Порознь

      Когда свет фонаря пал на то, что всё это время, судя по всему, и было секретом стража миров, послышался скулёж. Он чуть стих, когда фонарь упал.       Это было живое существо. Кажется, скелет. Чёрный. Его тело покрывала одежда: яркий красный свитер, потёртый на запястьях, и чёрные шорты, чуть порванные в области копчика, что соприкасалась с полом. Всё его тело глючило, оно было искажено, как и пространство вокруг него. Скелет закрыл глаза, на краях которых свисали потрёпанные синие нити. Он дышал часто и шумно.       — У##ри… — выдал он едва различимые звуки, похожие на попытку сломанного робота поговорить. — ##ери… С##т… С#е# #бер#…       Пайпер Джему стало страшно. Нет, это был не просто страх. Это был ужас. Этот скелет был жив. Он был тут. Прямо за стенкой той комнаты, в которой каждый день спал его отец. В доме, в котором Джей сам спал каждую ночь.       Всё нутро Пиджи сжалось. Кажется, это чувство сравнимо с тошнотой. Только низвергать из себя содержимое «желудка» он не мог физически.       — Подождите… минутку, я помогу вам… — взяв себя в руки и подобрав фонарь с пола, он подошёл к скелету ближе, вновь направив на него свет. Скулёж. — Что… это…       Теперь, вблизи, стали заметны новые детали. Оборванные и стёртые рукава свитера прикрывали ничто иное, как кандалы, прикреплённые намертво к стене. Такие же были и на щиколотках. И на груди. И на черепе, на уровне лба и висков. Металл был чуть ржавым. Или тёмно-рыжие пятна — это не ржавчина? Об этом заставляли задуматься тёмные пятна и на рукавах красного свитера.       Покалывание, что ранее при прикосновении к аномалии было только на руке, теперь ощущалось по всему телу. Но это не было невыносимо.       Чернила, что прежде служили кувалдой, теперь трансформировались в ножовку.       — Я попробую что-нибудь сделать с этим…       Но он не смог ничего сделать. В креплениях не было ни одной цепи, все они были вылиты из цельного металла. Целый час юноша возил ножовкой туда-сюда, туда-сюда, но выходили лишь царапины. Несколько раз скелет пытался поговорить с ним, но Джей не различал и слова. Он пыхтел, менял положение рук и ног, пытаясь найти удобный угол, чтобы продолжить своё бесплодное занятие. Чёрный скелет всё это время не открывал глаза, но ёрзал, громко дышал.       Очень поздно, но всё же до Пайпер Джема дошло…       — Я сейчас попробую кое-что другое. Я надеюсь, тебе это не навредит…       После этих слов из кончиков пальцев юноши вытянулись нити. Они обвили кандалы, сжали. Скелет и не видел их, продолжая сжимать глаза в попытке отвернуться.       …Однако ничего не вышло. Эти кандалы не имели кода. Они не были порождением мультивселенной. Так же, как и всё в этой комнате. Так же, как и разрушенная стена. Так же, как и весь этот дом. Это и вправду сделал Инк.       Пайпер Джема вновь затошнило.       — Дже-е-ей! — прозвучало приглушённое с первого этажа. — Джей, ты опять в моей комнате?       Вот и всё. Время вышло. Пиджи, встревоженный, расплавляет ножовку и возвращает чернила в своё тело. Он встаёт, поднимает с пола фонарь и суёт его себе в карман, наспех проговаривая всё ещё скованному скелету:       — Побудь тут еще немного, ладно? Я найду решение, ты только веди себя тихо…       — Джей? — послышалось уже громче. Судя по всему, Инк только-только забрался на второй этаж.       Заглянуть в глаза, которые раскрылись, едва ли свет от фонаря перестал светить в них, не удалось: пришлось телепортироваться в соседнюю комнату как можно скорее. Когда хозяин дома открыл дверь в свою комнату, юноша уже сидел за столом перед чистым листом блокнота и с карандашом в руке.       — Ты бы хоть крикнул мне, — вздохнул хранитель, облокачиваясь о дверной проём. — Ну что, пошли?       — А? — Пиджи повернул голову, поразмыслил несколько секунд над тем, куда он должен пойти с отцом, а после, отложив карандаш, встал со стула. — Да, пошли.       