Милашка

Не всё сразу… О да, не всё! Не сразу! И всё-таки… Прошло всего-то несколько месяцев, а ситуация зашла так далеко. Вот я сижу на скамейке вместе с мужчиной по имени Геннадий. Сорокалетний технолог, вдовец с пятилетней дочкой на руках, сидит и как молодой пацан смотрит на меня с надеждой и нетерпением. Он только что предложил мне начать серьёзные отношения. Не на свидание позвал, нет. Помилуйте! Они уже у нас были, да и сейчас четвёртое по счёту. Нет, у него теперь намерения очень взрослые, суровые. И дело, видимо, даже не в сексе, которого у нас пока не было, но Гене очень хочется. Нет. Он всерьёз хочет пригласить меня к себе в дом, предлагает стать женой и матерью. В перспективе, конечно, но намерения очевидны. Поэтому и нервничает. Сейчас не судьба очередного соития решается, но его дальнейшая жизнь. И нет, он вовсе не гей. Ну, разве что немного, не знаю как это правильно назвать… То есть год назад у него бы ко мне никаких чувств не возникло, а от самой идеи поцелуя стало тошно. Тогда. Теперь же он очень их любит, в отличие от меня. Слишком уж у него лицо колючее. Надо будет условие поставить – каждый день гладко бриться, если я соглашусь. Я как ни странно, всерьёз это обдумываю. Он знает, что я не вполне девушка, Но Гена из тех людей, с которыми важно не быть, а прослыть. Он видит меня: с длинными шикарными волосами, в красивом длинном платье с глубочайшим вырезом, в чёрных чулках и туфлях на изящной шпильке. Видит губы с красной помадой, видит красивые ресницы. Видит небольшую грудь, что вздымается под платьем. И да, ему известно, что волосы эти – парик, что грудь ненастоящая, а лицо моё без косметики не столь привлекательно (ах, тоже мне новость!). Но ещё он знает, что всё это временно. Что волосы постепенно отрастают. Да, они не будут такими же красивыми, но всё-таки ухаживаю я за ними очень тщательно. Ему известно, что я принимаю женские гормоны и антиандрогенные средства. Со временем, вместо поддельной груди будет настоящая. Такая же небольшая, но ему, кажется, хватает. Его даже не беспокоит, что мы не сможем в ближайшее время пожениться. А может и вовсе никогда: я не знаю, хочу ли ложиться под нож, а без этого… Но ему это и не нужно. Нет. А что нужно? О… ну, тут есть одно слово. Я. Ему подавай меня, а уж с кольцом на пальце или нет, это дело десятое. Так как же так получилось? Как взрослый мужчина умудрился в меня влюбиться, и почему я всерьёз думаю над его предложением? Ну… Если коротко, то это всё вина Милы. Хотя она, без сомнения, не думала, что всё зайдёт настолько далеко.   Побрить на теле все волосы – это не так страшно. Муторно, неприятно, но не страшно. Даже при том, что я ходил в зал, а там была раздевалка, душ… В сущности, я что, один такой? Нет! И чтобы это доказать, я стал наблюдать за другими мужиками. Исподволь, тайком. Подниму взгляд, осмотрю быстренько и вновь отвожу. Разумеется, этого обычно не замечали, а если и замечали, самомнение человеческое диктовало вполне очевидную причину подобного внимания: завидует, ишь как я накачался! Да, как-то так и было… А потом один всё-таки заметил, и понял совершенно неправильно. Я до сих пор не могу точно обозвать произошедшее. Вроде бы по всем признакам это был флирт. Флирт ведь включает лёгкие прикосновения, и всякое  такое? Да, наверное, включает. Только слово это как-то теряет свой смысл, когда  действие происходит в душе, и оба участника голые. Впрочем, не стоит обманываться, моё «участие» было в том, чтобы стоять с офигевшим лицом и слушать: – Не бойся, можешь посмотреть поближе! У тебя ведь тоже такое классное тело… И я не то чтобы испугался, нет. Парень-то в общем был не сильнее меня, если что отбился бы. Просто я дико удивился. Ко мне, знаете ли, до того момента мужики не приставали. Конечно же случай в душе ничем не закончился. Поняв, что у меня никаких особых намерений нет, приставала пошёл мыться дальше. А я…. Я сделал две вещи. Ну, помимо обычных: помыться, одеться, пойти домой… Уже после сделал. Я, во-первых, сменил зал, а во-вторых, рассказал о случившемся жене. – Ой, это так миленько! – воскликнула она. – Да уж, куда милее. – И ты не испугался? – Нет. – И тебе тошно не было? – Тоже вроде бы нет. – Это так миленько! Знаешь, дорогой, мне