Нечисть, здесь нечистый!

Видимо, Руслану придется взять свои слова про «наиприятнейшее» нахождение здесь назад: каким бы комфортным местом не были Старые Яры, однако отсутствие сверстников оказалось существенным минусом. Спокойствие и умиротворение сменились скукой — так и прошла неделя.  ***    Было уже около трех часов дня, когда Руслан бесцельно прогуливался по деревне, пинал ногами камушек, потеря которого для парня уже соизмерялась измене Родине. От телефона в кармане пользы было не больше, чем от ведра песка в пустыне, потому что ни интернета, ни связи здесь не было. Единственное, что оставалось – это исследовать деревню, пугать мелкотню и помогать бабушке на огороде. Благо, он был не таким большим и они почти закончили прополку. Но в этой ситуации Руслан не отказался бы растянуть  даже это занятие: все-таки какая-никакая работа, которая помогала скоротать время.      В целом, всё не так плохо. У бабушки имеется приличная библиотека, а Тушенцов читать любит. На полках имеется все: романы, детективы, исторические книги, фэнтези. Но, даже несмотря на наличие такого огромного выбора, только и делать, что читать, парень не мог. Нужно было выходить на свежий воздух, ибо глаза от чтения рано или поздно устают да и легкие на свежем воздухе сами не прогуляются.  В первое время прогулки приходились ему по душе. Надевая наушники и включая свою долбёжку в уши, он шёл туда, куда ноги заведут. К сожалению, пока что Тушенцов не нашел ничего интересного.      А может, всё-таки к счастью?      Совсем без необычностей, конечно же, не обошлось. Парень заметил одну новую особенность в себе: в голове могли всплывать мысли, которые и в помине там не должны были появляться. Ладно, если бы только мысли, но в редких случаях они сопровождались незнакомым голосом, который ко всему прочему ехидно смеялся над недоумевающим лицом Руслана.   Ночные прогулки парню пришлось отложить. После случая с колодцем парень взвесил все за и против и решил, что покурить он может и внутри дома, просто приоткрыв форточку.     Руслан мог бы еще долго анализировать события этой недели, если бы не услышал до боли знакомы голос, который горланил его фамилию на всю деревню:      — Тушенцов! Тушенцо-о-о-в! — кричал кто-то через всю улицу, — Да остановись же ты! Оглох что ли!     Руслан затормозил и, минуту потупив, развернулся. Какого было его удивление, когда он увидел его.   Ваня Дипинс.   Истеричный, избалованный и стервозный парень из параллели с богатой мамашей.   Блять.   «Ну, чего же ты, Руслан, ты, вроде, жаловался на отсутствие сверстников? Все для тебя, лови и распишись».   Именно это сказал бы его ангел-хранитель, если бы он существовал. Как бы парню не хотелось развернуться и уйти, спрятаться в бабушкином доме и больше никогда оттуда не выходить, увы, этого у него не получится.     — О боже, ну наконец-то, я уж думал, что ты оглох, —  протараторил Ваня, который уже успел подойти и стоял на расстоянии вытянутой руки.     —  Как видишь, нет, что надо? – грубо и не церемонясь спросил Руслан.   — А нельзя подобрее немного? — спросил второй в своей провоцирующе-стервозной манере, при этом скорчив недовольную рожу, — Может, погулять с тобой хочу, — добавил он вздернув нос и откинув пшеничную челку на бок.   Ну приехали. У этого Ванечки блять на лбу светится горящая строка «Если я тебе не нравлюсь - застрелись, я не исправлюсь». И с ним гулять?   Тушенцов аж прыснул от собственной шутки, но сквозь смех продолжил:     — Что-то в лесу сдохло? С каких это пор ваше величество уделяет внимание таким плебеям как я? – с нескрываемой иронией в голосе сказал Руслан, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Тебя вообще каким ветром сюда занесло? Не похоже на твою привычную среду обитания. Как же Дубай, Кипр и все такое, или что, экзотики захотелось? — начал передразнивать он Ваню.      — Блять, уймись, - начал Иван и по нему было видно, что вся эта ситуация его раздражала.   Но видя ,что Тушенцов не только не собирается прекращать, но и что тот вошел во вкус, разозлился еще больше и почти заехал ему кулаком по лицу.     — Эй, принцесса, полегче, – сказал Руслан, легко успевая уклонится, — Ну, а если серьезно, что ты тут забыл?     Дипинс мялся минуты три прежде, чем терпение шатена начало постепенно иссякать.     — Если ты собираешься мяться тут, как сраная девчонка, то катись лучше нахуй, — выпулил он и видимо это послужило спусковым крючком для раскрытия рта Вани.     — Блять, как же так сказать, — начал русый, запуская пятерню в волосы, — Вобщем-то, мать наказала, я так и не понял за что конкретно, за сумму, которую я потратил или за ужасное окончание учебного года, но суть в том, что меня лишили всех карманных денег и доступа ко всем картам, еще и отправили в эту тухлую деревню, — быстро протараторил тот.     — И все? Из-за этого ты тут разводил весь этот спектакль? Пиздец, странный, — сказал Руслан постучав пальцем по виску.     — Только не говори мне, что тебе в кайф тут находится? – вопросил Дипинс, скептически подняв бровь.     — Есть тут свои минусы, но меня все вполне устраивает. У меня хотя бы нет такой денежной ломки как у тебя, разве что интернетная и то, это тоже решаемо, — отвечает ему Тушенцов и разворачивается в ту сторону, в которую шёл до того, как встретил это обанкротившееся чудо.     Ваня же явно не хотел оставаться в одиночестве: вероятнее всего, ему так же, как и Руслану, не хватало общения со сверстниками, поэтому, притупив свою гордость, он разрешил себе общение с людьми низшего сословия и догнал Тушенцова. Последний на это сначала никак не реагировал, но двадцатью минутами молчания позже скука и чешущийся язык дали о себе знать и заставили завязать какую-никакую беседу.   Время за разговорами всегда летит быстро. Руслан вскоре выяснил, что Ваня приехал к бабушке и дедушке на все лето. О них принцесса на удивление говорила с особой теплотой и искренностью.       Как оказалось, Дипинс вне своей компании богатеньких детишек, очень даже неплохой человек и с ним можно классно провести время. В какой-то момент Руслан даже задумался, не подменили ли его? А может, это вообще его брат близнец. Но нет – это был именно Ваня со своими мажорскими закидонами, стервозными замашками и надменностью.        Ладно, день прошел не так уж и плохо. Но все хорошее или около того имеет свойство кончаться. На улицы деревушки опускается туманный сумрак, по земле все чаще бегают расплывчатые тени, становится прохладнее. А Руслан достаточно хорошо помнит, что оставаться в темноте в этой деревне чревато седыми волосами и больным сердцем.      Ванек слинял домой еще минут десять назад, а Руслан, возомнивший себя в моменте ебать храбрецом решил еще немного прогуляться. И пофиг, что темно, пофиг, что он плоховато помнил дорогу из тех дебрей, в которые ненароком забрел, пофиг что он снова чувствует взгляд.    «А что круче всего в моей ситуации? Да то, что телефон разряжен в ноль, а это равняется отсутствию фонарика. Ну, пиздец ,я прогулялся»       Если вспоминать про фонари, то эти два импостера работают в вечернее время с восьми, и посмертно поморгав в эпилептическом припадке несколько раз, гаснут в пол-одиннадцатого или вроде того. Гаснут они ровно в тот момент, когда все окутывает тьма, и только луна остается не самым верным, но единственным союзником. Поэтому уже как двадцать минут фонари абсолютно бесполезны, а ночное светило покрыто неплотной дымкой облаков.   Сейчас Тушенцов идет, угадывая правильную тропинку и старательно всматриваясь себе под ноги. Старые, заброшенные, редко встречающиеся деревенские дома только заставляют ускорить шаг. Избы в середине деревни кажутся более живыми, но на окраинах такое ощущение, что это забытая цивилизациями местность на которой лет тридцать не ступала нога разумных существ. Заросшие мхом, со съехавшими крышами, с облезлыми оконными рамами и замыленными стеклами. Все это неплохо напрягало.     Ладно бы, если только эти полузаброшенные избы, на заброшках в Питере парень и не такое видал.    Но снова этот взгляд.   За пару дней Руслан даже успел позабыть о нем. Он опять везде, отовсюду эта пытливая жгущая лицо атмосфера.  Создается впечатление, что на парня смотрят со всех сторон множество пар глаз одновременно. И сколько не оглядывайся — источник внимания определить невозможно. Только спереди напор не такой ощутимый. Взгляды прожигают его и проходят сквозь, тело горит, но на коже мурашки.      Спрятав ладони в рукавах кофты, Руслан обхватил себя за плечи и ускорил шаг.       Хруст.       Тушенцов резко оборачивается в сторону звука, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Как бы он не оправдывался больной фантазией и не жмурил глаза, силуэт никуда не исчезал. Темный, высокий, лохматый..      Развернувшись на сто восемьдесят, он рванул с места что есть мочи. Сзади раздался ехидный смех, разносящийся этом в пульсирующих висках.  Парень бежал не оборачиваясь и не останавливаясь.   