Общежитие четырёх альф

             — Всё нормально, это простая простуда, — спокойно заявил врач в белом халате, закончив осмотр Бомгю. Его тон был настолько невозмутимым, что это только сильнее раздражало Тэхена.       — От обычной простуды в обморок не падают, — не сдержавшись, фыркнул он, скрестив руки на груди.       Врач чуть приподнял бровь, посмотрев на Тэхена, и невозмутимо ответил:       — Падают, если организм ослаблен.       Кан смерил мужчину перед собой в белом халате недовольным взглядом, в глубине души понимая, что тот прав. Несмотря на это, его внутреннее беспокойство за Бомгю никак не утихало.       — Всё равно это ненормально, — буркнул он, больше себе, чем окружающим.       Врач что-то быстро записывал в своём блокноте, не поднимая головы, а Тэхен терпеливо ожидал.       — Он уже принял необходимое лекарство, поэтому вскоре должно стать легче. Я напишу несколько рекомендаций и список лекарств, но давать их нужно будет строго, если состояние ухудшится или температура поднимется выше допустимого, — наконец проговорил он, аккуратно отрывая листок и протягивая его Тэхену.       — Спасибо, — коротко ответил Кан, беря бумагу и внимательно её изучая.       После того как врач вышел из комнаты, Тэхен повернулся к койке, где лежал Бомгю. Омега выглядел уставшим, его щеки всё ещё были немного красноватыми от жара, а глаза напоминали два мутных стекла. Кан опустился на второй стул рядом и внимательно посмотрел на него. Первый стул уже занимал Ёнджун, он поглаживал руку Бомгю и о чём-то беседовал с омегой. Когда Кан подходил, то заметил, что Бомгю выглядел явно чем-то недовольным, но при виде него, взгляд омеги смягчился.       — Ну что, герой, как себя чувствуешь? — спросил Тэхен, скрестив руки на груди.       Бомгю едва заметно улыбнулся, но его взгляд был по-прежнему усталым.       — Нормально… хотя, если честно, всё тело ломит, — пробормотал он, чуть поёжившись. — И что со мной?       — Ничего серьёзного, обычная простуда, но у тебя, похоже, организм слабенький, раз ты так легко отключился. Или это могло быть вызвано сильным стрессом, — Тэхен покачал головой. — поэтому рассказывай, что вообще произошло?       Омега молчал несколько секунд, будто собирался с мыслями. Помедлив, он рассказал всё, про ожидание Ёнджуна в библиотеке, погоню за мужчиной и о том, как вернулся. В процессе его рассказа, Тэхен несколько раз его прерывал и порывался врезать Ёнджуну. Старший делал попытки оправдаться и с трудом успокаивал Тэхена.       — И ради этого непонятного мужика, ты решил устроить марафон в одной кофте? Бомгю, ты серьёзно? — раздражённо вздохнул Тэхен, не скрывая своего недовольства.       — Это не непонятный мужик! Я знаю его, а он знает меня и явно задумал что-то не самое хорошее, раз ошивается неподалеку от тех мест, где я бываю. А сегодня он вообще пришёл во двор университета! Это… — Бомгю пришлось прерваться, поскольку его и без того больная голова начала пульсировать ещё сильнее. Омега запнулся, крепко зажмурившись, когда голову пронзила острая боль. Пульсирующее ощущение заставило его едва слышно застонать, и он обессиленно уронил голову на подушку, не имея сил продолжать разговор.       — Тихо, тихо… успокойся, — Тэхён мгновенно склонился к нему, его голос стал тише, даже заботливее. Он одной рукой поправил одеяло, другой осторожно провёл по лбу Бомгю, проверяя температуру. — Ты ещё слабый, не нужно так напрягаться.       — Но… — голос Бомгю дрогнул, и он с трудом разомкнул губы, пытаясь возразить, но его сил явно не хватало для долгих объяснений.       — Никаких "но", — твёрдо, но мягко перебил его Тэхён. — Давай так: ты сначала как следует отдохнёшь и поправишься. А потом уже решим, что делать с тем мужчиной. Как только тебе станет легче, мы заберём тебя обратно в блок, и там ты можешь не волноваться о своей безопасности. Обещаю, ты будешь в полном порядке.       Его голос звучал на удивление спокойно, хотя в глубине глаз альфы читались тревога и раздражение из-за всей ситуации. Он осторожно провёл рукой по волосам Бомгю, стараясь вложить в этот жест как можно больше заботы и нежности. Пальцы легко прошлись по мягким прядям, будто пытаясь успокоить омегу хотя бы физически, если словами это сделать не получалось.       Бомгю шумно вздохнул, его плечи расслабились, а веки чуть дрогнули, словно под тяжестью усталости. Он посмотрел на Тэхена взглядом, полным смирения и благодарности, и смог лишь кивнуть в ответ, соглашаясь с его словами.       — Вот и хорошо, — едва слышно проговорил альфа, одобрительно улыбнувшись. — Теперь отдыхай, больше ни о чём не думай.       Омега почувствовал, как его тело тяжелеет, а сознание медленно утопает в теплоте и покое. Ему уже не хотелось спорить или что-то доказывать. Рядом с Тэхёном и Ёнджуном всё действительно казалось чуть менее пугающим, пусть на последнего Бомгю всё ещё чувствовал обиду.       

