Лунное затмение

Холодный воздух рассекла стрела, будто порвав тонкую плёнку, и вонзилась в неглубокий снег, утонув в нём и оставив небольшое углубление. Кабан, которому эта стрела предназначалась, навострил уши и стремглав помчался куда-то в лес, оставляя на залежалом снегу чёткие следы своих копыт. Кай, на бегу подобрав стрелу, которая от попадания в снег не пострадала, помчался за ним, то и дело перепрыгивая через пни и стволы поваленных деревьев, покрытые узорными одёжками из инея. «Не уйдёшь, - произнёс он у себя в мыслях и поднырнул под очередную ветку, норовившую зацепиться за капюшон его шубки.» Он знал этот лес лучше, чем кто-либо другой, ведь охотился в нём с детства, а прожил ещё дольше, чем себя помнил, потому почти не переживал о том, что животное может удрать от него — не может, он знал. Внезапно ему на голову упала горсть снега, но он лишь провёл рукой по маске, что бы снег не забился в прорези для глаз и носа, продолжая бежать следом за обезумевшим животным. Чтобы снег не падал на лицо с меха на капюшоне и парень снял его, позволяя волосам вывалиться наружу. Теперь у него за спиной развивалась толстая косичка, достающая ему почти до колен, и которая тут же намокла от снега на капюшоне. Он таял и леденил кожу на шее, приятно отрезвляя. Увернувшись от очередной толстой ветки, юноша резко затормозил, оставив на снегу небольшие следы скольжения, и уставился на переставшего визжать и убегать кабана. Он, вероятно решив, что хватит с него пустой беготни, развернулся к охотнику лицом и приопустил голову к земле, показывая, что настроен агрессивно и готов напасть. Увидев это выражение морды, Кай на секунду замешкался. Лезть на дерево — не успеет. Стрелять — тоже. А бежать обратно нет смысла, иначе зачем он за ним гнался? Но и зверь его так просто не отпустит. Сориентировавшись, он схватился за рукоять ножа как раз в тот момент, когда кабан, с очередным диким визгом бросился на него, намереваясь показать, кто здесь хозяин. Охотник был готов и к этому — когда до его ног кабану оставалось пара метров, он сделал резкое движение в сторону, падая на снег. Огромная туша кабана не смогла бы затормозить так быстро и Кай это знал, без промедления вонзая нож в толстую кожу, покрытую мехом, по самую рукоять. Животное оглушительно взвизгнуло и юноша быстро перекатился в сторону, что бы его тело не рухнуло на него. Поднявшись со снега, Кай вытянул нож обратно и гордо осмотрел свою добычу, после чего поднял маску почти до лба и громко свистнул. В почти гробовой тишине зимнего леса, разрываемого лишь падением снега с веток деревьев, этот звук казался таким громким, будто его услышали далеко за пределами горы. Но этот звук был предназначен не для того, что бы напугать не впавшее в спячку зверьё, а для того, что бы позвать отца. В ответ он свистнул один короткий раз и вскоре неподалёку послышались его шаги, точнее хруст снега, под его зимними ботинками. Он, в отличие от сына, носил маску не постоянно, а только когда каждый год выходил в город, поэтому Каю было чётко видно его лицо, излучающее недовольство. - Ты мог справиться с ним гораздо быстрее, там, у реки, вместо того, что бы тратить время и силы на глупую беготню, - недовольно сказал он, подходя к отпрыску. - Но я ведь поймал его, пап, - с долей самодовольства произнёс юноша, доставая верёвку на примере отца. Отец не часто хвалил его, а потому подобные замечания можно было не принимать на свой счёт. - Ты бы мог и не ловить его, а просто подстрелить, - продолжал ворчать мужчина, склонившись над тушей, что бы связать её передние ноги, пока Кай связывал задние и прилаживал их к огромной палке, которую отец принёс с собой. Кабан оказался даже чуть тяжелее, чем выглядел, но парень быстро справился с тем, что бы закинут задний конец палки себе на плечо. - Ты же знаешь, «глупая беготня» единственное моё развлечение здесь, когда за мной не охотятся, - проговорил он и опустил маску обратно, пока отец брал передний конец палки удобнее. - Это не значит, что нужно каждую охоту превращать в игру, - строго возразил отец, пыхтя под тяжестью туши. Из-за этого у Кая в голове мелькнула мысль, что ни что в этом мире не способно остановить его отца от нравоучений — даже тяжёлая ветка на плече. Вслушиваясь в мягкий хруст снега под их ногами, юноша направился вслед за отцом ниже по склону холма, чувствуя, как туша на палке покачивается. В какой то момент блужданий по пустому сознанию он заметил, что пялится в затылок отцу. На его висках виднелась отчётливая седина и, пусть фиры стареют очень медленно, она нагоняла какую то необычную ностальгическую тоскую и горечь. Он чётко помнил, как эти седые локоны появились у него на голове — это случилось по его вине, когда Кая поймали жители города. Тогда отец сказал, что сильно испугался и у него появились эти белёсые пряди, напоминающие о том, чем может обернуться нарушение отцовских запретов. Он тогда испугался на слабее его, но почему-то его волосы остались такими же древесно-чёрными, как и были всегда. После того случая отец очень сильно на него ругался и сказал больше никогда в деревню не спускаться. И он послушал, больше не допуская мысли о том, что бы приблизиться в границе леса и деревни, которая