Как оседлать врага

Выйдя из теплого помещения залитого паром, меня тут же окутал холод улицы, ведь на архипелаг опустилась зима. Странно но в этот раз я не увидела Ло’рали в бане. Наверное ее смена закончилась.  Всюду уже опустилась ночь. Фонари гостиниц и таверн освещали во всю длину улицы Серебренного Двора, однако я искала лишь одно свечение. Розовое, что напоминает лавку пряностей, или же какой нибудь знахарки. Но нет. Гостиница «Несет» уже виднелась впереди.  Ее я выбрала из-за вида что открывается на холм, где ночует Рона. Но еще один повод это свечение, проникающее с улицы в комнаты. Фонари из розового стекла отбрасывали тёплый свет, напоминающий сияние Роны.  Когда мы ночуем вместе, зачастую ее лиловые полосы светятся. Я знаю что она это делает чтобы успокоить меня, ведь без источника света рядом, у меня часто бывают кошмары.  Поднявшись в свою комнату, я мигом глянула на холм. Рядом с пещерой есть дерево на которое Рона любит висеть. Если оно чуть наклоняется под тяжестью ее веса, это означает что она на нем.  Если нет то смотрю на вход в пещеру. Когда она там, стены отдают лиловым свечением. Людям это не кажется чем-то странным ведь прям у входа в нее, есть семейство кристаллов что заряжаются от солнца, освещая по ночам холодным белым сиянием. На первый взгляд оттенки почти не отличаются, но я всегда её замечаю.  Уставшая от долгого перелета, и приняв горячую ванную в бане, я решила что уже пора ложиться спать. День был тяжелым и следующий, нутром чувствую будет таким же.   У меня просто напросто улетел из головы момент, когда я переоделась из костюма в тонкую, белую сорочку и укуталась в пушистые шкуры. Однако отчетливо помню как проснулась по среди ночи от сильного и частого топота из комнаты что рядом. Было слышно как несколько раз ударяли по полу, хлопали дверью и шумели в поздний час.  Понимая что выспаться мне не дадут, я выскочила в полупрозрачной ночной рубашке, проклиная того кто поднял меня в такое время, и быстрым шагом направилась к соседней двери. Я долбила в нее пока мне не открыли, и не встретилась глазами с его жильцом. Великий Тор… лучше бы я вообще из комнаты не выходила… Дверь распахнулась и теперь на меня смотрел Вигго, изумленный и раздраженный. Растрёпанный, без своей обычной брони, в чёрных широких штанах и оголенным торсом. Его волосы были взлохмачены, взгляд теперь — острый, как лезвие. Он окинул меня быстрым, внимательным взглядом успевая пройтись по лицу и телу.  — Что ты здесь делаешь? — голос у него был хриплый, будто после ссоры или сильного раздражения. — Да еще и в таком виде.  Я сжала полы сорочки, ощущая, как холодный воздух проникает под одеяния.  — Не твоего ума дело. — огрызнулась я, не подумав о последствиях. — Почему в твоей комнате такая возня? Ты решил устроить ночной переворот? — он смотрел пристально не отвечая. Я издала усталый выдох, чувствуя как тело ноет от усталости. — Слушай, давай я забуду что ты заселился в комнате по соседству, а ты перестанешь шуметь, хорошо?  Он не ответил. Просто продолжал смотреть, будто что-то обдумывал. А потом резко, без предупреждения, его рука перехватила меня за запястье, и прежде чем я успела вскрикнуть или вырваться, он рывком втянул меня в свою комнату, так чтоб я упала в его объятия. Мое плечо коснулось его обнаженной груди. Подняв полный непонимания взгляд, я встретилась с его, темным и проницательным. Меня сразу же окутал запах его масел. Мята и дикие ягоды… Дверь захлопнулась с глухим стуком. — Какого… — я попыталась отступить, но он повернул меня спиной к себе, держа так чтобы я не пострадала, но и не смогла вырваться. — Отпусти меня, Вигго, или клянусь, я… — Или ты что? — процедил он сквозь зубы, его голос стал тише, ниже, будто опасный рык. — Не думаешь что сама судьба свела нас Фригг? — на этом моменте я чуть успокоилась пытаясь понять, что же он хочет донести. — На моем корабле нашлись ущербы что не подлежат ремонту за одну ночь. Разве может быть совпадением то что я избрал именно эту гостиницу, и мы оказались соседями?  — Псих… — я зашипела, пытаясь оттолкнуться, но он держал крепко. Я запнулась, не договорив, потому что сама не знала, как бы еще можно его назвать. Моё сердце бешено колотилось, грудь вздымалась от злости… или страха… или, может, от этого безумного ощущения его тепла, его запаха, его взгляда и рукам что так крепко держали, но не вредили.  Понимая что разум опять обволакивает туман, я решила остановить весь этот спектакль.  — О боги… — протяжно выдохнув, продолжила. — Сейчас глубокая ночь. День был тяжелым. Я просто хочу отдохнуть, ничего большего. — он также держал меня не отпуская. — К тому же, я начинаю мерзнуть… Он резко развернул меня, прижал спиной к двери. Его лицо оказалось слишком близко. Ловушка, в которую я вечно сама себя загоняю. — Так останься Фригг… и я тебя согрею… — мои руки оказались над головой, прижаты к холодной поверхности. Животом я чувствовала его теплый торс, на талии легла его горячая ладонь, а спину обжигал холод двери что так не хотелось чувствовать. — Ведь ты уверена, что это именно то, чего хочешь от меня… сейчас… в таком виде?     Он медленно приближался ближе. Его стратегия и игра была уже давно мной изучена, но как этому противостоять я еще не поняла. Его голос стал почти бархатным, но внутри слышался тот же ледяной металл. Я дернулась, но его рука, всё ещё сжимавшая моё запястья. Его обнажённая грудь обожгла мою сквозь тонкую ткань сорочки, а дыхание щекотало губы. Я чувствовала как в моем теле происходят изменения, и рядом с ним это не впервые.  — Вигго… — его имя с моих уст, слетело как что-то обыденное. Я даже не знала что хотела ему сказать.  Пока мои глаза исследовали его, мужская ладонь исследовала мое тело. Не впервые но в этот раз по-другому. Жесты были более рискованными, словно перед чем-то неотложным, ведь под сорочкой я была совершенно голой. Его ладонь уже оказалась на моем бедре, перемещаясь на внутреннюю его часть и медленно поднималась.  — Я… — попыталась было я, но слова застряли. Он отпустил мои запястья — только для того, чтобы коснуться пальцами моего подбородка, приподнимая лицо. — Тихо Фригг. Просто расслабься… — тихо произнёс он, будто устал от этой вечной войны между нами. — Доверься мне хоть на одну ночь… Останься в моих объятиях…  Я даже не пыталась что-то ответить — он просто накрыл мои губы поцелуем. На этот раз не грубым, не жестоким, а почти медленным, глубоким, словно проверяя, сдамся ли я. И вот в этом-то и была моя беда… Я снова сдалась. В тот миг все будто закружилось, и мы больше не были в гостинице фонари которой освещали наши изнывающие по ласки тела, а где-то далеко в своем мире. Там где часто себя представляла.  Подняв меня на руки и придерживая за ягодицы, он направился к постели. Пальцами что трогали его спину, я чувствовала каждый железный мускул и каждый шрам, желая его поцеловать чтобы тот прошел.  Опустив меня без резких движений на мягкие шкуры, словно боялся спугнуть, Вигго навис сверху.  Я разглядывала его темные опьяняющие глаза, очерчивала скулы и черты лица, впервые позволяя себе быть так близка с ним. Осматривала накаленные в боях руки, и сильный торс что напрягся. Но кроме этого сквозь темную ткань штанов, было видно и все его желание продолжить нашу ночь. Розовый мягкий свет с улицы вместе со свечами в комнате, придавали этому моменту особый окрас.  