Лабиринт

На перемены в твоём настроении у меня аллергия.

«Сумерки»

      Утро началось вполне обычно — с телефонного разговора. Клэр зажала его между ухом и плечом, пока сосредоточенно размазывала по коже тоналку. — Я начинаю думать, что ты полная дура! — возмущалась Молли в трубку. Клэр невольно улыбнулась в ответ на это. Доводы рассудка были здесь бессильны, она с легкостью пропускала недовольство подруги мимо ушей, потому что за ним скрывалось нечто более важное: Молли в самом деле верила, что Райл заинтересован в том, чтобы начать все сначала. Разве это не замечательно? Перед ее глазами уже вырастали картинки их свадьбы, большого дома, трех собак и двух маленьких орущих ангелочков, а мозг стремительно генерировал имена для всех пятерых. Райл бы работал адвокатом, а она бы писала статьи для какого-нибудь серьезного журнала, а по вечерам — роман, который обязательно стал бы бестселлером. И семья бы у них была прямо как в этих дурацких телевизионных рекламах. Клэр мечтательно закусила губу и подвела глаза темно-синим карандашом, благодаря которому радужка приобрела льдисто-голубой оттенок. Сегодня она себе очень даже нравилась, и ей было бесконечно жаль, что Райл уехал в колледж. А ведь ей так нужно было увидеться с ним и убедиться, что все, что произошло между ними вчера, не было лишь игрой ее воображения. А если и было, то пусть он жалеет об этом.        — Ты меня даже не слушаешь, — вздохнула Молли, смирившись. — Я тебя предупредила, а дальше поступай как знаешь. — Не злись! Он же просто… — Клэр вздрогнула, когда огромная черная ворона постучала клювом в ее окно. Склонив голову набок, птица внимательно посмотрела Клэр прямо в глаза и хрипло каркнула. — Кыш! Пошла вон! Птица хлопнула крыльями и улетела, но настроение успела подпортить. Теперь, кроме лица Райла, перед глазами появились труп, Деймон и Клаус, а еще в памяти всплыл подслушанный разговор. Очевидно, бывший был наименьшей из проблем, которых было слишком уж много. — Вот так, да? И все из-за какого-то парня! — Эй! Не какой-то парень, а целый Райл. А вообще на мое окно села ворона! — пояснила Клэр, стараясь справиться с иррациональным страхом. — Фу, жуткая птица. — Ой, дурной знак, — протянула Молли. — Ну спасибо. Ладно, увидимся вечером у часовни, как и договаривались. Клэр быстро завершила звонок и сделала глубокий вдох. Дыхательные практики никогда ей особенно не помогали, но ничего лучше них она не знала. Сделав шаг в сторону выхода, она заметила черную кожанку, валяющуюся на полу. Брезгливо подняв ее кончиками пальцев, Клэр повертела ее перед глазами и ощутила исходящий от нее аромат его парфюма. Наверное, стоило вернуть ее Деймону. Достав из шкафа маленький рюкзак, Клэр небрежно запихала в него куртку и вышла в коридор.       На кухне уже собралась вся ее семья. Джереми ел хлопья с шоколадным молоком, а Дженна переключала каналы, морщась каждый раз, когда на экране появлялись новости. Елена жарила панкейки и, услышав шаги Клэр, обернулась с приветливой улыбкой, которая была встречена угрюмым взглядом. Пожелав всем доброго утра, Клэр очень постаралась, чтобы старшая сестра поняла — на нее это не распространяется. Налив себе кофе в большую чашку со сколом на ручке, она сделала несколько торопливых глотков. — Принарядилась… Хорошее настроение? — поинтересовалась Дженна. — Отменное. — И кто причина этого? — «Кто»? — Как его зовут? Парня, который украл твое сердце, — улыбнулась Дженна. Клэр допила кофе и, включив воду, чтобы вымыть чашку, заявила: — Нельзя украсть то, чего нет. И я не помешана на парнях. Она качнула головой, чтобы волосы скрыли краснеющие щеки и уши. — Может, не на всех, но… — Мне пора! Клэр поспешно выбежала в прихожую и распахнула дверь. На крыльце лежал пышный букет из белых роз, обернутых в тонкую светло-розовую бумагу и перетянутых шелковой лентой. Почувствовав, как ускорило свой ритм сердце, Клэр подняла букет и развернула торчащую из него записку:

«Одним взглядом можно убить любовь, одним же взглядом можно воскресить её. Надеюсь, ты дашь мне второй шанс, чтобы я мог сделать тебя самой счастливой и сам стал счастливейшим на свете.