за десять лет разрослась в город. Внезапно Кай услышал хлопок где-то справа, остановился и уставился в небо. Там, над городом взорвалось несколько дневных огней — люди запускали их в один и тот же день, окрашивая, каким то цветным порошком из этих штук, свою территорию. Это казалось юноше странным, ведь порошок могло легко унести ветром, но он решил, что так люди показывают своё превосходство и силу, а каждый цвет наверняка символизирует то, в чём они сильны, но он не понимает что это. Заметив, что он остановился и чуть не уронив палку, отец недоумённо обернулся через плечо, не занятое тушей кабана. - Не стой столбом, - произнёс он, заставляя сына повернуть к нему голову и вспомнить, что он не один. Парень чуть поудобнее перехватил свой конец палки и продолжил идти, смотря на широкую спину отца. Выдыхаемый сквозь маску пар был похож на облака, которые затянули собой небо, знаменуя скорее начало весны — завтра будет первый её день. Но так же завтра начало нового года, а значит люди из города вновь будут на него охотиться. Так уже последние десять лет продолжается и… Внезапно отец остановился посреди поляны, недалеко от которой был спуск к их дому, и уставился куда-то себе под ноги. От такого резкого прекращения движения Кай чуть не уронил тушу кабана, которую ему стоило усилий удержать на весу и не уронить в снег. - Пап, ты чего? — поинтересовался он удивлённо. Отец не ответил. Кажется, даже дышать перестал. — Пап? — с беспокойством повторил парень и собирался уже было коснуться его рукой, как в то, на что так сосредоточенно смотрел отец, попала неровная неуклюже сделанная стрела. «Неужели сегодня? — пронеслось в его голове.» Следующая стрела просвистела рядом с ногой отца, а тот будто даже ухом не повёл, стоял и смотрел на что-то у себя под ногами, будто заворожённый. - Папа, уходи отсюда! - обеспокоенным тоном воскликнул Кай и увернулся от ещё одной стрелы, бросив кабана в снег. — Пап, бросай кабана и уходи домой, мы потом за ним вернёмся, - вновь попытался сказал он, оглядываясь по сторонам на приближающихся охотников. Ответа от отца так и не последовало, но кабана он таки бросил, а Кай сорвался с места в противоположную от охотников сторону. В голове сразу запульсировала целая куча вопросов, которые останутся без должного ответа пока будет идти охота. Особенно большое количество вопросов и беспокойство вызывало поведение отца. Они носили разные шубки — он чёрную, Кай бурую — и их нельзя было спутать, но от мысли, что шальная стрела ранит его, хотелось спрятаться подальше и больше никогда такое не представлять. Да, и, что он такого увидел на снегу, что заставило его забыть обо всём, что происходит вокруг? Не может же быть такого, что он просто так замер и не реагировал. А, может и может. Он уже несколько лет слегка дёрганный и, будто пугливый заяц, может вздрогнуть даже от того, как к нему обратились. На охоте этого особо не видно, но был один случай, когда отец чуть не бросил в него нож от испуга, когда юноша просто подошёл к нему что-то спросить. И этот взгляд. Мимолётная искра в его карих глазах, где можно увидеть и страх и ненависть одновременно. Начало темнеть. Сумерки пробили тучи у горизонта и теперь окрашивали их в серо-оранжевые тона. Снег, местами окрашенный красками дневных огней, которые принёс сюда ветер, мелькал то тут то там, а мысли о случившемся недопонимании на поляне заставляли беспокоиться. Из-за этого лес казался незнакомым, таящим в себе что-то ранее невиданное. И пусть юноше не удалось увидеть лицо отца, пока он стоял спиной, нечто внутри него говорило о эмоции, которую отец бы не хотел показать ему. Стрелы всё так же продолжали лететь в его сторону, давая понять куда уворачиваться своим свистом. Охотники что-то кричали ему вслед, но Кай не слушал и лишь бежал вперёд, перепрыгивая корни, спрятанные под снегом. Эти догонялки были ежегодной привилегией горожан и юноша уже привык к своей неуловимости, но внезапно лодыжку пронзила боль, а мир перевернулся с ног на голову. В буквальном смысле. Кай угодил ногой в ловушку — непростительная оплошность из-за которой он теперь висел вниз головой, смотря на силуэты приближающихся охотников. Пульс ударил в уши так сильно, что он чуть не оглушил его. Нож выскользнул из чехла, но парню удалось его поймать и согнуться так, что бы достать до скованной ноги. Разрезать верёвку оказалось не трудно, потому что она была тонкой и без этого с трудом удерживала его вес, однако этих секунд промедления хватило на то, что бы охотники и его догнали и начали стрелять из луков. После свиста десятка стрел предплечье прожгло болью и Кай свалился на снег, на удивление приземлившись удачно, вскочил на ноги и побежал дальше. Рана болела, но бывало и гораздо хуже, потому парень сжал зубы и продолжал бежать, в поисках укрытия. И оно нашлось — пещера. Кай знал о том, что она здесь есть, но обходил стороной думая, что там живёт медведь или волк, который загрыз бы его, если бы захотел. - Тут кровь! Я его подстрелил! — крикнул кто-то из охотников сзади, после чего послышались одобрительные крики остальной стаи. Юноша съехал по склону вниз, проехал подошвами сапогов по льду, покрывшему реку, после чего пробежал ещё пару