Глава 18
5 сентября 2024 г., 00:00
Хандан-султан проснулась в плохом расположении духа. За чашечкой кофе после завтрака она рассказала Улане о своём сне.
— Даже не знаю, что вам сказать, валиде, — задумчиво проговорила пиратка, выслушав султаншу. — Я встречала одну ведьму, которая говорила, что сны могут быть посланием свыше, предупреждением. Но Барбаросса считал, что они являются отражением наших страхов.
— Хочешь сказать, что я боюсь расплаты за хранение этой тайны?
— Или вы боитесь потерять Дервиша-пашу, — загадочно улыбнулась Улане.
Хандан собиралась ей возразить, но в дверь постучали, и в покои вошла Халиме-султан. Пиратка в знак особого пренебрежения к этой «ведьме» как ни в чём не бывало продолжила пить кофе.
— Хандан-султан, — поклонилась та валиде, проигнорировав неуважительный жест её воспитанницы. — Слышала, повелитель ссылает Сафие-султан.
— Я отдала приказ, чтобы всюду в столице были принесены жертвы. Людям раздали подарки, сладости и одежду, а бедняков накормили.
— Но я на вашем месте не спешила бы радоваться. Это же Сафие-султан. Она лучше других умеет портить нам настроение.
Хандан ухмыльнулась, зная, что в этот раз всё будет по-другому.
Их разговор прервал вошедший Хаджи.
— Валиде-султан, госпожа, — поклонился ага султаншам, затем подошёл к Хандан и зашептал ей на ухо: «Кто-то проник в покои повелителя и испортил портрет Кёсем-хатун. Повелитель ждёт вас у себя».
Отпустив Халиме, она вместе с Улане отправилась к сыну, рассказав по дороге о произошедшем. Они подошли как раз к тому моменту, когда Дервиш закончил допрос слуг, прислуживающих утром повелителю. Пиратка осталась ждать возле покоев, а Дервиш и Хандан вошли в покои повелителя, где их ждал султан со своей фавориткой.
— Повелитель, мы выяснили, кто это сделал, — начал докладывать Дервиш. — Стража скоро приведёт эту женщину.
— Мои покои вверены тебе, Дервиш! И моя жизнь тоже вверена тебе! Сегодня это, а завтра яд мне подсыплют в еду, Дервиш! — отчитывал наставника Ахмед так яростно, что валиде на мгновение даже стало его жаль.
— Прошу прощения, — выдавил из себя пристыженный паша. — Я разберусь с этим, ведь рабу присуще совершать ошибки. Проявите милость.
— Это дело рук Сафие-султан, — без всяких сомнений заявила Хандан. — Она угрожает всем нам: и тебе, и твоей фаворитке тоже.
— Сафие-султан уедет, и уедет завтра же! — твёрдо произнёс Ахмед.
Раздался стук в дверь, и в покои вошла Дуду-хатун:
— Повелитель, мы не смогли найти ту калфу. Скорее всего, она сразу после этого сбежала из дворца.
— Устранить всех, кто утром прислуживал мне, чтобы никто больше не осмелился на такое! Вы можете идти! — отпустил султан хазнедар и пашу.
Выйдя из покоев, Дервиш подошёл к скучающей пиратке:
— Как твои дела, Улане? Хандан-султан простила тебе твою глупость?
Она подняла взгляд на пашу, но тут же отвернулась.
— Ну хотя бы ты не отворачивайся от меня. Мы же с тобой друзья, — мягко произнёс он.
— Валиде запретила мне с тобой разговаривать. Она злиться на тебя. И я тоже злюсь, — обиженно пробурчала пиратка.
— Я понимаю чувства госпожи, но ты… Это я должен злиться на тебя за то, что ты обманом вытянула из меня все мои тайны.
— Ты сам мне всё рассказал, я тебя не пытала!
— Я с тобой больше есть за один стол не сяду. Вчера Хандан-султан велела тебе мои секреты узнать, сегодня общаться со мной запретила, а завтра прикажет отравить меня?
Они пристально посмотрели друг другу в глаза, а затем одновременно рассмеялись.
— Я знал, что ты притворяешься, — улыбнулся Дервиш.
– Ошибаешься, я всё ещё обижаюсь. Я хотела кое-что рассказать, касаемо отравления повелителя, но ты тогда прогнал меня.
— Паша Хазретлери, — обратился к Дервишу подошедший стражник, — мы отправили людей на поиск той калфы.
— Хорошо. Жду вестей, — кивнул он и отпустил слугу.
Продолжить беседу с Улане им не удалось: из покоев вышла валиде-султан.
— Госпожа! — окликнул её паша. — Я лично отберу и опрошу всех, кто пойдёт служить повелителю. И допущены к нему будут только проверенные люди.
— Прежде всего, я не доверяю тебе, Дервиш! Почему же тогда я должна доверять твоему выбору?
