Как оседлать врага

Липкий холодный пот облепил все тело заставляя его дрожать. Судьба и даже само подсознание будто бы решили сыграть дурную шутку. Сон что мне приснился все еще отзывался ноющей, тяготящей болью в низу живота, однако я ее упорно игнорировала. А все помещение комнаты захватил запах успокаивающих трав что для меня сварил Рыбьеног.  Мой рассудок все еще был затуманен из-за жгучей обиды и того что произошло до этого… *** — Фрей сядь на место, ты же не в своем уме! — Чертов Гримборн! Да как он только посмел?! Я его из под земли достану. — я грозно глядела на Иккинга что «пытался» спрятать за спиной Рыбьенога, в чьих руках находился мое оружие.  — Прошу успокойся. Он ведь успел понять твою темпераментность. И часа не прошло как мы вытащили тебя из его плена, а ты уже тянешься пойти обратно.  Хотелось сломать все что попадалось под руку. Меня будто резали изнутри. Как они могли заключить брачный контракт без моего ведома? Они же не были такими… моя мама же все понимала, ее тоже насильно хотели выдать замуж после чего та сбежала.  Так почему же они поступили так со мной?.. На мое плечо легла рука. Слишком маленькая для мужской, и слишком ласковая для того чтобы она принадлежала Астрид либо Забияке. Я сама и не поняла когда села на скамью и стала вглядываться в трусящиеся руки. Зеленые глаза двоюродной сестры смотрели с состраданием пытаясь утешить, однако все в тот же миг расплывалось мороком.  Как верить если сами мои родители предали меня?..  — Фрей. — тонкий но настырный голосок Хедер наконец докричался до меня. — Иди выспись… А дальше, будто все в тумане… *** Взглянув в окно, я не встретила рассвета, а все ту же, всю поглощаю ночь и чертовы воспоминания о нем. О чертовом договоре кровью. О чертовом сне где мы занимались тем что тело желало днем ранее.  Повернув голову в бок я встретила тревожный взгляд Роны и хилое лиловое свечение. Каждый шип на короне двигался будто вибрировал, должно быть ее моторика еще не всецело вернулась после фруктов Миротворцем. Белоснежная чешуя вибрировала, а зрачки из-за тусклого освещения были большими и глубокими.  После нескольких минут глядя в потолок, я поняла что сон больше не клеится. Встав с кровати, в глаза так и бросились помятые складки сорочки, и мой костюм бережно ждущий на столе, а рядом и Черное Пламя что мне добродушно вернул Вигго. Мой кинжал, Моргул, так и остался у Иккинга, и наверное тем лучше. Однако заменой ему будет меч.  Шаги до него были неровными будто бы мой рассудок все еще находился в тумане, не воспринимая всю информацию. Отторжение всего нового не приведет меня к чему-то хорошему, но сейчас у меня были другие приоритеты.  Рона бодрствовала уже долго, я поняла это по глазам, а значит можно выйти и развеяться. Из-за зимы, ночи стали длиннее, вот и команда будет спать дольше а значит и не заметят мое исчезновение. На тугой конец оставлю письмо.  Так и поступив, я оседлала Рону, заранее подготовив дорожную сумку и одевшись по теплее. Глубоко внутри я уже понимала где хотелось бы находится, и будто бы почувствовав драконица смотрела с надеждой в глазах.  — Да детка, мы летим на Нарат. — коснувшись гладкой чешуи, та отозвалась вибрациями. Я поняла что все делаю правильно.  Рона сделала короткий круг в воздухе, будто проверяя потоки, и взмыла вверх, не колеблясь. Ветер бил в лицо, пряди вырывались из косы и выскакивали из-под капюшона, глаза щипало, но мне было всё равно. Воздух был живым, помогая расчистить голову от излишних дум. Однако холод все никак не оставлял в покое, как ни странно горячая туша Роны совсем не согревала.  Я легла на спину располагая руки под голову. Мелькали звезды, под нами стелился ледяной океан, и где-то там — родная земля, окутанная вечным туманом. Идиллия момента дала то спокойствие с которой нужно было разобраться в своих проблемах. А было она одна. Точнее исходила от одного.   