метров и заскочил в небольшую, к счастью пустую, пещеру, чуть не упав при этом в небольшой сугроб перед ней. От адреналина в крови холодный вечерний воздух пульсировал в лёгких, из-за чего становилось трудно дышать. Глаза слезились от скорости бега и Каю понадобилось время, что бы сморгнуть горячие слезинки. Когда ему это удалось, он стянул маску и сунул в рот перчатку, что бы заглушить свою одышку. В следующий момент его на секунду ослепила боль, выдернутой из плеча стрелы. Кровь могла привлечь охотников, но рана оказалась не глубокой и её было совсем не много — слабо подстрелили, охотнички. Ещё и стрелы кривые, как крылья у горного конька. Раздражённо выдохнув пар сквозь перчатку, парень перевязал руку выше раны, одел перчатку на руку и уставился на замёрзшую речку. Голоса охотников слышались уже совсем близко и внутри всё сжалось от напряжения, так же как и пальцы, так и не выпустившие рукоять ножа. - Следы ведут сюда! — воскликнул чей-то голос, заставляя Кая затаить дыхание и прижаться спиной к стенке пещеры будто в попытке слиться с ней. Слышатся шаги, хрустящие по снегу. Вот они — идут — и юноша сжимает нож так, что костяшки побелели под перчаткой. Вот по склону спускается первый охотник и направляется по следам на рыхлом и не тронутом здесь снегу. Однако внезапно поднимается ветер, скрывающий силуэты охотников и самого Кая от их глаз. Всё, что можно было увидеть за пределами пещеры, теперь скрывает белая пелена снега. Но всё равно будто чувствуется чьё-то присутствие. Присутствие чего то необычного…Не похожего на человека. Только Кай задался вопросом, потеряли ли его охотники, как метель слегка стихла и снег начал медленно падать, мягко ложась обратно на землю. Ни следов, ни охотников. Лишь белые цветы, каких юноша раньше здесь не видел, а рядом какое то животное. Заметив его, парень вздрогнул и приготовился к тому, что оно нападёт на него за то, что он занял его пещеру. Но ничего не случилось. Животное, кажущееся светящимся на фоне полумрака заката, по прежнему сидело рядом с невиданными белыми цветами и размахивало пушистым хвостом...Хвостами? Кай прищурился и заметил ещё одну странность: у животного были закрыты глаза. И окрас был вовсе не типичный для лисы. Если это лиса. Животное напоминало её формой морды, однако окрас был, мягко говоря, странным — шерсть жёлтого, почти оранжевого оттенка, однако на ней располагались белые узоры, похожие на созвездия, о которых рассказывал отец, и которые сходились к морде. На ней, на самой макушке, была какая то точка, такого же белого цвета. Животное, у которого нет глаз или есть, но плохо видящие, не смогло бы долго прожить в лесу за неспособностью охотиться, но лисица казалась довольно крупной и даже не имела ран на морде, из-за которых у неё могло не быть глаз. Просто… лиса. Которая сидит и будто смотрит ему в душу. С закрытыми глазами смотрит и не шевелится. Кай опустил глаза на цветы. Они походили на подснежники — белые, словно снег, и выделяющиеся на его фоне только зелёными стеблями. Вот только стебли эти были покрыты шипами, а сами цветы были гораздо больше и пышнее. Розы. Промелькнуло в сознании. Юноша даже испугался, ведь такого слова ему отец не рассказывал и знать это название ему было больше неоткуда. Сколько себя помнит отец рассказывал только том, какие травы и ягоды лучше не есть, но цветы… Переведя непонимающий взгляд обратно на лисицу, Кай вновь вздрогнул и похолодел изнутри. Она смотрела на него. Лиса открыла глаза и смотрела на него, будто пытаясь что-то сказать. Глаза у неё были такие светлые, что едва можно было различить голубой цвет в радужке, но он всё-таки был. Чистый, словно вода в реке или небо над головой. А взгляд будто живой и человечный. Внезапно лисица поднялась на лапы и взмахнула своими хвостами, которых Кай насчитал восемь. Она сделала несколько прыжков по снегу, не оставив следов, и снова обернулась к нему, пока он смотрел на неё, потеряв дар речи. Все мысли вылетели из головы и даже боль в руке почти не чувствовалась. За то промелькнула кристально чистое желание — поймать. Ему захотелось схватить лисицу и принести её отцу, что бы показать, на что он способен. Шкура наверняка жутко тёплая, а мясо вкусное. Внезапно весь мир вокруг сузился до одной точки — цели, которую нужно поймать. На подкорке сознания возник вопрос, разумно ли охотиться на кого то, пока ты сам мишень, но он был благополучно проигнорирован и отброшен в дальний уголок. Видимо почувствовав, как изменились намерения Кая, лисица сорвалась с места махнув хвостами, и понеслась куда то вперёд. Парень вцепился здоровой рукой в рукоять ножа и помчался следом, не теряя из виду пушистый веер. Рядом с ухом пролетела стрела и на грани сознания мелькнула мысль о том, что охотники не успели уйти далеко. От следующих нескольких стрел он увернулся, едва различая голоса охотников позади. Они вскоре вовсе стихли и перестали беспокоить почти не соображающее сознание. Была лишь одна цель — пушистый хвост впереди, несущийся куда-то вниз по склону. Внезапно этот самый хвост ринулся куда-то влево и пропал, но Кай не смог так быстро сориентироваться, а потому упал в сугроб и ударился обо что-то головой. Место ушиба отдалось неприятной