Твой и только твой,

Райл К.»

Ее Райл. Боже! Ее пальцы мелко задрожали, а по коже пробежали мурашки. Ей определенно ничего не привиделось, он и правда влюблен в нее и хочет все вернуть! Клэр прижала букет к груди и зажмурилась, вдыхая нежный аромат цветов. Хотелось завизжать и запрыгать от радости, но это было бы чересчур. Она ведь независимая женщина. Все-таки. — От кого это? — живо заинтересовалась Дженна, когда Клэр вернулась на кухню с розами. — От Райла! — ответила она, не задумываясь. — Дженна, пожалуйста, поставь их в воду. — Райла? — Джереми нахмурился, а потом округлил глаза. — Это от того чувака, с которым ты встречалась в прошлом году? Он же… — Пока, — резко оборвала его Клэр, отдав букет Дженне. Не хватало еще погружаться в унизительные воспоминания, когда на душе так легко. Не успела она выйти на улицу, как ее догнала Елена и схватила за руку, удерживая на месте. Выйдя на крыльцо и закрыв в дверь, старшая Гилберт умоляюще сказала: — Сколько это еще будет длиться? Я не сказала тебе про Изабель сразу, но я очень сожалею об этом. Прошу, прости меня и перестань злиться. Мне тебя не хватает, и я клянусь, что ничего больше не буду от тебя скрывать. Клэр высвободилась из ее хватки и скрестила руки на груди, приподняла бровь и холодно усмехнулась. — Я верю не в слова, а в поступки. Докажи, что тебе можно доверять. А сейчас мне пора идти. — Куда ты? Ты не можешь пойти одна, Клаус… — Клаусу нужен двойник, каковым я не являюсь, ведь так? — задала вопрос Клэр и внимательно посмотрела на побледневшую Елену. Та переступила с ноги на ногу и хлопнула ресницами. Это был отличный шанс рассказать об открытии Бонни, и в глубине души Клэр надеялась, что сестра этим воспользуется, но Елена лишь кивнула. — Я попрошу Деймона проводить тебя. — О, не стоит, — едко ответила Клэр. — Я как раз иду к нему, уверена, он в баре неподалеку. Можешь потом позвонить ему и убедиться, что мы встретились. Он будет очень рад услышать твой голос. Не прощаясь, она развернулась и зашагала прочь. В груди кипела злость. Она просто ненавидела, когда ей лгали, когда скрывали правду. Разве она недостойна знать столько же, сколько остальные? И какое Елена имеет право контролировать ее жизнь и решать, что для нее важно и хорошо, а что — нет? Ах да, это ведь милая жертвенная Елена, опекающая всех, как чокнутая курица-наседка. Клэр яростно пнула мелкий камешек, и тот запрыгал по асфальту, прежде чем затеряться в подстриженной зеленой траве чужого газона.       В баре было тихо. Мало кто посещал такие места с утра, большинство имело совесть и стыд: городок-то маленький, слухи ползут быстро, так что… кто выпивает по утрам дома — тот поступает мудро. Сейчас здесь были в основном совсем уж побитые жизнью, как мужчина лет сорока в сером костюме, и безнадежные алкоголики, как Деймон. Последний сидел за барной стойкой и крутил в пальцах стакан с бурбоном. На несколько секунд Клэр застыла, раздумывая, не стоит ли уйти. Что, если она расскажет ему о разговоре Елены и Бонни, а он сразу доложит обо всем ее сестре? Или, что еще лучше, Клаусу. Да, он с радостью обменяет ее жизнь и свободу на счастье Елены. И все же ей больше не с кем было обсудить этот важный вопрос. Пока знает так мало людей, это можно превратить в преимущество, но вот Клэр никак не удавалось придумать, как именно стоит воспользоваться этой информацией. Поэтому она подошла к Деймону и поздоровалась так приветливо, как только могла. Он повернулся к ней и окинул раздраженно-презрительным