родители, приносили гостинцы ей, интересовались её здоровьем. Девушка только через силу ела жидкое картофельное пюре и зелёное, противное желе. Из-за того, что она в виртуальном мире питалась едой для восстановления ХП, еда, которую дают пациентам, казалась ей очень мерзкой, но виду не подавала. Не хочет лишний раз волновать родителей и врачей.       Когда она без помощи инвалидной коляски и посторонней помощи была способна передвигаться, то хотела найти своих подруг и свою семью. Ту, которую они с возлюбленным создали. Дальше двора больницы не выпускали, да и не говорили, в каких комнатах или в больницах находятся эти люди. Это было очевидно — они же поклялись самому Гиппократу, а пойти против него — это тоже самое, что пойти против воли божьей. Но неужели так трудно было просто сказать, в какой больнице находятся те люди, которых Шелли хочет увидеть? А если она их родственница, ей бы тоже ни-ни? Хотя, чего так на них злится? Может, они тоже не знают, где друзья Шелли, поэтому не говорят.       После выписки Шелли переехала к матери — комната в общежитии, где она проживала во время первого курса, уже занята, да и девушке будет лучше пробыть какое-то время с родителем. Отец, к слову, вместо выходных проведывал свою дочь почти ежедневно — даже когда она вышла из больницы. Всё то время, пока девушка боролась за свою жизнь, родители вновь сблизились и планируют снова устроить свадьбу. Но не прямо сейчас и не через полгода-год — нужно думать о состоянии Шелли, их дочери. Может, свадьба родителей и поднимут ей настроение, это не значит, что её ментальное состояние вернётся к норме. Девушка убеждала их, что с ней всё в порядке, однако те и слушать не стали. Слишком уж сопереживали за её жизнь.       Через неделю, найдя в интернете объявление о тех самых кружках, Шелли посетила свой первый сеанс тех самых выживших. Она пришла по нужному адресу и заглянула туда. Первое, на что девушка обратила внимание, — количество людей. По центру большого помещения кругом размещены двенадцать стульев, десять из них уже были заняты. Шелли обратила также внимание на то, что рядом с девятилетним ребёнком сидел мужчина лет тридцати пяти. Кажется, мальчик пришёл со своим родителем. Все, кто сидел лицом к двери, обратили внимание на новоприбывшую. Они не выглядели возмущёнными или радостными, когда увидели её. Они просто… смотрели на неё. Смотрели, как на скульптуру, которую только привезли, но в ней ничего интересного не наблюдалось. Лица ей не знакомы, но было очевидно, что эти люди тоже были участниками смертельной виртуальной игры.       Девушка без приветствия села за свободное место и стала внимательно рассматривать присутствующих. Большинство на вид были подростками или только начинали подростковый период. Странно, что они без родителей пришли, учитывая, что большинство жертв игры конкретно несовершеннолетние люди. Да и сама Шелли несовершеннолетняя на вид, однако она уже считается взрослой (и реальный возраст ей позволяет). Тот самый мальчик был единственным ребёнком в кружке, поскольку ему на вид нет десяти. На его отца не стоит обращать внимание — он здесь в качестве воспитателя и опекуна ребёнка. А вот что насчёт студентов — их всего трое: сама Шелли, парень приблизительно её возраста и… он. Странно, как девушка не заметила его, ведь его лицо она ни с кем не спутает. Кольт смотрел на неё долгим, пронзительным и завораживающим взглядом. Он сидел напротив неё и наблюдал за её лицом. Смотрел только на неё, будто они единственные в этой просторной комнате, и никого рядом нет.       Через неопределённое время дверь в помещение снова открылась. На этот раз на пороге показывается фигура не крепкого на вид парня примерно лет двадцати пяти, с короткими смолеными волосами и большими зелёными глазами. Кажется, он и есть один из таких организаторов кружков. Когда он сел на свободный стул, который как раз был подписан его именем, сеанс начался. Каждый из участников сеанса по очереди представился именем и фамилией, потом называли возраст и рассказывали немного о себе. Похоже на сеанс анонимных алкоголиков, только здесь никто не пьющий до белой горячки. Затем участники рассказывали о том, что пережили за все эти шесть лет и до какого уровня они дошли перед пробуждением. Оказывается, большинство выживших дошли только до сорок пятого уровня прежде, чем вернутся в реальный мир. Получает, только она и Кольт единственные в этой группе, дошедшие до финала.       