Вновь вспомнив его имя и совместные быстроразвивающиеся взаимоотношения, в груди кольнуло. И я даже не знала, что сильнее меня гложет  — ненависть или тоска. Всё спуталось. Была бы я в другой жизненной ситуации, то скорее бы даже обрадовалась такому раскладу, но сейчас, контракт все портит.  Встречусь я с ним только в полнолуние, а оно через неделю. Нужно до того времени собраться духом, подготовить вопросы и вернуть свое самообладание. И кроме того… Разные догадки и некогда странные цепочки, теперь стали мне понятны. Его присутствие на острове в день моей тренировки. Жадный интерес и чувство собственничества будто я опять исчезну. Его смазливая история о нареченной что так и не узнала кому она обещана. Это был прямой намек о котором я додумывалась но закрыла глаза… *** Ближе к рассвету мы добрались до побережья. Я и не поняла когда успели пройти несколько часов, голова была забита произошедшим и очередными догадками. Рона мягко приземлилась на знакомой скале, с которой открывался вид на серое поле в котором когда-то были дома. Там люди трудились, дети играли. В западной части начинался рынок, а к его концу была кузня Вестера которого я часто навещала.  Я слезла с драконицы, и в легкие тут же попал запах леса, но я знала что на поля так и останется смрад горящей плоти и древесины.  Мы шли с Роной через лес не торопясь, поставив для себя цели уйти хоть с какой-нибудь информации, ведь вычитанное вместе с Вигго навели на меня много мыслей и ряд ругани на себя же из-за того что не сделала этого раньше.  Как только я поднесла руку к записной книжки чтобы перечесть всю информацию из Драконьего Глаза, то заметила быструю маленькую тень. Рефлексы сработали моментально, и я уже находилась в седле, а Рона пыталась выйти на след.  Вывел он нас на родную поляну, и в поле зрения уже бросилось то самое существо с хвостом, шерстью, ушками… Маленькая белочка выкапывала ямку в нескольких метрах от нас. В ней она по всей видимости пыталась найти припрятанные запасы желудей и своих лакомств что закапала осенью. Однако там она ничего не нашла.  Быстрыми подпрыгиваниями зверек преодолел несколько метров и вновь вскопал землю. Ничего не найдя она повторила свои действия, а я же села умиленная ее действиями, и вопросами что живность делает в этих краях. После еще нескольких подходов, она внезапно остановилась что-то рассматривая.  Из под серой земли выглядывал зеленый расточен… на секунду мое дыхание замерло будто бы оно смогло бы ему навредить и растение вновь бы погибло. На прогоревшей земле что я три года пыталась взрастить растительность, хрупкая белка смогла посадить желудь.  Чем ближе я подходила тем сильнее не верила своим глазам. После стольких лет, земля наконец стала пригодной для выращивания а это означало и для жизни. Это был новый прорыв в то что я так долго пыталась возродить.  Не хотелось быть неблагодарной. Из дорожной сумки я вытащила несколько орехов и припасов еды что у меня были. Белка все приняла безоговорочно, и побежала не оглядываясь с набитыми щеками.  Закат сменился утром а я все сидела на том же месте придаваясь своим думам. Один росток сумел изменить судьбу целого острова, а если точнее то одна белка.  Я еще раз поняла насколько мой дом удивительный, и сколько еще в нем тайн кроется. Думая об этом, в моих руках уже оказался дневник на тех самых страницах что я списала из Драконьего глаза.  Наратийские руны, очертания внушительного острова и двух полуостров по бокам. Я не расшифровала сказанное из-за того что считала якобы у меня есть дела по важнее во всей передряге с Охотниками, но то что я могу разузнать стоило моего внимания моментально.  — В близи… темное, а издалека… светит ярче всех.  