болью и отрезвило, вновь заставив мысли роиться в голове словно пчёлы. Именно быстрый поток этих мыслей помог парню определиться где он и что происходит. А находился он на окраине Дарквуда — города откуда по его душу приходили охотники последние десять лет. Напротив стояла какая то коробка, в которую, видимо, и припечатался головой Кай, когда упал. Он сидел в снегу и не понимал, как мог тут оказаться, ведь пещера находилась чуть ли не на другой стороне горы. Он не на столько быстро бегает, что бы оказаться здесь. И куда делась лиса? Она же не могла просто взять и исчезнуть? Поднявшись на ноги, Кай обнаружил, что оставил маску в пещере. Теперь его лицо обдувал прохладный ветер, а снег на лице больно покалывал бледную кожу. В Дарквуде он не был ни разу с тех самых пор и он не питал особого желания возвращаться туда, где отец получил свои седые волосы. Да, и возвращаться ему не хотелось не только по этой причине — свет. В городе каждый од горели яркие огни, но только сейчас, стоя так близко без маски, парень мог видеть на сколько здесь светло. Глаза начало рябить и Кай решительно развернулся в сторону леса. Вот только, стоило ему сделать шаг в ту сторону, как нечто развернуло его назад к городу, спиной к лесу. Тогда он попытался ещё раз — результат тот же. На третий раз парень чуть не споткнулся, натолкнувшись на что-то ногой и вновь чуть не приземлившись лицом в снег. Каким то непонятным образом у его ног оказался цветок, которого там раньше явно не было. Он сразу его узнал — это была роза, но на этот раз гораздо больше, так, что бы на её листе поместилась белая маска лисьей морды. Маску животного носил и отец, но он её так сильно ненавидел. Правда непонятно почему. Кай стянул перчатку и подобрал маску, аккуратно её ощупав. Мех был какой то не такой, будто не принадлежал живому существу — цветок тут же исчез под снегом, оставив небольшую воронку, оставив Кая в ещё большем недопонимании от происходящего. Всё за последний час стало так чудно, что он не нашё ничего лучше, чем надеть маску и повернуться к городу. Теперь было более привычным на него смотреть, сквозь прорези, но свет по-прежнему слепил глаза так, что хотелось их выколоть. Сделав несколько робких шагов в сторону улицы меж домов, Кай услышал чьи-то голоса из переулка и вздрогнул. Тут ему было неуютно, потому он всё время осматривал окрестности и шарохался от людей, которые были одеты в разные разноцветные наряды, что взрослые, что дети. С каждым шагом в сторону центра города их голоса становились громче и чётче. Все они шли расслабленно и большая часть направлялась в ту же сторону, и парня это ни капли не радовало. Он не знал куда идти, но ему нужно было не выделяться, а затеряться в толпе оказалось проще, чем казалось. Отец говорил ему, что все люди в городе, даже дети, вооружены до зубов и прикончат его, как только увидят, однако… Этого не случилось. Все общались, шумели и что-то кричали друг другу, но не нападали. Дети носились туда сюда, пару раз чуть не сбив его с ног, но тоже не старались ему как то навредить. Они просто играли, словно волчата, за которыми наблюдал издали сам парень в лесу ещё с детства. Возможно ему казалось конечно, но здесь ни у кого не было оружие. Все шли не спеша, что-то ели и пили и это всё вкусно пахло, причём всем и сразу — мясом, какими то овощами и тестом. Кай с утра ничего не ел, но ни за что бы не взял еду у людей, которые по прежнему казались ему опасными. Рассматривая их со стороны, парень заметил, что у многих здесь кожа была будто прозрачной. Сквозь неё было смутно видно кости и мышцы, но для здешних это похоже было нормой. От такого у Кая в голове возник резонанс, ведь люди, что охотились за ним, были с обычной кожей и через неё точно не было видно позвоночника. Странно. Даже для этого странного вечера. Направившись дальше по улице, он увидел прилавки с едой, на которые мягко начал падать снег. Оттуда особенно сильно пахло разными пряностями, похожими на те, что иногда приносил отец. Там же были и какие то чудные вкусности, обмазанные какой то прозрачной штукой, и многие дети просили своих родителей купить им эти штуки. Отец никогда не приносил ничего подобного в дом и Кай решил, что это потому, что там какой то яд. Пройдясь ещё дальше он увидел тех, кто восторженно смотрел на падающий снег, будто это было чем то необычным зимой и они его никогда не видели. Ещё больше его удивило то, что дети начали ловить снежинки ртом, смеясь и визжа, словно щенки. Он часто видел, как волчата играются в снегу, но они никогда не ели снег и парню даже подумалось, что на стреле, которая в него попала был яд и он просто умер и теперь видит причудливый сон. А может он потерял сознание в той пещере и от холода у него начались галлюцинации. Если да, то отцу лучше бы побыстрее его найти. Продолжая двигаться дальше, юноша заметил как дети собирают в руки падающий снег, лепят из него шарики и бросаются друг в друга, всё так же смеясь и показывая друг в друга пальцами. Они кричали друг другу что-то и всё это сливалось с всеобщим шумом, пока Кай не увернулся от одного из комков снега, который в него кинул какой то ребёнок в красной шапке с шариком меха на макушке. Все остальные тоже его заметили