Этот раз ничем не отличался от предыдущего. Инк указал на вселенную, которую нужно было уничтожить, а Пайпер Джем выполнил то, что от него требовалось. Времени на дело много не требовалось, но даже так Джей занял свои мысли скелетом из стены. Глитчи, чёрный цвет костей, синие полосы под глазами… Все это наводило лишь на одну догадку о том, кем мог являться незнакомец из той комнаты.       От глаз Инка не скрылся задумчивый вид его воспитанника, но он сослал это на последствие неудачного разговора утром. Начинать этот разговор снова он не хотел.       Разве мог Пиджи уснуть ночью после того, что увидел днём? Его голову занимал только он. Перед тем, как опустить голову на подушку, он долго сидел на своём диване, неустанно смотря в сторону навсегда запертой двери. Теперь он знал, что он там. Всё ещё живой, всё ещё прикованный, хоть и найденный. Неужели его добродушный отец мог сделать что-то настолько ужасное? Неужели всё это время он спокойно спал в этом доме, зная, что его стены буквально живые? И как только Джей сам не слышал ничего…       Наверняка, он кричал.       Нужно было уснуть. С этой мыслью юноша лёг, отвернувшись от чёртовой двери. Он закрыл глаза, приказал себе не думать ни о чём. Завтра его ждёт тренировка, а на ней уж точно нельзя быть вялой размазнёй. Но попытки заставить себя уснуть только сильнее отгоняли сон.       Получилось лишь на рассвете. И конечно, только впав в сон, из него тут же пришлось вернуться под бодрый возглас:       — Подъё-ё-ём! — художник, подойдя к дивану, одним движением сдёрнул со спящего плед. — Тренировка не ждёт!       — Зачем мне это… — буркнул Джей и отвернулся к спинке дивана. — Я и так никуда не хожу.       — Поверь мне, как только ты научишься куда-то ходить без меня, ты будешь путешествовать побольше кого-либо. Я же тебя знаю.       И Инк же был прав, гад. Единственная причина, почему Пайпер Джем не использует свою силу в пользу своего неизмеримого любопытства — его секретная деятельность. И судя по открытиям вчерашнего дня, он ещё долго не сможет рассказать отцу, чему научился.       — Почему мы вообще должны тренироваться в такую рань…       — Потому что тренировки эффективнее всего утром! Ну всё, вставай, или я вылью на тебя ведро холодной воды, — хранитель тихо посмеялся.       — Очень смешно, пап, — огрызнулся в ответ юноша, отрывая спину от бархатной обивки.       Но эта тренировка и вправду должна была иметь значение. Большее, чем остальные. Потому что именно на ней Пайпер Джем задумал исполнить план, который придумал ещё ночью.       Начало тренировки. Страж по одну сторону, Джей — по другую. Последний уже знал свою цель, и как только произошёл первый взмах кистью, он двинулся с места.       Для Инка на этих тренировках была главной одна задача: обездвижить чернильного монстра. И для этого в ход шло всё, кроме растворителя и воды: волны чернил, кости, ловушки в виде чернильных луж. Но прямо сейчас Пайпер Джем не мог попасть ни в одну из них, потому что тогда ничего не получится. Он сближался со стражем, быстро преодолевая расстояние между ними. Его взгляд лишь изредка падал на цель — он знал, что Инк следит за тем, куда смотрят глаза противника. А в этом деле нельзя было раскрыть свои намерения.       Секунда — Джей проскальзывает мимо Инка за его спину, схватив то, что ему нужно. Получилось. Предмет тут же прячется внутри его тела. Однако, похоже, в этот момент, будучи в радости за личную победу, он не замечает, как художник оборачивается и хватает его чернильной рукой.       — Попался! Эх, а ведь ты сегодня хорошо держался, — с улыбкой выдохнул Инк, поднимая ко рту жёлтый флакончик. — Задумался о чём-то?       — Да нет. Устал под конец, наверное.       — Тогда пошли домой, — после этих слов чернильная рука опустила юношу на «пол».