Фраза, казалось, играла с сознанием, не давая ухватить смысл полностью. Все крутилась и била о корки черепа.  “Вблизи темное… а издалека светит ярче всех…” Может это какой-то предмет на острове?.. С такой мыслю я шагала по острову не отдавая отчет времени, смотря вдаль и пыталась ухватится за малейшую вещь что бы это означало. Рона была рядом уставшая и измотанная. Отчасти я чувствовала себя также но не останавливалась.  Через несколько часов уже стемнело а я все шагала и осматривалась чувствуя в каждом слове этой фразы скрытый подвох. Через еще час я поняла что совсем не ела как и шагающий дракон рядом со мной, и тогда мы решили отдохнуть и поесть, но продлилось это не долго.  Фраза никак не хотела вылететь из головы и я уже начала психовать. Ноги болели, усталость последних дней давала о себе знать, и все это вылилось на бесполезное пихание камней вместе с недовольным фырканьем Роны. Она насмехается надо мной?  В воздухе я подумала что можно будет узреть всю картину и я сориентируюсь полегче.  Так мы делали круги над непроглядным островом. Вот виднелись темные леса, по центру была поляна где когда-то покоилась деревня. В южной части заваленная рубиновая шахта, в северной части небольшое светящееся озеро. Стоп что?! Озеро отражает флюоресцентный свет?  Я быстро направила Рону на посадку чтобы взглянуть на свою догадку. Разве шифр мог иметь в виду место а не предмет? Вблизи озеро было темным как и всегда. Даже утром оно казалось столь глубоким что невозможно было увидеть дна, не то что ночью, однако почему-то с высока оно отражало небольшой участок света и было единственным участком не объятым тьмой.  Может я раньше не замечала из-за того что старалась не приходить на остров ночью?..  Непроглядные воды устрашали, но единственным что могло бы ответить на мои вопросы, было именно оно.  Я и не сильно то раздумывая, начала стягивать с себя курточку вместе с юбкой, оставаясь в лосинах и безрукавки. Холод уже объял тело, а Рона глядела на меня как на умалишенную, думаю отчасти так и есть, но она понимала что полезет в воду вместе со мной, чтобы осветить путь.  Сняв с нее седло, и все что могло бы намокнуть, я сняла и свои ботинки, помолилась всем богам и затаила дыхание.  Всплеск. Холодная вода окутало тело. Я будто заново родилась но в этот раз рядом не было родителей а лишь Рона. Чувства разной степени нахлынули на меня как и щупальца озера. Я чувствовала как внутри зарождается паника, как оставшаяся одежда и волосы мокнут а открытые глаза шипит из-за чего я щурюсь.  Моя рука дотянулась до гладкой чешуи пытаясь хоть как-то успокоится, но она понимает меня без слов как всегда. Лиловый свет несильно озаряет путь но бы плывем все глубже и глубже оглядываясь на тайные проходы.  Шириной озеро не славилось но вот глубина у него не маленькая, и когда я уже начинала чувствовать как легкие по чуть-чуть горят, то увидела проход. Небольшой но светлый.  Мы плыли и пытались все быстрее дотянутся до небольшой надежды на то что я не ошиблась и там взаправду есть что-то стоящие.  Узкие стенки прорастали кристаллами разных оттенков, от красно рубиновых, до лиловых так похожих на окрас Роны. К слову у нее проблемы с дыханием не возникало но у меня ставлю на кон что лицо краснее помидора, поэтому как только мы вышли из воды, я не заметила всю красоту вокруг себя, а отчаянно пыталась отдышаться.  Пещера раскрылась передо мной, словно живая. Кристаллы всевозможных оттенков, объясняли сияние озера. Между ними пробивались растения с тонкими светящимися листьями, будто впитавшие несколько вековой свет.  Мелкая фауна осторожно выглядывала из укрытий: прозрачные мелкие насекомые, переливающимися цветами будто перламутровые, не спеша скользили по стеблям растений; маленькие светящиеся рыбки плавали в кристальных потоках воды, образуя мерцающие линии света.  