Госпожа и её Император

      Когда зал Тёмного Совета почти опустел, Император задержал свой взгляд на оставшейся советнице. В её строгих, сияющих золотом, глазах читалось непонимание вместе с твёрдым намерением переговорить тет-а-тет. — Оставьте нас, — обыденно обратился Ваурон к страже и, как только та удалилась, поднявшись с трона, направился в сторону Дарт Кровос, вставшей со своего места: — В чём дело, дорогая?       Не обратив внимания на привычную фамильярность старого ситха, тёмная леди хотела скорее разрешить одно событие сомнительного характера: — Я думала, вы хотели обсудить со мной что-то важное… — Разве? Всё важное на сегодня мы уже оговорили. Или у тебя есть для меня что-то ещё, что не должно никому знать, но ты очень хочешь поделиться, м?       Одна надбровная дуга женщины выразительно изогнулась. Император был явно в прекрасном расположении духа, чтобы поиграться, потому что делал вид, как будто ничего странного в её адрес не предпринимал.       Главе Сферы военного командования было не до игр. — Вы прислали мне приглашение. Обозначили мне встречу в вашем новом каасском особняке. Но, когда я прибыла туда, то управляющий принялся называть меня Госпожой-Хозяйкой. Отнял у меня больше двух часов, моего жизненно необходимого времени, на музейную экскурсию по палатам полным древней роскоши. Не забывая приговаривать, что это всё моё! — Внимательный управляющий на вес ауродия, — загадочно начал Ваурон издалека: — Если он тебе не понравился, возьми другого. Не по духу элитарный дизайн комнат — сменишь на свой вкус. Ты же Госпожа-Хозяйка, — сделав ударение на особом обращении, коварный ситх расплылся в улыбке, ожидая следующего шага советницы.       Ему было весело подмечать перемену в лицах недоумевающей леди. Слишком серьёзная, слишком напряжённая и занятая. Как ещё он мог привлечь её внимание к себе, чтобы перейти к чему-то более волнительному?       Ваурону всегда нравились грозные воительницы. Стать, крепость фигуры, глубокий повелевающий голос, не терпящий возражений — всё это он отметил в той, что сейчас стояла перед ним, уперев руки в бока и расставив ноги на ширине плеч.       Могучая защитница Империи, которая никак не выходила у него из головы с тех пор, как он занял императорский трон, и стал чаще сообщаться с подчинёнными по голосвязи. Кровос была первой в списке.       Кровос всегда на связи — всегда готова к службе и всегда на службе. Он заслушивался её голосом и любовался её властным образом — строгость была в аккуратных чертах её чистокровного лица, строгость была в каждом её движении и позах. Настоящая повелительница! Такая занятая… Всё — «дела-дела-дела».       В какой-то момент Император обратил внимание, что ему хотелось бы увидеть на этом привлекательном лице что-то помимо служебной озабоченности. Успевает ли его верная подданная хоть иногда порадоваться жизни? Тут-то он и задумался о том, чем бы мог удивить это прекрасное создание. — Это что… Подарок такой? — недоверие сменилось искренним женским удивлением. — Ты достойна этого, — протянув руку, ситх коснулся пальцами её чёрных волос, отодвинув прядь с остро очерченной скулы: — Как и достойна кое-чего ещё… Идём.       Ваурон жестом поманил её за собой по ступеням вверх к императорскому трону.       Тёмная советница, следуя за ним, суетно бросалась от мысли к мысли:       «Это что ещё за игры?», «Что-то задумал...», «Ему что-то от меня надо. Но что?», «Зачем платить таким подарком?», «Нужен мне этот дворец с дорогущим хламом…», «Когда мне там останавливаться?», «Сервиз красивый… какой-то эпохи… какой? Так, стоп!», «Шторы ужасные... Если заказать синие, то… Кошмар!», «К чему это всё?!» — последнее она думала, что произнесла вслух, но оказалось, что нет.       