Этот мир внутри стен…

Следующий день был ничем не примечателен. Леви был в лазарете, лежал на кровати и отдыхал, давая своим ранам затянуться. Он провел весь день, ожидая, что придет Ханджи и сообщит ему какие-нибудь новости. Но день тянулся медленно, а никаких признаков возвращения не было. В течение дня к нему приходил врач, спрашивал о его состоянии и самочувствии. Он отвечал врачу монотонным голосом, давая короткие ответы, такие как «я в порядке» или «всё еще болит». Он начинал беспокоиться, всё еще ожидая, что Ханджи появится с новостями. Капитан лежал в постели, заложив руки за голову, и наблюдал за дверью. Скучая, он решил, что потолок более интересен. Проходили долгие минуты, и его раздражение росло. Почему он вообще лежит здесь? Он должен быть там, а не торчать здесь, пока другие идут и выполняют работу, которую он привык выполнять сам. Леви испустил долгий разочарованный вздох, постукивая пальцами по виску, продолжая ждать. Какого черта она так долго? Он терял терпение, и ему не терпелось встать с этой чертовой больничной койки. Бинты на его ноге, казалось, чесались всё сильнее и сильнее с каждой минутой, когда ему приходилось лежать и ничего не делать. Он издал низкое раздражённое рычание, сузив глаза, поскольку чем дольше он ждал ее появления, тем больше расстраивался. Леви закрыл глаза и с трудом сглотнул при мысли о том, что эти ублюдки могли бы сделать с Алисой прямо сейчас. Она была сильной женщиной, но у нее было доброе сердце. Она не смогла бы просто дать отпор или оказать сопротивление… Даже одна мысль о том, что ей больно, заставляла его кровь кипеть. Он стиснул зубы, прежде чем резко сесть, спустить ноги с кровати и попытаться встать. Раненая нога почти подогнулась под ним, но он был упрям и продолжал стоять, несмотря на пульсирующую в нём боль. Врач, заметив это, резко подорвался к Леви и громко вскрикнул. — Эй! Вам нельзя вставать! Ложитесь обратно! — Я в порядке. — огрызнулся Леви в ответ, сделав несколько неуверенных шагов, пытаясь не обращать внимания на боль, пронзающую ногу. Он поморщился, когда усилие от движения вызвало острую боль в ране, но он был слишком упрям, чтобы вернуться в постель. — Мне больше не нужно здесь лежать, мне нужно убираться отсюда. Врач разочарованно вздохнул и провел рукой по лицу. — Но мы же договаривались! Вы должны лежать здесь и лечиться! Вы забыли, как ослушались врача и ваша рана вновь раскрылась? Леви прищёлкнул языком, раздражённый комментарием доктора и понимая, что тот прав, но на самом деле не хотел этого признавать. Как бы сильно ни болела рана при каждом его шаге, он всё равно был слишком упрям, чтобы вернуться и снова лечь, как следовало бы. — Я помню. Через мгновение Леви что-то проворчал, засунув руки в карманы и пытаясь перенести вес тела на раненую ногу. Даже если ему и было больно, он изо всех сил старался это скрыть. Доктор подошел ближе к Леви и положил руку ему на плечо. — Ложитесь обратно на кровать. Я не позволю вам отсюда уйти. Капитан немного напрягся, когда доктор положил руку ему на плечо, его глаза на мгновение сузились и стали суровыми, прежде чем он попытался немного расслабиться. Он знал, что доктор просто делает то, что, по его мнению, лучше для него, но он не хотел его слушать прямо сейчас. Даже если у него кружилась голова от боли, он пытался преодолеть ее, как упрямый идиот, каким он и был, и продолжать стоять на ногах. — Мне больше не нужно ложиться. Я застрял здесь достаточно надолго. Доктор скорчил гримасу безнадёжности, но продолжал держать его за плечо. — Да что с вами не так?! Вернитесь в кровать! — голос врача стал громче обычного. Леви слегка вздрогнул