Поцелуй безумца

      Ночную улицу освещали лишь высокие фонарные столбы, тусклый свет, исходящий от них, был слабым. Однотипные дома сменяли друг друга, пока мужчина в быстром темпе шёл по тротуару. Всего в двух домах горел свет, говоря о том, что жильцы бодрствуют. Прохладный ветер обдувал напряжённое от гнева тело альфы, он чуть ли бежал по тротуару, взглядом судорожно бегая по улице, ища знакомый силуэт.       Внутренности Юнги горели пламенем от злобы, он сердился на себя за то, что позволил Чимину убежать, а особенно за то, что он опять начал вспоминать прошлое, которое преследует его по пятам, застаёт в неподходящее время, и которое он так отчаянно хочет избежать. Чувство тревоги острыми когтями рвало душу альфы: а если Чимин далеко убежал? Может, его кто-то нашёл?       Эти мысли не исчезли, пока Мин не добежал до парка. Хорошее место для пряток… Можно было и поинтереснее что-нибудь найти.       Пройдя пару метров, вдалеке Шуга увидел два мужских силуэта, которые разговаривали с каким то парнем, что сидел на скамейке. Сглотнув Юнги прищурил и без того узкие глаза, присматриваясь. Это был Чимин, который взволнованно объяснял что то стражам правопорядка. Мин заметно напрягся, он сжал руки в кулаки, натянул на лицо маску безразличия и направился вперёд твёрдой походкой.       Офицеры были крупного телосложения, они с долей сомнения слушали омегу, не перебивали, лишь иногда один из них кивал, пока Чимин пытался скрыть дикий страх на своём милом лице.       Подойдя к ним, Юнги со спокойным выражением лица, насколько это было возможно, встал около Чимина, а его широкая ладонь схватила чужое запястье, до боли сжимая. Мин обратился к стражам правопорядка, прокашлявшись для привлечения внимания.       — Здравствуйте, какие-то проблемы? — Розовый язык мужчины прошелся по сухим губам, пока бездонные зрачки осматривали форму одного из стражей.       Он старался не выдать явное раздражение в своем голосе. Окинув взглядом напуганного омегу, что с выпученными глазами смотрел на него, он плавно переложил руку на хрупкое плечо омеги.       — Здравствуйте. Офицеры Ким и Хван. — Один из них указал на бирку, что висела у него на груди. — Мы нашли этого парня здесь, вы его знаете?       — Я его парень, он сбежал из дома во время небольшой ссоры, — альфа попытался выдавить из себя улыбку, дабы не вызвать никаких подозрений у сотрудников милиции. По выражению лица полицейского у альфы получилось не слишком убедительно. Внутри Юнги начал воспламеняться огонь. Ситуация выбивала из колеи. Как омега вообще вздумал бежать от него?       — Будьте добры, пройдёмте в участок.       Озлобленно посмотрев на Чимина, когда офицеры отвернулись, мужчина крепче сжал плечо юноши своими длинными пальцами, надеясь на то, что на его теле не образуются синяки, пока что. Потянув его за собой Шуга направился за полицейскими.       Находясь так близко, Мини чувствовал чужую агрессию, он старался не издавать никаких звуков, казалось, что он затаил дыхание, не хотел привлекать к себе внимание.       Всю недолгую дорогу до участка Юнги нервно сжимал в ладони руку Чимина, тот с опаской поглядывал на возлюбленного, не осмеливаясь убрать руку, это могло вызвать вопросы у полицейских, чего им совсем не хотелось. Мин следил за тем, чтобы милиционеры ничего не заподозрили. Кто знает, чего омега мог наговорить им? Даже если он умолчал обо всем, ему в любом случае не поздоровится.       Шуга был уверен, что Чимин наговорил им лишнего, иначе их не забирали бы в участок. Но вряд ли это поможет омеге избавиться от него. Ни в коем случае. Не в этой жизни.       Стоя уже в тусклом и давящем своей атмосферой кабинете полицейского отдела, альфа нервно покусывал нижнюю губу, руки он держал скрестив на груди, окидывая офицеров недовольным взглядом. Зачем он здесь? Чимин нашёлся, значит, можно ехать домой. Обстоятельства побега они обсудят потом. Если получится ограничиться только словами. Мин не уверен.       В кабинете с характерным запахом недавно выпитого кофе и съеденных булочек был старый письменный стол, небольшой стенд с бумагами и разноцветными папками, до которых еле доходил слабый свет от лампочки. Стены были однотонные, белые, их закрывали стеллажи с материалами. В углу мерцает монитор, шумят компьютеры. Где-то висят рамочки с памятками, плакаты, ориентировки. Жуткий дискомфорт.       — Так, вы Пак Чимин, верно? — Полицейский посмотрел на омегу. — Заявление будете писать?       — Н-нет. — Голос Чимина дрожал, явно вызывая недовольство у Юнги. Ничего же особенно не случилось, так? Просто ссора, с кем не бывает? А Чимин взял и раздул такое.       — Прошу прощения, а заявление на каком основании? — в разговор вмешался Юнги. Он сразу понял, что омега проболтался им. Правда, это особо не поможет, просто Чимину следовало бы поменьше разговаривать и быть на улице. Хватит на сегодня.       — Это стандартный вопрос в таких случаях, мужчина, не кипятитесь.       Мин решил не спорить с ним, дабы не натворить больше проблем, а желание покинуть это место оказалось сильнее.       Чимин продолжал нечитаемым выражением лица смотреть в одну точку стеклянными глазами. Хотел как лучше, но оказался виноватым. Шуга явно разозлён.       Ещё когда они только приехали сюда, Юнги написал Чонгуку, попросил приехать за ними и забрать, дав тому адрес их местоположения, и пообещав рассказать все в подробностях.       Выйдя из участка, Мин увидел единственную машину, припаркованную недалеко от входа. Лишь сев в машину, гнев мужчины начал понемногу утихать. Ехали они в тишине, и она была скорее неловкой, чем комфортной, никому из них это не нравилось.       — Чонгук, остановись, пожалуйста, возле заправки, мне надо в уборную, — голос Чимина нарушил тишину.       Чонгук остановился возле первой заправки по пути, и Чимин вышел из машины, направляясь в сторону здания.       Юнги повернулся в сторону Чонгука.       — Спасибо что приехал, Чон.       — Пустяки. Ты же знаешь, что можешь обращаться ко мне в любое время.       Чонгук казался слегка отстранённым, будто он знал, что состоится этот разговор, и всячески пытался его избежать, но почему… Этого Юнги не понимал.

FLASHBACK YOONGI

      Фигура подростка стоит на крыше небоскрёба, прямо у края, тёмные глаза младшего альфы медленно разглядывают небо, вид на город и машины, людей, торопящихся по делам, которые подобно роботам забыли реальную жизнь, делая одно и то же день ото дня. В мире, по понятиям Юнги, существуют два типа людей — одни управляют, а другие подчиняются.       Парень сделал глубокий вздох, его губы дожали от страха, по лицу стекали хрустальные капли слёз. В душе был будто ураган, неприятная тяжесть, чувство безнадёги, боль, ненависть к себе и к остальным. Он должен собраться. Юноша уже собирался прыгать, он вдохнул свежий воздух в свои лёгкие и хотел было уже сделать шаг вперёд, как вдруг сзади кто то схватил его за плечо, грубо толкнул назад и поймал в свои объятья. Юнги вместе с незнакомцем упал на бетонную крышу здания. По запаху было понятно — это Чонгук.       — Ты совсем с ума сошёл?! Юнги, зачем, скажи мне, зачем, почему ты хотел, блять, оставить меня?! Чёрт тебя подери, Мин, зачем? — его голос дрожал, ломался. Его страх можно было учуять за версту.       Подросток был до жути напуган, сердца друзей в унисон бились в быстром темпе, они чувствовали друг друга, находясь так близко, как никогда.       — Я… я устал… Чонгук, пожалуйста, прости меня, — Он сильнее прижался к другу, пытался спрятать слёзы, которые стекали по его лицу. — Чонгук, пожалуйста, прости, я не могу больше, я не выдерживаю, мне так страшно… Я запутался, я не понимаю, кто я, а после расставания и измены Сону я вообще сошёл с ума, он был успокоительным для меня, кроме тебя и него у меня никого не было, — тело подростка тряслось, его голос дрожал, выдавая истерику. — Я не хочу терять тебя, Чонгук, у меня ничего больше нет, ни смысла жизни, ни себя самого, это так глупо звучит…       Юнги думал, что друг примет его за больного, но он ошибся. Чонгук крепче обнял друга, слегка покачивая его, чтобы он успокоился.       — Как эта мысль пришла к тебе в голову, Юнги? Мы с тобой не разлей вода с детства, мы всегда будем братьями, ты же знаешь. Я бы ни за что не оставил тебя одного, почему ты усомнился во мне? Ты самый близкий мне человек, Юнги, ты хотел оставить меня одного?! — Он чуть ли не кричал. Его подбородок дрожал, на лице читалось непонимание. Живи, пожалуйста. — Из шоколадных глаз младшего потекли слезы.       Парни внимательно смотрели друг другу в глаза, будто в них есть что-то важное. По их взглядам всё было понятно. Они понимали друг друга с полуслова, это всё облегчило.       Вскоре альфы сидели на крыше и смотрели на небо, обсуждая жизнь, свои проблемы, они делились друг с другом переживаниями и поддерживали, каждый понимал, насколько они близки и дороги друг другу. Это был один из самых запоминающихся, тёплых и эмоциональных моментов в их дружбе. Они всегда спасали друг друга, и сегодняшний случай не был исключением. Это укрепляло их дружбу и братскую связь между ними. Казалось, они семья, хоть и кровь у них разная.       — Помнишь, как меня в школе дети задирали, а ты заступился за меня? — Чонгук засмеялся, вытягивая уголки губ в улыбке, обнажая кроличьи зубы. — Ты в то время стал опорой для меня.       — Ах, конечно, как я могу забыть это? С тех пор мы стали общаться, хотя, скажу честно, первое время ты казался мне приставучим. — Мин подложил руки под голову, прикрывая глаза с улыбкой на лице.