и бросили ещё несколько шариков, от которых увернуться было не очень трудно. - Ого! — воскликнул мальчик в красной шапке. — А как ты так уворачиваешься? — спросил он, заставив Кая впасть в ступор. - Да! Научи и нас так же! — кивнула девочка в странной шапке, походившей на опущенные уши собаки. Дети начали обступать его со всех сторон, прося поиграть и научить их так же круто уворачиваться и юноша окончательно запаниковал подумав, что они набросятся на него, если он откажет. Тогда он резко сел, собрал руками снег, скомкал в неуклюжий шарик и бросил в одного из детей, того, что был в зелёной куртке. Шарик угодил ему в маску и он на секунду замер, начав вытирать рукавом снег. Сердце Кая на секунду замерло, потому что все дети затихли и стало слышно только разговоры проходивших мимо людей, но мальчик внезапно рассмеялся, а остальные подхватили и вновь вернулись к игре, бросая снег друг в друга и в нового участника игры. Тот на полном серьёзе не понимал в чём суть этой игры, но подумал, что так детёныши учатся охотиться. Хотя он и подумать не мог, что охота может быть весельем, ведь за подобное отец его ругал, а здесь к игре начали присоединяться и взрослые, в которых несколько раз случайно попали. Постепенно вся эта маленькая игра превратилась в большое поле охоты, в котором все как то умудрились разделиться и начать играть против друг друга, превратив это в битву. И Каю это нравилось. Впервые он игрался с людьми и не чувствовал от них опасности, то и дело подстреливая кого то из взрослых или детей, которые уже и так с ног до головы были в снегу. Это был первый раз, когда он позволил человеку попасть в него и при этом он не пострадал, а только чувствовал, что тревога куда то уходит. Когда людей стало на столько много, что все уже не помещались на поле битвы, Кай выскочил из толпы и помахал головой в разные стороны, отряхивая волосы и шубку от снега. Теперь он почти весь был в снегу, который делал белыми даже его волосы — на столько он перестал следить за всеми людьми. Да уж, это самое необычное, что случалось с ним за последнее время. Так же и необычно было то, что происходило с его лицом — уголки губ слегка поднялись вверх и почему то не опускались, слегка подрагивая. Если бы кто-то сказал ему пару дней назад, что он будет играть с людьми, он бы наверное плюнул ему в лицо, но после этой игры у него было очень хорошее расположение духа, от которого хотелось прыгать и радоваться непонятно чему, но этот порыв пришлось сдержать и пойти дальше уже более охотно. Вскоре Кай добрался до центра города, где красовался огромный фонтан со сломанной статуей неизвестно чего. В центре красовались лишь обломки, а на дне замёрзшая вода. Люди собрались вокруг него и о чём то разговаривали. В голове у юноши даже промелькнула мысль, что здесь не так плохо, как рассказывал отец, но она тут же растворилась в голове, как мёд в чае, когда в поле зрения попали охотники в белых полушубках — Кай бы ни за что их не перепутал. Они стояли одной группкой возле небольшого столика и над чем то громко смеялись, подтвердив догадки юноши, что их кожа не прозрачная. Судя по тому, что солнце уже скрылось за горизонтом, они ещё должны были быть в лесу, в попытках найти его, но, похоже, решили, что им это не нужно и пришли сюда. Оглядевшись по сторонам, парень попытался найти, куда бы спрятаться, что бы побыстрее уйти, но внезапно услышал чей то скулёж. Он едва выделялся на фоне всеобщего шума-гама, но у Кая был чёткий натренированный слух, который помог ему определить откуда этот звук. Доносился он со стороны фонтана и издавался каким то мальчишкой в маске из черепа какого то животного. На его голове красовались прижатые к голове прозрачно-зеленоватые уши, похожие не рысьи, и такой же хвост, прижатый к ноге. Мальчишка плакал, сунув руки под маску, что бы закрыть глаза. Поняв откуда звук, парень огляделся в поисках родичей мальчика, которые должны были придти и успокоить его, но все проходили мимо. Единственный, кто к нему подошёл — девочка с заострёнными ушками, как у самого Кая, которая присела рядом на корточки и что-то ему говорила. На ней не было маски, но её лицо было разрисовано углём изображая усики белки. Обернувшись в сторону охотников и убедившись, что они на своём месте, юноша направился в сторону мальчика-рыси и девочки-белки. Подойдя ближе, он услышал, как девочка старается его утешить и говорит, что его бабушка скоро придёт. На вид ей было чуть меньше, чем мальчику, но она успокаивала его, будто знала всегда. - Что случилось? — поинтересовался Кай, подойдя к ним и сев на корточки, на манер девочки. — Твои родители ушли на охоту? - Нет, он был здесь с бабушкой и потерял её, когда хотел посмотрел на тех, кто стреляет из лука, - пояснила девочка и указала в сторону охотников. Они действительно стреляли из лука, пытаясь куда то попасть. — Когда он обернулся, бабушки уже не было и он расплакался, - добавила она и дёрнула заострёнными ушками, что показалось Каю забавным и он тоже попробовал так сделать. Мальчик поднял на свои зелёные заплаканные глаза и шмыгнул носом. - А почему не найти их по запаху? — глупо спросил парень и снова бросил взгляд на охотников. - Он боится, что бабушка будет на