Загорье

Некогда цветущие высокими, глубоко коренящимися травами луга залило тонкой плёнкой молока, равномерно покрывающей просторы от лесов Химина, оставленных где-то позади за широкими водами Армеса, до скалистых пиков южного хребта, защищающего регион от опустошительных набегов. Будто все пастухи озёрной долины разом вылили прибережённое на зиму молоко виделись просторы лугов озёрной долины. Казалось что вот-вот молочная гладь отразит на своей поверхности весь мир, и они отражала, становясь серой и коричневой от прилегающих мимо лошадей, взбивающих гладь копытами. Шёл второй день с тех пор, как ранним утром Шведь разбудила Аргу и посадила на лошадь, чтобы скакать куда-то непонятно куда. Колдунья всё также ехала впереди, казась большой от ветра, раздувающего одежду. Вечером первого дня Арге не удалось опросить Шведь, куда они всё-таки направляются, потому что они обе сильно устали от плохих дорог правобережья Армеса. Этим вечером Арга должна была не упустить такую возможность. Через несколько миль езды показались дома и скромные огороды, покрытые крапинкой из камней. "Переночуем здесь, в Бие" — голословно отозвалась Шведь. Тем временем среди скромных каменистых домов городка Бия показалось двухэтажное здание таверны. Постройка была сложена из обтёсанных сосновых брусьев, которым слегка придали квадратной формы. Между ними расположилась хаотичная каменная кладка. Тут и там висели красные и оранжевые бумажные фонари — вестники праздника, а именно, дня середины зимы, одного из главных праздников года. Люди радовались тому, что счастливо и в достатке прожили уже целых пол зимы, потому и праздновали. К тому же, к моменту праздника доходило заготовленное осенью вино, из которого делали глинтвейн. Приобретя ужин, Шведь и Арга сели за стол в углу таверны. Посетителей было немного, все готовились к празднику у себя в домах. — Шведь — А? — Так куда мы едем-то? —Ну... это долгая история. Если коротко, к старому магу, который научит тебя нескольким магическим приёмам. Арге стало не то чтобы сильно понятнее, но она отстала от уставшей за день Шведь. "Пошли спать" — изнурённо добавила Шведь, показывая на лестницу, ведущую к комнатам.