взглядом, скривил губы, словно один ее вид причинял ему ужасные страдания. — Господи, в чем я так провинился, что мне приходится терпеть ее присутствие с утра пораньше? — простонал он с излишним драматизмом и сделал глоток из стакана. Терпение и добродушие не были добродетелями Клэр, потому что она сразу вспыхнула от злости. Как же она терпеть не могла этого напыщенного двухсотлетнего индюка! Ее раздражали его голос, его томный взгляд, его наглая ухмылка и тупые шутки. Он весь был мерзким и просто невыносимым. Вытащив куртку из рюкзака, она швырнула ее ему в лицо. — Кажется, это твое. Деймон расправил ее, провел пальцами по коже, убирая заломы, и накинул себе на плечи, посмотрел на Клэр выжидающе. — Ты узнал, кто убил того… — Тебя не касается, — отрезал он. — Это я нашла труп! — И что это, по-твоему, меняет, а? — Я хочу знать. Это был оборотень? Деймон подался вперед, сверля ее взглядом. Почему она не могла просто уйти? Ему абсолютно не хотелось посвящать ее в курс дела, и она не имела права требовать от него ответов. Решив, что проще все же дать ей ответ, чем долго спорить, он сухо произнес, будто делая великое одолжение: — Да, но это точно был не Тайлер, и нам нужно узнать, кто именно здесь воет по ночам на луну. Если это все, то, пожалуйста, избавь меня от своего присутствия. — Ты мерзкий грубиян, — прошипела Клэр. Стоило сделать пометку и выделить красным: «Никогда в жизни больше не идти к этому кретину за помощью». Она и сама найдет выход, в крайнем случае просто выбросит эту тайну из головы и продолжит спокойно жить. — Я вообще-то «пожалуйста» сказал! — донесся ей вслед его смех.       Несколько часов до встречи с Молли Клэр бесцельно бродила по городу, а потом зашла в книжный магазин. На свете существовало так много книг, которые ей хотелось бы прочесть, но из всего их многообразия она выбрала самую скучную. Ею стало «Восстание масс». Либо мысли автора были такими запутанными и непонятными, либо ее собственные были слишком далеко, но короткая первая глава никак не желала завершаться. Клэр с самого детства не любила все эти философские трактаты, книги по психологии и энциклопедии. Читать их ей было очень скучно, и каждая перевернутая страница была следствием огромной и тяжелой работы над самой собой. Она буквально заставляла себя раз за разом перечитывать дурацкие строки и не закатывать глаза от пафоса, пропитавшего каждую фразу. Если бы отец не заставлял ее раньше и если бы в будущем эти книги не нужны были ей для поступления в университет Лиги Плюща, она никогда в жизни бы не купила это вместо Джейн Остин, Вирджинии Вульф или даже Пенелопы Дуглас. Наконец-то можно было с чистой совестью захлопнуть книгу. Она сделала это почти с ненавистью, едва не оторвав обложку. Сунув ее в сумку, поднялась, чтобы отправиться навстречу Молли. Подруга явно была в приподнятом настроении. Конечно, день пакостей — возможность отплатить учителям за все годы мучений. — Последний год! Последний год! Как же я счастлива! — вопила она, пока они двигались от часовни к школе. Редкие прохожие удивленно оборачивались на них, но сразу же забывали о двух странных девчонках. Бодрость Молли передалась и Клэр, в ней проснулось желание поскорее начать заставлять пол в спортзале стаканчиками. Хотя можно было бы и пообмазывать стулья клеем. — Слушай, Молли. Райл принес мне цветы и оставил на крыльце. И еще вот! — она вручила подруге записку. Молли быстро пробежалась по тексту глазами и презрительно фыркнула. — Фу, не говори, что купилась. Напоминаю, в