от громкости голоса доктора и стиснул зубы, когда особенно сильная боль пронзила его ногу. Он почувствовал, как его тело начало слегка подрагивать, от боли его затошнило и закружилась голова. Ему уже было трудно стоять самостоятельно, но он всё еще был слишком упрям, чтобы признать, что ведёт себя как идиот, и ему нужно было снова сесть. — Я устал лежать. Я больше не хочу отдыхать. Доктор нахмурился, сильнее сжав плечо Леви. — Не з-заставляйте м-меня применять с-силу… — Дрожащим голосом ответил врач. Нога Леви слегка дрожала, когда он пытался удержаться на ногах, а тело начало слегка покачиваться из-за подступающего головокружения. Он пытался стоять прямо, оставаясь упрямым и отказываясь садиться, несмотря на то, что ему было очень плохо, но постепенно начал шататься. Он знал, что ему нужно остановиться и присесть, но на этот раз он не знал, когда сдаться. Леви поморщился, когда боль снова пронзила его ногу. — Тогда заставь меня. Доктор удивлённо распахнул глаза, его руки начали дрожать, а с висков поступали капли пота. — В-вы… не можете… уйти… Глаза Леви сузились, устремив на доктора вызывающий взгляд, даже когда он начал наклоняться вперёд еще немного сильнее. — Тогда останови меня. — Он бросил вызов, его голос стал немного дрожащим, так как ему пришлось стиснуть зубы от боли, которую он испытывал. Он почувствовал, как его рана начала слегка пульсировать от напряжения, которое он на нее накладывал, но отказался сесть и выслушать доктора. Доктор вновь серьёзно разозлился и сжал плечо Леви еще сильнее. — Чего вы добиваетесь?! Я сейчас позову охрану, и они сами вас уложат на кровать, а еще привяжут, чтобы вы и пальцем повести не смогли! Капитану пришлось подавить тихое шипение, когда рука доктора сжала его плечо, боль пронзила бедро и колено в том месте, где он был ранен. Сейчас он с трудом держался на ногах, но это только укрепило его решимость продолжать попытки удержаться на ногах. Он заставил себя снова поднять глаза на доктора, вызывающе стиснув зубы. — Тогда… — Он замолчал, с трудом сглотнул и заставил себя сделать глубокий, прерывистый вдох. — Позови их. Доктор раздражённо цыкнул и резко опустил руку с его плеча. — Хорошо. Вы сами этого добиваетесь. — Он направился к выходу, чтобы позвать охрану. Наконец, Леви с тихим проклятием откинулся на кровать, его нога всё еще горела от боли. Он выругался себе под нос, стиснув зубы, а руки сжались в кулаки. Он уставился на дверь, ожидая, что доктор собирается делать, и снова тихо выругался. Ему следовало просто сесть на эту чёртову кровать, когда доктор предложил это, вместо того, чтобы быть таким упрямым и усугублять ситуацию. Но доктор был прав, теперь он сам виноват в том, что вывел его из себя. Когда врач открыл дверь и пришел с охраной, он удивлённо и возмущённо вскинул брови, увидев, что Леви уже лежит на кровати. — Вы издеваетесь надо мной?! Леви закрыл глаза и откинул голову на спинку кровати, тихо вздохнув и откинувшись на подушки и простыни. Он всё еще чувствовал пульсирующую боль в ноге, но так, а не стоя, это было более терпимо. Он приоткрыл один глаз, чтобы уставшим взглядом окинуть трёх других людей в комнате, и закатил глаза, когда заговорил. — Вы чертовски долго возились, что еще мне оставалось делать? Доктор что-то возмущённо простонал, положив руку на лицо. Леви взглянул на доктора, наблюдая за его реакцией усталым, скучающим взглядом. Он попытался поудобнее устроиться на подушках. Он посмотрел на доктора, слегка нахмурившись и приподняв бровь. — Вот что ты получаешь, когда занимаешься этим слишком долго. Ты же сам сказал, что мне нужно оставаться в постели, так что мне стало скучно, и