END OF FLASHBACK.

      Видя, что друг не настроен на разговор, Шуга решил не лезть к нему.       Спустя пару минут Чимин вернулся, он уселся на заднее сиденье и поднял глаза на мужчин. Спустя мгновение Юнги просто вышел из машины, коротко предупредив друга, что он в магазин, и направился в сторону здания. Чимин все еще напуган, но не издал не звука. Ему было неловко перед Чоном.       Чон Чонгук, который в курсе всего, что происходит между его друзьями, настороженно обернулся и посмотрел на омегу, что весь сжался в угол машины, будто пытался раствориться, он мелко дрожал, пустым взглядом смотря на свои голые ноги, которые были ободраны, все в ссадинах и небольших ранах.       — Чимин, почему ты не написал заявление? — в голосе Чонгука слышалось негодование. Ему было жаль, что омега достался такому мужчине, как Юнги.       — Я не знаю, он был рядом и я испугался, не смог, — омега чуть ли не плакал, он понимал что Чонгук прав, но любовь слепа.       — Он может тебе навредить, неужели ты не видишь этого?       — Но я люблю его! Мы попробуем с ним поговорить. Всё будет хорошо, я сам виноват в том, что произошло и обязательно исправлюсь.       — Ты правда веришь, что он изменится?       — Я должен попробовать, пойми и ты меня, Чонгук, мы с ним так долго вместе, нельзя из-за двух случаев бросать всё. Наши отношения станут только крепче!       Чон нервно стучал пальцами по рулю, сжимая его, и через мгновение он вновь обернулся к Чимину, доставая из бардачка небольшой телефон. Может быть, он сможет спасти этого беднягу от неминуемой гибели?       — Возьми, на всякий случай. В четверг в 16:00 у набережной, приходи, пожалуйста, — мужчина протянул Чимину мобильник, с мольбой в глазах смотря на него. Он должен хотя бы каким-то образом спасти омегу.       — Я… — Чимин замотал головой, не понимая, что ему протягивают тоненькую веточку, за которую следует хвататься обеими руками. Но он настолько ослеплён любовью Юнги, что не осознаёт, что любви на самом деле-то и нет.       Через пятнадцать минут пара была дома, Чимин сразу убежал в спальню, Юнги вроде как успокоился и зашёл в ванну.       Включив ледяную воду, альфа сполоснул ею лицо, поднял голову и посмотрел на себя в зеркало, опираясь об бортики раковины. Когда Юнги взглянул внимательнее, по его коже пробежался табун мурашек. В зеркале образовалась как бы пелена, дымчатая субстанция. Затем из этой пелены стала формироваться фигура, так пристально, с горящими глазами, рассматривающая альфу. В начале был лишь общий контур, никаких деталей. То отражение будто отдалялось и приближалось и больше походило на какой-то дух. Мужчина медленно попятился назад, не сводя глаз с зеркала.       — Куда ты? Почему ты уходишь, Юнги? Разве можно убегать от самого себя? — спрашивает голос из зеркала. Мин явно бредит. Зубы у существа в отражении были острыми, как ножи. Постепенно оно сформировалось в облик: Это был Юнги, другой, чужой.       — Кто ты?! — Юнги знатно испугался, он протёр свои глаза, надеясь что это всего лишь плод его воображения, но вновь посмотрев на зеркало отражение не исчезло. Складывалось ощущение духоты, бьющейся вдалеке посуды, какие-то приглушённые крики за глухими стенами, всё стало казаться чёрно-белым, на груди будто лежит тонна тяжести, окружающая его комната сузилась, будто пространства стало меньше, а стены пытались раздавить его, заставить приблизиться к зеркалу.       — Я — это ты, не видишь?       — Нет! — но вскоре, кажется, Юнги стал вспоминать.       — Даже не пытайся уничтожить меня, Мин Юнги. Я ведь внутри тебя, думаешь, что у тебя получится?       — Иди к чёрту, — судорожно осмотревшись по сторонам, Юнги выхватил со стиральной машины расчёску, намереваясь разбить зеркало.       