***

«Ну наконец-то, сколько ещё идти-то!» - Шведь спрыгнула с глинистой дороги в неглубокую канаву, поросшую сухой заснеженной травой. «Давай, прыгай! Дальше до озера таинств нормальной дороги нет, мы не просто так оставили коней в деревне - нужно идти по тропинке." Прыгнув, Арга почувствовала хруст чего-то под ногами – вся канава и узкая тропинка, которая тянулась от неё были усыпаны глиняными черепками. –Шведь, а почему тут всё в битых кувшинах? – Ну, раньше эта дорога вела в деревню и тут, между одной и другой деревней, жители проводили ярмарки – ответила Шведь – потом ту деревню забросили. Через пятнадцать минут ходьбы по тропинке, Шведь и Арга вышли на берег озера таинств. Оно не впечатляло также, как Бия или Лазурь, но в берегах, состоящих из сухих трав, было что-то красивое. Где-то тут должен быть его дом… - тихо буркнула под нос Шведь. Через пятнадцать минут поисков Шведь и Арга вышли к небольшой ложбине, где между двумя толстыми дубами, нагнувшимися друг к другу расположилась маленькая зелёная дверь в землянку, рядом с которой бирюзово-зелёным цветом отливало напоминающее рыбий глаз круглое, выпуклое окно. Шведь постучалась в дверь одним из своих колец. В окошке показалась чья-то седая борода, еле послышались шаркающие шаги тапок и дверь со скрипом отворилась. - Шведь? Как давно ты меня не навещала! Как там в мире дела, как ваша война? - Всё хорошо, основные города в безопасности, ещё и у противника восстание вспыхнуло. Знакомься, это – Арга – по прабабушкиной линии у неё есть родственники из королевского рода Таграда, а по прапрадедушкиной – из королевского рода Латура. - Так ты наследница сразу двух королевств, отлично! – гномоподобный дед поправил маленькие позолоченные очки, которые чудом не спадали с носа, – мне нужно её кое-чему научить, я правильно понимаю, да? - Именно так - ответила Шведь. Её суровый боевой тон наконец-то сменился добрым и шутливым. - Тогда проходите, располагайтесь! Несмотря на маленькость снаружи, внутри дом состоял из большого, уходящего далеко вперёд коридора с комнатами по бокам и гостиной, расположенной слева от двери, как раз под круглым окном, в стене гостиной прятался огонёк камина. Прямых стен тут почти не было: всё изгибалось наподобие корням и ветвям деревьев. Хотя казалось, что тут должно быть темно, в доме было много света: потолок был испещрён маленькими жёлтыми, рыжими, зелёными окошками, которые снаружи не было видно, они прятались под листвой, в дуплах и корнях деревьев. В конце коридора была большая дубовая дверь с витражом. Шведь заселились в большую комнату, разделённую на две половины раздвижной деревянной сеткой. Шведь, а как мне называть этого мага? – спросила Арга. Просто господин Каймакусаш. Это их городое имя – ответила Шведь – Каймакусаши – целая династия магов. Наконец наступило время спокойствия после долгой дороги. Арга легла на кровать и стала разглядывать потолок из дубовых досок. В них то и дело проступали загадочные лица людей с заострёнными ушами, сердитые головы птиц, злобные рыла. Спокойствие продлилось недолго: из гостиной послышался тупой стук в толстое выпуклое стекло. Выбежав в гостиную, Арга увидела какую-то птицу – то ли пустельга, то ли кобчик, которая долбилась в стекло с письмом в клюве. Шведь впустила птицу и взяла письмо, достав небольшую рыжеватую бумагу из конверта и пробежавшись глазами по содержанию начала читать вслух: «Госпожа Шведь, вынужден прервать вас от вашего путешествия. В Латур недавно прибыли послы восставших. Прошу прибыть в город. От помощника короля Латура». Отлично, просто великолепно! – Шведь не стала писать какой-либо ответ, посадила птицу на руку и выпустила на улицу – придётся мне удалиться, что уж. Арга, слушайся господина Каймакусаш! Всем до свидания! Арга не успела попрощаться со Шведь, как та уже бежала вверх по склону ложбины. Деревня Приречная располагалась на самом краю Ольмарка — лесистого и холодного региона Третьего Легиона. На другом берегу болотной реки уже располагались поселения народа имаг — одного из редких народов, которые не были подчинены Легионом. Из-за своего пограничного положения никому не было выгодно владеть этой территорией, только Легион раз в год собирал с жителей налог, в остальном же поселенцы были достаточно независимы. Даже в армию местных особо не брали, только по контракту за сто тысяч монет, таких солдат во всей деревне пятеро. Деревня готовилась к большому торгу - событию, когда ремесленники и фермеры из этой и соседних деревень съезжались и обменивались вещами. У местного кожевника кипела работа: утром он достаёт из ванной с рассолом вымоченные шкуры, после замачивает её в чистой воде, чтобы удалить лишнюю соль, убирает с неё всё лишнее, и после ещё нескольких операций, кожа готова . И так целый день проходит у кожевника и его семьи, которая ему помогает. Под вечер, когда кожевник вносил мусор со своего рабочего места, его мать, которую все обычно назвали бабушкой, стирала вещи и заметила скачущего раненного солдата, и узнала в нём своего внука. — Что случилось? Почему так рано? – бабушка из семьи кожевника выбежала к всаднику – ты ранен? – Всё нормально, хотя, как нормально... я поучаствовал в восстании на фронте, подлечите меня чуть-чуть и я уплыву на болота, к переменам. Бабушка молча перевязала ногу. Где-то через час после прибытия в деревню всадник уже плыл по реке называемой болотной к диким и воинственным племенам имаг. Арга осталась одна с старым магом. Каймакусаш в первый день не торопился с учёбой, выдал какие-то книги о зельях и растениях, видах магии и истории, только и всего. Закончив к шести вечера, Арга пошла гулять в деревню. Главное не потерять дом мага — а он был действительно хорошо спрятан, будто это не обычный маг-отшельник, а какой-то преступник или враг власти. К вечеру пошёл снег. Конечно, это же день середины зимы, а по неизвестной причине в этот день всегда идёт снег, что Арге казалось обыденным и совсем не мистическим. Деревня была небольшая, она стояла на месте плавного перехода между лиственным лесом и озёрным лугом. Повсюду висели разноцветные бумажные фонари, люди радовались тому, что пережили целую половину зимы. Стояли прилавки с мёдом и вареньем, на холме стояла одинокая церквушка, которая не имела особой популярности в языческих лесах и тихо, ритмично била в колокола. Арга зашла в церковь: зелёные и синие стены, витражи таких же цветов, посередине располагался стол, на котором стоял большой расписной таз с талой водой, в котором плавало несколько еловых ветвей и шишек. Выйдя из храма Арга вернулась на торговую улицу, взяла несколько баночек с вареньем и мёдом. Жители деревни опускали на водную гладь Лазури кораблики. Это только местная традиция – большинство водоёмов застывают, но Лазурь и озеро таинств никогда не покрываются льдом полностью. Тоже спустив на воду кораблик и посмотрев небольшой салют, Арга вернулась к магу.