Где-то рядышком

      Мори досчитал до десяти, опустошил очередную посуду с горячительным и щелкнул клавишей на ноутбуке, выдавая усталое, но суровое:       — Нет, Дазай, я не позволю использовать стены моего здания для предложения руки и сердца. Если ты попробуешь подговорить моих сотрудников включить свет в офисах так, что бы получилось сердечко, я расскажу Чуе-куну, что именно ты делал в пятнадцать лет. И о том случае тоже. Я помню, что обещал никому не говорить, не вынуждай меня. Никаких плакатов на фасаде здания, Дазай Осаму, пока не вернешь мне все флешки с данными! Иначе ты не выйдешь из своего агентства месяц, а Чуе я предложу выгодный контракт в соседнюю префектуру вместе с Тачихарой-куном. О, поверь, еще как смею и сделаю, молодой человек. Скажи Чуе, чтобы позвонил мне, когда найдешь его.       Не помешает пополнить словарный запас нецензурной брани, а Чуе лучше напомнить, что никто не осудит его за пальбу по ногам своего мужа. По крайне мере Огай.       Дазай махнул головой. Первые годы совместной жизни у Чуи уже расписаны! Начиная с их встречи и пять лет вперед, все спланировано минута в минуту! Звонок Мори Огаю просто невозможно включить в календарный план, придется подвинуть утренний кофе, а это может урезать прогулку по пирсу, а там недалеко потерять время, выделенное на ужин по случаю годовщины! И это Дазай расписал только пять лет без пометок самого Чуи. Дальше план будет составлен буквально на днях! Возможно, время найдется годков так через пятнадцать, но Дазай не может давать гарантии. Мори придётся уложиться в две минуты и тридцать секунд, что отведены ему чтение открытки с поздравлениями на свадьбе. Это очень щедрое предложение. Все остальное время Чуи будет занято Дазаем. Осаму заслужил!       Не успел Дазай перевести дух от ожесточённого разговора, как телефон снова разразился тирадой.       — Куникида! Если хочешь узнать о главных цветах церемонии, то я направил всю информацию Кирако-чан, чтобы она…       — Хватит закидывать Кирако-чан своей ерундой!       — Это не ерунда, Куникида-кун! Успех брака может предсказать любая деталь! Дата проведения, цвет скатерти и форма бокалов — все это невероятно важно. Ты поймёшь, когда побываешь на чествовании нашей годовщины, Куникида-кун.       Послышался неясный шорох и вскользь брошенное:       — Мне искренне жаль того несчастного, — сказал Куникида Ацуши, ожидая немого согласия, — Кто-то ворвался в дом Чуи-куна.       — Да, — кивнул головой Дазай, — Молодец, Куникида-кун, видишь причинно-следственную связь. Если бы кто-то не ворвался, то мы бы сейчас не…       — Нет, Дазай-кун. В квартиру попытались ворваться снова.       По сердцу Дазая что-то пробежалось. «Что-то» скорее всего было лёгкой паникой и волнением. Да, Чуи нет в квартире. Но Дазая очень беспокоит, что из дома Чуи сделали проходной двор. Кто угодно может прийти и увести его Чую из дома! Хоть дверь заваривай. Никакого уединения. И ведь это даже не люди мафии! Никто не в курсе, где обитает Чуя.       — Мы собирались идти к Катаю, когда это произошло, — продолжал Доппо, — Не могу сказать точно, но нас не ожидали увидеть. Произошло небольшое столкновение, они отступили. Мы потеряли их через два дома.       Дазай тут же развернулся, направляясь в сторону дома Накахары.       — Спасибо. Возвращаюсь туда.       — Что? Зачем? — кажется, Куникида даже уронил что-то от негодования, — Через минут пятнадцать агентство возьмёт дом под наблюдение, Катай уже…       — В квартире остались вещи Чуи, которые были ему дороги, — Дазай проигнорировал удивлённый вздох Доппо. Ох и выскажет он потом за то, что Осаму умолчал, посчитав, что секреты Чуи важнее этики детектива, — Чуя может расстроится, что я не уберёг их.       Стоило сразу забрать те коробочки с собой. Оставлять их было опрометчиво. Фантики, пакетики с сахаром, фотографии и прочие безделушки, имеющие для Чуи значения, могут быть похищены так же легко, как и сам Чуя.       — Чёрт.       