***

      Свет погас. В «небо» пустоты взошла луна. В доме хранителя вселенных воцарилась тишина. Инк давно ушёл в свою комнату, оставив Пиджея одного в гостиной.       Диван еле слышно хрустнул, когда с него поднялись.       Щёлк. Свет фонаря упал на всё так же сидящего на месте скелета в темноте.       — Только тихо… Я не думаю, что будет хорошо, если он услышит нас, — шепнул в тишине Пайпер Джем, подходя к неизвестному и параллельно доставая откуда-то из живота склянку. За стеклом последней переливалась от движений мутная жидкость.       Да, это и было то, что он одолжил у отца на тренировке. Растворитель. Инк редко им пользовался, а потому может не заметить, как всего лишь одна баночка пропадёт из его органайзера.       — У#### св## ###ть, — тихо и, кажется, раздражённо произнёс чёрный скелет. Но его слова звучали как помехи старого телевизора.       — Тихо! — шипит Джей, садясь к незнакомцу. Он откупоривает крышку склянки и медленно подносит её к металлическим креплениям. — Если станет больно — не кричи.       Свет фонаря поднесли к скованным рукам. Баночка наклоняется, руки дрожат. Несколько капель мимо — и незнакомец лишится их. Жидкость быстро потекла по горлышку, и… тонкая, короткая струйка упала на металлические пластины. Всего лишь секунды потребовались для того, чтобы металл расплавился, как тонкий воск над горелкой. Освобождённые руки некоторое время оставались в прежнем положении, прежде чем попытались распрямиться, но… Тихий хруст, и незнакомец издаёт приглушённое, болезненное мычание.       — Тц… Как долго ты пробыл тут? — спрашивает юноша, и быстро понимает, что внятного ответа не услышит.       Чёрный скелет лишь шумно дышал.       Следующее, что освободил Джем, — ноги. Ими двинуть с места никто уже не пытался. Грудь, голова… Всё было освобождено. Но чёрный скелет по-прежнему не мог двинуться с места.       — Я тут видел недорисованную кровать. Я могу положить тебя пока туда. До завтра тебе лучше не двигаться. Я не смогу остаться с тобой завтра, но… я думаю, ты услышишь, когда мы с отцом уйдём.       Скелет, казалось, всё слышал. Но всё, что он делал — это продолжал жмуриться, пытаясь спрятать лицо в стене.       — …Хорошо, я думаю, так будет лучше в любом случае. — выдыхает Джей и, встав, просовывает руки под ноги и спину чёрного скелета. Он аккуратно поднимает его. Раздалось ещё несколько хрустов, за ними сдержанное, болезненное мычание и тяжёлое дыхание. — Да тише ты… Знаешь, не одному мне попадёт, если тебя услышат.       Скелет прикладывает силы, чтобы замолкнуть, когда Пайпер Джем делает первый шаг, двигаясь с места.       Кровать здесь и вправду была. Она выглядела вполне функциональной. Единственное, что в ней было не так, — недорисованное Инком изголовье. Наверное, он хотел обновить интерьер в своей комнате, но нескоро понял, что хочет кровать побольше и повыше.       Старый, пыльный матрас едва ли продавился под весом лёгкого тела.       — Я ещё приду сюда. — шёпот, а после юноша растворяется во тьме.       Лёг спать Пиджи с тяжёлым осадком в груди. Теперь ему было чуть спокойнее от осознания, что плененный скелет теперь тоже лежал на кровати, без оков, сдерживающих в одном положении даже голову. Но тревожность не могла отпустить его: осознание, что что-то настолько ужасное мог сделать всеми любимый Инк, не даст покоя ещё долго.       Теперь он был убеждён: он не знает Инка. И никогда не знал.

***

      — Надо же, какой сюрприз, — мурлыкал низкий, насмешливый голос. — Так просто прячешь оружие, пока эти отродья кричат от чужих костей в своих телах и молят тебя о помощи?       Взгляд золотых глаз прошёлся по изуродованным телам, но, всё же, хранитель закрыл их, поджав губы. Нет, он с самого начала знал, зачем в этот раз он встречается с братом. Хоть и у правды, которую он хочет получить, слишком высока цена. Он чувствовал себя отвратительно от того, какое решение собирался сделать.       — Я хочу, чтобы ты рассказал мне кое о чём, — твёрдо заявил Дрим. — Правду. В обмен на информацию я готов без боя отдать тебе этот мир.       — Интересно, — на чёрном лице появилась улыбка. — Кажется, я уже знаю, о чём ты хочешь спросить.       — Эррор, — Дрим нахмурился, внимательно исследуя поведение брата. Он знал, что будет подвох. И хотел вовремя его заметить. Вот только всё, что он увидел — это то, как чужая улыбка стала чуть шире. — Он ведь жив, не так ли? Ты же тоже видел его сны.       — Забыл упомянуть, что у тебя есть всего три вопроса. Да, он жив. Теперь у тебя два вопроса.       «Так значит, он всё-таки, как и я, видел его сны…» — подумал Дрим, а после задал второй вопрос:       — Ты знаешь, что произошло с ним?       — Знаю, — уголки рта поползли выше.       — Тогда… Где он? — Дриму становилось всё дурнее от этого разговора и от нахождения в этом месте.       Мгновение — и Кошмар растворился в том месте, где был, появившись вблизи хранителя. Нога того сама отшагнула назад, но Найтмер всё равно оказался только ближе.       — Там, откуда когда-то сбежал, — прозвучал где-то у виска низкий голос. Но как только Дрим повернул голову, нахмурившись и сжав зубы, он почувствовал, как земля буквально уходит из-под ног.       Последнее, что он увидел, — широкая улыбка, скрывающая за собой все недосказанности её владельца. Дрим провалился во тьму, так и не получив хоть что-то, что могло бы помочь предпринять конкретные действия. Он отдал мир брату-ублюдку, по сути, не получив ничего.       Через несколько секунд он оказался на траве другого мира. Разочарованный. Но теперь он мог предположить:       Возможно, Найтмер не просто всё знал, а имел к этому причастность.