Император всё тем же красивым жестом указывал ей на свой трон и очень вежливо попросил: — Присядь, пожалуйста.       Тут пришло озарение, затмившее все мелочные вопросы…       «Старый ситх, наконец, понял, что он не вечен и задумался о преемственности. Он хочет меня продвинуть? Нормально ли это? Обычно Императоры ситхов так не делали. Впрочем, Ваурон такой единственный в своём роде. От него можно ждать чего угодно.» — Я не… — Ты достойна этого. Садись. Посмотрим, как ты на нём смотришься…       Ваурон подметил, как она растерялась, а потому, не догоняя собственный мыслительный процесс, послушно села на предлагаемое место.       Ситх будто читал её мысли. Подавив в себе смешок над некоторой женской наивностью, опустился перед ней на колени и, раздвинув её ноги, стал неторопливо поглаживать внутреннюю сторону её бёдер своими ладонями. — Госпожа-Хозяйка, теперь почувствуй себя моей Императрицей.       Тёмная леди только успела приготовиться к разговору о будущем имперского трона, но тут же поняла, как легко обманулась коварству старого интригана.       «Этот негодяй не просто играется… Он…»       Додумать она не успела, как и отреагировать. Мужские руки, быстро стащили с неё форменные брюки с бельём. Когда это она кому-то позволяла с собой так обращаться? Ах, да... У неё так давно никого не было, что Ваурону достаточно было просто слегка прикоснуться к её ногам. Пара непристойных опытных поглаживаний и вот она уже без штанов.       Совершенно точно, когда она сегодня входила в зал Тёмного Совета, то ни в одной из самых откровенных фантазий, не могла себе представить такого: Император стоит перед ней на коленях и нежно вылизывает ей промежность. — Ты такая голодная, моя дорогая, — бесстыдно намекая на то, как быстро она отдалась его соблазнению, ситх снова заработал своим языком в другом направлении.       Он целовал обнажённую багровую кожу её мускулистых бёдер — ни единого изъяна, крепкие мышцы, особая упругость, но он, сжав пальцами тыльную сторону, почувствовал округлую мягкость свойственную именно женским ножкам, какими бы натренированными они не были. — Я ещё даже не коснулся тебя, а ты уже течёшь… Милая…       Её взбесило то, что он отвлекается. Возбуждение, охватившее тёмную леди, вышибло здравый рассудок в момент. Опустив руку на его голову, она с силой подтянула его к тому, где стало так мокро и жарко. Какое бы безнадёжное безумие сейчас не происходило, она разберётся с этим потом, сейчас лишь бы скорее сбросить это опьянившее напряжение.       «Заворожил?!» — мелькнуло где-то в сознании, но тут же погасло. Все мыслительные процессы сейчас были недоступны, когда горячий нежный язык гладил по влажным набухшим половым губам, пробирался внутрь, а затем поднимался вверх, скользил вдоль клитора.       «У него такие чёрные от порчи губы… Такие полные… Такие…»       Он всасывал её клитор, целовал его, елозил по нему своим ртом, пока не почувствовал, как она впивается пальцами в его плечи, а бёдра рефлекторно зажали его между ног ещё сильнее. Интенсивнее заработав языком, мужчина дразнил её, касаясь чувственной припухлости только кончиком, затем снова принимался вылизывать. Чем ближе она была к оргазму, тем дальше он отстранялся. Она слышала это характерное издевательское хмыканье у своей вагины, распахнутой перед его ртом.       Её быстро затрясло в накатившем оргазме, и когда ей нужно было совсем немного последнего давления, он самым жестоким образом оставил её, даже требовательная сила её рук не помогла удержать этот умелый язык там, где надо.       Вывернувшись из женской хватки, Ваурон поднялся с колен, но успел опустить руку между задрожавших ног. Надавив только одним пальцем в агонизирующее от недостатка последнего толчка место, он наклонился к ней и поцеловал в висок.       