— Вся моя жизнь прошла рядом с вами! С вами и с вашим сыном! Я всегда только защищал вас! И я никогда вас не предавал и не предам!
Хандан посмотрела на него разочарованным взглядом, словно он ей признавался не в преданности, а в предательстве, и ушла. Она слышала, знала, понимала всё, что он говорил и хотела верить ему, но у неё не получалось, и Дервиша это очень расстраивало. Оттого он и злился.
— Дай ей время, — шепнула Улане и побежала вслед за госпожой.
Вернувшись в покои, Хандан приказала подать ей пяльцы и нитки с иголкой и села вышивать.
— А можно мне тоже эти ваши пальцы? — робко спросила пиратка.
— Пяльцы, — поправила её валиде. — Неужто тебе понравилось вышивать?
— Это довольно интересное занятие. Кажется, я становлюсь девочкой…
— Я думала ты любишь только размахивать мечом и со всеми ругаться.
— А ещё читать книги о ядах и поить пашей дурманом.
Султанша звонко рассмеялась. Обычно она, если смеялась, то делала это тихо и спокойно, но пиратке каждый раз удавалось поднять ей настроение так, что хотелось смеяться во весь голос. В последний раз она так смеялась… в детстве?
— Как тебе удаётся быть всё время такой весёлой?
— А зачем грустить? Всё же хорошо! Солнце светит — хорошо! Не светит — тоже хорошо! Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на страдания. Нужно решить проблемы? Пока решаем, будем серьёзными, а как решим, снова станем весёлыми. Вам нужно научиться быть счастливой, валиде.
— Наверное, ты права. Но как радоваться, если кругом одни несчастья? Дервиш хранит страшную тайну, которая может стоить нам жизни, да ещё и на Фахрие-султан жениться собирается, Сафие-султан уже два месяца не может уехать в Старый дворец, а отравитель моего сына до сих пор здесь.
— Вот так, — проговорила Улане и, искренне веря, что её за это не казнят, осторожно взяла валиде-султан за щёки и большими пальцами потянула краешки её губ вверх, — Вот так нужно улыбаться! А с проблемами мы справимся!
— Теперь у меня возник другой вопрос: как в этом маленьком милом ребёнке живёт грозная пиратка? — смеясь, спросила султанша.
— Она просыпается, когда нужно кого-то убить.
Они до самого вечера просидели за вышиванием, смеясь и разговаривая.
После ужина Хандан с Улане пили чай, когда валиде решил навестить повелитель:
— Матушка, — поцеловал Ахмед её руку.
Как только он зашёл, пиратка поклонилась и поспешила в свои покои.
— Кто эта девушка? — поинтересовался юный падишах.
— Её зовут Улане. Дервиш подобрал её на улице, привёл в гарем. Она потеряла родителей, а я взяла её к себе на воспитание.
— И давно она у вас?
— Она живёт здесь почти месяц. Всё в порядке?
— Да, я хотел сообщить вам ещё утром, но с этим неприятным инцидентом совсем забыл. Я велел начать приготовления к походу на разбойников джеляли.
— Ты ведь не собираешься идти в поход?
— Именно это я и хотел вам сказать. Я уже приказал отправиться Насуху-паше вместе с войском. В ближайшие дни они выйдут в путь. Я пока не готов идти в поход. Если понадобится моё вмешательство, то после всех приготовлений я выступлю только к следующей весне.
— Я надеюсь, что в этом не будет необходимости.
— Я тоже, валиде. Добрых снов!
Повелитель ушёл, и почти сразу же в покои вернулась Улане.
— Валиде, а Насух-паша кому прислуживает? — вдруг поинтересовалась она.
— Ты опять подслушивала? — недовольно спросила Хандан.
Пиратка подошла к стене и показала султанше отверстие.
— В моих покоях отсюда всё прекрасно слышно. Если вы не знали об этой маленькой дырочке, то я уверена, что она не вчера там появилась, и вас долгие годы могли подслушивать из моей комнаты.
— Вот значит, как… — задумчиво проговорила валиде. — Я, кажется, даже знаю, кто. Насух-паша служит Сафие-султан.
— Хорошо, что повелитель не идёт в поход. Мне кажется, что Сафие-султан могла бы надавить на пашу, он придумал бы какую-нибудь страшную историю о том, как в походе плохо без повелителя, и уговорил бы его выступить пораньше.
— И тогда она могла бы не уезжать или вернуться в его отсутствие…
— Повелителю нельзя идти в поход ни в коем случае, — заключила Улане. — Иначе, когда он вернётся… если вернётся, на его троне может сидеть шехзаде Мустафа.
Хандан кивнула. Допив уже остывший чай, пиратка и султанша отправились отдыхать. Завтра им предстояло проводить Сафие-султан в Старый дворец.