Про страх каждого игрока не было смысла расспрашивать — у всех он был одинаковый. Умереть в игре.       Ежедневно Шелли посещала сеансы. Общение с теми людьми, пережившие тоже, что и она, оказалось лучшим решением. Так страх постепенно улетучивается, кошмарные моменты забываются, а главное — хоть кто-то действительно понимает её чувства. Конечно, морально и эмоционально поддерживают родные и близкие люди, однако они на деле не совсем понимали, что за ад происходил в игре, что за кошмар там творился. Группа проводила небольшие игры для раскрытия личности человека, его моральную проблему и слабость, устраивали парные конкурсы и так далее. В первый же день после сеанса Шелли обменялась номерами с Кольтом, чтобы быть с ним на связи даже вне время сеанса. Также девушка нашла номера телефона своих подруг и на всякий случай друзей блогера. Это было не трудно — у них похожие никнеймы с теми, которые они использовали для создания аккаунта в «Роли-убийцах» (ну и плюс многие свои фотографии на аватар ставили). Теперь они могут общаться друг с другом на расстоянии, когда будет удобно обеим сторон, а главное — Шелли не чувствует себя одинокой в реальном мире. У неё есть друзья и любовь.       Вот только Спайка нигде не нашла. Должно быть, у него нет своего отдельного аккаунта, поэтому девушка не могла найти его. А ещё, что обидно, он, вероятнее всего, в другом городе находится. По этой причине она оставила его напоследок — она ведь обещала вместе с Кольтом его усыновить и в реальном мире. Но она боится, что его попросту заберут раньше, чем они успеют поженится и приехать к нему.       И вот на дворе наступил ноябрь. Полгода прошло после пробуждения. Полгода с того дня, когда выжившие выбрались из виртуального ада. Разработчики, получив заявление от одного из игроков про неестественное поведения финального босса, никак не смогли устранить эту ошибку. Пять месяцев они пытались как-нибудь это исправить, но всё безуспешно. На своём блоге в социальных сетях они объявили об удалении «Роли-убийц», дабы избежать ещё больше смертей невинных игроков. Это решение оказалось разумным, хоть и многие огорчены. Весь прогресс был уничтожен, а повторно в него играть попросту не получится.       Шелли продолжала посещать сеансы кружка, делится своими переживаниями. Ей стало намного лучше. Настолько, что она была готова сама за себя постоять перед Джексоном, который, как она узнала от старых знакомых, выжил после шести лет ада, однако жизнь его пошла под откос. В принципе, ей было всё равно. Этот парень не достоин внимания и сочувствия от неё. Он сам виноват, что был таким: манипулятивным и лживым. Шелли не желает зла своим обидчикам даже после их обмана подружить с ней. Она бы не чувствовала садистскую радость, если бы они все умерли. Она больше ничего к ним не испытывает.       Ещё зайдя в помещение, Шелли заметила, что на сеанс не пришёл Кольт. Никто из группы не знает, где он — даже организатор не в курсе об этом. Девушка заметно начала волноваться. Что же с ним произошло? Почему он пропускает сегодняшний сеанс? И главное — почему он не предупредил никого о том, что его сегодня не будет? Он ведь обязан был оповестить хотя бы организатору, что он будет отсутствовать.       Когда сеанс подошёл к концу, Шелли набрала номер телефона возлюбленного. Послышались гудки. Длинные, долгие, затянутые. После пятого гудка парень всё же ответил на звонок.       — Алло? — Его голос по той стороне прозвучал спокойно и нейтрально.       — Кольт, почему ты не явился на сеанс? Что с тобой случилось? Хоть бы предупредил меня или Мишеля, что тебя не будет сегодня!       Девушка сразу накинулась на возлюбленного с вопросами. Она сильно переживала за него, места себе не находила, переживая, что с ним могло случится что-нибудь ужасное.       — Прости, — послышался голос Кольта по телефону. — Я чувствую себя неважно. Приболел. Я забыл предупредить тебя и Мишеля.       — Понятно… Могу ли я прийти проведать тебя?       — Не надо! — В голосе парня прозвучала тревога, которую было легко уловить. — Не хочу тебя заразить.       — Так я маску медицинскую одену.       — Нет, не трать на меня время. Занимайся своими делами. Вечером поговорим.       — Ладно.?       На этом слове телефонный разговор был окончен. Почему-то поведение блогера вызывало у Шелли недоверие. Что-то ей не понравилось в его поведении. Он показался нервным, встревоженным. Почему он отказался принимать гостью в лице девушки? Почему против посещения? Быть может, он действительно боится заразить подругу? Может, он просто не в настроении кого-то принимать? Или просто сильно устал? Хотя, как он мог устать, если сейчас всего-то двадцать минут четвёртого? В принципе, он же больной — такое ведь бывает.       Шелли всё же решает пойти к парню, проведать его. Никаких телесных контактов между ними не было. Максим, они могли держать друг друга за руки, но не поцелуев, не объятий не мелькало между ними. По дороге к магазину девушка быстро набрала номер Брока. Подумывала, что было бы лучше устроить Кольту сюрприз, поэтому решила позвонить его другу. Да и парень всё равно бы ответил, что не хочет заразить девушку, потому что «боится заразить её».       — Брок, ты не знаешь, где проживает Кольт? — сразу попросила Шелли, не дав парню даже понять, кто ему набрал. Параллельно с этим девушка зашла в магазин и направилась в отдел сладостей. — Он немного приболел, и мне хочется проведать его. Только не говори Кольту, что я к нему иду. Хочу устроить ему сюрприз.       — К сожалению, точного адреса мне не известно, — вздохнул телефонный собеседник. — Но я знаю, в какой улице он проживает. Могу скинуть карту к этой улице.       — Спасибо.       Когда телефонный разговор окончился и на телефон пришло уведомление от него, девушка уже выбрала несколько вариантов конфет, один из которых оказался новым (точнее, ихнему бренду уже четыре года и меньше). Это были обычные конфеты, шоколадные, которые имели различные начинки: вишня, мята, орех, клубника и другие вкусные сочетания. Конечно, после покупки девушка попробовала одну такую конфету (на их обвёртках не указана начинка), и ей попалась конфета со вкусом утреннего кофе, что было необычно, однако очень приятное сочетание горького кофе со сладким шоколадом. Уверена, Кольту тоже понравится такие конфеты.       Шелли снова достала телефон, как только оказалась у трамвайной остановки. Район она знает — это неподалёку от японского квартала. Туда ехать двадцать минут. Это довольно богатое место. Некоторые архитектурные сооружения до сих пор там находятся. И откуда у тогдашнего подростка столько денег на дом в этом богатом районе? Сама девушка не из богатой семьи, поэтому без понятия, как выглядят богачи и какой у них характер. Лишь знает, что они себе ни в чём не отказывают. И всё же у него откуда-то взялись такие деньги.       Пока девушка раздумывала о том, где Кольт взял столько долларов для участка в столь дорогом месте, раздался шум колёс об рельсов. Это трамвай. Шелли тут же спрятала телефон обратно в карман своей тонкой куртки и вытянула руку, как на трассе, прося этим жестом остановится и подвести её. Ехать предстояло долго. Благо, она прихватила с собой наушники. Шелли не фанатка музыки. Она просто решила, что это отличный повод посмотреть одно из видео возлюбленного. Всё равно ехать меньше половины часа, поэтому у неё будет время хотя бы половину ролика посмотреть, если не четверть.       Введя в поисковике сайта NicKol, на самом вверху ленты предложенных вариантов увидела иконку его канала. Он здесь изображён с маской, на которой изображены острые, белые, «треугольные» зубы. Выглядел он нелепо и забавно. Ему точно двадцать было при последнем видео?       «Ну и образ!» — заулыбалась Шелли.       Она нажала на самое первое попавшееся видео в длину почти час с подписью: «Побег от Доуи и возвращение старого знакомого (недоброго)» — и в конце название игры с нумерацией видео данного прохождения. Похоже, именно про эту игру он упоминал однажды.       