***

      Бомгю очнулся, чувствуя, как жар вновь охватывает его тело. Каждое движение давалось с невероятным трудом. Он с усилием распахнул веки, а с его пересохших губ, сорвался тихий болезненный стон.       Комната вокруг казалась мрачной и пустой, словно все краски выцвели за время его сна. Омега судорожно огляделся, надеясь найти хоть кого-то рядом, кто мог бы помочь ему встать, принести воды или просто убедить, что он не один. Но взгляд, метавшийся от стены к стене, так и не обнаружил знакомой фигуры. Судя по знакомым очертаниям помещения вокруг, Бомгю находился уже в комнате общежития, отчего в голове возникало множество вопросов о том, где хоть кто-нибудь?       Размытые границы пространства из-за жара и слабости лишь усиливали ощущение потерянности. Он попытался уловить какие-нибудь звуки — шаги, голоса, хоть что-то, что подсказало бы, что он не один. Но всё, что он слышал, было собственное неровное дыхание.       — Где… все? — с трудом прошептал он, голос прозвучал хрипло и очень тихо.       Омега пошевелился, и тело ответило вспышкой боли. Его голова раскалывалась, каждый вдох отдавался в груди неприятной тяжестью, а конечности казались ватными. Бомгю приподнялся на локтях, силясь вспомнить, как оказался здесь. Последнее, что он помнил, — это сидящие рядом Ёнджун и Тэхён, их голоса, наполовину приглушённые в его сознании. Но теперь... здесь не было никого. Он сделал попытку встать, но тело тут же предало его. Ноги подкосились, и он с трудом опустился обратно на кровать. Неожиданно, одиночество ударило сильнее, чем физическая слабость. Бомгю чувствовал себя выброшенным на край света, где никто не слышит его крика о помощи. Кажется, за прошедшее время, омега слишком привык к постороннему присутствию и чужой заботе, теперь мысли о том, что он возможно один и ему придётся самостоятельно ползти на кухню за лекарством, вызывали в груди тягостные чувства. Что такого могло случиться, что парня пришлось оставить одного здесь?       Вместо ответа, дверь комнаты со скрипом отворилась. В проёме двери возникла тёмная фигура, неясная и расплывчатая из-за пелены в глазах. Он напрягся, пытаясь понять, кто это, но свет, который внезапно вспыхнул над ним, лишил его способности видеть. Лампочка ослепила его на мгновение, заставив резко закрыть глаза и болезненно поморщиться.       — Бомгю, ты проснулся! — раздался знакомый голос, а буквально через мгновение Бомгю ощутил рядом с собой чужое присутствие.       Бомгю медленно открыл глаза, моргая от резкого света, который всё ещё бил в лицо, но теперь уже не так болезненно. Постепенно фигура, стоявшая у кровати, приобрела чёткие очертания. Это был Ёнджун. Его рыжие волосы выглядели растрёпанными, будто он спешил сюда без оглядки. Взгляд альфы, обычно уверенный и даже дерзкий, теперь был мягким и полным тревоги.       — Как ты себя чувствуешь? — его голос прозвучал удивительно тихо, словно он боялся ещё больше потревожить омегу. Альфа приблизился и сел на край кровати, опустив взгляд на ослабленного Бомгю.       Бомгю открыл рот, чтобы что-то сказать, но не смог найти слов. В ответ Ёнджун без лишних вопросов вытянул руку и осторожно приложил ладонь ко лбу омеги. Его брови нахмурились почти сразу, и он резко отдёрнул руку, будто обжёгся.       — Чёрт… ты как будто горишь! — пробормотал он, глядя на Бомгю с ещё большим беспокойством. — Как люди вообще могут быть такими горячими?       Бомгю чуть слышно засмеялся, но это больше напоминало болезненный выдох. Его глаза едва держались открытыми, но он попытался сфокусироваться на лице Ёнджуна.       — Ёнджун-а… — голос был настолько слабым, что альфе пришлось чуть податься вперёд, чтобы расслышать. — Пожалуйста, останься. Не уходи больше…       Глаза омеги заблестели, а на лице читалась такая искренняя мольба, что у Ёнджуна что-то болезненно сжалось в груди. Он хотел сказать что-то ободряющее, но слова застряли в горле. Вместо этого он лишь аккуратно помог Бомгю улечься обратно на подушку.       — Бомгю, тебе нужно принять лекарство, я быстро, сбегаю на кухню и вернусь обратно! — мягко проговорил альфа, и собирался как и сказал, быстро сгонять на кухню и вернуться.       — Нет, не уходи…       Бомгю с трудом поднял руку и ухватился за запястье альфы. Его пальцы слегка дрожали, но хватка оказалась удивительно твёрдой для такого ослабленного состояния. Ёнджун опустил взгляд на тонкие пальцы, обхватившие его руку, и на мгновение замер.       Альфа знал, что лекарство сейчас жизненно необходимо. Он уже собирался убедить Бомгю отпустить его, но что-то в этом жесте, в его голосе, полном скрытой мольбы, заставило его остановиться. Он чувствовал, как омега боится остаться один, как цепляется за него, будто за последнюю надежду.       — Бомгю, это ненадолго, обещаю, — попытался он возразить, но слова прозвучали неубедительно даже для него самого.       — Пожалуйста… останься, — прошептал Бомгю, его голос дрожал, и в нём слышалась детская беспомощность.       Ёнджун тяжело вздохнул и снова опустился на край кровати, его решимость покинуть комнату исчезла. Альфа полагал, что на этом закончится, однако был сильно потрясён, когда Бомгю стал утягивать его к себе в кровать. Омега почти требовательно дёргал старшего за руку и даже через силу подвинулся, уступая тому место возле себя.       Ёнджун растерялся от такого, не каждый день Бомгю предлагает ему лечь рядом. Должно быть у того от жара мозги совсем расплавились.       — Просто… просто ляг рядом, пожалуйста, — пробормотал омега с хрипотцой в голосе, не ослабляя хватку.       — Ладно, — выдохнул альфа, чувствуя, как внутри поднимается тёплая волна странного, почти трепетного волнения.       Ёнджун, стараясь двигаться как можно более осторожно и лишний раз не тревожить больного, улёгся рядом. Кровать скрипнула и прогнулась под чужим весом. Бомгю, почувствовав тепло рядом, рефлекторно придвинулся ближе. Его слабое, лихорадочное тело словно само искало источник комфорта. Он поёрзал немного, стараясь устроиться удобнее, а затем, найдя идеальное место, сложил свою горячую, пылающую голову на плечо Ёнджуна.       Альфа почувствовал, как дыхание омеги стало чуть более ровным, но всё ещё слышал лёгкую хрипоту, исходящую из его груди. Шумный выдох и дрожь от слабости ещё больше подчеркнули, насколько Бомгю был сейчас уязвим. Ёнджун осторожно приподнял руку, задумавшись на мгновение, прежде чем аккуратно обнять Бомгю за плечи. Его прикосновение было лёгким, почти нерешительным, он боялся, что это нарушит покой омеги.       — Лучше? — негромко спросил он, глядя на осунувшееся лицо Бомгю.       — Угу… — раздалось тихое, едва слышное бормотание.       Несмотря на жар во всём теле, Бомгю продолжал прижиматься ближе к парню, а его пальцы снова нашли край рукава Ёнджуна, слабо сжав ткань.       «Он действительно доверяет мне» — подумал альфа, ощущая, как сердце гулко бьётся в груди. Ёнджун осторожно поправил одеяло, укрывая обоих, и откинулся на подушку, стараясь даже дыхание замедлить, чтобы не потревожить омегу. Его взгляд задержался на тёмных прядях, разбросанных по его плечу, и он невольно провёл пальцами по волосам Бомгю, поправляя их.       — Спи, я здесь, — тихо прошептал Ёнджун, склоняя голову ближе к макушке омеги.       Пока омега расслабленно дышал рядом, постепенно погружаясь в сон, Ёнджун лежал неподвижно, чувствуя, как его сердце предательски учащает ритм. В этот момент, альфа молился всем богам, чтобы Бомгю, проваливающийся в сон, не слышал этого.       Со временем комнате стало так тихо, что можно было слышать только размеренное дыхание Бомгю и редкие звуки с улицы. Ёнджун чувствовал, как напряжение покидает тело омеги, уступая место расслабленности и доверию.       Позже им обоим всё-таки пришлось снова проснуться, поскольку состояние Бомгю ухудшилось. Ёнджун проснулся от звука рваного, хриплого дыхания. Его глаза мгновенно распахнулись, а сердце бешено заколотилось, когда он увидел, как омега корчится на кровати, с трудом хватая воздух губами.              — Бомгю! — встревоженно воскликнул альфа, наклонившись к нему.              Бомгю не смог ничего ответить, лишь слабо застонал, обессиленно сжав простыню. Ёнджун, не теряя времени, осторожно, но уверенно подхватил омегу на руки. Его тело казалось горячим, как раскалённое железо, а его тело словно билось в конвульсиях.              — Держись, всё будет хорошо, — пробормотал альфа, скорее для себя, чем для Бомгю, направляясь в сторону кухни.              Добравшись туда, Ёнджун аккуратно опустил омегу на ближайший стул, предварительно накрыв его одеялом. Бомгю тяжело дышал, его голова безвольно склонилась на спинку стула, а пальцы слабо зацепились за край ткани, словно это было единственное, что удерживало его в сознании. Альфа быстро принялся шарить по шкафам, переворачивая содержимое в поисках нужного лекарства.              — Где же оно... — пробормотал Ёнджун, нервно оглядывая полки. Его руки дрожали, а в груди с каждой секундой всё сильнее разрасталась паника.       Спустя несколько мгновений он наконец нашёл искомое — пузырёк с жидкостью и упаковку с капсулами. Дрожащими руками он схватил их и вернулся к Бомгю, который выглядел ещё хуже, чем пару минут назад.              — Эй, Бомгю, ты меня слышишь? — тихо спросил Ёнджун, присаживаясь на корточки перед омегой.              Тот с трудом приоткрыл покрасневшие веки, его взгляд был мутным, но всё же он каким-то чудом сосредоточился на лице альфы.              — Сейчас дам тебе лекарство, и тебе станет лучше, хорошо? — продолжил Ёнджун, стараясь звучать спокойно, хотя внутри его разрывало от тревоги.              Он налил немного воды в стакан, поднёс его к губам омеги и аккуратно помог выпить. Затем раскрыл упаковку с капсулами и вложил одну из них в ладонь Бомгю, придерживая его руку, чтобы тот не выронил.              — Вот так, молодец... — тихо произнёс альфа, наблюдая, как омега с трудом проглатывает лекарство.       — Держись, тебе станет лучше, — пробормотал Ёнджун, укутывая его ещё сильнее и осторожно обнимая. Он чувствовал, как слабое, лихорадочное дыхание Бомгю постепенно становится чуть ровнее, но всё равно не решался отпускать его даже на секунду.       Прошло несколько минут, прежде чем Ёнджун, убедившись, что состояние Бомгю чуть стабилизировалось, осторожно перенёс его обратно в комнату. Альфа уложил омегу на кровать, тщательно поправил одеяло и присел рядом, чувствуя, как напряжение медленно отпускает его плечи. Казалось, всё худшее уже позади, и можно было попытаться немного поспать, чтобы восстановить силы. Но этой ночью им был не суждено нормально поспать.       Ближе к утру Ёнджун снова проснулся. На этот раз его внимание привлёк запах пота, смешанный с феромонами Бомгю. Альфа приподнялся и, приглядевшись, заметил, что омега пропотел и теперь был весь мокрый — его волосы прилипли ко лбу, рубашка и одеяло намокли, а дыхание стало хриплым и тяжёлым.              — О, чёрт... мне придётся тебя переодеть, — выдохнул Ёнджун, потирая лицо ладонью.              Он посмотрел на омегу, который беспокойно ворочался, что-то тихо бормоча в полусознании. Ёнджуну стало жаль Бомгю — тот явно мучился не меньше самого альфы.              — Ладно, Бомгю, давай сделаем это быстро, — пробормотал альфа, встав с кровати и направляясь к шкафу.       Ёнджун порылся среди вещей Бомгю, выбирая что-то лёгкое и удобное. В итоге он достал мягкую пижамную футболку и чистые шорты. Вернувшись к кровати, он аккуратно сел рядом, снова оглядывая омегу, чтобы понять, с чего начать.              — Извини, но это для твоего же блага, — тихо сказал он, осторожно начиная расстёгивать пуговицы рубашки Бомгю.       Альфа действовал максимально бережно, стараясь не тревожить омегу больше, чем необходимо. Несмотря на это, Бомгю чуть вздрогнул, открывая глаза и слабо моргая.              — Ч-что... ты делаешь? — прохрипел омега, едва разлепив губы.              — Успокойся, ты весь мокрый. Тебе нужно переодеться, — ответил Ёнджун, мягко убирая прилипшие ко лбу волосы омеги.       Бомгю что-то неразборчиво пробормотал, но сопротивляться не стал. Ёнджун снял с него мокрую рубашку и быстро вытер грудь и плечи полотенцем, которое заранее принёс с собой. Затем он накинул на Бомгю чистую футболку, помогая омеге просунуть руки в рукава.              — Вот так... ещё чуть-чуть, и ты снова будешь в порядке, — пробормотал Ёнджун, улыбнувшись себе под нос.       Закончив с верхом, Ёнджун перешёл к мокрым штанам. Его пальцы осторожно потянули за пояс, чтобы стянуть ткань, которая уже успела прилипнуть к коже Бомгю. Альфа старался двигаться максимально быстро и уверенно, но чувствовал, как неловкость накатывает с новой силой. Он глубоко вздохнул, стараясь отогнать смущение. "Это просто необходимость," повторял он себе, начиная аккуратно вытирать полотенцем бёдра и ноги омеги. Но, несмотря на все свои усилия оставаться сосредоточенным, Ёнджун не смог полностью игнорировать мягкость кожи под своими пальцами и то, как тепло тела Бомгю отдавалось в его ладони.       Его движения замедлились. Он соврал бы, если сказал, что случайно задержался дольше, чем нужно, у чужих бёдер. Ёнджун чувствовал, как взгляд скользнул чуть ниже, но тут же резко отдёрнул себя мысленно, заставляя сосредоточиться на задаче.              — Чёрт, Ёнджун, соберись, — пробормотал он себе под нос, отворачивая взгляд и прикладывая больше усилий, чтобы справиться с остатками неловкости.              Как только он закончил протирать ноги, то быстро накинул на Бомгю сухие шорты, стараясь даже не смотреть в его сторону. Однако лёгкий румянец уже проступил на его скулах, а мысли разыгрались против него. "Он же болен, Джун, не будь идиотом," отчитывал себя альфа, снова взглянув на лицо омеги. Бомгю тихо вздохнул во сне, его бледные щеки чуть раскраснелись, а лоб был теперь сухим. Это зрелище чуть успокоило Ёнджуна, напоминая, что главное сейчас — здоровье омеги.       Когда переодевание было завершено, Ёнджун снова укрыл Бомгю свежим одеялом и свалился рядом, вздохнув с облегчением. Омега уже успел заснуть, его лицо стало чуть спокойнее, а дыхание — ровнее.              — Хорошая работа, Джун, — прошептал альфа самому себе, проводя рукой по волосам омеги, на этот раз с искренним беспокойством. Теперь он мог позволить себе немного расслабиться.       