я прилёг. — К чёрту всё! — Доктор тяжёлыми шагами пошел в свой кабинет. Леви закатил глаза, наблюдая, как доктор уходит, и отвернулся к окну. Теперь он застрял здесь, и ему нечего было делать, пока доктор не решил вернуться. Его расстраивало, что он застрял в этой проклятой постели, ничего не делая. Он ненавидел сидеть сложа руки, когда был способен на большее. Он тихо вздохнул, скрестил руки на груди и снова уставился в потолок. Леви испустил долгий, раздражённый вздох, наблюдая за тем, как тикают минуты на настенных часах, и его мысли постепенно начали рассеиваться. Он думал о том, что может происходить с Алисой прямо сейчас, беспокоился за ее безопасность и ее жизнь. Его расстраивало, что он не мог быть рядом, чтобы помочь или защитить ее, и в том, что ее похитили, было виновато его собственное упрямство. Он мог только лежать и гадать, когда же, черт возьми, появится Ханджи с новостями… Тем временем на другой стороне лазарета раздался шум. Там спорили двое раненых солдат. Дело почти доходило до драки. Леви посмотрел в направлении шума, раздражённо нахмурившись. Он отчётливо слышал все споры и драки, и этот шум раздражал его. Он стиснул зубы и попытался заглушить звук, натянув простыню на голову, но это не слишком помогло. Звуки борьбы, издаваемые другими солдатами, становилось невозможно игнорировать, и это начинало его раздражать. Черт возьми, когда же они наконец заткнутся и позволят ему расслабиться? На шум вышел врач из своего кабинета и пошел в сторону дерущихся солдат. — Какого чёрта вы тут творите? Вам нужно отдыхать, а не причинять себе еще больше увечий! Вот теперь у них действительно получилось… Леви раздражённо вздохнул и снова откинул одеяло с головы, немного приподнявшись на кровати и наблюдая за сценой, разыгравшейся в другом конце комнаты. Он приподнялся еще немного, слегка наклонившись вперёд, чтобы лучше видеть открывшееся перед ним зрелище. Может быть, это поможет скоротать время и немного отвлечет его от скуки… Леви закатил глаза, когда двое солдат продолжили спорить, игнорируя попытки доктора разнять их. Он не мог понять, почему они вообще спорили, но должен был признать, что наблюдать за этим было по меньшей мере забавно. Доктор становился всё более раздражённым по мере того, как продолжалась ссора, и Леви видел, как отчаянно он хотел положить этому конец. Он откинулся на подушки и приподнялся еще немного, чтобы понаблюдать за разворачивающейся перед ним сценой. — Ну почему именно я попал в эту смену?! — Раздражённо простонал врач. Леви подавил тихий смешок, услышав разочарованное ругательство доктора, и слегка покачал головой, продолжая наблюдать за разворачивающейся перед ним ситуацией. Двое солдат были полны решимости продолжать сражаться, несмотря на попытки доктора разнять их, и это начинало становиться немного нелепым. Леви не мог не найти это забавным, хотя раздражение доктора по поводу сложившейся ситуации было почти комичным. Он не мог не задаться вопросом, как долго еще будет продолжаться эта борьба… Один из солдат случайно задел доктора кулаком, когда махнул рукой, и доктор потерял равновесие, оглушённый ударом, он упал на соседнюю кровать. Глаза Леви слегка расширились, когда он увидел, что доктор упал на соседнюю кровать. Он видел, как у доктора закружилась голова от удара, и не мог не поморщиться, сочувствуя ему. Солдаты даже не заметили, что ударили доктора, они были слишком заняты спором друг с другом, чтобы обратить на это внимание. Он еще немного приподнялся, наблюдая с чуть большим беспокойством, чем раньше, теперь, когда врач был непосредственно вовлечён в ситуацию. На мгновение Леви задумался, следует ли