Одной рукой женщина ухватилась за перекладину сидения, а второй схватила его за предплечье, чтобы удержаться, будто могла упасть. — Ты не закричала, а хотела… Не стоит сдерживаться, Кровос. Чревато перенапряжением...       «Когда он успел снять перчатки?»       Отдышавшись, тёмная леди подумала, что убила бы кого угодно за всё это, но перед ней стоял Император и... Тьма! Если выбирать между мёртвым Императором и Императором, который способен подарить ей такой оргазм — она выберет ещё раз второе.       «Что-то на сегодня слишком много подарков от Ваурона.» — Голова всё ещё явно отказывалась думать рационально. — Это не одноразовая акция, моя госпожа. Я готов быть здесь так часто, как пожелаешь…       Он не убирал руку с её промежности. Когда женские бёдра стали более расслабленными, мужчина всё ещё мог почувствовать лёгкую дрожь её тела. Долгое воздержание, способствует особенной яркости первого окончания.       Опустив палец с клитора, он медленно погрузил его в пульсирующее лоно, исходящее соками неутолённого, быстро вспыхнувшего, но долго не угасающего возбуждения.       «Сначала этот язык, теперь этот палец… Бывают хорошие любовники... А бывают старые колдуны, которые знают, как сделать, чтобы… Чтобы мозги отказали напрочь!» — Не обязательно было дарить мне дворец и сажать меня на трон, чтобы…       Она закусила губу и неразборчиво промычала то, что недоговорила. Ощущая лёгкое нежное трение в себе, она уткнулась лбом в нависающее над ней мужское плечо, чувствуя, как вторая волна первого оргазма накрывает с головой. — Да, мы оба знаем, что ты ещё не готова сидеть на этом троне… — выпрямившись полностью и убрав руку, он вдруг заговорил своим самым типичным тоном, будто прямо сейчас начнёт вводить её в хитрость какого-то очередного зловещего политического плана: — Я подготовлю, если хочешь. А ты хочешь, верно?       «Да, он действительно задумался о преемственности?! Прямо сейчас ещё и продолжит говорить об этом? Довёл её до такого состояния, что она уже не может воспринимать эту внеплановую повестку их встречи всерьёз.» — Больше, чем ты, этого никто не заслужил, — серьёзный тон перешёл в указание: — А пока… Давай-ка поменяемся…       Поднявшись на ватных ногах со спущенными штанами, она потянулась, чтобы их надеть, но Ваурон быстро заняв своё место, отстегнул с ремня декоративный чёрный пояс, обычно прикрывающий его пах и свисающий до самых колен — расстегнув ширинку, повелитель высвободил для неё свой стоячий член, довольно внушительного размера. — Оседлай меня, — то ли приказ, то ли предложение, от которого невозможно отказаться.       «В его возрасте прилично быть таким?» — Кровос задержалась взглядом на влекущей плоти, тёмно-вишнёвая головка была приоткрыта и блестела предэякулятом.       Стянув с ног форменные брюки с обувью окончательно, она упёрлась коленями в сидение трона и, подхваченная его руками, быстро скользнула на него. Стоило только принять в себя член, заполнивший её до предела, как она, даже не успев сделать ни одного движения, замерла на нём, сотрясаясь от удовольствия. — Уже второй раз, радость моя, — сквозь какую-то оглушающую пелену советница услышала спокойный голос владыки, который показался умиротворяющей колыбельной: — Давай снимем и это…       Она так отдалась этой долгой волне наслаждения, что машинально выполнила его просьбу — подняла руки, и мужчина аккуратно избавил её от лёгкой верхней брони, куртки и нагрудного топа.       Ваурон смотрел на тёмные губы приоткрытого в сладкой неге рта, откуда виднелись острые белоснежные зубки. Глаза закрыты. Голова чуть опущена. Чёрные пряди волос изящно обрамляют гладкие щёки. Такая могучая в сражении, но в сексе такая беззащитная!       