Я видела отражение в его глазах. Желание, голод. Не тот что чувствует мужчина после долгого отсутствия женщины, а тот что, имея рядом тысячу — он желает лишь одну. Вигго запоминал каждый миг этой картины, скользя по открытой бледной шее, вздымающейся груди с окаменелыми сосками, талии что облегала сорочка, и бедра которые частично прикрывала ткань.  Он опять вернулся к губам поцелуем. Теперь более жарким, жадным, набирающий обороты, несдержанным.   — Я хочу, чтобы ты помнила эту ночь… помнила меня… помнила каждое моё прикосновение… даже если завтра снова возненавидишь. — каждый раз когда он отстранялся, мне хотелось притянуть его обратно, не разрешая разомкнуть поцелуй. — Если хоть что-то заставит тебя усомниться… просто скажи. Я не позволю себе сделать больно. — Не помню чтобы ты когда нибудь делал мне больно…  На миг, в темных глазах воспламенилась еще сильней та искорка что горела до этого. И вновь жаркие поцелуи что я так ждала. Они будто предвещали начала чего-то более масштабного. И так и было, все только начиналось.  Одной рукой он придерживал свой собственный вес, а другой скользнул к шнуровки сорочки что находилась на груди. Справился он с ней быстро.  В следующий миг я почувствовала как та медленно сползает с плеча, оголяя самые сокровенные места, из-за чего я пыталась прикрыть грудь руками.  — Не прячься… Я хочу видеть тебя всю. Ты прекрасна… до боли. До безумия. — я же послушалась касаясь его волос.  И вновь жаркие поцелуи. Мне хотелось чего-то большего, хотелось наконец почувствовать всю его страсть, узнать какого это. Однако кареглазый не желал торопится чтобы не отпугнуть меня, или просто сдерживался?..  Рука что скользила по всему моему телу, сейчас оказалась на не прикрытой груди. Одним лишь прикосновением он заставил все мое тело извивался. Трение усилилось и в области бедер, и когда я коснулась его то заслышала тихий рык.  — Не испытывай меня… Я и так держусь из последних сил, чтобы не сорваться… но если сделаешь еще раз, клянусь богами я не смогу. — мои губы расплылись в бунтарской улыбке.  — Я хочу познать как сильно ты меня хочешь. Покажи мне… — обвив ноги вокруг его бедер, я притянула кареглазого как можно ближе к себе. Из полуоткрытых губ сорвался тихи выдох.  — Играешь с огнем Фригг… Но я предупреждал. — я даже не успела понять когда оказалась абсолютно голой перед ним.  Поспешно раздев меня, он без единого предупреждения опал губами к груди, вытворяя вещи что я бы никогда себе не представила. Первые стоны что я издала были нежданными но для него видимо усладой для ушей, ведь продолжал он после этого более рьяно.  Участки на бледной коже что он целовал, кусал, посасывал тут же становились багровыми. Он словно клеймил меня выражая всю свою страсть и привязанность. Пальцы запутались в темных волосах, а ноги я непроизвольно растаивала шире оплетая его торс.  Воспользовавшись моментом Вигго скользнул туда, без предупреждения, не грубо а нежно, услышав в ответ громкий стон сопровождающийся его именем. Большие, мужские пальцы скользили вверх и вниз, цепляя самые чувствительные участки. Пространство наполнилось хлюпающими звуками, поцелуями и стонами.  — Сводишь меня сума… Даже не знаешь как часто я представлял тебя такой, изнывающей от моих ласк, стонущей мое имя…  Один палец проник внутри, медленно давая мне время привыкнуть. Я закусила губу от новых ощущений что казались столь неизведанными но приятными. Его спина напряглась когда я схватилась за плечи, а взгляд пристально следил за моим.  