кажется, таким образом, в тебе твоя женская часть проявляется. – Какая ещё часть, Мил? Ох, зря я об этом спросил. Мне сперва пришлось выслушать долгую-долгую лекцию о природе женственности и методах её раскрытия, а потом попробовать некоторые из них на практике. Мила просто тащилась от мысли, что мы с ней куда больше похожи, чем кажется на первый взгляд. И я, к слову, мог её понять, очень легко мог. Когда мы начинали встречаться, когда она была прежней, мы реально были похожи. Внешне тоже чуть-чуть, но характером, интересами… Да, пожалуй, мы были такой вот одинаковой парой. Теперь же, когда она так сильно изменилась, это ощущение ушло. Да, взамен мы получили классный секс, куда больше откровенности и открытости, но… Всё равно не хватало этого чувства близости. Мила решила вернуть его таким образом, и я… Ну, мне ведь тоже хотелось что-то подобное испытать. Я не верил во все эти штуки с медитацией и принцип «Просто попробуй», который так рьяно проповедовали ей на тренингах. И всё-таки, почему бы и нет? Это тоже форма совместного досуга, хотя, надо признать, для семейной пары не самая типичная.   Все эти медитации вообще ни о чём. Вот серьёзно! Я с некоторым уважением отношусь к буддизму, и быть может это действие кому-то что-то да даёт, но… Там смысл был не в достижении нирваны, не в отказе от мирских страстей. Наоборот, требовалось сидеть и думать. Размышлять. Мечтать. Под тихую спокойную музыку. Причём тут развитие женственности я не очень понял. С другой стороны принцип «Просто попробуй»… Вот он сработал в самой полной мере. В сущности, Мила ожидала, что я перепробую всё, что только можно. Всё, что делала она в рамках своего тренинга. – Понимаешь, тут ведь какое дело… Что-то должно понравиться само по себе, – объясняла мне жена. – А что-то, так сказать, эффектом. Вот, например каблуки. Ходить на них неудобно, но ноги выглядят так классно! О да, тут она была права. Каблуки я тоже попробовал. Каблуки, юбки, платья…  А в конечном счёте даже кое-что не имеющее к внешности никакого отношения. Хотя нет, вру. С надетым страпоном Мила выглядела очень классно и эффектно. Просто попробуй, да? Ну, делать минет искусственному члену – это так себе удовольствие. Какой кайф сосать кусок… даже не знаю, что это. Какой-то пластик особый, мягкий? В общем, мне не понравилось. Зато применение его для другой цели… Ох, это было больно, но… То ли я хорошо подготовился, то ли из-за той самой нащупанной женственности внутри, я получил странное и ни на что непохожее удовольствие. И про женственность – это не шутка и не преувеличение. После опыта смены ролей моё отношение к прочим экспериментам резко изменилось. Все эти каблуки и юбки стали ощущаться по-другому. Раньше они доставляли мне определённое эстетическое удовольствие. При условии, что надевал я их с париком, ибо свои волосы никак для подобных нарядов не подходили. Зато с длинными я смотрелся реально классно. Однако на этом и всё. Никакого чувства собственной женственности я не ощущал. Зато после первого опыта я вдруг осознал, что мне очень приятно одеваться во все эти юбки, приятно ощущать женские трусики на гениталиях. Я смотрел в зеркало, и меня брала досада за отсутствие груди. Хотелось примерить что-то ещё, что-то очень классное. Хотелось стать ещё красивее, приблизиться к женскому идеалу. Во мне проснулась настоящая девушка, и девушка эта принялась захватывать мой внутренний мир с небывалой решительностью. Она требовала всё больше и больше. И вот наступает момент, и ты понимаешь, что одних только нарядом тебе недостаточно. Ты хочешь большего. Хочешь перемен на физиологическом уровне. Тебя уже не устраивают фальшивые накладные груди, тебе хочется настоящие волосы, а не парик. Больше того, ты хочешь признания. Хочешь, чтобы в тебе увидели девушку, чтобы перестали видеть парня. Обо всём этом я рассказал Миле. Надо сказать, риск был очень серьёзный, в тот момент она всё ещё воспринимала мои изменения в духе обычного, хоть и зашедшего слишком далеко, хобби. Ну и как может отреагировать девушка, услышав: – Я думаю… Я хочу принимать женские гормоны. Я хочу быть женщиной! Она могла разорвать всяческие отношения, подать на развод. Могла поставить ультиматум: мол, одеваться-то одевайся милый, но никаких гормонов! Однако моя жена хоть и была удивлена, ничего плохого не сказала. Ей понадобилось некоторое время, чтобы переварить эту новость, но потом она меня всё-таки поддержала. Даже при том, что наша половая жизнь при этом стала бы куда как хуже. – Ой, да подумаешь! – отмахивалась она, хотя немного горечи в её словах имелось. – Купим ещё страпон. Или несколько. Знаешь, это может быть очень интересно… – Мил, ты уверена, что всё нормально? Знаю, это доставит много проблем… – Я уверена, милый. Я готова. Тебе, наверное, новая работа понадобится… – Со временем. – Ничего, мы справимся! Кстати, раз уж об этом зашла речь… А ты с… сама уверена, что хочешь этого «Мы»? – Мил? – Ну, может тебе с мужчиной лучше будет. – Не думаю. – И даже попробовать не хочешь? – Угу, просто жажду. Сейчас вот вызову проститута, и… – Я же не об этом. Можно же просто сходить на свидание. Только не говори, что боишься. – Не боюсь. Просто это будет нечестно по отношению к тебе. – Но я тебе разрешаю! – горячо заявила Мила. – И потом… Ах, какие интересные подробности выясняются. Оказывается моя дорогая жена за моей спиной ходила с другим мужчиной на свидание. Не то чтобы она очень хотела, но таково было требование тренинга. Просто попробуй! Вдруг твоя вторая половинка вовсе и не твоя! Мила попробовала, и ей не понравилось. Теперь же она предложила попробовать мне. С её старым знакомым, коллегой с прошлой работы, неким Геннадием.   – Я буду себя сволочь чувствовать, скрывая… – А скрывать мы ничего и не будем. Я скажу как есть. – И что, он согласиться? – Ну, пару хитростей я применю… Покажу пару фоток, потом скажу, что есть проблемка… Просто поверь, он будет не против. – Ладно, Мил. Давай попробуем. Но если это плохо кончится, виновата будешь ты. – Согласна!   Со свиданиями вышло неловко. Во-первых, как оказалось, я отправился на свидание с тем же самым мужчиной, с которым сходила на него Мила. Но это ладно. Бог даже с той неловкостью, которую мы оба испытывали при встрече. Она полностью компенсировалась тем восторгом, что я испытал от того, что окружающие видели во мне девушку. Нет, проблема была в другом. Я, в общем-то, совершенно случайно согласился на второе свидание. В своё оправдание сказать могу, что приглашение было ну ооочень завуалированным. – Надо будет ещё как-нибудь встретиться, пообщаться, – сказал мне с улыбкой Геннадий, когда мы прощались. Уже потом Мила объяснила мне, что это было приглашение на новую встречу. Я, было, собрался позвонить, отказаться, но жена настояла, чтобы встреча сия состоялась. – Наверное, в этом что-то есть. Ты не просто так согласилась. – Это обычное недопонимание! – Вот если так, то иди и объяснись! – велела мне Мила. И да, я объяснился. Только вот второе свидание вышло каким-то особо прикольным, а на третьем… В общем, мы поцеловались, и между нами определённо возникло напряжение вполне интимного характера. Не любовь, нет. Во всяком случае, с моей стороны. Но оно было, и я почитал крайне бесчестным умолчать об этом перед Милой. Да и не только я, кажется. Провожая меня на четвёртое, жена, как всегда улыбалась, но как-то не так. И вообще, уже пару дней была какой-то задумчивой, рассеянной. Уже услышав заветные слова я понял –  Геннадий обсудил-таки с ней свои намерения до того, как делать предложение. И Мила знала, куда я иду. Знала, и не попыталась остановить… Она могла бы сказать мне, и ничего бы этого не было…   Но оно есть, и эффект неожиданности сделал своё дело. В груди моей возгорелись желания. Нет, не какие-то большие и светлые чувства к Геннадию. Он… Ну, неплохой. Целоваться с ним, если бы не щетина, было бы даже  приятно. Но привлекает меня не он, а та возможность, те роли, что я жажду вопреки природе. Быть женой. Быть мамой. Прожить свою жизнь как любая другая женщина. И для этого нужно всего лишь сказать: «Да». Всего лишь расстаться с Милой. Решение далось мне очень нелегко, и перед тем как дать ответ, пришлось долго-долго собираться с духом. Глубокий вдох. Типичный мужской двоих, от живота, а не от груди. Слишком нервничаю, чтобы думать о том, как это выглядит, привычка берёт своё. Открываю рот, и снова закрываю. Решимость накатывает волной. Сейчас! – Я…