Алое вино

Работа в ресторане при пятизвёздочном отеле звучит очень даже престижно, согласитесь? Кругом одни богачи, даже в воздухе стоит запах роскоши. Все официанты одеты с иголочки и готовы виться возле владельцев крупных предприятий ради приличных чаевых. А те самые миллиардеры с надменными лицами наблюдают за тем, как жалкие работники, у которых зарплата меньше, чем стоимость лотка для их кота, из кожи вон лезут, чтобы понравиться им. На самом деле, довольно грустная и даже отвратительная картина, как ни посмотри. Но Феликсу, честно говоря, абсолютно все равно. Он здесь ради приличной зарплаты. К тому же можно посмотреть на образ жизни состоятельных людей, мечтательно повздыхать и дальше пойти разносить заказы. Но один из рабочих дней становится роковым для парня. Все началось с масштабной подготовки. В ресторане всегда всё было на высшем уровне, но именно сегодня руководитель сошёл с ума и заставил чуть ли не по три раза вымывать абсолютно всё, на кухне по несколько раз проверять товары на срок годности, а официантам следить за внешним видом, да и в целом, им прилетало больше всех. — Сегодня к нам придет очень важный гость. Не дай бог кто-то из вас налажает — уволю в этот же день. Всем всё ясно? Свободны, — с несвойственной для него злостью в голосе, раздаёт указания Бан Чан, а после, словно ураган, мчится вновь ругаться с барменом. К чему вся эта суматоха? Никому неизвестно. Да и что за гость такой, уж не сам ли президент Южной Кореи? Издеваться над руководителем можно сколько душе угодно, но стоит вспомнить, что любой косяк — и минус работа, как веселье тут же исчезает. Что-то у Феликса плохое предчувствие. Наконец подходит время открытия. Все одеты с иголочки: на официантах униформа, немного напоминающая национальную одежду, аккуратно уложенные волосы и доброжелательная улыбка. Феликс предпочёл сильно не заморачиваться и просто зачесал волосы назад, зафиксировав лаком. И в глаза ничего лезть не будет, и держится надёжно. Первые два часа весь персонал работает, стоя как на иголках, боясь дышать лишний раз. Но после волнение постепенно отступает, и они уже в спокойном состоянии качественно выполняют свои задачи. Феликс, закончив с обслуживанием своего столика, собирается отойти в сторонку, как заходит новый гость. Парень шустро прошмыгивает между столиками и чуть ли не теряет голову, увидев своего следующего клиента. Высокий, в меру накаченный мужчина в солидном, но не типичном костюме серо-коричневого оттенка, с чёрными узорами роз поверх. На его ступнях минималистичные кожаные туфли, и Феликс ничуть не удивится, если одна такая обувь будет сделана из чистой крокодильей кожи, которая стоит больше, чем половина его органов. На больших ладонях, с красиво выступающими венами, два тонких золотых кольца, на правой кисти красуются часы, иногда выглядывающие из-под тонкой шёлковой рубашки черного цвета. Длинные волосы плавно стекают по плечам, словно жидкое золото, и Ли наконец встречается с лицом этого невообразимо притягательного мужчины. Пухлые губы тут же привлекают внимание, следом ровный нос и божественные миндалевидные глаза, которые так и затягивают с первых секунд в какой-то транс. Но Феликс вовремя вспоминает, что разглядывание людей является моветоном, и быстро опускает взгляд, делая поклон, а после предлагает пройти за ним. Ладошки несвойственно потеют, сердце готово прорваться сквозь грудную клетку, ноги слегка дрожат, но парень стойко продолжает сохранять идеально ровную осанку и вовсе берет себя в руки, поднося меню. И тут все должно быть по классике: сейчас клиент сделает высокомерный взгляд, небрежно укажет на блюда таким образом, что официанту придётся играть в угадайку, а после начнёт причитать, говоря, что понабрали каких-то малолеток, которые не знают, что такое уважение к старшим. Феликс незаметно для гостя делает тяжёлый вдох, напрягаясь всем телом и ожидая своей участи. — Мне брускетту с овощами гриль и красным песто и бокал Cheval Blanc, пожалуйста, — нежно улыбаясь, мягким голосом просит посетитель, на всякий случай указывая в меню на выбранное блюдо, хотя заказ и без того был настолько точным, что не составит труда понять его с первого раза. Ли растерянно застывает на месте, не моргая и просто смотря на этого чудесного, самого