Дазаю хотелось ругаться. Если ещё и это будет украдено, то Накахара будет вне себя. Он и так будет не в восторге от образа квартиры, в которую по идее должен вернуться. Вид разодранных в клочья комнат будет наводить уныние и злость, ему придется искать утешения в объятьях и кровати Дазая. * * *       Осаму замер у знакомой квартиры. Задержал дыхание, осторожно приоткрывая дверь. Тишина, так и не скажешь, что чьи-то ботинки прошлись по разрухе снова. Да и не просто прошлись, топча дома Чуи и святыню Осаму, но и продолжают это делать! Изверги!       Как они смеют в обуви по остаткам ковра топтаться!       Незваный гость нашелся в спальне. Прямо на том самом месте, где не так давно стоял Дазай. И занимался гость тем же самым, чем занимался Дазай! Только Осаму сделал все ювелирно, а от методов этого типа в потолке осталась дыра.       — Передайте мне это, — для такого серьезного дела Осаму даже достал пистолет. Если за секреты Чуи придется драться, то Дазай готов, — Это принадлежит не вам.       Жестокую потерю одной коробочки Осаму предотвратить не успел. Она так и лежит израненная и побежденная, вместе с разодранным сахарным пакетиком и одной черно-белой фотографией старого здания. Ещё один сахарный пакетик опустел на глазах детектива, незнакомец высыпал немного на перчатку и как-то невинно, но задумчиво попробовал на вкус. Взял пакетик за краешек, провожая белые сладкие кристаллики взглядом. Проверил, не осталось ли чего-то на дне. Стянул теплые наушники на шею и приложил пакетик к уху.       — Сахар.       Заключил мужчина и позволил бумажной обёртке упасть. Следующей он извлёк фотографию, покрутил в руках и посмотрел на Дазая. Затем перевернул фотографию. Нахмурился.       — Как это читается?       Осаму опустил пистолет. Угрозы незваный гость не чувствовал и терроризировать вещи так и не перестал.       — Это? — переспросил Дазай, выхватив свою фотографию из рук в перчатках, — Это мое имя. Читается как — Дазай Осаму, мой будущий муж и отец моих детей, посторонним не трогать!       Проигнорировав все еще не понимающий взгляд явного иностранца, Дазай принялся собирать разбросанные сокровища Чуи. Аккуратно разгладил смятые картинки, собрал все кусочки салфетки и бережно переложил в сохранившуюся коробочку.       — Должно быть это вы, — подвел итоги мужчина в тёплых наушниках, — Дазай Осаму.       Собрав остатки сахарного пакета, Дазай выпрямился.       — Совершенно верно! — откуда такие сомнения? — Дазай Осаму. Будущий супруг Чуи Накахары. И отец наших будущих детей!       Незнакомец несколько раз моргнул.       — Меня больше интересует, кто вы. Ворвались в наш дом среди бело дня! Да еще и учинили беспорядок. Я не потерплю соперников и прочих любовников Чуи, даже если он оставил вам ключи от нашей квартиры!       Дазай не для этого так активно фантазировал о ведении совместного быта, чтобы так легко предоставить какому-то проходимцу шанс подержатся с Чуей за ручки!       — Вы неверно истолковали мои действия, я не причастен к происшествию в квартире, — речь у странного мужчины была мелодичной, — Мне страшно представить, кто мог сотворить с домом подобное, — Осаму глянул на руку, что ему протянул незнакомец с неким недоверием, — Мое имя Артюр Рембо. Я не знал, что Чуя… живёт с кем-то, — Дазаю почти обидно, — Вы ошибочно расценили мое появление и намерения. Иметь подобную «любовную» связь с Чуей в моей семье — греховно. Мы близки, но не в указанном вами виде.       О, божечки, неужели Дазай так близок к самому соку!       — Так вы?..       Кажется, у Осаму трясутся коленки от волнения!       — Старший брат Чуи? — Дазай сжал протянутую руку, накрыл второй и принялся радостно трясти, — Это все меняет! Рембо-сан, я ужасно рад нашей встрече! Для меня это большая честь наконец-то познакомится с вами! Дазай и не ожидал, что подберётся так близко и так скоро!       — Нет, Дазай Осаму, — Артюр улыбнулся почти мило, — Вы вновь ложны в выводах из моих слов. Я… как же это произнести, — Рембо призадумался, не замечая чужого воодушевления, которое начало постепенно спадать, — я… как бы это… близкий друг старшего брата Чуи? Нет… неверно… я его партнер… о, нет, вы произнесли это не так давно. Я супруг своего ангела. Чуя Накахара приходится младшим братом моему супругу.       