***

      Это были долгие три дня. Ёнджун полностью взял на себя заботу о больном Бомгю, не покидая его даже на короткие мгновения, кроме как за лекарствами или водой. Он почти не спал, сидя рядом с кроватью, время от времени поправляя одеяло, проверяя температуру или просто следя, чтобы омега был в порядке.              Бомгю, в те редкие моменты, когда сознание становилось ясным, наблюдал за новым для себя образом Ёнджуна. Этот вечно нахмуренный и казавшийся холодным альфа неожиданно проявлял удивительную заботу. Омега видел в его глазах искреннее беспокойство. Ёнджун с удивительной терпеливостью выполнял даже самые простые, но важные действия. Он осторожно кормил его бульоном, который сам готовил, хотя кулинария точно не была его сильной стороной. Приносил влажные полотенца, чтобы сбить жар, и часами сидел с книгой или телефоном в руках, боясь отойти слишком далеко.              — Я...никогда не замечал, что ты умеешь быть таким заботливым, — пробормотал Бомгю однажды, когда жар немного спал, и он смог хоть немного говорить. Его голос был слабым, но в глазах блеснуло что-то между удивлением и благодарностью.       Ёнджун, услышав это, лишь фыркнул, но на его лице мелькнула тень улыбки. Он взъерошил волосы омеги, как бы пытаясь скрыть своё смущение.              — Не слишком привыкай.              Однако Бомгю понимал, что за этой привычной колкостью скрывается мягкость, которую альфа старательно прятал. Даже в таких мелочах, как то, как Ёнджун поправлял одеяло или старательно следил за тем, чтобы вода на тумбочке всегда была свежей, чувствовалась его искренняя забота.              Эти три дня перевернули представление Бомгю о Ёнджуне. Теперь он видел не просто альфу, с которым он частенько спорил или которого считал сложным человеком. Теперь перед ним был человек, готовый приложить усилия, чтобы помочь и поддержать, даже если это означало забыть про собственные потребности.              И хоть Бомгю всё ещё чувствовал себя слабым, он ловил себя на мысли, что в каком-то смысле это было самым спокойным и безопасным временем за последние дни.       За эти три долгих дня Ёнджун несколько раз менял одежду Бомгю. Омега часто потел из-за высокой температуры, а альфа, словно по часам, проверял, не пора ли снова его переодеть. Возможно, он был слишком обеспокоен и менял одежду даже чаще, чем это было необходимо, но объяснял это себе тем, что влажная ткань могла только ухудшить состояние больного.              К концу второго дня, когда всё запасы одежды омеги в комнате иссякли, Ёнджун сначала растерялся. Он стоял у шкафа, глядя на пустые полки, и соображал, что делать дальше. Мысль о том, чтобы пойти за новыми вещами, даже не рассматривалась — оставлять Бомгю одного в таком состоянии он не мог. Тогда альфа, почти не раздумывая, полез в свои вещи.       На Бомгю его одежда сидела слишком просторно, свитер доходил почти до середины бедер, а рукава полностью скрывали тонкие запястья. Вид был слегка нелепым, но, вопреки всему, каким-то трогательным. Пока Ёнджун натягивал свитер на полусонного омегу, тот только сонно промурчал что-то неразборчивое в ответ. Ему было слишком тепло и уютно в этих мягких, пахнущих Ёнджуном вещах.       Альфа, ловил себя на том, что каждый раз, глядя на Бомгю, чувствует странное, едва ощутимое чувство гордости. Его одежда сидела на омеге так, будто была создана специально для него, и каждый раз, поправляя свитер или укладывая Бомгю обратно в кровать, он замечал, как этот вид вызывает у него слабую улыбку.              — Знаешь, — однажды пробормотал он, когда омега уже засыпал, — может, стоит оставить тебе парочку моих вещей. На всякий случай.       Засыпал Бомгю неизменно с Ёнджуном в обнимку. Каждую ночь, как только альфа пытался подняться с кровати, чтобы дать себе передышку или просто размяться, омега начинал капризничать, словно маленький ребёнок. Бомгю мог стянуть одеяло, хмуро забормотать что-то бессвязное или притянуть руку альфы обратно к себе, уткнувшись в неё носом. Ёнджун сначала пытался это игнорировать, но вскоре понял, что без его присутствия омега просто не может уснуть. Да и, альфа был слаб к нему.       Остальные в блоке не оставались в стороне. Субин, Кай и Тэхён несколько раз приходили проведать Бомгю. Приносили фрукты и всякие вкусности, предлагали свою помощь, от которой Ёнджун решительно отказывался.       Бомгю даже потянулся к Субину, опустившемуся на кровать, чтобы обнять, но их милое воссоединение было резко прервано Ёнджуном.              — Всё, хватит с него гостей. Он ещё не совсем поправился, а вы шумите тут, — недовольно заявил альфа, перехватывая взгляд Субина, который явно не был в восторге от такого вмешательства.              — Мы просто хотим поддержать его, — возразил Субин, чуть нахмурившись.              — Да, но лучше не тревожить его лишний раз. Я справлюсь сам, — уверенно сказал Ёнджун.              Тэхён только вздохнул и, переглянувшись с остальными, пожал плечами.              — Ладно, но если тебе понадобится помощь, ты знаешь, где нас искать, — бросил он напоследок, прежде чем они покинули комнату.              — Они не шумели… Зачем ты их выгнал? — тихо прошептал Бомгю, прижимаясь к альфе, когда тот снова оказался на кровати.       — Ты слишком слаб, чтобы принимать всех, — спокойно ответил альфа, глядя куда-то в сторону, — к тому же я справляюсь лучше всех.              Омега хмыкнул, но сил на спор не было. И, как только в комнате снова воцарилась тишина, Бомгю снова задремал в тёплых объятиях Ёнджуна, чувствуя себя в полной безопасности.       На четвёртый день болезнь наконец отступила, и Бомгю почувствовал значительное облегчение. Его голова больше не пульсировала болью, а тело не ломило при каждом движении. Омега впервые за несколько дней смог встать с кровати и самостоятельно дойти до ванной. Казалось, что он наконец может вернуться к нормальной жизни, но радость была омрачена постоянным присутствием обеспокоенного Ёнджуна. Альфа буквально не отходил от него ни на шаг. Если Бомгю пытался пройтись по комнате, Ёнджун уже стоял за спиной, готовый в любой момент подхватить его, будто омега вот-вот снова рухнет на пол.              — Ты уверен, что тебе не нужно ещё немного полежать? — Ёнджун хмуро смотрел на Бомгю, когда тот решительно направился к окну, чтобы впустить свежий воздух.              — Уверен, Ёнджун. Я не инвалид, просто переболел, — с легкой усталостью в голосе ответил омега, поддразнивая его лёгкой улыбкой.              Но стоило Бомгю чихнуть или его рука дрогнула, когда он пытался поднять чашку с чаем, как Ёнджун тут же бросался к нему.              — Всё, ты явно ещё не восстановился. Возвращайся в кровать, — заявил он с таким тоном, что спорить было почти бесполезно.              — Да хватит уже! — возмутился Бомгю, опуская чашку на стол. — Я нормально себя чувствую!              — Нормально? — Ёнджун прищурился, скрестив руки на груди. — Ты в зеркало на себя смотрел? Бледный, как лист бумаги, а чихаешь так, будто опять хочешь заболеть.              — Это просто остатки простуды, — попытался оправдаться омега, но тут же пожалел об этом.              — Остатки простуды? — с насмешкой повторил Ёнджун. — Отлично, тогда иди и ложись. Я не собираюсь смотреть, как ты снова падаешь в обморок.              В конце концов Бомгю сдался под напором альфы, хотя внутри злился на его чрезмерную заботу.              — Знаешь, ты слишком беспокойный, — пробурчал он, возвращаясь к кровати.              — Кто-то ведь должен беспокоиться о тебе, раз уж ты о себе заботиться не умеешь, — отрезал Ёнджун, устраиваясь рядом, чтобы лично убедиться, что омега действительно отдыхает.              И хотя Бомгю сердился на Ёнджуна за его навязчивость, он не мог не заметить, насколько серьёзно альфа к нему относится.              — Спасибо… — тихо пробормотал Бомгю, слегка отворачиваясь, чтобы не смотреть на Ёнджуна.              — Что? — не сразу понял альфа, поворачивая голову к омеге.       — За то, что всё это время заботишься обо мне, — чуть громче повторил Бомгю, чувствуя, как к щекам приливает смущающий румянец.       Ёнджун на мгновение замер, удивлённый таким признанием. Он был готов услышать что угодно — саркастическое замечание, очередную шутку или даже легкий упрёк, но никак не слова благодарности.       — Хм, ты что, заболел ещё сильнее? — попытался пошутить он, скрывая неловкость, но уголки его губ всё же дрогнули, намекая на улыбку.              — Очень смешно, — пробормотал омега, опуская взгляд.       Но, несмотря на тон, Бомгю снова придвинулся ближе, устраиваясь у альфы под боком. Его голова осторожно опустилась на плечо Ёнджуна, а рука несмело легла на его грудь.              — Я серьёзно, — тихо добавил он, прикрывая глаза. — Без тебя было бы гораздо сложнее.              — Да брось, если бы меня не было, тебе помог кто-то другой. — отмахнулся Ёнджун, но тем не менее, положил свою ладонь поверх руки Бомгю, поглаживая с нежностью его.       Бомгю не нашёлся с тем, что ему ответить на это, поэтому просто замолк. Омега перевёл взгляд на их переплетённые руки, разглядывая каждое их движение, словно они имели какое-то особое значение. Он почувствовал, как тепло чужой ладони растекается по его коже, и на мгновение всё вокруг будто замерло.       — Наверное, ты прав. Кто-то другой бы помог. Но это было бы не то же самое, это был бы не ты, — тихо признался омега.       Ёнджун растерялся. Эти слова, хоть и тихие, прозвучали так искренне, что он не смог найти, что на них ответить. Вместо этого он просто чуть сильнее сжал руку Бомгю, позволяя этому жесту сказать всё за него.              — Бомгю… — позвал Ёнджун, его голос прозвучал непривычно серьёзно, словно он собирался сказать что-то действительно важное. Он вдруг сел на кровати, выпрямившись, а взгляд его стал настолько сосредоточенным, что Бомгю невольно напрягся.              — Что такое? — омега вопросительно вскинул бровь, ожидая продолжения.       Ёнджун чуть помедлил, собираясь с духом. Он провёл рукой по волосам, что всегда было для него характерным жестом, когда он нервничал.              — Возможно, это прозвучит для тебя неожиданно, но… может, — он снова замялся, сделав глубокий вдох, — может, начнём встречаться?              — Чего…? — переспросил Бомгю, не веря своим ушам, а его глаза распахнулись от удивления.       Ёнджун смотрел на него, ожидая реакции, но заметно нервничал. Его руки слегка подрагивали, а дыхание было чуть сбивчивым. Он не привык к тому, чтобы быть настолько уязвимым перед кем-то, но Бомгю, кажется, вызывал в нём именно это чувство.       Омега некоторое время продолжал смотреть на него с тем же выражением, будто всё ещё пытался осознать смысл сказанного. Его сердце застучало быстрее, и он не знал, что ответить.              — Ёнджун, ты сейчас… серьёзно? — наконец вымолвил он, всё ещё не до конца понимая, не шутка ли это.              — На сто процентов, Бомгю…ты нравишься мне…я серьёзно. Я никогда не чувствовал ничего подобного раньше и не думал, что моё чёрствое сердце способно испытывать такие чувства. — Ёнджун выдержал паузу, позволяя словам осесть в голове у омеги, после чего продолжил, — Я привык сражаться с этим миром, потому что он сражался со мной. но ты...ты заставил меня понять, что не всё в этой жизни нужно побеждать…       

***

      — Чонин!       — Бомгю!       — Ruìqí! — вдруг раздалось с акцентом на китайском, заставив обоих омег замереть на месте.       Двое ошалело перевели взгляд на высокого парня, который возник буквально из ниоткуда. Незнакомец, словно невозмутимый дух, стоял перед ними, его выражение лица было серьёзным, но голос прозвучал неожиданно весело.       — Это… что сейчас было? — наконец нарушил тишину Чонин, нахмурив брови и обмениваясь озадаченным взглядом с Бомгю.       — Ты понял, что он сказал? — шепотом спросил Бомгю, наклоняясь чуть ближе к другу.       — Понятия не имею, — Чонин покачал головой, всё ещё смотря на незнакомца с подозрением.       Парень, явно заметив их замешательство, улыбнулся. Его лицо будто озарилось от этой улыбки, что только сильнее сбило с толку обоих омег.       — Простите, я не хотел вас напугать, — сказал он на идеальном корейском, хотя всё ещё с лёгким акцентом. — Я Рикки, студент по обмену из Китая, я увидел вас издалека и подумал, что вы могли бы мне помочь освоиться.       Парень вежливо поклонился, сложив перед собой руки, а затем выпрямился и снова улыбнулся.       — Рикки, да? — Чонин скрестил руки на груди, изучающе разглядывая парня. — А ты всегда начинаешь знакомство с китайского языка?       — Это моя привычка, прошу прощения, я ещё не до конца отошёл от Китая, — Рикки слегка смутился, но тут же улыбнулся, пытаясь сгладить неловкость.              Рикки был высоким и стройным парнем, его лицо, обрамлённое чёрными волосами, выглядело аристократично. Прямые, идеально уложенные волосы спускались на его лицо, касаясь высоких скул. Чёрные, как смоль, глаза казались глубокими и пронзительными, словно могли видеть насквозь. Он обладал бледной кожей, которая лишь подчёркивала его выразительные черты лица.       На парне была бархатная чёрная рубашка с золотыми заклёпками, небрежно расстёгнутая, под которой виднелась белая майка, обтягивающая его тонкую, но мускулистую фигуру. Штаны с чёрным ремнём и массивной пряжкой подчёркивали его стройные ноги и общий элегантный стиль. На шее красовалась золотая цепочка с небольшим медальоном, который привлекал внимание к его длинной изящной шее.       — Ладно, будем считать это неудачным началом. Я Бомгю, а это Чонин. — пробормотал омега и протянул парню свою ладонь.       Рикки пожал руку с благодарной улыбкой, его хватка оказалась тёплой и уверенной.       — Рад знакомству, — искренне сказал он. — Wǒ bǎozhèng больше никаких внезапных языковых экспериментов.       — Ой… — виновато произнёс Рикки, понимая, что снова соскользнул на китайский. Бомгю тихо рассмеялся, прикрывая рот ладонью. Этот парень определённо был забавным.       — Так ты хочешь, чтобы мы тебе показали университет? — спросил Чонин, скрестив руки на груди, явно не столь очарованный новой фигурой.       — Shì de! — с энтузиазмом закивал Рикки, его чёрные волосы слегка колыхнулись от резкого движения. Бомгю не смог удержаться от новой улыбки, а вот Чонин нахмурился, его недовольство лишь усилилось.       — Эй, Бомгю, а вдруг он нас оскорбляет, а мы даже не понимаем! — возмутился Ян, впившись подозрительным взглядом в высокого китайца. Его руки крепче сжались на груди, словно он пытался таким образом отгородиться от потенциальной угрозы.       — Что вы? Ни в коем случае! — быстро ответил Рикки, к удивлению всех, на корейском языке. — Простите меня…у меня это непроизвольно получается…       — Да ладно тебе, Чонин, он не похож на того, кто собирается покрывать нас матами на китайском языке. — проговорил омега, взглянув на своего друга.       — Ну ладно, только без лишних сюрпризов, — буркнул Чонин, всё ещё не отводя подозрительного взгляда. Его недоверие к новому знакомому было очевидным, но в то же время что-то в уверенности Рикки заставляло даже его немного расслабиться.       Вообще-то, у Бомгю были очень важные новости, которые ему срочно нужно было обсудить с Чонином. Тот наконец соизволил появиться на парах и выйти на связь, и Бомгю буквально подпрыгивал на месте от нетерпения. Он должен был рассказать обо всём, что произошло за последние дни. Бомгю не мог держать всё это в себе. Ёнджун явно сошёл с ума, и ладно ещё он, но все остальные в блоке тоже, кажется, потеряли рассудок! Как только они узнали о признании Ёнджуна, началось нечто невероятное. Все, один за другим, тоже начали признаваться в своих чувствах, будто это был какой-то странный флешмоб. Бомгю всё это время думал, что просто сойдёт с ума. Омега сбежал из блока при первой возможности и ближайшее время планировал туда не возвращаться, поскольку теперь находиться хоть с кем-то из четвёрки в комнате было крайне неловко. Если честно, чем больше он об этом думал, тем сильнее сомневался в серьёзности их. Может, все четверо решили так над ним подшутить?       В любом случае, Бомгю было необходимо это с кем-то обсудить. И вот сейчас, когда Чонин наконец появился, он казался заветным лучиком спасения, островком здравомыслия в этом хаосе.       Вот только, внезапная встреча с этим странным китайцем, удивительным образом отвлекла Бомгю от всего на свете. И теперь, вместо обсуждения важнейших событий последних дней, он и Чонин брели по коридорам университета, показывая Рикки окрестности.              Бомгю пытался сосредоточиться, но всё равно периодически ловил себя на том, что снова рассматривает новичка. Рикки выглядел так, будто выскочил из обложки модного журнала, а его плавные движения и уверенный шаг привлекали внимание окружающих. Высокий, с идеально чёрными волосами, которые едва касались его шеи, и взглядом, в котором читались одновременно лёгкость и скрытая тайна, он явно выделялся на фоне остальных студентов.              — А это что за здание? — вдруг спросил Рикки, останавливаясь у дверей библиотеки и бросая на неё заинтересованный взгляд.              — Библиотека, — пояснил Чонин, но прежде чем успел добавить хоть что-то ещё, Рикки вставил:              — Ah, túshūguǎn?              — Эээ… что? — сбитый с толку, переспросил Чонин.              — Библиотека на китайском, — пояснил Рикки с широкой улыбкой.              — Может, ты хоть иногда будешь говорить понятнее? — проворчал Чонин, закатывая глаза.              — Ладно-ладно, постараюсь, — сдался китаец, но всё равно не удержался от очередного комментария: — Zhēnshì hǎokàn!              — Что он там сказал? — тихо шепнул Чонин Бомгю, слегка раздражённый.              — Честно? Я понятия не имею, — усмехнулся тот, еле сдерживая смех.              Рикки продолжал расспрашивать то об одном, то о другом, иногда вставляя в свои вопросы китайские словечки, которые ставили в тупик двух друзей. Бомгю даже начинало казаться, что новичок делает это специально, чтобы сбить их с толку.              — Чёрт его знает, что он там собирается сказать, — недовольно пробормотал Чонин, когда Рикки в очередной раз вставил что-то вроде "zhè hěn yǒuqù" и, не дождавшись ответа, пошёл дальше.       Несмотря на некоторые сложности в общении с парнем, Бомгю вместе с Чонином терпеливо показывали ему здание, обмениваясь время от времени парочкой слов. Рикки внимательно слушал и кивал, иногда задавая вопросы на смеси корейского и китайского, отчего Чонин периодически морщился, а Бомгю лишь усмехался.       — Откуда ты так хорошо знаешь корейский? — наконец спросил Бомгю, когда они дошли до аудитории, в которой должна была проходить первая пара у Рикки. Он опёрся плечом о дверной косяк и заинтересованно посмотрел на новенького.       — Я раньше уже был здесь, — начал Рикки, чуть улыбнувшись и поправил ремень своей сумки. — Прожил пару лет, а потом мы с семьей вернулись обратно в Китай. Но, как видно, душа моя лежит больше в Корею.       — Правда? — с любопытством протянул Бомгю, склонив голову набок. — И что тебя заставило вернуться сюда теперь?       Рикки задумчиво пожал плечами, слегка улыбнувшись:— Думаю, дело в qìfēn, — признался он после короткой паузы, его голос звучал мягко, но уверенно. — Здесь всё другое: люди, культура, даже воздух.       — Ну и образование здесь лучше, чем дома, если честно, — добавил Рикки, уже с лёгкой долей шутки.       — Вот оно как, — вставил Чонин, хмыкнув. — Значит, приехал вдохнуть корейский воздух и стать умнее?       Рикки засмеялся, его низкий, мелодичный смех прозвучал неожиданно приятно.       — Можно и так сказать.       — Ну чтож, удачи тебе сегодня, — улыбнулся Бомгю, когда китаец стал суетиться, поскольку приближалось время начала пары.       — Xièxiè, что показали мне всё здесь! Я надеюсь, в будущем, мы ещё встретимся!       — Конечно, обращайся если что! — с энтузиазмом ответил Бомгю, он никогда не был против новых знакомств или друзей. Омега проводил парня яркой улыбкой, помахав напоследок, после чего обернулся обратно к Чонину.       — Больно ты себя с ним миленько ведёшь, — фыркнул Ян, хватая Бомгю под локоть и увлекая его в противоположную сторону.              — Это плохо? Он кажется забавным парнем, — не удержался от возражения Бомгю, ускоряя шаг, чтобы не отставать от друга.              — Неплохо, но я бы на твоём месте сильно не доверял первым встречным людям, — отозвался Чонин, с лёгким прищуром оглядывая порог, где исчез Рикки. — Кто знает, что у него там на уме.              — Да брось, — улыбнулся Чхве, чуть толкнув друга плечом.              Чонин лишь усмехнулся, но тут же сменил тему, оживляясь.              — Так, что важнее, Бомгю, мне нужно тебе рассказать много всего! Поэтому сегодня никаких пар, никаких дел! Только ты и я!              — Мне тоже нужно тебе много рассказать! — быстро закивал Бомгю, в его голове снова вспыхнула картина с признаниями альф. Он почти забыл, зачем так спешил встретиться с другом, но теперь всё вернулось.              — Отлично, тогда пошли ко мне, — бодро заявил Чонин, уволакивая омегу за собой и уже сгорая от нетерпения.              — Ты будешь роллы? — спрашивает Ян на ходу, уткнувшись вновь в свой смартфон и пролистывая в приложении доставки меню какого-то ресторана.              — Ты ещё спрашиваешь! Конечно, я… ой, — начал было Бомгю, но внезапно замолчал, дёрнувшись и прячась за спиной друга. Он резко оттащил Чонина к стене, заставив его остановиться.              — Какого чёрта? — возмутился Чонин, пытаясь оглянуться назад, но Бомгю тут же схватил его за плечи, удерживая на месте.              — Тихо, прикрой меня, — прошептал омега, сгибаясь и почти сливаясь с тенью за телом друга. Его голос звучал напряжённо, а в глазах читалась паника.              — От кого прикрывать-то? — Чонин нахмурился, но всё равно послушно остался стоять на месте, продолжая жмуриться от любопытства.              Бомгю же с ужасом наблюдал, как вдалеке, в коридоре, появился Кай. Тот шёл уверенной походкой, перебрасывая сумку с плеча на плечо и болтая с кем-то из одногруппников. В этот момент его взгляд чуть ли не метнулся в их сторону, отчего Бомгю молниеносно втянул голову в плечи.              — Это же просто Кай, — заметил Чонин, наконец поняв, на кого смотрел его друг.              — Вот именно! — едва слышно простонал Бомгю. — Сейчас вообще не время с кем-то из них видеться!              — Ага, понятно, — протянул Ян с хитрой ухмылкой, на мгновение отвлекаясь от телефона. — Значит, дело касается альф?              — Чонин! — шипя, Бомгю буквально вжался в друга сильнее.              — Ладно-ладно, не кипятись. — усмехнулся Ян, будто невзначай поправляя футболку, чтобы лучше прикрыть друга.       Кай, к счастью, прошёл мимо, не заметив их. Бомгю выдохнул с облегчением и, отпустив Чонина, наконец выпрямился.       — Вот это ты циркач, конечно, — прокомментировал Ян с усмешкой, глядя, как его друг нервно отряхивает невидимую пыль с рубашки, пытаясь отвлечься от только что произошедшего.              — Угу, циркач, — фыркнул Бомгю, скрестив руки на груди. Он мысленно выдохнул с облегчением, радуясь, что ему всё-таки удалось избежать контакта с альфой. Сейчас был не лучший момент для разговоров с Каем или кем-то ещё из этой четвёрки — у него и так в голове была каша.              — Пошли уже, — наконец выдавил он, стараясь как можно быстрее сменить тему и избежать дальнейших подколов со стороны друга.       До дома Чонина они добрались с трудом, потому что Яну вдруг приспичило своровать дорожный знак. Бомгю просто стоял рядом, ошарашенно наблюдая, как его друг, наплевав на любые приличия, уже вцепился в металлический столб, пытаясь расшатать его.              — Ты серьёзно? — с изумлением спросил Бомгю, нервно оглядываясь по сторонам. — Ян, это же незаконно!              — Да брось, ты видел, как смешно этот знак выглядит? — захихикал Чонин, не останавливая свои усилия. — У меня в комнате будет просто шикарно смотреться!              — В твоей комнате? Ты вообще себя слышишь? — Бомгю схватился за голову, уже представляя, как их задерживают за эту безумную выходку. — С каких пор ты коллекционируешь дорожные знаки?              — С тех пор, как этот красавчик попался мне на глаза! — Ян показал на покосившийся знак.              — Боже, ты совсем умом тронулся, — вздохнул Бомгю, прикрывая лицо руками. — Если нас поймают, я скажу, что просто проходил мимо.              — Ладно-ладно, трусишка, не ворчи, — наконец отмахнулся Ян, выпустив знак из рук. — Всё равно он не расшатывается.              — Ну, конечно, не расшатывается! Они для этого и сделаны! — раздражённо отозвался Бомгю.              — Ты совсем не понимаешь романтики, — наигранно обиженно пробормотал Чонин. Он обошёл его по кругу, задумчиво скрестив руки на груди, словно серьёзно обдумывал, с какой стороны лучше подойти к делу.              — Да, конечно, ломать государственное имущество — это прямо-таки верх романтики, — усмехнулся Бомгю, закатив глаза.              — А ты просто не понимаешь искусства, — не унимался Чонин, кидая на друга оценивающий взгляд. — Представь как этот красавчик будет смотреться в комнате, прямо у окна. Это же шедевр!              — Шедевр? Ты совсем спятил?              — Шедевры всегда начинаются с чего-то необычного, — важно заявил Чонин, вскидывая подбородок.              — Ага, а ещё они заканчиваются визитом полиции, — съязвил Бомгю, покачав головой.              — Ладно, сдаюсь, так и быть. Но знай, я ещё вернусь за ним! — пообещал Чонин, а Бомгю наконец смог его утащить от перекрёстка, где только что чуть не произошло преступление.       Первые пару минут Ян вспоминал про этот знак и продолжал его нахваливать, строя планы по его захвату, но затем, к счастью, плавно сменил тему на что-то менее противозаконное. Бомгю с радостью поддержал её, лишь бы что-то безумное сново не посетило светлую голову друга. Остаток пути прошёл в спокойном обсуждении вкусов у ролл, во время которого Чонин советовал парню вкусные, по его мнению, сочетания и настоятельно рекомендовал их.              — Эм? — обескураженно выдохнул Бомгю, остановившись на месте, словно его ноги приросли к земле.              Возле подъезда Чонина стоял какой-то незнакомый парень, примерно одного возраста с ними. На первый взгляд, в нём не было ничего особенного: обычная куртка, слегка взъерошенные волосы, и вполне обыденное выражение лица. Но вот то, что он держал в руках, сразу выбивалось из нормальной картины. Дорожный знак, тот самый, который Чонин безуспешно пытался украсть двадцать минут назад, сейчас торжественно красовался в его руках.              — Чонин, мне должно быть, мерещится? — осторожно спросил Бомгю, прищурившись на незнакомца, словно надеялся, что всё это лишь плод его воображения.              Ян бросил взгляд на парня с "добычей", молча улыбнулся и, как будто это было самой обычной ситуацией, направился к нему.              — Бомгю, позволь тебе представить, это Ким Сынмин! — с невероятным воодушевлением объявил Чонин, оказавшись рядом с незнакомцем и жестом указывая на него, будто презентовал дорогую статуэтку.              — Сынмин… — Бомгю ошеломлённо моргнул, а затем его лицо выразило полный спектр недоумения. Он нахмурился, понизив голос до шёпота: — Тот самый Сынмин из какой-то там глуши?              — Да! — с энтузиазмом подтвердил Ян, сияя так, словно только что выиграл в лотерею. — Сынмин, а это мой лучший друг, Бомгю. Я тебе про него много рассказывал!              Сынмин выглядел спокойным, почти безучастным, казалось происходящее вокруг его совсем не касалось. Однако как только Чонин упомянул его имя, он, наконец, пришёл в движение, переводя взгляд на Бомгю.              — Приятно познакомиться, Бомгю, — сказал он ровным голосом, протягивая руку для рукопожатия.              Словно на автомате, Чхве среагировал, хотя его мысли всё ещё крутились вокруг происходящего. Его ладонь встретила твёрдый и уверенный захват, который совсем не вязался с ленивым выражением лица Сынмина.              — Э-эм… да, и мне… — пробормотал Бомгю, озадаченно разглядывая парня. В голове крутилось слишком много вопросов, но спросить их лучше было наедине с Чонином.              — Ты знаешь, Сынмин только что переехал сюда, — продолжал тем временем Чонин, полностью игнорируя недоумение друга. — Я подумал, что ты должен с ним познакомиться!              — Эм… здорово, но… этот знак… — не удержался Бомгю, осторожно кивая в сторону злополучного предмета, словно это был слон посреди комнаты.              Сынмин, наконец, поднял знак чуть выше, как будто только сейчас заметил, что всё ещё держит его.              — А, это? — лениво проговорил он, кивнув на предмет в руках. — Чонин мне написал, что хочет его, поэтому я его принёс.              — Ты серьёзно? — Бомгю вскинул брови, недоверчиво переводя взгляд с одного на другого.              — А что? — невозмутимо пожал плечами Сынмин, будто только что сказал нечто совершенно логичное.              Бомгю лишь тяжело вздохнул, прикрыв глаза рукой. Похоже, эти двое действительно идеально дополняли друг друга. Один выдумывает абсурдные идеи, второй их исполняет, причём с такой лёгкостью, что это почти внушало уважение.              — Великолепно, — протянул Бомгю с сарказмом, закатив глаза. — Сынмин, тебе стоит держаться подальше от его идей. Они точно до добра не доведут.              — Буду иметь в виду, — хмыкнул альфа, хотя в его голосе не было ни капли обещания.       