Похоронных дел мастера

      Сухие ветки полыхали в костре,  в казане, подвешенном над огнём, кипела уха. Артем взял горящее полено, погасил его прямо в котелке и объявил: — Готово.       Олег, сидя на раскладном стуле и нарезая салат в миску, усомнился: — Ты уверен, что такое можно есть? — Уверен, это моя карательная кулинария, — с намёком на шутку ответил Артем, но его лицо осталось серьёзным. — Что тебя побудило отправиться на кемпинг со мной? Ты же хотел поехать с Ваней, — заметил Олег.       Артем, снимая казанок с огня, спокойно ответил: — Он у родителей… с ним. — До сих пор не могу поверить, что Вара вернулся. Я был в шоке, когда они вдвоем появились у меня на пороге, — задумчиво произнёс Олег, разрезая помидор. — Не хочешь узнать, о чём шла речь? — Не особо, — ответил Артем, чувствуя, как сердце вновь сжимается от невидимой боли. — Тёма, зачем ты сказал им, что мы спим вместе? — тихо спросил Олег, внимательно глядя на него.       Артем, поставив казан на деревянную доску, лежащую на траве, опустил голову, а затем тихо проговорил: — Прости… Я был расстроен. И за то, что отправил тогда Ивана наверх, тоже прости. — Эх, дурашка, давно нужно было всё рассказать. Забудь, это моя вина, — с грустью произнёс Олег. — Вара просто спросил, серьезно ли у нас всё или нет. А Иван сразу взорвался, злобно глядя на меня. Сказал, если узнает, что мы снова спим вместе, задушит меня собственными руками. Теперь он уверен: я тебя совратил.       Олег тяжело вздохнул. — Ах, ты какой совращенец, — уже с улыбкой отозвался Артем. — Олег, да ты не так понял. Иван не из-за этого  включил свой орал.  Его ревность съела — такого красавчика, как ты, упустить. — Хватит нести чушь, — строго перебил Олег. — Я нарезал салат. Давай поставим палатку.       Артем вытащил большую сумку из своего внедорожника, и они принялись за дело. Через некоторое время на поляне, недалеко от небольшой речушки, уже возвышалась удобная палатка с гостиной и двумя спальными секциями, имеющая два входа-выхода. Окна были защищены противомоскитной сеткой и светозащитными шторами. — Неплохой сарайчик, — оценил Артем, потирая подбородок. — Я недавно её по каталогу приобрёл, ещё ни разу не раскладывал. — Давай надуем матрасы, а то я устал, хочется поваляться, — предложил Олег. — Ты точно решил спать в отдельной опочивальне? — с улыбкой поинтересовался Артем. — Так сильно боишься Моржа? — Тёма, давай честно: ни ты, ни я сейчас не настроены на секс. А делать что-то, чтобы заглушить боль, — это просто глупо, — сказал Олег. — Твои глаза такие грустные... Я готов сам позвонить Вахре, лишь бы ты снова стал тем весёлым Артемом, которого я знаю. — Даже не вздумай. Через две недели он уедет, — пробурчал Артем, занося сложенный матрас и насос в палатку. Положив их на пол, он выпрямился, прижал руку к сердцу и начал декламировать стих: “…И, пробудясь от первого испугу, Мы не нашли былой к нему любви И разошлись в раздумии по лугу, Сказав: «Плыви, в беде не спасший Ругу, Дубовый бог! Плыви себе, плыви!” — Но ведь он тебя спас, — возразил Олег. — И твои чувства к нему сильны. Ты просто обиженный мальчишка, который боится в этом признаться. — Ой, кто бы говорил, — с иронией ответил Артем. — Чайник на огонь ставь, пока костер не погас. — А автомобильный тебя не устраивает? — спросил Олег. — Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках, — усмехнулся Артем. — Я еще и яичницу с сосисками приготовлю. Поешь нормальной человеческой еды, а не этих твоих фуагагаров и тирамисуков, — добавил он, намеренно искажая слова.       Олег хохотнул и отправился за чайником.       Внезапно Артем заметил, как черный внедорожник подъехал к его машине.       "Почему я вообще сказал Моржу, куда собираюсь?.. Может, в глубине души надеялся, что Вара приедет с ним", — мелькнула у него в голове мысль.       Олег, выходя из палатки с чайником в руках, остановился, увидев машину.       В этот момент из автомобиля вышли Иван и Вара, одетые в спортивные костюмы. Артем не смог удержаться: — Мать моя женщина, двое учителей физкультуры пожаловали, — с сарказмом прокомментировал он.       Вара не остался в долгу. — Упал и отжался, - бросил он, буравя взглядом мужчину.       Артем улыбнулся, глядя на Вару, затем отвел взгляд и, неосознанно, облизнул губы.       "Все тот же Вара, только теперь менее хмурый и более разговорчивый", —подумал Артем, чувствуя как сердце стучит быстрее. — Решили порыбачить с нами? — с легким волнением в голосе спросил Олег. — Да, — коротко ответил Иван, подходя ближе. — И заодно проверить, спим ли мы отдельно или предаемся разврату? — не удержался Артем от едкого вопроса.       Олег замер, застыв с чайником в руках. Иван хмуро промолчал. — Смотрю, язык у тебя по-прежнему острый, — заметил Вара, приближаясь. — Лучше помоги поставить еще одну палатку.       Артем вспыхнул, его боль рвалась наружу. Ему хотелось вывести Вару из равновесия, как когда-то, лишь бы тот перестал быть таким холодным. — Зачем? — с вызовом спросил Артем. — У меня в палатке две спальни: в одной будете спать вы, а я с...       Но Вара перебил его: — Если не угомонишься, будешь спать с комарами на свежем воздухе и с кляпом во рту, — бросил он, смотря исподлобья.       "Я бы предпочел другое держать во рту, то, что у тебя в штанах, дядя Вара", - чуть не ляпнул Артем.       Но, осознав, о чем подумал, смутился, щеки запылали, и он поспешно отвел взгляд. — Я приготовил поесть, мы с Олегом голодные, — сказал Артем, стремясь сменить тему. — А мы привезли пирожков от матушки и булочек. Кстати, Тёма, она расстроилась, что ты не приехал, и ждет тебя завтра, — с добродушием отозвался Иван. Потом он принюхался и заглянул в казан. — Если честно, я бы сейчас с удовольствием навернул ухи. — Тогда давайте сначала поставим палатку, а потом поедим, — предложил Олег.       Когда они вчетвером сидели у костра, началась оживленная беседа. Иван с удовольствием вспоминал, как в юности с Варой и Женей они любили рыбачить, и, разводя руками, показывал, каких больших рыбин им удавалось поймать.       Артем подумал с удивлением: "Раньше при Вахре Женю не упоминали — он расстраивался и уходил. А сейчас сидит спокойно, даже комментирует, задает вопросы про бизнес, про мою жизнь... Я не знал такого Вару..." — Дядя Вара, где ты сейчас обитаешь? — поинтересовался Артем, попивая вино, которое привез Вара. — Посмотри на бутылку, и сам все поймешь, — ответил мужчина с хитрой улыбкой.       Артем взял бутылку в руки и прочитал: — Брунелло ди Монтальчино, Италия.       Его глаза удивленно распахнулись. — Дядя Вара, так ты теперь горячий итальянский мачо? Мадонна Миа!       Вара хмыкнул, взглянул на Артема и произнес фразу на итальянском, но Артем не понял ни слова. — А я то думаю, почему Вара такой разговорчивый, — вмешался Олег. — Оказывается он понабрался у итальянцев.  —Есть такое, — ответил Вара, крутя ножку бокала в пальцах. — Они довольно шумные. Для них громкий смех, повышенный тон, энергичная жестикуляция, привычка при разговоре постоянно касаться собеседника, целования при встречах и прощаниях — вполне нормальное явление. Обсуждение за столом менопаузы у тетушки Риты или простатита у дядюшки Бернардо никого не смущает. И еще они редко пьют чай. В первый раз, когда я попросил чай у знакомых, они удивились и спросили, не заболел ли я. Там предпочитают кофе или вино. — И где ты работаешь, дядя Вара? — спросил Артем, чувствуя досаду.       Он нигде не успел побывать, кроме Турции, и ему не было чего рассказать. Вара нахмурился и промолчал.       "Вара действительно изменился… Он прав, я совсем не знаю его как друга, любовника, даже как человека… Он остался для меня далеким дядечкой, а сейчас я стал еще дальше от него. У него своя жизнь, возможно, есть партнер или возлюбленный… А вдруг он вообще женился…" — терзал себя Артем. — Небольшой бизнес, — ответил Вара уклончиво. — И если честно, я живу в Италии довольно уединенно, хотя работа требует большего общения. Заставить итальянцев работать бывает непросто. Им неведомо слово «пунктуальность». Скандал могут учинить даже мужчины, которые, проявив слезы, через пять минут уже улыбаются и обнимают тебя. Для меня это было большим удивлением; я думал, что так умеет делать только Тёма, — подтрунил Вара, бросив взгляд на молодого человека.       Артем насупился. — Тёма просто эмоциональный, но очень добрый и ласковый, — защитил его Олег.       И сразу же прикусил губу, потому что Иван посмотрел с такой яростью, его лицо напоминало человека, собиравшегося кого-то убить. — Ну до итальянцев ему все равно далеко, — констатировал Вара. — Я скажу, что многие мужчины довольно несамостоятельны до 40 лет и живут с родителями. Если мы, например, думаем о заработке или ремонте, у итальянца моего возраста в голове такие мысли: "Может, пойти в бар выпить капучино? Или заказать паппарделле?.. Во сколько мы с коллегами едем есть пасту?.. Надо забронировать столик. Когда у меня последний раз был секс?.. Мария хороша, кажется, я влюбился… Позвоню ей… А она понравится моей маме?" — Нет, я точно не такой, — отозвался Артем.       