Несколько секунд альфа явственно чувствовал прикосновение. Его будто схватили за запястье. Сердце мужчины вмиг замерло, волосы на теле встали дыбом, пока зрачки уменьшались вдвое.       — Куда же ты? Подумай, Юнги, кто тебя всегда спасал, когда ты застывал на месте, как чёртов трус? Думаешь, кому-то кроме тебя самого, есть до тебя дело? Слушай меня внимательно, блядская тряпка, ты не нужен никому. Думаешь, почему Чонгук не захотел разговаривать с тобой, а?! Ему посрать на тебя, к чему надежды и жалкие мысли о том, что у тебя есть друг? Никому ты нахуй не усрался!       В глазах не было никакой чёткости, всё расплывалось, а сознание так и не нормализовалось. Неужели это правда? Кто врёт?       Существо явно пыталось манипулировать Шугой. Или не существо? Может, он сам обманывал себя? Может, он сам придумал всё это?       Юнги, поднял руки к лицу, закрывая ладонями уши, и воскликнул:       — Нет! Не пытайся, блять, манипулировать мной, я вновь не поведусь на это!       — Ты слишком жалок, закончим на этом.       Нечто в отражении хищно ухмыльнулось, оно исчезло так же быстро, как и появилось, будто растворилось в воздухе.       Ультразвук. Помехи, как в телевизоре. Белый шум. Опустошение.       Резкий, громкий звук — и зеркало разлетелось на мелкие осколки, пронзительно трескаясь и приводя альфу в себя.       Рука окровавлена мелкими ранками, на щеках высохли дорожки слёз. Черные глаза будто потеряли последний блеск. Некогда крепкое тело стало будто безжизненным.       Не видя ничего, Юнги присел на корточки, он схватился за свою голову, сжимая тёмные волосы, и наконец чёрно-белая тускнеющая пелена ушла, появился свет. Появился ли свет в душе Юнги?       В груди острыми копьями разрывало сердце Мина, тяжесть, тяжёлое дыхание и тревожность, от которой невозможно спрятаться. Неужели все опять началось, это невозможно.       Опираясь об стиральную машину Мин встал, его ноги казались ватными, еле удерживали тяжесть мускулистого тела. Он посмотрел на остатки зеркала. Что это могло быть? Чей голос так грозно отзывался ему? Ответов на эти вопросы у него нет.       Кусая свои тонкие губы, альфа стал растягивать их в безумном оскале, он схватился за свои волосы, впиваясь длинными фалангами в корни, и стал буквально срывать с себя их, при этом смеясь. Этот смех звучал истерично, он бился об стены ванной комнаты, отдаваясь эхом. В громком крике Юнги был слышен страх, рефлекторно включилась защитная реакция — гнев. Шуга был словно зверь, смех вперемешку с криками вмешался в коктейль безумия, это был самый настоящий дурдом.       Это стало точкой невозврата.       Чего Юнги испугался, самого себя? Такое невозможно. Он должен показать кто здесь главный. Он не должен бояться. Он, черт возьми, не должен.       Не видя ничего, Юнги присел на корточки, он обнял себя, обхватив руками свое тело. Наконец темнота ушла, появился свет.       Мин встал и посмотрел на зеркало, пошатываясь. Хищная улыбка появилась на лице.       В это время младший сидел на кровати, он уже переоделся и сложив руки на коленях ждал когда альфа выйдет из ванной комнаты. Вероятно, разговора сегодня не избежать.       Вдруг Пак услышал голос мужчины, он встал и медленно подошёл к двери ванной, начиная прислушиваться. Он говорит сам с собой? Чимин насторожился. Омега дёргал ручку двери в попытках обратить внимание мужчины на себя, но попытки были тщетны. Он остался ждать у двери.       Спустя пару минут дверь резко открылась, и увидев озлобленное лицо Юнги, младший пожалел, что пришёл сюда.       Вдруг длинные пальцы мужчины впились в его волосы, мужчина сжал их и буквально за волосы потащил Чимина в сторону самой дальней комнаты. Глаза Пака загорелись ещё большим страхом…