ему вмешаться и помочь доктору или просто проигнорировать ситуацию и предоставить ему разбираться с ней самостоятельно. Доктор просто пытался их разнять, он не заслуживал того, чтобы пара тупых солдат повалила его на кровать. Леви вздохнул и встал, слегка поморщившись от усилившейся боли в ноге. Он проигнорировал это и сделал несколько шагов навстречу доктору. Доктор, потирая лоб, повернул голову к Леви, продолжая сидеть на кровати. — Я же сказал вам не вставать… — устало произнёс врач. Пока доктор говорил, Леви слегка ухмылялся, скрестив руки на груди и прислонившись к кровати. — Да, я знаю… но пара идиотов сбила тебя с ног. Решил хотя бы проведать тебя. — Он говорил с ноткой сарказма в голосе, наблюдая за доктором, слегка нахмурившись. Леви сурово посмотрел на пару ругающихся солдат и своим властным стоическим тоном приказал им успокоиться. Двое солдат немедленно прекратили свой спор и замолчали, услышав властный голос Леви, обратив своё внимание на него, когда он твёрдо обратился к ним. Они медленно присели на кровать, сложив руки на колени. Врач удивлённо распахнул глаза, смотря то на двух успокоившихся солдат, то на Леви. — С-спасибо… Леви что-то промычал в знак согласия, слегка пожав плечами. Он бросил короткий взгляд на доктора, прежде чем снова переключить своё внимание на двух солдат, и еще мгновение смотрел на них сверху вниз, прежде чем снова обратиться к ним. — Прекратите эту глупую перепалку и не ведите себя как идиоты. Вы солдаты, ведите себя соответственно. — Он говорил строго и властно, его голос был твёрд, как всегда, когда он неодобрительно посмотрел на двух солдат. — Простите, капитан Леви. Такого больше не повторится! — Виновато ответил один из солдат. Леви кивнул, довольный ответом солдата. Он переводил взгляд с одного солдата на другого, убеждаясь, что они оба искренне раскаиваются в содеянном. — Смотрите, чтобы этого не произошло. Ради бога, это госпиталь, а не поле боя. Хватит этих глупостей. — Он говорил ровно и твёрдо, его взгляд стал жёстче, когда он посмотрел на двух солдат. Леви доковылял до своей кровати и снова сел, издав измученный вздох, когда боль от короткой ходьбы усилилась. Он вернулся в прежнее положение, откинувшись на подушки и на мгновение прикрыв глаза. Через некоторое время пришла Ханджи. Она была чем-то недовольна. Леви слегка приподнялся, услышав, как в комнату вошла Ханджи, и сразу заметил, насколько серьёзным и расстроенным было выражение ее лица. Он сразу понял, что что-то не так, как будто долгое ожидание еще не сказало ему, что что-то не так. — Ханджи. Что такое? — Дариус не дал одобрение на обмен Зика. Он сказал, что это неравноценный обмен. — раздражённым тоном ответила Ханджи. Леви выругался себе под нос, когда Ханджи заговорила, в выражении его лица и в его голосе ясно читалось разочарование, когда он ответил: — Черт возьми… Этот ублюдок… — Он сжал кулаки, гнев и раздражение закипали в нем. Этот чертов Дариус больше беспокоился о ценности этого чертового обмена, чем о жизни невинной женщины. — Что будем делать, Леви? — Ханджи спросила приглушённым голосом. Леви взял себя в руки, подавляя гнев и досаду, чтобы ясно мыслить. Он уставился на одеяла, обдумывая возможные варианты. Здесь им было не с чем работать, в этом можно было не сомневаться. — Нам придётся что-нибудь придумать. — Он говорил тихо, всё еще не отрывая взгляда от покрывал. Леви сжал кулаки, когда вспомнил об условиях титана-перевозчика. Эта тварь давала им неделю на то, чтобы отдать проклятого Звероподобного Титана в обмен на Алису. — Одну неделю… Это не так уж много времени для работы… Ханджи задумчиво хмыкнула, почесав подбородок. Леви