него ругаться и хочет как то загладить свою вину, но у него нет денег и он впервые в этом мире, а потому не знает здесь никого и ничего, - пояснила девочка. — Он хотел попробовать выиграть приз в стрельбе из лука, но, сами понимаете, он ещё слишком мал. Кай не сильно понял, что значит «впервые в этом мире», но уловил суть дилеммы — бабушка потерялась и будет ругаться, значит надо что-то ей подарить, но нет нужных навыков и ресурсов. - Если я выиграю приз вон там, ты успокоишься? — спросил он, обращаясь к мальчику в маске-черепе. Тот поднял голову, вытер рукавом сопли, стекающие из носа и кивнул. - Нужно попасть в тот флюгер, - пояснила девочка, указав на фигурку петушка, которую зачем-то поставили на крышу. Кай коротко кивнул, под пристальным взглядом девочки снимая с плеча лук и доставая стрелу из колчана. Рана в руке напомнила о себе, когда он натянул тетиву и отпустил стрелу. Как только петушок упал на снег, мальчик тихонько охнул и кажется прикрыл рот рукой, а вот охотники всполошились и обернулись к нему. В голове мелькнула мысль, что это было большой ошибкой, но мужчины в белых полушубках начали одобрительно хлопать и свистеть, привлекая внимание других людей. Девочка выдохнула «ух-ты» и заставила мальчика подняться с холодного бортика фонтана, после чего направилась вслед за юношей, что бы забрать приз. Охотники ликовали и кричали что-то вроде «молодец, Дэмиан, я тебя даже не узнал!», пока Кай проталкивался через толпу, старательно подавляя в себе самодовольство и гордость за эту маленькую победу. У него в голове даже невольно возникла мысль, что их вовсе не стоит бояться, раз они не могли попасть в несчастного петушка все те минут пять, что он разговаривал с детьми. - Твой заслуженный приз, - сказал мужчина в тёмно зелёной куртке и маске ласточки, протягивая парню какую-то небольшую коробочку. — Зак, ты что ли? Я тебя не сразу узнал, отличная работа! — и хлопнул Кая по спине так, что тот чуть не закашлялся, но на всякий случай кивнул. Все загалдели и принялись обсуждать победу «Зака», а он опустился на одно колено и протянул коробочку из синего бархата мальчику в маске-черепе. Девочка рядом восхищённо заулыбалась и попыталась заглянуть в содержимое коробочки. - Вот, возьми, тебе ведь это нужно было? — спросил юноша, когда мальчик вздёрнул зелёные ушки и махнул хвостом, принимая коробку. Тот робко взял коробочку и по глазам юноша увидел, что он улыбается так же, как и девочка. Парень прикрыл глаза и почему-то почувствовал какую то особую гордость за свой поступок и уголки губ вновь поползли чуть вверх. Мальчик открыл коробочку и показал Каю какое то украшение на цепочке, лежавшее на мягкой подкладке. Кулон. Мелькнуло в сознании и где-то внутри появилось какое то смутное воспоминание, тут же ускользнув обратно в дебри бессознательного. Кулон в виде полумесяца был напоминанием о чём то родном и тёплом, что заставило парня на секунду забыться. - Эй, отдайте! — воскликнул голос девочки, приводя Кая в чувства. — Сделайте что-нибудь! — Требовательно воскликнула она, хватая юношу за штанину. Мальчик тоже прижался к его ноге и заскулил, смотря на коробочку, которую отнял какой то мужчина в маске волка. - Отдайте, он скулит, - спокойным голосом сказал парень, обращаясь к волку. Тот позвал кого-то, размахивая коробочкой, но услышав оклик. Обернулся и протянул «Э-э-э-э?» каким-то странным, нечётким голосом. Он пошатывался, будто земля под его ногами раскачивалась и Кай этим воспользовался, забрав коробочку и протянув её обратно мальчику. - Ты что, с дубу рухнул реликвию отдавать ребёнку? — возмутился мужчина в маске оленя. - Да вы хотя бы знаете, что там находится? — воскликнула девочка, спрятавшись за ногой Кая, от чего тот вдруг захотел рассмеяться. - Там находится реликвия, которой дорожит Старейшина, малявкам, вроде тебя, не понять, - всё тем же странным голосом возразил волк и наклонился на уровень девочки. От него пахло чем то горьким и сладким одновременно и этот запах был на столько противен, что Каю захотелось скривиться и отвернуть голову, но вместо этого он сжал кулаки и закрыл собой детей, хотя в обычной ситуации никогда бы не повернулся к людям спиной. Охотники тут же загалдели, а люди, видимо поняв, что сейчас будет какое то шоу, начали стекаться ближе, что бы посмотреть. Людей стало очень много и голос тревоги стал настойчиво говорить «хватит, надо уходить» и чем то походил на строгий отцовски. Но в то же время в голове звучал ещё один, уже его собственный: «Ну давай, если такой смелый, то покажи это.» И Кай послушал свой. - Я выиграл эту штуку, а значит могу делать с ней то, что хочу, - веско сказал он, одновременно принимая более решительную позу, что бы напугать едва стоящего на ногах волка. - Да, что ты мелешь?! — воскликнул волк. — Раз ты отдал эту штуку этой мелкоте, значит на неё уже прав не имеешь! Через толпу протиснулся низкий мужичок в маске кабана и парень бесшумно фыркнул от схожести этого мужчины с животным, чью маску он напялил. - Что здесь происходит? — спросил он и уставился на волка и Кая. - Этот юноша выиграл в конкурсе стрельбы и отдал подарок мальчику, а этот мужчина забрал коробочку! — встряла девочка, показав фыркнувшему волку