Продолжая просто держать её сидящей на своём члене, ощущая, как она потягивает его плоть своими мышцами, он наклонился к обнажённой груди. Обхватывая губами, то один багровый твёрдый сосок, то другой, он ловко игрался языком с её самой эрогенной зоной — о чём понял спустя всего лишь минуту ласки. Сильное и достаточно тяжёлое тело на нём пробило судорогой и эта наслаждающаяся близостью прекрасная женщина, больше не сдерживаясь, разразилась громким протяжным стоном экстаза. — Так быстро?! Трижды, милая! Я так и думал… Вся в делах и заботах, совсем нет времени на радости жизни.       Его тёплые ладони успокаивающе блуждали по обнажённому торсу, незатейливо снова задевая её грудь, он отмечал, что каждое касание отдаётся ему, всё тем же приятным, потягивающим обхватом внутри её вагины. — Я позабочусь о тебе, моя сладкая. Вот так… и ещё…       Подняв обе ладони, он заласкал её соски пальцами. Кружил вокруг них, задевал ногтями, сдавливал. Тёмная леди сначала просто заохала, а потом вновь упала в оргазм с очередным громким выдохом в длинном красивом стоне. — Ммм… Четвёртый раз. Кровос, ты невероятная! Такая чувственная! Моя воинствующая радость… Моя дорогая советница…       Нежные мужские руки скользнули за спину и она, отдавшись объятию, прилегла головой на подставленное плечо, позволяя себе хоть немного передохнуть между горячими волнами экстаза. Она не могла вспомнить, чтобы кто-то доводил её до такого.       «Бывали хорошие любовники, но... Чтобы так одурманить! Откуда ты только всё знаешь, старик!» — беззлобно бросила она в размышлении о своём падении в руки этого соблазнителя: — «У меня просто слишком давно никого не было...» — Не думала, что у тебя такой крепкий… — вырвалось у неё вслух, и она прикусила свой развязавшийся язык, чувствуя, как он начинает толкаться в неё. — Ах… Ну, ты всё-таки о нём думала, да? — Ваурон засмеялся, а она, дёрнувшись, задрожала снова, и полностью опустившись на его член в этот раз, прижалась к нему всем телом, чувствуя каждый шов вычурных узоров на ткани его чёрной туники под алой мантией. — Нет. Не думала, — ответила между выдохами, добавляя: — Представить не могла… «...что буду скакать на императорском троне верхом на старом ситхе!» — А я думал о тебе. Ты обворожительна! Такая мудрая, строгая, повелевающая. Ммм… Возможно, на наших голосвиданиях было не очень заметно, но стоило мне услышать твой голос, у меня так встава… — Замолчи! Развратник! — Она сама накрыла его губы поцелуем и продолжила раскачиваться на члене. «Кто бы мог подумать, что с ним так приятно. Невозможно остановиться!» — Я сейчас кончу.       Услышав свой голос, как посторонний, она поняла, что это прозвучало так, будто она рапортовала ему. — Кровос… Пятый раз… Я в восхищении!       «И как он так долго держится? Ну, как-то он пережил прошлый Тёмный Совет всем составом, вот так и держится…» — Не вздумай в меня спустить! — Не хочу портить свой новый костюм… — ситх стал весело намекать ей на то, что он предпочитает доводить дела до конца, выходя из них тотальным победителем. — Я уйду!       «А ведь могла бы…» Она уже нанежилась и более-менее пыталась вернуть своё внимание в реальность, пытаясь что-то контролировать. — И оставишь Императора в таком положении?! — прицыкнув, он отодвинул её от себя руками и, захватив пальцами соски, припал к её любимой ласке. Покрутив, аккуратно потеребил ногтями, ощущая, как быстро они затвердели, потянул… — И себя без шестого оргазма… Нравится? Как же ты красива, Кровос…       «Опять!» — ненадолго вернувшийся контроль был утрачен, всё заволокло сладким дурманом, надвигающейся волны очередного завершения.       