продолжал смотреть на одеяла, лихорадочно соображая, как лучше поступить. У них было мало времени, а этот ублюдочный титан не собирался играть честно. Им нужен был план, способ вернуть Алису в целости и сохранности без участия проклятого Звероподобного Титана. — Штурмовать их будет глупой идеей… Большинство солдат сейчас ранены. А их там как минимум трое. Три титана это серьёзная проблема… — Задумчиво рассуждала вслух Ханджи. Леви выслушал, как Ханджи обдумывает их ситуацию, и кивнул в знак согласия. О штурме их базы или того места, где они удерживали Алису, не могло быть и речи. Они были в меньшинстве и ранены, а тот факт, что на их стороне было три титана, только усугублял ситуацию. — Да… Идти на штурм вслепую было бы слишком рискованно. Мы бы попали в чертову ловушку. — Ох, Леви… Всё это требует хорошего анализа… Нужно разработать идеальный план. — Ханджи вздохнула, сжав переносицу пальцами. Леви разочарованно вздохнул, проводя рукой по волосам. Вся эта ситуация была чертовски запутанной, и у них было мало времени. У них не было много времени, чтобы составить чертов план, и им не с чем было работать. — Да… идеальный план… черт возьми… — Тебе доктор говорил сколько ты еще тут пролежишь? Леви на мгновение задумался, прежде чем ответить, мысленно повторяя инструкции доктора, которые он дал ему ранее. — По крайней мере, еще несколько дней. Моя чертова нога в полном беспорядке, потребуется некоторое время, чтобы зажило. — Только не совершай больше глупостей. Не уходи никуда. Вылечи ногу. Я не хочу, чтобы ты стал инвалидом. — Ханджи серьёзно посмотрела на Леви, скрестив руки на груди. Леви закатил глаза в ответ на выговор Ханджи, бросив на нее разочарованный взгляд. — Да, да, я знаю. Я сделаю всё возможное, чтобы быть хорошим пациентом и не усугублять травму. В любом случае, мне не так уж много нужно сделать, раз я сижу здесь взаперти бог знает сколько времени. — Надеюсь, что это так. — Ханджи, нахмурившись, посмотрела на раненую ногу Леви. Он слегка поморщился, когда Ханджи посмотрела на его повреждённую ногу, боль от травмы немного усилилась из-за того, что к ней было приковано внимание. Он старался скрыть это как можно лучше, но Ханджи всё равно смогла это заметить. Леви знал, что она беспокоится о нем, но ненавидел себя за то, что не мог ничем помочь. — Да, да… Я буду вести себя наилучшим образом, не волнуйся… — Я постараюсь придумать план, как спасти Алису. У нас не много времени, но оно есть… Я что-нибудь придумаю. — Ханджи ободряюще улыбнулась ему. Леви кивнул, оценив уверенность Ханджи и ее решимость разработать план. Он знал, что у них мало времени, но верил в ее ум и находчивость. — Я знаю, что ты справишься. Ты чертовски гениальна, Ханджи. Ханджи расширила глаза в удивлении. Она впервые слышала такие слова от Леви. Ее голос слегка задрожал. — Ты… правда так думаешь?.. Леви приподнял бровь, услышав ответ Ханджи, удивлённый ее реакцией на его слова. На самом деле он никогда не был из тех, кто говорит комплименты, но он имел в виду то, что сказал. Он утвердительно кивнул, его взгляд не дрогнул. — Да, я понимаю. Ты чертовски умна, и у тебя чертовски хорошая голова на плечах. Ханджи восторженно улыбнулась, скрепив руки на груди. — Обалдеть, Леви! Я тебя не узнаю! Леви не смог сдержать легкой ухмылки, видя радостную реакцию Ханджи, его явно забавлял ее энтузиазм. — Эй, не привыкай к этому, дерьмовые очки… — Ох, ладно. Я рано обрадовалась. — Ханджи усмехнулась, поправив свои очки. Леви закатил глаза и покачал головой в притворном раздражении. Ханджи всегда была такой весёлой и оптимистичной, независимо от ситуации. Он не мог не восхищаться ею за