Бомгю только покачал головой, осознавая, что эти двое определённо нашли друг друга. Сынмин, по первым впечатлениям, оказался таким же, каким его описывал Чонин: невозмутимым, спокойным и, похоже, совершенно непробиваемым. Однако Ян не упоминал, что этот парень ещё и активно поощряет его безумные идеи.       По рассказам Яна, у Бомгю и вовсе сложилось впечатление, что Сынмин его недолюбливает и побыстрее выпроводил обратно. Любопытно узнать, что же случилось, раз он оказался здесь.              — Так… а он что, с нами будет? — прошептал Бомгю, снова притягивая Чонина ближе, словно это могло уберечь его от очередной порции неожиданностей.                                          — Нет, он просто принёс знак и заодно познакомился с тобой, — спокойно ответил Ян, даже не пытаясь понизить голос. — Теперь он занесёт в дом добычу и пойдёт к себе.       Сынмин молча направился к подъезду, неся в руках злосчастный знак, а Чонин с Бомгю последовали за ним.              — К себе? — переспросил Бомгю, недоумённо подняв брови.              — Да, — безразлично отозвался Ян, будто речь шла о чём-то совершенно обыденном. — Я купил ему квартиру.       Бомгю резко остановился, чуть не споткнувшись, и в недоумении схватил друга за руку.              — Ты что сделал?              — Купил. Ему. Квартиру, — медленно повторил Чонин, глядя на Бомгю с такой невозмутимостью, будто объяснял азбучные истины. — Где он ещё должен был жить? На улице?              — Ян, ты вообще слышишь, что говоришь? Ты серьёзно купил человеку квартиру просто так? — Бомгю ошеломлённо хлопал глазами, стараясь осознать услышанное.              — А что такого? Он всё равно приехал сюда из своей глуши из-за меня. Я подумал, что так будет честно.              — Ты ещё скажи, что обставил её мебелью!       Чонин усмехнулся и протянул:              — Ну, конечно, обставил. Ты же не думаешь, что я оставлю его жить в пустых стенах?              — Вот это уровень… — только и мог выдавить из себя Бомгю, ещё раз удивлённо покачав головой.       Решив, что расспрашивать дальше бесполезно, он мысленно отмахнулся от странностей друга, хотя его любопытство всё ещё зудело. Лучше дождаться момента, когда Чонин сам начнёт делиться своими приключениями. Они поднялись на третий этаж, где находилась роскошная квартира Чонина. Пока они направлялись к входной двери, между парнями завязался нешуточный спор, сопровождаемый толканием локтями друг друга. Спорили они о том, чем займутся дальше. Чонин, размахивая ключами, настаивал на новом хорроре, его глаза горели азартом при одной только мысли, как он будет смеяться над испуганной реакцией друга.              — Нет, Ян, я не собираюсь снова смотреть, как ты пугаешься больше меня, а потом пытаешься это скрыть, — отрезал Бомгю, упёршись руками в бока. — Давай лучше включим что-нибудь в жанре фэнтези, чтобы расслабиться.              — Расслабиться? — Чонин с преувеличенным возмущением повернулся к нему, открывая дверь. — Я тебе что, дом для медитаций? Мы должны веселиться, а не засыпать под твоих эльфов с драконами!       — У эльфов и драконов больше характера, чем у твоих стандартных жертв в хоррорах, — парировал Бомгю, проходя в квартиру и скидывая обувь.              — Вот как? — с вызовом переспросил Ян, запирая за ними дверь. — Ладно, кто проиграет в камень-ножницы-бумага, тот уступает.       Чонин улыбнулся, зная, что его азарт в таких играх редко даёт сбои.              — Раз-два-три! — синхронно выкрикнули они, наверняка перепугав соседей, но это было последнее, что их сейчас беспокоило.       Удача решила отвернуться от Чонина в самый неподходящий момент. Он выкинул бумагу, а Бомгю — ножницы. Лицо Яна в этот момент выглядело настолько комично, что Бомгю еле сдержался, чтобы не рассмеяться.              — Нет… — протянул Чонин с трагичным видом, прижав руку ко лбу. — Это не может быть правдой. Я не буду смотреть твою сказочную чушь.              — Будешь, Ян, будешь, — радостно парировал Бомгю, хлопнув его по плечу. — Правила есть правила.       Чонин, страдальчески вздыхая, потащился в квартиру с таким выражением лица, словно его только что приговорили к каторжным работам. Возле двери их уже поджидал Сынмин. Он вошёл следом за ними, двигаясь так тихо, что его присутствие сначала даже не заметили. Альфа аккуратно сложил злополучный дорожный знак в прихожей, мельком глянув на ребят.              — Увидимся, — бросил он Чонину, голос звучал негромко, словно ему было всё равно, услышат ли его или нет.       Чонин успел только приоткрыть рот, чтобы что-то ответить, но Сынмин уже исчез за дверью, как тень. Ян раздражённо щёлкнул языком и проводил взглядом закрывающуюся дверь.              — Вот так всегда, — вздохнул он, закатив глаза. — Ни тебе нормального прощания, ни объяснений.              — Похоже, он не особо любит задерживаться, — подметил Бомгю, с интересом глядя на друга.       Чонин только хмыкнул, убирая куртку на вешалку.       — Поверь, мне стоило огромного труда привести его сюда, — сказал он, не оборачиваясь. — А ещё больше труда будет стоить убедить его быть хоть чуточку более… сговорчивым.              — Удачи тебе с этим, — фыркнул Бомгю. — Но должен признать, он как минимум преданный. Не каждый притащит дорожный знак только потому, что ты захотел.       Чонин усмехнулся, задумчиво глядя на знак.              — Да, это точно, — протянул он. — Знаешь, в нём есть что-то... своеобразное.              — Вы оба друг друга стоите. Я всё ещё не могу поверить, что ты так просто купил кому-то квартиру, а вдруг он какой-то придурок очередной? — спрашивает Бомгю, снимая с себя верхнюю одежду и проходя вглубь квартиры.       — Он не такой! — возмутился Чонин, отчего-то бесконечно уверенный в этом. Бомгю бы хотел поспорить, но решил, что лучше не стоит и просто промычал что-то ему в ответ.       Пройдя по коридору, Бомгю забурился уже привычно направился в комнату Чонина и приземлился на его большую кровать, развалившись на ней звездой.              — Я в твоей комнате! — на всякий случай крикнул он через плечо, хотя и знал, что хозяин квартиры поймёт это без подсказок.       Хозяин квартиры сам задержал в другой комнате и с чем-то долго возился, слышались какие-то звуки: грохот пакетов и лёгкие шаги.              — Ты там долго? — лениво окликнул его Бомгю, но ответа не последовало.              Через пару минут Ян всё же появился в дверях, нагруженный пакетами с едой из доставки.       — Ну всё, готовься набивать желудок! — объявил он с широкой улыбкой, балансируя тяжёлую ношу в руках.              — Надеюсь, ты выбрал что-то нормальное, — проговорил Бомгю, приподнимаясь на локтях и глядя на друга.              — Тебе понравится! — уверенно заявил Чонин, шагнув вглубь комнаты и опустив пакеты на журнальный столик у окна.       Всё было привычным: их обмен шутками, непринуждённая атмосфера, запах еды, который разливался по комнате. Чхве обожал эту простую атмосферу, которая не заставляла его нервничать и напрягаться. С Чонином Бомгю всегда чувствует себя как дома, несмотря на его странные идеи и привычку втягивать всех вокруг в хаос.              — Ну, рассказывай, что там у тебя произошло за это время. — наконец интересуется Чонин, когда большая часть еды перед их глазами была съедена.              — Это будет долгий рассказ…с чего бы начать… — задумчиво протянул Бомгю, восстанавливая все произошедшие события в хронологическом порядке.