лучшего гостя в его жизни. — Что-то не так? — с беспокойством в голосе интересуется посетитель, и Феликс быстро приходит в себя, извиняясь и убегая отдавать заказ. Это просто незаконно. Один человек вобрал в себя абсолютно все фетиши Ли. Мужчина, который чуть старше него самого, больше по телосложению, красив, вежлив, так ещё и богат. Звучит, как самая сладкая сказка в мире. А стоит Ли невольно представить, как эти сильные руки обхватывают его за талию... Высшие силы, благословите Феликса, чтобы он дожил до конца смены. Ли оперативно выполняет все требования, но довольно часто впадает в свои фантазии. Парень за два года работы в этом ресторане успел насмотреться на множество влиятельных и не по-человечески красивых людей, но ни на одного из них не было подобной реакции. Это жутко... горячо, не правда ли? Феликс приносит блюдо, а после вновь исчезает из виду, возвращаясь с бокалом и бутылкой одного из самых ценных вин. Ладони вновь потеют от нервов, но Ли всячески старается не обращать на это внимания. Аккуратно избавившись от деревянной пробки, парень берет бутылку двумя руками от греха подальше , как это следует делать, и, слегка наклонив стеклянное изделие, медленно наполняет хрустально-чистый бокал. Алая жидкость бьётся о бортики, завораживая и постепенно заполняя все свободное пространство. Феликс держится отличным образом, но на фоне слышится то самое, еле слышное "ой", и все вино оказывается на том самом почтительном госте. Другой официант споткнулся о длинный подол клиентки и задел Феликса так, что парня занесло вперёд, руки дернулись, а сама бутылка с чудом не полетела на посетителя. Но вот жидкость удержать не удалось, и некогда идеально чистый и выглаженный костюм испачкан самым кощунственным способом. Юноша, послуживший причиной безобразия, испуганно замер на месте с широко открытыми глазами, а Феликс тут же начал извиняться. — Господин, примите мои извинения за случившееся недоразумение. Позвольте мне постирать ваш костюм и рубашку, — хоть голос и звучит уверенно, руки парня неконтролируемо дрожат, а паника с каждой секундой наступает на горло, всячески перекрывая воздух. Феликс просто не знает, что делать, куда бежать, как поступить, что говорить, поэтому сгибается в поклоне, не смея смотреть в глаза. — Хотите раздеть меня прямо здесь? — отшучивается посетитель, стараясь как-то улучшить свое положение при помощи салфеток, но двум официантам явно не до смеха. Они буквально находятся на волоске от увольнения, а за причиненный ущерб могут выписать нехилый штраф, платить за который будет нечем. — Н-Нет, что вы такое говорите, мы не... — не успевает хоть как-то оправдаться Феликс, как к ним подбегает руководитель и парни окончательно понимают, что это конец. — Что здесь происходит? Ли Феликс, как вы объясните это? — гневно спрашивает мистер Бан ледяным тоном, от которого мурашки ползут по всему телу, а сердце уходит в пятки. — Прошу, не обвиняйте во всем хена, это я виноват, — решается все-таки выступить юноша, хотя самому безумно страшно. Ликс смотрит на младшего, подмечает дрожь в коленях и тремор в руках, отчего сердце кровью обливается. Им двоим необходима эта работа, но они уже ничего не способны исправить. — Не стоит оправдывать друг друга, ваш рабочий день на сегодня окончен, мистер Ли. Пойдёмте, — обрывает юношу Кристофер, готовый сопроводить Феликса в один конец, но его прерывает посетитель одним жестом руки. — Но, господин Хван, как вы можете спустить ему такое с рук? — возмущается Чан, кидая гневные взгляды на Ли. — Если мне не изменяет память, то это мой ресторан и я лично могу выбирать персонал, верно? — одной фразой затыкает крикливого руководителя мужчина, из-за чего Бану остаётся только стыдливо понурить голову и тихо проговорить, прежде чем быстро ретироваться: — Как вам будет угодно. — Ты можешь идти домой, в следующий раз будь повнимательнее, — с лёгкой улыбкой отпускает напуганного парня владелец, из-за чего тот на глазах расслабляется и дарит самую яркую улыбку, прежде чем счастливо умчаться прочь. — А вы, Ли Феликс, пройдёте со мной. У нас ещё есть, что обсудить, — томно проговаривает мужчина, первым покидая ресторан, оставляя Ликса с раздумьями о том, почудился ли ему почерневший взор этих шоколадных глаз или же