Должно быть небольшой бассейн внутри озера соединился с океаном, пропуская его обитателей внутрь пещеры. И возможно что все это часть затонувшего полуострова, и сейчас мы находимся слишком глубоко чтобы это вразумить.  Пахло влажной землей и свежестью растений, воздух был прохладным, но не холодным, насыщенным магическим спокойствием. Лепестки и листья, тронутые легким движением воды, слегка вибрировали, отражая отблески кристаллов. Каждое движение внутри пещеры казалось живым, а я чем-то инородным здесь, ведь оглядываясь на Рону, та светилась все ярче и ярче. Свет, скользя по стенам, подчеркивал необычность растений — некоторые из них светились в темноте.  Я шла осторожно, стараясь не потревожить хрупкую гармонию этого места, и с каждым шагом ощущала, как пещера открывает передо мной уходя все дальше в глубь. Я так и шла пока не услышала под собой хруст.  Тогда то и вся идиллия оборвалась, ведь скелет человека не сильно сочетался со здешней фауной. Я сдержалась от крика, переполненная в тот же миг энтузиазмом.  На останках были белые и алые ткани что указывали его причастность к роду Винник. Это цвета Нарата а значит он был важной особой, но вот только больше всего меня озадачили пергаменты в которых он так яро вцепился, будто боялся что их отнимут после смерти.  Должно быть я указала неуважение изъяв их но это нужно было сделать ради благого дела. Развернув хрупкие листы с осторожностью, сразу же поблагодарила их создателя за то что пронумеровал их по дням. Драконица встала сзади озираясь по пещере с исследовательским интересом.  — «День первый. С собой я взял писательные принадлежности, несколько вяленных кусков мяса и кувшин чистой воды. На некоторое время должно хватать если экономить. За последние пару часов, чувствовались еще несколько сильных сотрясений, обваливались камни, но я защитил их всех до единого. Отец говорил мне что этот день настанет… говорил что я должен буду их защитить, это ведь наша цель, мы дали клятву. Однако до прохода смог добежать только я. Вэ’йгону досталось валуном по голове, и он сразу же потерял сознание упав в образовавшуюся пропасть. Я пытался его спасти, хотел прыгнуть за ним… но Люсиус меня оттащил, сказал что хотя бы одному из нас нужно туда добраться, защитить их. Он будто знал что проход завалит и он останется там среди камней… навсегда.»  Я застыла, чувствовала как рука чуть тряслась в интриге и понимание того что эти папирусы доступны лишь мне. И скорее всего это то что многие века все так пытались разузнать… В ладони оказался еще один хрупкий свиток.  — «День второй. В пещере чуть похолодало и время от времени чувствуются как вздрагивает земля. Должно быть полуостров настолько опустился под воду, что океан охлаждает его не позволяя тому содержать тепло. Надеюсь им не холодно. Я чувствую как все больше желудок сжимается, но пытаюсь продержаться на мясе и воде как можно дольше. Несколько из них шевелятся, издавая примитивное им сияние. Особенно резвыми является те что оставила Зири’тия, они иногда светятся алым свечением. Сестра часто говорила что Зири’тия резвая и своенравная. Как там говорится? Яблоко от яблони? К слову я подходил к проходу. Видеть сквозь обвалившиеся камни оторванную руку Люсиуса было крайне сложно, но я пытался сосредоточится на выходе. Завал мне самому не разгрести, а из-за воды я задохнусь. Осталось только ждать.» Руки торопливо дотянулись до еще одного а глаза забегали по строкам.  — «День третий. Я начинаю мерзнуть, стало еще холоднее. Все время чихаю и дрожу, но это не имеет значения. Если им будет холодно, то превратятся в камень… Я не знаю как быть. Раз завал еще не раскопали значит все очень плохо. Либо все мертвы, либо это слишком опасно. Запасов осталось мало, я плохо рассчитал порции и съел больше чем требуется. Попытался в завалах найти сумку Люсиуса, в ней тоже что-то должно быть, но внутри начало затикать еще больше воды. Я не хочу рисковать. Не хочу рисковать ими… Они должны остаться целыми, эта наша единственная крупица цивилизации, наш успех… Я пытался разместить их ближе к большому скоплении кристаллов, но это не придает им нужного тепла. Я не знаю что делать… я позорю всех, грязное пятно на чистой чести Драконоблюстителей. Наш мудрый орден остановится на мне…»   Вновь по пещере раздался шелест бумаги.  — «День четвертый. Пальцы немеют. Рассудок мутнеет, еды осталось мало но я все же слежу за ними. Те что от Ира’зис прекратили свое золотистое свечение, а те синие что оставила Тали’ссия больше не шевелятся словно жизнь в них уже замерла. Только белоснежные с алыми полосками от Зири’тии иногда пошатывается, но я все больше теряю надежду. Когда шаманы скрещивали Фурий и Скриллов, они использовали много огня. Так говорил мне отец. Если же тепла нету то и нашим защитникам нельзя будет помочь, а это значит что наша связь с ними на всегда иссякает. Серебристые волосы больше не будут олицетворять наше соединения, а фиолетовые глаза останутся лишь мифом. Сегодня я опять осматривал проход. Его рука гниет, и по пещере витает отвратительный запах. Все чаще раздумываю над тем как раскопать проход, но если это сделать внутри попадет вода, все затопит и они пострадают, а в этой фазе они слишком хрупкие. Должно быть все так как говорил отец. Рок постиг Нарат, за наше могущество. Отняли у нас дом и защитников и все кончится здесь.» Мозг кипятился пытаясь переварить информацию, но руки не останавливались.  — «День пятый. Глаза уже полностью привыкли к свету кристаллов. Руки предательски дрожат и немеют от голода и холода, осталось продержатся еще немного на воде. Я слишком обессилен чтобы подняться на ноги. Сегодня я заметил что они больше не шевелятся. Только одно светит хилым алым свечением. Такой же воинственный как и Зири’тия. Как интересно… у каждого из них свой характер, но все они до смерти преданы своему выбору. Помню как сестре предстала возможность дать одному выбрать себя. В пещере были и новорожденные и чуть по старше, все с интересом разглядывали ее но лишь Зири’тия осмелилась подойти и заглянуть прямиком в пурпурные глаза Асе’рии, моей сестры. С того самого дня они не на миг не расставались. Видя их я часто желал чтобы это счастье настигла и меня, но Асе’рия была одной из воительниц, а я Драконоблюстителем, мы выращиваем их, присматриваем, заботимся… Я Эйнар Винник, горжусь что отдал жизнь за свой народ. Я видел его процветание и видел столь же великий крах что его настиг. Кара за наше могущество, за наш уникальный народ… и за наших крылатых друзей. Туманных Стражей. »  Я в панике начала искать еще один сверток. Не может же так быть чтобы все остановилось здесь! Мой взгляд тут же упал на один последний папирус рядом с светло зеленым кристаллом. Руки сразу же жадно потянулись к нему.  — «День шестой, и последний скорее всего. Не знаю найдет ли кто-то когда-нибудь это место, но надеюсь если это все же случится, эти знания попадут в правильные руки. Думаю из-за сотрясений полуостров проник так глубоко в воду что люди напросто не могут до него доплыть, а драконы слишком большие чтобы в него пролезть. Длина тела 10 метров, размах крыльев 20, рост 3. Осталось надеется лишь на то что случится еще одно небольшое содрогание и проход расширился. Рука так дрожит что я больше не могу писать. Это мои последние минуты… Я только что увидел еще одно свечение, на этот раз лиловое. Это исходит от кладки Дэймы… Единственное ее яйцо чуть пошатывается и мерцает. Как же… в таком холоде оно еще не… окаменело… Оно как Зимнее Дитя…» На этих слова летопись моего предка, Эйнара Винник прервалась… Зимнее Дитя. Наратийские руны заставили вспомнить каким прозвищем меня нарекли. Sōnar Riña, какое совпадение, что навевает на мысли о Роне… Голова болела, я не понимала как все это осмыслить пока не поняла что дракона позади меня нету. Пошатываясь я встала пройдя вглубь пещеры на несколько шагов и заметила ту в одном ответвлении сидевшую неподвижно.  — Рона… — я тут же замолчала, когда заметила на что она смотрит. Драконьи яица. Они были все серыми будто за столетия превратились в камень, но тонкие цветные волны все еще просвечивали.  Голубые, золотистые, зеленые однако не одного лилового. Догадка о том что из последнего лилового яица вылупилась Рона, становилось все более явной. Я вновь посмотрела на кладки, их там было несколько десятков. Мои глаза остановились на несколько с алыми просветами, взяла в руки самы большой. Он был тяжелым но невероятно красивым будто бы переливался.  И тогда я решила что возьму его с собой. Острое чувство вины ударило по мне. Почему я взяла только его а другие нет? Эти мысли сразу же заменились другими. А с чего я взяла что оно вообще вылупится?  Мой взгляд упал на Рону. На изумительно острую корону, перламутровую чешую с лиловым отливом, грациозный взгляд. Стоит попробовать. Если есть шанс возродить этот могущественный вид, я его не упущу.  Из пещеры мы вышли не сразу. Я еще долго размышляла обо всем прижимая яйцо к сердцу, Рона же лежала головой у меня на коленях. Как она смогла вылупится при таких трудных условиях. Мысли повели вновь к прозвищу. Зимнее Дитя… Нас обеих так нарекли. Рону из-за стойкости к холоду, а меня за то что родилась в безумные холода. Помню родители говорили как после той зимы, было невообразимо жаркое лето, может оно и растопило пещеру. Но в таком случае как смогла вылупится лишь она? Может из-за иммунитета она не окончательно окаменела? Чувствую что на этот вопрос я никогда не узнаю ответа.  Когда мы все же вышли наружу, то уже назревал рассвет. Долго же мы там просидели. Весь полет я чихала, должно быть заболела, но никак не расставалась с находкой, прижимала так будто мать пытается пригреть малыша.  Мокрые волосы засыхали при холодном потоке ветра и даже капюшон не помогал, голова из-за этого неимоверно болела. Но думы о Наратийских шаманах все никак не покидали. Значит когда я предполагала что Рона гибрид, то была права?.. Да и что он имел ввиду под словами «они нас выбирают» и «связь». Неужто драконы сами выбирают своих всадников, и из-за этой связи Наратийцы были такой внешности? Но мы же рождались такими, значит связь устанавливалась с самого рождения? Я откинулась на спину. Все так запутано. Вигго, договор на крови, поступок родителей, тайны дома, новый вид драконов, да и к тому же Рона меньше чем указано в папирусах, значит она еще вырастет… Иккинг и Рыбьеног уж точно обрадуются новостям.  А как насчет старого Нарата, значит все было правдой, в не выдумками больных бардов. И как черт его подери Драконий Глаз оказался у Наратийцев и они смогли записать целую страницу на тему  Туманных Стражей. Да чтоб его!  Хотелось начать кричать во все горло. Я думала что если узнаю эти тайны то всё будет легче, но случилось ровным счетом наоборот и я окончательно запуталась.  С такими мыслями заметила Драконий Край и посадила Рону прямо у Переговорной где столпились все.  — Фрейя! Только не говори что ты была у Виг… — Иккинг сразу же замолк, оглядывая неизвестное всем яичко в моих руках. Разговор предстоял интересный, но прежде чем это сделать, мы завели его инкубационный процесс.  Лиловая кислота Роны прогревала его со всех сторон. Несколько пар глаз замерли вокруг него и глазели.  Смотрели не закрывая глаз не на секунду… пока с его скорлупы но отклеился кусок камня и просветилось алое мерцание… — В нем есть жизнь…