В самом начале заигралась заставка. Видно, что она старая, учитывая, что на ней Кольт ходил с совершенно другой маской (возможно, он это потом поменял). В конце заставки сразу появляется название канала и ролик начался. Там NicKol уже со своей «акульей» маской здоровается со своими зрителями, называя их «малышнёй» и «красавицами», что немного не в его стиле, или это его старый вид приветствия. Далее идёт прохождение, постоянные комментарии Кольта. Когда начинался диалог или монолог персонажей, он замолкал. Глаза показывали внимательность блогера. Иногда Кольт шутил, иногда так кричал, что Шелли приходилось снять один наушник с уха, дабы не слышать его вопли. Он реально испугался сцены смерти, что не сдержался. А в основном, парень делал всё необходимое для продвижения игры: бродил туда, бродил сюда, разговаривал с некоторыми персонажами, подбирал важные предметы, какие-то кассеты (только почему-то цветные, как котики на детских рисунках), которые потом просматривал… Короче, «бродилка с элементами ужастика». Даже не так — это страшилка-бродилка! Такое только детей напугать. Особенно после упоминаний NicKol про некие «эксперименты по созданию больших тел». Что это за эксперименты такие — Шелли не знает. Она только сейчас взялась просматривать видео парня.       Когда промежуток видео дошло до момента, где NicKol начал убегать от какого-то монстра, девушка заметила, что прошло чуть больше двадцати минут — а значит, она добралась до места назначения. Шелли подскочила с места и направилась в сторону водителя, чтобы сообщить автопилоту остановится на ближайшей остановке, что он, собственно, и делает. Оплатив за проест, девушка выпрыгнула с транспорта. Ещё б пару минут посидела — и проехала бы свою остановку.       Первым делом, девушка начала расспрашивать у местных про место проживания Кольта, представившись перед ними как старую знакомую, одноклассницу, которая давно не видела его после выпускного (хотя внешне не скажешь, что прошло много времени после выпускного). Одни отвечали, что не имеют понятия, где он живёт. Другие вообще не в курсе, кто такой Кольт Николас. Это понятно — людей довольно много в этом районе, всех не запомнишь.       Однако Шелли повезло. Она встретила выходящую из старомодного, двухэтажного апартамента женщину средних лет, которая узнаёт парня по имени и коротким описанием его внешнего вида. Эта женщина является его соседкой, и он живёт как раз в соседнем доме, мимо которого Шелли прошла. Соседка ещё сказала, что Кольт в этом доме живёт не один. Говорит, что это молодая девушка. Что-то девушке не понравилось в этих словах. У него есть другая? Он ведь не такой. Может, это его сестра? Шелли на это надеется.       Она поблагодарила добродушную соседку и отошла к тому дому, на которого указала женщина. Шелли сжала пакетик с конфетами в руках. Она заметно нервничает. Боится нажать на советную кнопку дверного звонка, боится постучать в дверь, а слова попросту застревали в горле. Те самые слова, которые она подготовила для встречи с любимым. Сердце сжималось в груди, по коже пробежал неприятный холодок.       Но в итоге Шелли нажала на дверной звонок. По всей улице раздался звон. Подождав три минуты, с другой стороны двери раздался женский, молодой голос:       — Вы к кому?       — Мне сказали, что здесь живёт Кольт Николас.       Некоторое время девушка за дверью промолчала.       — Я могу зайти? — спрашивает Шелли. Она смотрела исключительно на крошечную камеру на двери. Ждала ответа.       Вскоре послышались щелчки. Дверь раскрылась. Перед Шелли действительно оказалась молодая девушка. Её волосы имели рыжий цвет, почти прямые, заплетённые в небольшой и аккуратный пучок. Её глаза были карими, блестели любопытством в сторону гостьи. Середина лица покрыта тёмными веснушками от постоянных прогулок под яркими лучами солнца. Одетая она в обычный спортивный костюм из кофты и свободных штанов. Трудно было не заметить, что она нанесла лёгкий, сдержанный макияж. Особенно когда стрелки на глазах детально прорисованы. Вряд-ли она собиралась на свидание, иначе бы она одела платье вместо этого костюма. Или это временный прикид, пока девушка подготавливается к походу на встречу с кавалером — без понятия.       — Проходите, — вежливым тоном предложила она.       Шелли поблагодарила и зашла внутрь.       — Мой брат сейчас в ванной, — закрывая за гостьей дверь, объясняет девушка. — собирается на ночную смену.       «На ночную?» — удивилась Шелли, пока разувалась. А ведь Кольт твердил, что приболел и не хочет принимать гостей. Особенно девушку, чтобы не заразить.       — А Вы ему кто? — задала важный, как казалось, ней вопрос рыжая девушка.       — Да он, наверное, рассказывал.       — Его девушка?       «Девушка»… Так её называл один единственный Кольт. Он назвал её своей девушкой.       — Да, я его девушка.       Девушка с рыжими волосами направилась на кухню.       — Чай или кофе сделаете сами, — сказала она, когда включила электрический чайник. — Мне на танцы через десять минут.       Шелли лишь кивнула. Она понимала девушку. Опаздывать на любимое занятие — это почти равное предательству. Девушка тоже боялась опоздать на свои уроки и пары, но вряд-ли это можно называть любимыми. Так — необходимость, чтобы «выжить».       На втором этаже послышался шум открытия дверей, а следом за ним шлепки босых ног по деревянному полу. Кажется, это шаги Кольта.       — Братишка, подружка к тебе пришла! — крикнула своему брату на втором этаже рыжая.       — Какая ещё подружка? — послышался голос на верхнем этаже.       Эбби посмотрела на Шелли, которая высыпала половину конфет на этажерку посредине столика. Та всё слышала, улавливала тот недоумевающий и удивлённый тон любимого.       — Ну, довольно хорошенькая, — коротко прокомментировала внешность гостьи сестра. — Да и вкус у тебя неплохой: пурпурные волосы, голубые глаза, не вытянутое лицо. Но почему она така… Эй, ты куда без одежды?!       Послышался топот босых ног по лестнице. Похоже, Кольт решил спустится и самому увидеть, действительно ли это та девушка, которой наврал о своей болезни. Он едва не взлетел, как только оказался на первом этаже, чтобы увидеть гостью. Если б его сестра не сказала, что парень в ванной комнате, Шелли всё равно б это поняла. Учитывая, что тот в этом доме не один — так ещё и со своей сестрой, — он бы не стал расхаживаться по дому без трусов. Или, в данном случаи, без полотенца, прячущий всё ниже талии.       — Шелли? — ошарашенный внезапной гостьи блогер. Сразу было понятно: он был уверен, что та поверила в его байку про болезнь.       — Ну здравствуй, больной, — скрещивая руки на груди, с насмешками и сарказмом поздоровалась девушка. — Вижу, ты уже поправился. Выглядишь свежо.       Некоторое время Кольт стоял растерянно, словно увидел не девушку, с которой были в браке в виртуальном мире два года, а совершенно чужая ему особь, которая только что сказала, что беременна от него. Эбби посмотрела на своего брата. Она не понимала, в чём дело. Почему гостья сказала про болезнь, если она, Эбби, знает, что он обязан идти на работу.       — Кольт, может, для приличия, оденешься? — прервала неловкую паузу сестра. Её глаза перед этими словами опустились на полотенце, под которым кроится обнажённые бёдра. — Потому что кто перед гостем в ТАКОМ виде появляется?       Парень, будто только сейчас проснулся, только сделал короткий кивок в ответ на слова сестры, а после потопал к себе в комнату на второй этаж.       — Вы простите за моего брата, — как только послышалось, что дверь в комнату на втором этаже закрылась, обратилась Эбби к гостье. — Я не понимаю, чего он так подорвался, что одеться не стал. — Она направила свой взгляд в сторону лестницы.       — Всё хорошо, — убедительно спокойно отвечает Шелли. — Я уже привыкла к такому.       На деле же всё было иначе. Девушка, если и видела любимого голым, то его мужское имущество пряталось за размытыми пикселями. Как и её обнажённое тело для него. Да, они могли и в полотенцах ходить. Только от этого не было толка — всё равно обнажённые тела не показывались полностью.       — Ладно, я тоже пойду, — сказала сестра Кольта. — Если что, чай на верхнем шкафчике, возле холодильника.       — Спасибо, — только и ответила Шелли.       Пока парень одевался в своей комнате, девушка решает досмотреть это самое видео до конца. Уж больно ей стало любопытно, что же будет дальше.