нет? Феликс около десяти минут стоит у двери в комнату, куда давно зашёл загадочный гость. Парень решается постучать, из-за чего дверца медленно распахивается. Ли растерянно смотрит вглубь комнаты, где слышится шум воды. Очевидно, что посетитель ушёл в душ, а номер не стал закрывать, чтобы Феликс точно смог войти. Брюнет заходит, аккуратно прикрывая дверь, и замирает, ожидая мужчину. — Вы уже пришли, мистер Ли, проходите, чего ж вы ждёте у двери? — выходит в одном халате мужчина, вытирая волосы полотенцем, и обращается к неловко стоящему у двери парню. Феликс не знает, куда смотреть, поэтому просто опускает взгляд, исследуя полы и проходя вслед за Хенджином на кухню. Мужчина достаёт из мини-бара бутылку вина и протягивает её Ликсу вместе с бокалом, на что получает вопросительный взгляд. — Мне так и не удалось попробовать то вино. Наполни этот стакан для меня, — просит Хван, после слов которого парень неуверенно перенимает алкогольный напиток и хрусталь. Феликс ставит бокал на столешницу и аккуратно заполняет его алой жидкостью, ловя чувство дежавю, после протягивает напиток владельцу. — Вот это другое дело. Все же то была не ваша вина, а лишь неосторожность, — с нежной улыбкой на устах комментирует мужчина, внимательно наблюдая за движениями младшего, а после принимая вино. — Простите, больше такого не повторится, — все ещё чувствуя стыд за свой проступок, извиняется Феликс, не решаясь поднять голову. — Что было, то было. И кстати, я так и не представился. Я Хван Хенджин, приятно познакомиться, — протягивая руку, проговаривает Хенджин, стараясь как-то расслабить парня, и это срабатывает. Феликс смущённо улыбается, отвечая на рукопожатие, и поднимает наконец взгляд. Тело замирает в страхе и каком-то предвкушении. Тот почерневший взор шоколадных очей ему вовсе не показался. Прямо сейчас Хван смотрит точно так же, с какой-то странной эмоцией, спрятанной за чернотой. — Что ж, раз вы действительно хотите загладить свою вину, идите за мной, — отпуская руку, предлагает Хенджин, оставив бокал и направляясь в сторону, где обычно в номере находится спальня. И Феликс следует за ним. Его не принуждают, двери открыты, и парень вполне может убежать, но не делает этого. Завороженно идёт в неизвестность, готовый на все, что угодно. В проходе виднеется вальяжно устроившийся на кровати Хенджин. Крепкие мышцы груди выглядывают из-под растрепавшегося халата. Взгляд Феликса скользит по полуобнажённому телу, останавливаясь на мощных бёдрах. Заметив чужой заинтересованный взгляд, Хенджин похотливо ухмыляется, томно шепча. — Раздевайся, — вместе со взглядом, которым Хван оценивающе проходится по телу Ли, меняется и голос, становясь более глубоким и хриплым, из-за чего сказанная просьба звучит, как приказ, и Феликс послушно выполняет требование. Первым делом на пол летит чёрный фартук, который привязывается на пояс, следом к нему падает такого же цвета рубашка. Парень медленно расстегивает пуговицы трясущимися руками, открывая вид на четко очерченные кубики пресса. Последними идут кожаные штаны, и Феликс, оставшись в одних боксерах, стоит полностью открытый и уязвимый перед Хенджином. — Молодец, но трусы тебе тоже не понадобятся, — хвалит Хван, параллельно наслаждаясь чужим смущением и растерянностью. Мужчина встаёт с кровати, перед этим достав из прикроватной тумбы какую-то тканевую вещь. Старший подходит практически вплотную к теперь уже полностью голому Феликсу и надевает на тонкую шею ошейник. — Вот так, тебе очень идёт, – любовно смотря на украшение, озвучивает свои мысли Хенджин, после жестом указывая на постель, приглашая лечь. Ли отодвигается к изголовью, поворачиваясь лицом к Хвану, руками пытаясь как-то прикрыть пах от чужих чересчур наблюдательных глаз. — Ну нет, так дело не пойдёт, — недовольно комментирует Хван, вновь подходя к тумбе и доставая оттуда наручники, чем впоследствии приковывает ладони растерянного парня к кровати, после садясь рядом. Феликс сгибает ноги в коленях, сводя их вместе в попытке закрыться, но проворная рука Хенджина успевает проскочить меж зажатых бёдер. Мужчина сжимает нежную кожу, наклоняясь вперёд, чтобы завлечь парня в страстный поцелуй, выбивающий весь воздух из лёгких. Хенджин отстраняется на время, чтобы передохнуть, и вновь берет в