Если бы ей кто-то рассказал, что может столько раз кончить, не вставая с чьего-то члена, она бы точно поинтересовалась, где найти носителя, раскрывающего такие способности, которые невозможно принять за естественные. — Ты не видишь, какая ты сейчас! Приподнятая налитая грудь с торчащими сосочками так и просится ласки, — она ощутила то, какими чувственными могут быть его чёрные пухлые губы на её тёмных ореолах.       Посасывая один сосок, второй он мял пальцами свободной руки, пока другая ладонь опустилась по прессу и надавливала на низ её живота.       Кончив в который раз, она громко вскрикнула. — Кровос, ты так сжимаешься вокруг меня, что и делать ничего не приходится… Я ещё даже не начал… — Хватит!       Слезая с члена, она осталась на его бёдрах и, обильно сплюнув на ладони, обхватила вопрошающий разрядки орган двумя руками. Одной она удерживала ствол, сдвигая кожу крайней плоти, второй взяла вишнёвую набухшую головку в кулак, попеременно зажимая и разжимая, меняла давление на самом чувствительном месте. Таким образом и ей удалось быстро довести этого неугомонного ситха до яркого окончания. — Я об этом, Кровос! Ты снова всё взяла в свои руки…       Хохотнув, он резко подался бёдрами вперёд и со стоном, втянув воздух сквозь зубы, кончил, изливаясь в ладонь, обхватившую его плоть так, чтобы семя не попало на одежду: — Спасибо, очень предусмотрительно! И приятно… Было бы ещё приятнее, если бы в роти… — Ваурон! — Император Ваурон, советница, — его тон вдруг оледенел, а алые глаза безжалостно вспыхнули: — Твой Император!       Задержав на ней взгляд, не давая опомниться, ситх взяв её руку, погладил влажную от семени ладонь и затем, протянув измазанные в своей сперме пальцы, продолжил играть с её сосками: — Будет честно, если и моё удовольствие станет более продолжительным. — Ты и честность… — Как быстро твердеют… — его жесткий взгляд мгновенно заволокло новым приступом возбуждения, пока он занимался её грудью. Разумеется, ситх с довольством понял, что попавшая в плен своей неутолимой жажды, тоже никуда не торопится: — Вернись на член и сделай всё, как следует. — А «пожалуйста»? — Пожалуйста, моя строгая повелительница. Пожалуйста… трахни своего Императора!       Придвинувшись обратно, она наклонилась и стала стягивать зубами металлические украшения с его длинных лицевых отростков около рта. — Ай! — недовольно поморщился повелитель от неожиданного укуса. — Если хочешь, чтобы я тебя трахала, потерпишь!       Высказав приказным тоном, такое же украшение со второго отростка она всё-таки сняла бережнее.       Держа украшения в руках, тёмная леди стала теребить ими свои соски, при этом поочередно брала в рот самые длинные лицевые наросты ситха и чувственно насасывала. — Так вот какой у тебя фетиш, Кровос! У твоего папочки были такие же… — Заткнитесь Ваше Величество. Просто заткнитесь!       Прорычав от уже измучившего её, не унимающегося желания бесконечно трахаться, пока можно забыться от всех дел её министерства, советница забыла и о том, с чего всё началось и где они.       Переложив традиционные ситхские украшения на сидение, с наслаждением усаживаясь до упора на императорский член, вновь поднявшийся для неё, она упёрлась ладонями в мужские плечи. — Конечно, милая, — звонко шлёпнув желанную женщину по заднице, заставляя наращивать темп, ситх хрипло добавил: — Папочка будет послушным… — Ваурон! — Молчу-молчу, моя ненасытная госпожа, — приняв в своём рту её требовательный язык, он занялся глубоким страстным поцелуем, но это увлекло его ненадолго: — Только не забудь порадовать папочку в конце своим чудесным ротиком… — О, Тьма! Как Асина тебя терпела?! — Сзади… Ей так больше нравилось. И не терпела, а с удовольствием просила ещё и ещё, — его руки нежно развели в стороны круглые, упругие ягодицы и он пальцами дотянулся до стянутого маленького колечка её ануса: — Мы с тобой попробуем и это. Кровос, я же предупредил — это не акция одного дня, дорогая! — Так это было предупреждение?!