это, даже если иногда это немного раздражало. — Ладно. Леви, отдыхай. Я пойду по своим делам. Еще увидимся. — Ханджи улыбнулась ему и направилась к выходу, помахав рукой в знак прощания. Леви кивнул на прощание, наблюдая, как Ханджи выходит из комнаты. Он откинулся на подушку, вздохнув, когда снова остался наедине со своими мыслями. Тишина была почти оглушающей, и комната казалась намного более пустой без Ханджи. Он закрыл глаза, пытаясь отрешиться от своих мыслей и отдохнуть, как велел ему доктор. Леви не мог не вернуться мыслями к Алисе. Как, черт возьми, они собирались спасти ее? В обмене было отказано, а штурмовать их базу было слишком рискованно. Им нужен был план, и у них не было много времени, чтобы его разработать. Он мысленно выругался, расстроенный сложившейся ситуацией. Он знал, что они должны что-то придумать, но не мог ясно мыслить из-за боли в ноге, которая отвлекала его… Леви попытался отбросить боль и сосредоточиться на том, чтобы придумать план, любой план, который мог бы сработать. Но его разум продолжал блуждать по кругу, не в силах прийти к какому-либо решению. Он сердито выругался и поморщился, когда в отчаянии пошевелил повреждённой ногой. Леви даже начал подумывать о том, чтобы вызволить Зика из тюрьмы и всё равно выдать его, несмотря на то, что это было запрещено. Это была глупая и рискованная идея, но он был в отчаянии. Всё, что угодно, лишь бы вернуть Алису в целости и сохранности, даже если это означало действовать за спиной проклятого правительства.… Он обдумал идею отправиться туда и сразиться с чёртовыми титанами самому, но быстро отказался от этой идеи. Он был опытным бойцом, но выходить против трёх титанов в одиночку было равносильно смертному приговору. Сейчас он был искалечен из-за травмы и не смог бы достойно противостоять даже одному титану, не говоря уже о трёх. Леви вернулся к мысли о том, что можно было бы просто вызволить Зика из тюрьмы и тайно отправиться на встречу с врагами для обмена. Это был рискованный план, и ему нужно было незаметно вытащить Зика Йегера из тюрьмы и добраться до места встречи незамеченным. Но это был лучший чёртов план, который он мог придумать, и это был единственный способ спасти Алису… или нет? Леви тщательно продумал весь план, пытаясь придумать, как ему пройти мимо чёртовых охранников и незаметно доставить Зика к месту встречи. Для этого потребовались бы некоторые навыки и скрытность, не говоря уже о большом количестве чёртовой удачи. Он должен был признать, что чем больше он думал об этом, тем больше этот план начинал походить на самоубийственную миссию… Капитан не был слеп к последствиям своих действий. Если бы он осуществил этот план и преуспел в спасении Алисы, он бы здорово разозлил чёртово правительство. Похитить военнопленного и передать его врагу… Его бы заклеймили как предателя, в этом нет сомнений. Его арестуют, казнят, а может быть, и того хуже… Леви не мог не согласиться с тем, что план становился всё более и более невыполнимым, как бы сильно он ни хотел его осуществить. Он рисковал собственной жизнью и свободой, даже обдумывая этот чёртов план, но он не мог просто сидеть сложа руки и ничего не предпринимать, пока Алису держали в плену. Он выругался про себя, разочарованный собственной беспомощностью в этой ситуации. Леви решил, что лучше всего было бы пойти и поговорить с самим Дариусом Закклаем и попытаться убедить его совершить этот чёртов обмен. Это был рискованный план, и он не был до конца уверен, как ему удастся убедить командира согласиться на это, но это было намного лучше, чем предыдущий план. Ему придётся придумать какой-нибудь способ уговорить командира на это…