плен эти чересчур сладкие губы официанта. Тем временем рука раздвигает сведенные коленки, начиная ласкать внутреннюю часть бедра, иногда сжимая в опасной близости от паха. Мужчина пару раз ведёт по всей длине члена, после аккуратно натягивая на него эрекционное кольцо, из-за чего парень мычит в поцелуй и чуть выгибается в спине. Хенджин вновь разрывает поцелуй, тянется к баночке на тумбе, чтобы впоследствии вылить немного жидкости на длинные пальцы, полностью смазывая их и приставляя к анусу. Феликс напрягается всем телом, но стоит пухлым губам коснуться чувствительной шеи, как он постепенно обмякает. Хенджин поцелуями спускается все ниже, начиная оставлять засосы на груди, кусать соски и тут же зализывать их, пока пальцы очерчивают сжимающееся колечко мышц, вводя первую фалангу указательного пальца, мягко растягивая. Из раза в раз доносится лязг наручников, Феликс громко мычит, изгибаясь на кровати в попытке избежать слишком приятных касаний. Когда парень спокойно начинает принимать в себя три пальца, Хенджин убирает руку, опускаясь сильнее к чуть набухшему сфинктеру, и на пробу проводит языком, после проникая им внутрь. Податливые стенки теплом обволакивают язык Хвана, Ли подскакивает на кровати и делает рывок, чтобы подняться выше и убежать от ласк, но крепкие руки мёртвой хваткой вцепляются в бедра, сильнее раздвигая их. Хенджин дразняще проводит по стенкам, сильнее растягивая их и наслаждаясь реакцией Феликса. Но это дело быстро наскучивает, и он заменяет собственный язык на резиновый член. Ли чувствует, как шершавый язык сменяется на инородный предмет, и поначалу он замирает, не зная, чего ожидать, а после протяжно мычит, стоит Хенджину медленно войти фаллоимитатором чуть глубже, начиная делать толчки. Ли выгибается на кровати, словно грациозный кот, демонстрируя свою гибкость. Хван полностью вводит страпон, ускоряя темп и начиная трахать Феликса резиновым членом. Глухие стоны постепенно заменяются звонкими, дыхание сбивается, возбуждение горючей жидкостью проходится по всему телу, концентрируясь в пережатом у основания члене, заставляя извиваться на кровати. Доводя парня практически до состояния экстаза, мужчина останавливается. Оставив игрушку внутри, Хван входит в растянутый анус сразу двумя пальцами, из-за чего Ли срывается на крик, начиная дрожать, словно при сильной лихорадке, и с силой вцепляется в изголовье кровати, грозясь сломать его к чёртовой матери. Растягивая парня на манер ножниц, Хван внимательно следит за выражением лица Феликса, после заменяя пальцы на небольшой вибратор. Хенджин сразу включает вторую скорость, протолкнув игрушку глубже. Страпон концом упирается аккурат в простату, пропуская вибрации через себя, дополнительно стимулируя и выбивая ещё более высокие стоны из парня. Коленки сводятся от приятного ощущения, пальцы на ногах поджимаются, и Феликс то приподнимает, то опускает таз, сходя с ума от приятных ощущений и чувствуя голодный взгляд Хенджина на себе. Из глаз брызжут слезы, парень громко выстанывает, стоит скорости увеличиться. Все тело горит, а член, не переставая, вырабатывает природную смазку, норовя взорваться. — Господин... Позвольте мне кончить... — умоляет Феликс, тяжело дыша, следом вновь громко простанывая. — Я ещё не закончил играться с тобой, — ухмыляясь, отвечает Хенджин, наслаждаясь отчаянными мольбами, которые слышатся, стоит только на время прибавить скорости вибратору. Все тело Феликса напрягается, он приподнимает таз, до хруста выгибаясь в спине, и его бедра содрогаются в сухом оргазме. Ли громко стонет, невольно вызывая восхищение у Хвана, а после явно выраженный гнев. — Ты не справился, вновь... — делая акцент на последнем слове, злобно проговаривает Хенджин. — Я должен наказать тебя, — резко вынимая игрушку, заканчивает мысль Хван, заставляя Ли низко промычать. — Нет, папочка, не нужно... — странное обращение само вылетает с губ быстрее, чем Феликс затуманенным разумом успевает понять смысл сказанного. — Папочка? — со странной улыбкой смакует мужчина, после добавляя. — Стоит ли мне простить тебя после этих слов? — Да, папочка, не наказывай меня, пожалуйста, — ещё не просохшие после пережитого оргазма слезы прибавляют жалости, руки, скованные наручниками, разжигают похоть, а все также стоящий