Что ж… Немного не то, но Дазай не против. Супруг старшего брата Чуи даже лучше самого старшего брата! Через него можно узнать множество интересных вещей не только о Накахаре, но и о путях получении благословения старшего на брак. Не то чтобы Дазай планирует развернутся у алтаря, если старший не даст добро, но всё-таки хочется сделать всё красиво и по правилам. Ах, если им с Чуей придется сбежать и тайно пожениться, то это тоже очень романтично!       Но это все подождёт. У Дазая есть более важные вопросы, которые нужно задать прямо сейчас. Вопросы, не терпящие отлагательств.       — Так вы знакомы с Чуей с детства?       — Верно.       — Значит у вас есть, — Осаму даже подумать страшно! — фотографии юности Чуи?.. — или, может быть… — Его детские фотографии?!       Кладезь знаний и информации молчал, а после скептически и неуверенно уточнил:       — Чуя, он, — руку отняли, а от Осаму отошли, — так и выразился? Называет вас своим «супругом»? Именно это слово и то, что оно означает?       — Совершенно верно! — в самом скором будущем, — Мы, правда, ещё не расписались, но я активно планирую сделать предложение в самом скором времени.       — Вот как, — Артюр немного нахмурился, — В скором времени, — повторил он, — Обозначенный вами статус ставит меня в поистине трудное положение. Мне бы не хотелось огорчать Чую, но так же мне бы не хотелось впадать в немилость моего ангела. Что же мне делать?..       Как что? Разумеется достать семейный альбом, показать смешные фото и поделится историями о школьных годах Чуи! Рассказать каким было его юношество, Рембо-сан!       Но Рембо лишь приблизился к поломанному стулу, поднял его и облокотил на карниз кровати. Проверив устойчивость конструкции, обратился к детективу:       — Прошу вас, подойдите сюда и присядьте.       И выудил пистолет.       — А, — Дазай сглотнул, — а зачем?       — Я собираюсь прострелить вам ноги, — спокойно отозвался Рембо, — Чуя расстроится, если я вас убью, но если я ничего не сделаю, то разгневаю своего ангела. Таков наш компромисс, Дазай Осаму, присаживайтесь.       Моргнув, Дазай переспросил:       — Прострелить мне ноги?       — Верно, — Рембо проверил магазин, — Нам необходим компромисс. Если вы здесь — в трудное, как я понимаю, для Чуи время, то я не могу пропустить сказанное вами мимо ушей. Я надеялся, что Чуя примет приглашение и посетит нас в конце следующего месяца. Мне бы не хотелось портить ему настроение из-за неосторожности и поспешных выводов, — так же тихо и мелодично пояснил Артюр, — Но с другой стороны… мой ангел. Он непреклонен в некоторых вопросах. Вы наверняка, как человек, состоящий в отношениях, понимаете меня, Дазай Осаму. Тяжело ночевать на диване. Там так холодно.       Дазай глянул на лицо собеседника, полное уверенности. Да, на диване спать тяжело. Но перспектива потерять способность ходить в тот момент, когда он почти нашел Чую — ужасна! Чуя же может подумать, что Осаму относился пренебрежительно к их встрече и позволил себя подстрелить! Великий детектив допустил такую оплошность!       — Чуя расстроится, что я не могу ходить!       Рембо улыбнулся.       — Но не так сильно, как если вы умрете. К тому же, Дазай Осаму, в этой ситуации есть неоспоримый плюс и для вас.       — И какой же?!       Чуя Накахара почти пойман великим детективом! Как он отреагирует, если упомянутый детектив приползет к нему с цветами, а не опустится на здоровое колено, выражая свое восхищение?       — Если бы я прострелил вам лишь одну ногу, — продолжал Рембо, — то вы бы мучались при ходьбе. Но с двумя вы просто не сможете подняться. Но самое приятное — Чуя будет поднимать вас на руки при любой возможности. Поверьте мне, когда у меня были травмы, мой ангел все время был рядом.       Дазай задумался.       Но с другой стороны… Если Осаму пойдет на поводу, то Чуя может расценить это как почтение к старшим?       — Рембо-сан, — но если посмотреть на другую сторону другой стороны, то Осаму уже представил, как сам перенесет вора через порог дома на своих руках, — Могу ли я предложить свой компромисс? — молчание собеседника было красноречиво, — Вы знаете, где сейчас Чуя Накахара?       Важный вопрос явно что-то напомнил Рембо и он обратился во слух.       — Чуя-кун пропал, Рембо-сан, — напомнил Дазай, — Бардак в квартире единственное, что выстрелило меня сегодня. Личных вещей нет, осталось только это, — Осаму показал небольшую коробочку, — Вы ведь сами прекрасно поняли это, Рембо-сан. Потому и решили проверить тайник.       — Самый первый тайник, который Чуя сделал от Поля, находился на высоте трех метров, — обронил Рембо с какой-то отцовской ностальгией, — Чуя тогда мог пешком пройти под столом. Мы так и не смогли понять, как он туда забрался.       — Очевидно, его похититель не знает этой истории.       — Вы считаете, что Чую именно похитили?       — Да, — Осаму убрал коробочку в карман пальто, — Накахара исчез вчера вечером, по пути в магазин. Сейчас мы пытаемся установить было ли похищение зафиксировано на городские камеры. Предполагаемое место в пятнадцати минутах отсюда, за углом. Вы, должно быть, проходили мимо.       Артюр молчал. Его японский был хорош, но Дазай не знает насколько. Читал ли Артюр вывески на улицах так же легко, как и говорил, или это вызывает у него затруднение? Рембо не смог прочесть его имя и адрес агентства, а значит может плохо ориентироваться в пространстве.       — Вы правы, — улыбнулся Рембо, — Я тяжело понимаю улицы Йокогамы.       — Потому, — Осаму немного расслабился, — предлагаю такой компромисс: мы с вами найдем Чую и потом вы спросите у него дальнейший порядок действий.       Взвесив все, Артюр убрал оружие обратно и кинул:       — Поступим так.       Отлично! Дазай испытывал приятное нетерпение, поиски будут недолгими, но Осаму уже предвосхищает сколько историй он сможет услышать.       — Постойте, — Осаму замер за дверью несчастной квартиры, посмотрел на своего спутника, — А как вы добрались?       Путь от порта не близкий.       — На такси.       — Вы знали адрес?       Вот это новости! Может быть Дазай утрирует, все же Артюр Рембо явно близкий человек для Чуи. Последние время Осаму так упивался фактом, что никто из мафии не в курсе, и только он и Ацуши знают об этом месте, что стал воспринимать подобные новости как укол неосведомленности.       — Чуя сообщил мне его недавно, — Артюр вынул телефон из кармана, — Я хотел лично вручить приглашение, пришлось уточнить в какой стране он сейчас.       — Даже вы не знали?! — так даже Рембо не знал, что Чуя в Японии? Самолюбие Осаму запустило фейерверк, — Когда он вам писал?       Так значит, Дазай и правда первый из всех, кто знает профессиональную сторону Чуи и оказался в этой квартире! Какая честь. Осаму выхватил телефон Рембо и впился взглядом. Неужели Чуя планировал поговорить о своем желании подкатить к детективу и хотел спросить совета?       — Чертов французский.       Осаму вернул телефон владельцу, не поняв ни словечка.       — Чуя бывает скрытен, — Дазай заметил это, — Мой ангел отправился в командировку, потому я решил отправится немедленно. Поиск такси занял больше времени, чем перелёт… — Перелёт? — Осаму остановился на лестнице, — Но разве вы не прибыли на лайнере?       Акутагава упоминал, что в Порт прибыл Французский корабль. Прибыл вне расписания и договорённости, прибыл и получил милость Портовой Мафии. Разве Артюр не пассажир роскошного судна?       — На лайнере? — так же удивился Артюр, — У организации не так много лайнеров и весь распорядок подченён моему ангелу. Небом было незаметней, я хотел сделать небольшой сюрприз Полю на нашей закрытой церемонии, пригласив Чую и…       — Да-да-да, — перебил Дазай, — Если вы прибыли небом, то кому может принадлежать корабль в порту… Ох, черт! — Осаму тут же достал телефон, — Куникида-кун! Сейчас же выдвигайтесь в Порт! * * *       Машина со скрежетом затормозила глубоко в лабиринте корабельных доков. Расплатившись за такси, Дазай глубоко вдохнул морской воздух. Проверил коробочку в кармане и оружие в недрах плаща. Даже отсюда можно было увидеть гавань, где притаилась башня дракона.       — Почему вы так уверены, что он там? — спросил Рембо, проследив за взглядом, но не найдя корабль.       — Чуя-кун уважаем местной мафией, — пояснил Осаму, — Этот корабль вошел спокойно.       Могло ли судно быть перехвачено кем-то в море, а Мори просто решил не уточнять? Никто не удивится, если Чуя будет замечен на частном лайнере своего брата.       — Куникида-кун! — Осаму помахал знакомому мужчине, — Ацуши-кун, и ты здесь!       — Дазай-сан, — Накаджима быстро оказался рядом, — Вы нашли, Чую-куна?.. А это кто?..       — Это? Мой шурин.       Куникида набрал в грудь больше воздуха. * * *       Проникновение заняло больше времени, чем Дазай планировал. Куникида был на взводе. Эх, не привык он вламываться на иностранные судна. Артюр, кажется, хотел что-то сказать по этому поводу, но тактично молчал.       Признаться у Дазая появляются небольшие подозрения касательно Рембо. Что-то в этой истории смущало. Может быть то, что и корабль, и мужчина принадлежат к одной организации. Или может быть все дело в том, что Артюр так и не поделился парочкой историй, на которые рассчитывал детектив. Не исключено, что Чуя не так просто скрывал свой адрес. Что если родственники решили вывезти его из страны, а их собираются утопить, как свидетелей? Одним словом, вера есть только на Накаджиму. Брать его с собой, наверное, было опрометчиво, но волнение за товарища предало Ацуши решимости.       Дазай уверенно двинулся ниже, поглядывая за Ацуши. Вот у кого сердце тоже скачет, для парнишки это первый нежеланный опыт проникновение на частную территорию.       — А внутри корабли отличаются? — зашептал Накаджима, — Ну… например лайнер из порта Йокогамы и где мы сейчас.       — Деталями, — ответил Дазай, — Тебя интересует что-то конкретное?       — Так просто спрашиваю, — зашептал Ацуши, повернув вслед за всеми.       Куникида зашептал:       — Тише.       И тут Осаму понял почему Доппо насторожился. Где-то дальше, в недрах коридоров, происходило что-то нехорошее. Катавасия звуков эхом разносилась по стенам.       — Скорее, — Дазай тут же кинулся вперед, — Ацуши-кун, держись за мною.       Разобрать тяжело, но Осаму рискнул и направился в сторону гомона, отдаленно напоминающего звуки выстрела. Звуки борьбы. Это нормально, что он ощущает бабочки в животе в такой ситуации?       Очередной поворот, передышка и Доппо заключает:       — Твой «шурин» отстал?       — Я был готов к этому.       — Как?       — Морально, — заключил Осаму и уточнил, — Ты точно не признал в нём того, с кем вы столкнулись в квартире Чуи?       Куникида помотал головой.       Несколько пролетов впереди озарилось более громким шумом, вдогонку звучали чьи-то крики. Очень не добродушные крики. Осаму сорвался с места, пробежав мимо ничего не понимающего сотрудника. Понял, что пометка «тайного» проникновения уже утрачена, ускорился. Сотрудник что-то крикнул и вынул рацию, Доппо разобрался с этим, но Дазай не стал заострять внимание. Нужно оказаться на месте как можно быстрее!       Очередной поворот и в глазах ненадолго темнеет. Дазая что-то сбивает с ног и он смачно падает на спину, воздух резко исчезает из легких и от груза на грудной клетке очень медленно возвращается. Чье-то тело вполне комфортно лежало сверху.       — Блять…       Такое усталое и раздраженно, Дазай мгновенно замирает и сжимает тонкую полоску губ, забывая, что нужно дышать.       Если он лишь немного ударился затылком о пол, то Чуя Накахара конкретно приложился лбом, попав в аккурат между плечом и головой Осаму. Приподнявшись, Чуя прижал руку к пострадавшей голове, потирая. Недовольное ворчание проклятий на французском показалось Осаму такими романтичным. Волосы растрёпаны, будто бы только поднялся с кровати, резинка плохо держала низкий хвост, почти спала. Отсюда Дазаю хорошо видны скулы, нахмуренные брови и россыпь веснушек. Дыхание не хотело восстанавливаться, к щекам Осаму прилила кровь, когда Чуя впился в него взглядом голубых глаз, всё ещё не поднявшись с бёдер детектива.