Когда он начал двигаться я уже не могла заткнуть себя. Все было в новинку. Его губы столь страстно целующие меня, руки прикасающиеся к коже. Его собственное тело так бурно реагирующие не меня. Но мне было не достаточно.  —Вигго… сделай меня своей… — он затуманено посмотрел не меня. — хочу Прошу… Кареглазый чуть приподнялся смотря в мои глаза. Взгляд хищный словно только этих слов и ждал. Затем последовал поцелуй, и он убрал руку которой ласкал меня. Моментальная пустота будто окутала меня. Однако Вигго не заставил меня долго ждать.  Направив себя рукой, я почувствовала как в меня упирается его орган. Он был твердый и внушительных размеров. Дух перехватило и я легонько, сама этого непонимания, сжала напряженные плечи. Вигго сразу же это заметил, обеспокоенный смотря мне а глаза. В мгновение ока он перевернулся на спину и усадил меня сверху.  — Тогда сама.  В его жестах я то и дело замечала нетерпеливость, но и его старание быть нежным.  Я судорожно сглотнула, сидя на его бёдрах, ощущая под собой его напряжённое, горячее тело. Мои бедра тут же обвили сжимая их большими ладонями.  Я чуть поднялась на дрожащих коленях и, направляемая им, опустилась ниже. Горячая головка осторожно растягивала меня, заставляя всхлипывать от непривычного ощущения. Вигго тяжело дышал, мышцы его рук вздрагивали явно желая усадить меня все ниже, но он держался, позволяя мне привыкнуть к размеру.  Медленно, с усилием, я опустилась полностью, задыхаясь от полноты чувств. Боль была, но вместе с ней пришла волна чего-то глубже — тепла, принадлежности, какого-то запредельного блаженства. Вигго закрыл глаза, будто борясь с собой, позволив мне самой выбрать ритм. Я начала двигаться осторожно, несмело, но с каждым движением тело само находило нужный темп. Его руки поднялись к моей талии, скользя по ней, сжимая, направляя, помогая. В его взгляде, теперь открытом и не скрывающем ничего, было такое восхищение, такое безмерное желание, что мне захотелось раствориться в нём без остатка. Я чувствовала себя будто в опьянении, имела власть, но не на долго. Его рука скользнула меж моих ног. Он знал, как доставить мне удовольствие, пальцами плавно, давил на центр моего возбуждения массируя между нижних губ.  Мои ноги тряслись, тело не слушалось, голос надрывался. Однако он не переставал ласкать меня, а лишь делал это еще сильней. Ласкал до тех пор, пока я не задрожала всем телом, чувствуя как все мои мышцы напрягаются и я обессилено падаю ему на грудь.  Он погладил мою спину, пройдясь пальцами по каждой косточке поясницы и прошептал: — Продолжай.  — Я так устала… не могу… В какой-то момент Вигго не выдержал — рывком поднялся, сменяя положение. Теперь он был сверху, беря свое.  — Тебе удовольствие доставил, теперь позволь и мне утолить свою жажду. Его толчки стали глубже, сильнее, как и мои стоны все громче, а чувства более яркими. Он двинулся быстрее, его движения стали резкими, но я чувствовала — он всё ещё держится, старается не напугать. Мы будто тонули в этом безумии: стоны, дыхание, удары влажной кожи.  Когда Вигго сделал последний и самый резкий толчок, я почувствовала еще одну волну экстаза. Он быстро вышел из меня изливаясь на живот. Наши тяжелые дыхания выдавали всю усталость но и наслаждение.  Кареглазый прижался ко мне так крепко, будто боялся отпустить. Мои ногти оставили яркие следы на его спине, но Вигго меня не разу не остановил.  Встав, тот взял со стола какую-то ткань и бережно вытер меня. Мое тело так ослабло что я больше не реагировала, оставаясь в его власти. Нежно укрыв меня шкурами, я почувствовала как матрас просел от его веса, а после и его горячие руки на моем теле.  — Спи моя Фригг. Я буду стеречь твой сон…