язык. Не смотря на рост и возраст она была довольно смелой, хотя Кай чувствовал, как дрожат её руки, которыми она хватается за его штанину. А вот мальчишка наоборот притих, прижимая к себе коробочку и боязливо вертя головой на собравших взрослых — должно быть бабушку ищет. - Помолчи малявка, - попытался заткнуть её кабан и поднял взгляд на юношу, за которым она пряталась. Кай был выше его почти на полторы головы и смотрел на него сверху вниз, наблюдая за переменами в глазах. Он явно был недоволен тем, что его вещицу забрали, но парень знал — он победил честно, выстрелив в флюгер. Они не могут ничего сделать и даже в драке против него он не проиграет. - Парень, отдай коробочку по-хорошему, - послышался голос из толпы, который Кай принял за голос старичка в маске цапли. - Хъюго дело говорит, отдай коробочку, - приторно снисходительным тоном сказал кабан, из-за чего глаза его собеседника в лисьей маске сузились. — Я тебе заплачу, - чуть понизив голос, добавил он. - А вот и не правда! — вновь подала голос девочка. — Моей маме ты не заплатил, когда забрал у неё её ожерелье! В целом, Кая не очень интересовали материальные ценности, но в толпе зашептались, а в глазах у кабана блеснул страх. Увидев его, он погладил волосы девочки и тихонько ей кивнул, что бы она продолжала. На это она нахмурила густые тёмные бровки и решительно посмотрела на Старейшину, который не нашёлся с ответом. - И не только моей маме! Наши соседи тоже не получили деньги за вещи своих прародителей! Они все об этом просто бояться сказать, потому что всё ещё думают, что деньги им всё-таки вернут! — Она поддалась вперёд и слегка понизила голос. — Но вы ведь не собираетесь ничего выплачивать и мы оба это знаем. — Теперь и её голос звучал как то снисходительно, но Кай чувствовал некую гордость, как после поимки какого то большого зверя. Кабан запаниковал, когда все остальные горожане тоже начали говорить, что им так и не вернули деньги за их вещи и даже шатающийся волк начал ему что-то кричать. Но беспокоило не это. У юноши в ушах внезапно появился неприятный звон, который предвещал что-то недоброе. А потом послышались хлопки. Раз. Два. Три. - Браво-браво, такое шоу. И девочка молодец, - сказал чей то голос за спинами у начавших затихать людей. Они постепенно расступались, пропуская чью то высокую фигуру, которая вскоре попала в небольшой круг, где находились Кай, дети, которым он помог, кабан и волк. Первым делом юноша увидел маску — Солнце, приветливо улыбающееся, но почему то жуткое на столько, что у парня по спине пробежали мурашки, а дети прижались к обеим его ногам, сжав одежду. Белый костюм, каких Кай никогда не видел, контрастировал с цветной одеждой окруживших их людей и смотрелся очень строго, чётко выделяя улыбающуюся рожицу Солнца. Как только толпа за спиной незнакомца сомкнула ряды, звон в ушах у Кая усилился, а снег начал падать чаще. Все рецепторы в теле юноши говорили, что этот человек представляет опасность, даже если его маска улыбается,. А он хочет казаться дружелюбным. - У меня в детстве такой смелости не было, - произнёс он обращаясь к девочке, после чего поднял глаза на Кая. — И ты неплохо сработался с людьми. Они даже приняли тебя за своего. Кабан отступил в сторону и попятился к толпе, которая, кажется забыла о том, что бранила его пару секунд назад. Повисла тишина, разрываемая тихим завыванием ветра. - Ну что же ты молчишь, Кай? - Глаза под маской сузились, будто человек под ней улыбался. — Ох, да, прости мои манеры, я бы тоже не стал говорить с незнакомцем на твоём месте. Ты ведь не очень сильно доверяешь людям. — Мужчина внезапно поклонился, положив правую руку на сердце, и Кай отпрянул. — Я Кирус. Я очень давно тебя искал, но до совершеннолетия я не мог узнать в тебе настоящую сущность, что ты прячешь сейчас по этим милым подарком от нашего Создателя. «Вот же..!» Только и успело пронестись в голове юноши, прежде чем он схватил детей за воротники их курток и дёрнул назад. Не успел. - Что б ты знал — таким дешёвым трюком меня не проведёшь, - смеющимся голосом произнёс мужчина. Теперь он стоял выпрямившись, смотря в упор на парня, который продолжал сжимать куртки детей, что бы те не пострадали. Он улыбался и Кай видел его ярко жёлтые глаза в прорезях. А он лишь стиснул зубы и теперь все присутствующие это видели. Видели, потому что маска, разрубленная пополам, теперь висела на его шее на белой ленте, завязанной в узел сзади. Теперь все вокруг смотрели на него со страхом и враждой, теперь видя кто перед ними. - Это их ты можешь дурачить своей жалкой масочкой, выдавая себя за одного из них! — воскликнуло Солнце, звякнув чем-то, что было у него в руках. — Но я, вижу тебя насквозь. Звон в ушах резко усилился и Кай дёрнулся в сторону — рядом мелькнул белый проблеск и толпа начала в страхе разбегаться в разные стороны. - Бегите! — скомандовал парень детям и отпустил их в толпу, что бы они не мешались. Снова звон в ушах и рядом с ногой взметнулась куча снега, почти полностью закрывая обзор. Плохо. Метель стала на пару со звонам в ушах заглушать звуки шагов и звона чего то железного, но юноша успешно уворачивался, то в право то влево. Ещё какой то свистящий звук и рядом с головой пролетело