прошлом году он сказал, что ты скучная и что было прикольно потусить с тобой немного, но не более того. Сказал при всех. Все слышали. Сказал после того, как сходил на свидание с Эмми и поцеловал ее у всех на глазах в школьном коридоре. Клэр передернула плечами, вспомнив этот унизительный момент. Тогда, стоя в коридоре и слыша все эти смешки, ощущая жалостливые взгляды, она чувствовала себя хуже некуда. Не стоило спрашивать у него про них прямо там. Дурацкая импульсивность сделала ситуацию просто ужасной. Клэр сдержала порыв закрыть лицо руками от стыда. Боже. — Кто старое помянет, тому глаз — вон, — выдавила она. — А кто забудет, тому оба, — услужливо завершила поговорку Молли. — И не забывай, что в начале вчерашней вечеринки он целовался с другой. И возможно сейчас тоже этим занимается. Тебе дарит букет роз, другой — букет венеричек. Он бабник, а ты прямо жаждешь попасть в его гарем. — Фу. Умолкни, отвратительная зануда. Ты портишь мне настроение. — Да, так и поступают лучшие подружки. Когда одну ослепляет любовь, вторая всегда рядом, чтобы шарахнуть ее по голове. — Какие-то подружки-маньячки, — поморщилась Клэр, заставив Молли весело рассмеяться.       В школе им сразу выдали задание: расклеить на стенах плакаты с голыми накачанными мужчинами. Печатала их Мейбл — девушка из группы поддержки, которая представляла собой ту самую глупую блондиночку из любого подросткового сериала. Единственное, она была рыжей. Но это, вероятно, не главный критерий. Молли задумчиво просмотрела все плакаты и вздохнула, отдала половину Клэр. — Не представляю, как они живут с такими штуковинами между ног. Это уже как третья нога, мне теперь кошмары будут сниться, — сказала она. — Да, я тоже представляла себе что-то более… Ладно, давай я начну от кабинета химии, а ты — от класса географии. Закончим побыстрее, — предложила Клэр. — Как насчет пересмотреть ночью «Дрянь» или глянуть пару серий «Сплетницы»? — Супер, я за Чака Басса. Хотя священник тоже хорош, — Клэр задумчиво прищурила глаза. — Очень хорош, — со смешком поправила Молли и унеслась дальше по коридору.       Когда в руках Клэр осталось не больше пяти плакатов, до ее слуха донесся шум. Кто-то закричал? Или просто показалось? Она сделала несколько осторожных шагов и резко обернулась, скорее почувствовав опасность, чем услышав чужие шаги. Перед ней стояла симпатичная светловолосая девушка в темном брючном костюме и белой вязаной кофте. Ее можно было бы назвать красивой, если бы не ледяной взгляд и ядовитая усмешка. — Вот и еще одна птичка, — пропела девушка и стиснула пальцы на локте Клэр. Листы выскользнули из пальцев и упали на пол. — Убери руки! — возмутилась она и попыталась высвободиться, но не тут-то было. Незнакомка проигнорировала ее слова и потащила ее за собой, словно ягненка за веревочку. Упираться было бессмысленно, и Клэр точно знала — сейчас будет какое-то дерьмо. Этого явно не избежать. И что-то подсказывало ей, что это тесно связано с Еленой, братьями Сальваторе и Клаусом. Ее догадка подтвердилась, когда они вошли в спортзал. Незнакомка грубо толкнула Клэр в спину, и та, упав, проехалась по полу и поморщилась от боли в ушибленных ладонях. Елена стояла в центре, слегка дрожа от нервов, Молли сидела на скамье рядом с парнем и девушкой, имен которых Клэр не помнила. Стефан взволнованно переступал с ноги на ногу, а сам Клаус по-кошачьи плавно приблизился к остальным и хищно улыбнулся, глядя на Клэр: — Ну привет, дорогуша. Раз уж все в сборе, предлагаю повеселиться.