Его хватило ненадолго. Курение сказывалось на организме не самым приятным образом, и воздуха катастрофически не хватало. В глазах на секунду потемнело, и закружилась голова, из-за чего кареглазого немного повело в сторону.      Моментально придя в себя и дёрганно осмотревшись, шатен не заметил ничего необычного выдвинулся дальше быстрым шагом     Подходя ближе к бабушкиному дому, он снова почувствовал взгляд, только в этот раз со стороны леса и… другой . Их было не   множество, как пятью минутами ранее, сейчас только одни. Завернув к калитке, Руслан все же остановился, вглядываясь в сторону леса.      Темнота с каждым закрытием век будто становится все ближе, скрипучие ветви тянутся к горлу, пошёптывания редких крон забираются за шиворот.      Сглотнув наваждение, Руслан толкнул калитку и зашел во двор. Добежав до входной двери, он ввалился в дом, взял книжку, которую начинал читать ранее, и пошел к бабушке. Она до сих пор не спала: смотрела старенький выцветший телевизор.      Для парня оставалось загадкой: как вообще антенна спутникового телевиденья что-то тут ловит? Если обычную мобильную связь поймать тут - невероятная удача. Но этот вопрос сейчас был не так важен. Главное, что он дома, в безопасности, рядом с любимой бабушкой.      ***   Эта ночь для Руслана была неспокойной. Во сне его преследовали фантомные прикосновения шершавых ветвей, утаскивающих его глубоко в лес. Он часто просыпался в холодном поту и подолгу восстанавливал дыхание.   Ощущение наблюдения так никуда и не пропало. Как только бабушка легла спать, оно лишь усилилось.      И вот сейчас угрюмый и невыспавшийся, с синяками под глазами, Руслан сидит и выслушивает нытье Дипинса. Видимо, после вчерашней прогулки тот решил, что теперь они с Тушенцовым бэст фрэндс форэвэр.      — Ну и вообщем-то, меня достало то, что я не могу зайти ни в Ютуб, ни во ВКонтакте. Меня уже, наверное, все обыскались, — продолжал жаловаться Ваня, —  А из-за этого тупого наказания, я сейчас вынужден сидеть тут, —  добавил он и, скосившись на Руслана, возмутился: — Ты меня слушаешь вообще или нет?      — Ванёк, тебе честно сказать или спиздеть? — спросил Руслан, поднимая недовольное и уставшее лицо, — Мне похуй. Вот то, что я поспать нормально не могу — это реальная проблема, а не вся эта хуйня твоя. Друзьям твоим на тебя похуй, ибо без денег ты им нахуй не сдался.      Ваня нахмурился, потом и вовсе надулся от обиды, как дитя малое. Но, видимо, взвесив все варианты, он понял, что общаться ему больше не с кем, поэтому решил попридержать свой характер и спросил:       —  Чего так? Интернета тут нет, но тишины в этом месте хоть отбавляй, отоспаться на сто лет вперед можно.       — Оно так-то, я и не спорю, но жуть какая-то происходит. Вышел покурить в первую ночь, тишина совсем жуткой стала, ни единого звука не было, а потом слышу звон и скрежет железа. Ты бы знал как я тогда пересрался.. Оказалось, что это ведро в колодец упало. Только как, в душе не ебу, ветра то не было. Потом взгляд чей-то почувствовал: в хату я так быстро летел, как никогда, — начал рассказывать Тушенцов, — Вчера, когда ты ушел, я еще немного погулял, а когда возвращался, снова взгляд этот, причем не один кто-то смотрел, их много было. Дальше поворачиваюсь я и вижу, хуйня какая-то чёрная стоит. Я как угорелый к дому улепётывал. А потом всю ночь проворочался от глаз этих пристальных. Да и на душе неспокойно было.     Ваня похлопал удивленными глазами, потом отвернул голову, задумался.      — Слушай, — не очень удивленно начал Ваня, — А ведь было у меня такое уже, правда, не в этот раз. Я к бабуле с дедулей, как-то, лет 5 назад приезжал, и у меня так же было. Я сразу подумал, что уже крыша поехала и до сих пор так думал. Находиться тут не мог просто. Ночью именно это ощущение появляется, особенно возле того места, — поделился Ваня, указывая на пустующий участок между шестым и восьмым домом.       Руслан спустя мгновенье осенило.       — Ебануться — ноги гнуться, прикинь, я же вчера тут остановился, и на этом месте, - сказал он, подбегая к одиноко стоящей старой калитке, — Силуэт этот стоял. И стоял так, будто зайти хотел, или, наоборот, выйти.       На этой части земли только калитка из двух столбиков и осталась. Странные ощущения вызывало это место. Обоим было интересно, что же тут произошло. «Нужно спросить у бабушки, что тут стряслось» — отметил для себя Руслан.      Парни с минуту молча стояли и смотрели. Каждый строил свои теории на этот счет. Когда же Ваня дернул шатена за капюшон и кивнул на дорогу, парни двинулись дальше.