что-то острое, заставив Кая дёрнуться в противоположную сторону. (здесь можно вставить песню Lost in the carnival - Eleftherios) Звон и резкая боль в левом глазу, после которой всё резко стихло. Снег начал падать медленно и ровно, даже люди перестали кричать и убегать, а просто замерли, всматриваясь в двух людей в центре площади. Теперь Кай мог разглядеть его лучше — чёрные зрачки сузились, словно у рыси, превратившись в тонкие линии на фоне жёлтой, почти золотой, радужки, которая, казалось, светится в темноте улыбающейся маски. Глаза сужаются, показывая что мужчина улыбается, а потом из под маски слышится тихий, нарастающий смех, переходящий в истерический хохот. Холодно. Мужчина, сидящий на нём сверху, закидывает голову назад, зарываясь руками в тёмные волосы и продолжает смеяться. Больно. - Не-е-ет, ха-ха! — Кай слышит его голос будто сквозь пелену. — Не может всё быть на столько легко. Нет, не может, - повторяет Солнце. Как же бесит. Мужчина наклоняется обратно и берётся рукой за рукоять своего непонятного оружия и вонзает его глубже в чужую голову. - Сури, я, конечно, знал, что ты потеряла хватку за столько лет, но не думал, что одолеть тебя будет на Столько легко, - произнёс он, упиваясь своей победой. Если бы отец узнал, что его так легко одолел какой-то горделивый человечишка, он был бы в ярости. - Даже последняя наследница Новы была по способнее, чем этот чуть не умерший из-за матери мальчишка! - продолжал мужчина, после чего наклонился и понизил голос так, что бы его мог слышать только Кай. — Сколько ещё невинных детей вы с Создателем заставите меня убить, прежде чем сдадитесь? А? (здесь можно поставить Looking through me If I were you, что бы момент 02:24 оказался в моменте удара) - Эй, ты! — воскликнул знакомый голос где-то справа и Солнце повернуло голову к его владельцу. Это была та девочка с заострёнными ушками. Кажется, она плачет… Из карих глаз девочки и правда текли слёзы. Она вся дрожала и изо всех сил старалась не всхлипывать, хмуря бровки. - А ну отпусти его! — крикнула она. Тот мальчик тоже там… Мальчишка, из-за которого начался сыр-бор после конкурса, по-прежнему сжимал коробочку с полумесяцем и трясся как осиновый лист на ветру, держась за рукав девочки свободной рукой. Он выглядел напуганным и не мог вымолвить ни слова, из-за того, как его губы дрожат, но старался держаться так же смело, как и его подруга. Солнце фыркнуло и поднялось на ноги, медленным шагом направившись к ним. - Милое дитя, - слащавым голосом произнёс он, - зачем ты его защищаешь? Это ведь монстр! Монстр, на которого твой отец и его друзья охотятся уже десять лет…! - Да знаю я, тупой ты кусок улыбающегося картона! — перебила его девочка и дёрнула ушками. — Я не тупица! - И ты его не боишься? — наигранно удивлённо спросило Солнце. — Из-за него твой отец мог умереть на охоте, а теперь ему стало мало и он пришёл сюда, что бы убить вас всех. Он — монстр! - А ты такой белый и пушистый и пришёл нас всех спасти. Чушь! — всплеснула девочка руками и выдохнула пар. - Хей, Сури, кажется у тебя появились поклонники, - с ехидной усмешкой произнесло Солнце, но его слова прервал резкий удар, поднявший снег в воздух. (02:24) Кай, с трудом держась на ногах, выдохнул пар и поднял голову, смотря на место где только что стоял мужчина в белом костюме. - Поражаюсь стремлению жить у таких букашек, как ты, - тем же снисходительным тоном произнёс мужчина. Когда снег осел, все стоящие на площади увидели, что человек в маске Солнца стоит с всё той же ровной спиной и держит в руке цепь, на обоих концах которого два серпа — за один держится городской монстр, а второй глубоко в плече мужчины. - Давай! — воскликнула девочка. Она видела, что юноша едва стоит, а всё его лицо в крови из-за раны, но он поднялся. Солнце тихо фыркнуло и повернулось к девочке чтобы сказать ей что-нибудь язвительное, что стало его ошибкой — Кай поддался вперёд и рывком сократил расстояние, которое их разделяло, после чего нанёс ещё несколько ударов, но уже вторым серпом. Снегопад куда то ушёл и теперь парень видел чётче слабые места противника. Внутри будто открылось второе дыхание и спустя пару ударов он хватается за цепь двумя руками, притягивая противника к себе и опрокидывая его на снег. Глаз болит. Сплюнув кровь, он подходит к мужчине ближе и хватает его за волосы, стягивая маску. Внезапно на всей площади гаснет свет фонарей и её озаряет лунный свет, заставляя снег на площади светиться своим мягким призрачным светом. Он показывает чёткие следы крови на истоптанном в драке снегу и лежащую на земле маску жутко улыбающегося солнца. Кай чувствует внезапное тепло, отдавшееся пульсацией в сквозной ране. Распространяется странный приятный запах цветов и слышатся хлопки где-то в небе, после которых белый снег окрашивается в разные цвета. Уже полночь. От странного запаха парня начинает клонить в сон и его хватка ослабевает. - Блять,- слышит он через накатывающий сон и чувствует, как его «добыча» убегает. Кай падает на что-то мягкое и обволакивающее теплом. Рана больше не болит, а телом завладевает усталость. Прежде чем потерять сознание окончательно, он видит перед собой лепестки белых роз, которые утягивают его куда то в небытие.