член младшего заставляет Хенджина невольно облизнуть губы. Он взглядом поглощает каждый миллиметр прекрасного тела, наслаждаясь собственными отметинами, которые уже постепенно начинают проявляться. Хван молча снимает эрекционное кольцо, а после наручники, наконец высвобождая парня, чтобы после надеть кляп на практически не соображающего парня. — Папочка ещё хочет понаблюдать за тобой, сладкий. Ты ведь будешь послушным мальчиком? — спрашивает Хенджин, приподнимая парня за подбородок, чтобы установить контакт с очаровательными глазами, ясность которых скрыта за пеленой новой волны возбуждения. Феликс интенсивно кивает головой, отвечая на вопрос Хвана, и смиренно ждёт. Хенджин выходит из комнаты, возвращаясь с чем-то в форме маленькой подушки. Мужчина садится на кровать, приближая прибор максимально близко к анусу парня, после нажимая на кнопку. Резиновый член резко входит в Феликса, появившись из глубин механизма, сокрытого под видом подушки, и заставляет парня громко промычать, закидывая голову назад и вцепляясь руками в простынь. Хенджин настраивает темп небольшой секс-машины, вставая с кровати и подходя к громко всхлипывающему парню. Ли подаётся бёдрами навстречу резким толчкам, насаживаясь глубже, и поворачивает голову, из-под опущенных ресниц смотря на Хвана. Мужчина заворожено наблюдает сверху вниз, взглядом проводя от чересчур развратного лица до упругих ягодиц, подмахивающих навстречу резиновому члену. Феликс рассматривает Хенджина в ответ, натыкаясь на заметный бугорок в районе паха. Фантазии рисуют картинку, где кусок резины заменяется на горячую жилистую плоть, и он громко стонет, сжимая одеяло до побеления костяшек, упираясь глазами во властный взгляд Хвана, практически кончая от него. Мужчина заметил, куда был направлен взор Феликса. Хенджин резко развязывает пояс халата, скидывая с себя единственную ткань, демонстрируя большой член с налитой кровью головкой, из-за чего глаза Ли восхищенно сверкают, а рот наполняется слюной, которую приходится судорожно сглатывать. Хван избавляет парня от кляпа, после приставляя плоть к лицу Феликса, и тот без слов вбирает в себя головку. Ли в жизни не приходилось делать минет, поэтому он просто облизывает уретру и чуть всасывает щеки, пытаясь взять больше, и медленно начинает двигать головой, пока его продолжает трахать резиновый член. Низ живота горит от болезненного возбуждения, из-за чего парень недовольно мычит, пуская вибрации по члену. Хван громко выдыхает, отстраняясь, будучи неготовым к неожиданной выходке младшего, но Феликс решает добить его окончательно, громко простанывая: — Папочка, возьми меня, — секс-машинка летит на пол, Хенджин садится на кровать, приглашая сесть на собственные бедра, и Ли тут же соглашается. Ладонь неловко обхватывает чужой член, приставляя к хорошо растянутому анусу, и Феликс медленно опускается до конца, упираясь руками в сильные мышцы груди, после приподнимаясь на дрожащих бёдрах и вновь опускаясь, постепенно ускоряя ритм и начиная скакать на члене, переходя на низкие стоны, от которых узел возбуждения внизу живота Хвана завязывается уже. — Папочка... Папочка... Мне так хорошо... — басит Ли, выбивая мычание из крепко сжатых губ. Мужчина подхватывает парня за ягодицы, крепко сжимая их и помогая ускорить темп. Руки Хенджина переходят на талию, останавливая Феликса, чтобы сменить позу. Ли становится на четвереньки, соблазнительно выгибаясь в спине, и умоляет Хвана: — Папочка, позволь мне кончить, — после фразы следует громкий выдох. Мужчина резко входит, втрахивая парня в постель. Феликс вновь вцепляется в одеяло, чувствуя, как он постепенно доходит до пика удовольствия, и начинает подмахивать бёдрами навстречу, желая наконец ощутить долгожданный экстаз. Хван срывается на бешеный ритм, низко мыча и сжимая в руках ягодицы младшего. Заметив, как тело парня постепенно начинает напрягаться, Хенджин наклоняется вперёд, томно шепча около уха: — Кончай, сладкий. Парень изливается на простынь, дрожа в приступе яркого оргазма. Анус сжимается вокруг члена, из-за чего Хенджин низко мычит, с силой стиснув ягодицы Ли. Коленки разъезжаются в стороны, но Хван не даёт обмякшему телу упасть, обхватив вокруг талии и делая последние несколько резких толчков, прежде чем кончить внутрь парня.