Вара улыбнулся и вдруг спросил: — Ты взял гитару? — Да, — ответил Артем. — Тогда тащи её, сыграю вам что-нибудь, — предложил Вара. — Дядя Вара, ты умеешь? — ошарашенно спросил Артем, ставя бокал на раскладной столик. — Еще как, — ответил Вара.       Артем принёс гитару, и Вара, взяв её в руки, начал перебирать струны. Полилась лиричная, негромкая мелодия, в которой звучали глубокие и тёплые аккорды, характерные для итальянских романсов. Тонкие струны под пальцами Вары испускали мягкие и трепетные ноты, создавая атмосферу нежности и тоски. В каждом аккорде чувствовалась лёгкость и грация, словно сама мелодия рассказывала историю о любви и утрате. Артем, затаив дыхание, наблюдал за проворными пальцами, заворожённый красотой исполнения. Когда мелодия закончилась, Артем вздохнул. — А спеть? — поинтересовался Олег. — Мне медведь ухо притоптал, не особо хорошо пою, — признался Вара. — Тогда пусть Артем споёт, у него отлично получается, — предложил Иван.       Вара передал гитару Артему и сказал: — А ну давай, посмотрим, чему ты научился.       Артем с готовностью принял вызов, взял гитару и хитро спросил: — Спеть романс “Калитка”? — Нет! — в один голос воскликнули Олег и Иван. — А что не так? — удивлённо спросил Вара, глядя на мужчин. — Ээээ... — потянул Иван.       Олег нашёлся быстрее: — Просто когда Артем поёт фразу “Кружева на головку надень…” и при этом подмигивает и пошло указывает взглядом на область ширинки, то слушать романс становится трудно — всё время ржёшь как конь, — пояснил он.       Вара расхохотался и посмотрел на Артема. — Мелкий пакостник, — добродушно сказал он.       От тона Вары у Артема по спине пробежали мурашки, и он уставился на гитару. — Ладно-ладно, сыграю что-нибудь другое, — ответил Артем.       Он поднял глаза, тепло улыбнулся Вахре, а затем начал играть и петь старый романс. Его чистый голос разносился по округе, и песня проникала прямо в сердца присутствующих: “Жалобно стонет ветер осенний, Листья кружатся поблекшие. Сердце наполнилось чувством томления, Вспомнились ласки ушедшие. Вспомнились ночи былые веселые, Нежные речи приветные. Очи лазурные, рученьки белые, Ласки любви бесконечные. Всё, что когда-то, любил беззаветно я, Всё, во что верилось мне, Все эти  речи и чувства приветные Были лишь грёзы одне. Грёзы, так что же к чему пробуждение Осень и холод, и тьма; Ужель исчезла пора увлечения, Счастье, любовь без ума. Но неужели прошли те дни счастия И суждено мне судьбой  Жить без любви и без слова участия Жить  моей старой тоской!”         Артем закончил петь, заглушил ладонью струны и поднял глаза, наполненные слезами, глядя на Вару. Его губы дрожали. Вара отвел взгляд, встал, достал пачку сигарет из кармана и закурил. — Ты же бросил, — удивился Иван. — А вот захотелось, — мрачно ответил Вара. — Вара, у тебя есть фотографии из Италии? Может, покажешь? — спросил Олег, явно пытаясь разрядить обстановку. — Да, покажи, Вара, — поддержал Иван. — Ты же взял с собой ноутбук. Вара живет в регионе Тоскана, у него настоящее поместье с сельхозугодьями. Это и есть его бизнес. Я ему помогал деньгами в начале, — похвастался Иван.       Артем прислонил гитару к столу, рот его приоткрылся от удивления. — Сельхозугодья? — ошеломленно спросил он. — Да, — довольно продолжил Иван. — Это неземная красота: фруктовый сад, оливковая роща, теплицы и грядки с овощами, даже небольшая перепелиная ферма. А еще пруд. — Иван! — резко воскликнул Вара, потом взглянул на Артема, который побледнел как полотно, затем налил себе в бокал вина и выпил залпом. — Я что-то не так сказал? — недоуменно поинтересовался Иван. — Да! — воскликнул Вара. — Нет, — одновременно с ним промолвил Артем, затем посмотрел на Вару и сказал: — Дядя Вара, неси же ноутбук. — Тёма… — начал Вара.       Но Артем улыбнулся и промолвил: — Все хорошо, дядя Вара, мне самому очень интересно увидеть, как выглядит фермерская мечта.       «Моя мечта… то, о чем я грезил заниматься вместе с ним, а он вычеркнул меня из этой мечты», — горько подумал Артем.       Вара вздохнул, притушил сигарету пальцами и, неохотно, пошел за ноутбуком.