Лабиринт

— Я стараюсь сильно себя не осуждать. — Надо же, как щедро с твоей стороны.

      Дома Клэр открыла шкаф и раздвинула вешалки. На задней стенке было достаточно места для пеньковой доски, которая нашлась в кладовке. Сверху над ней она приклеила длинную лампу на батарейках и щелкнула выключателем. Шкаф осветился изнутри. Затем на цыпочках она пробралась в папин кабинет и распечатала фотографии дела. Отлично, теперь она была готова вляпаться по самое не хочу. Устроившись на полу в своей комнате, она разложила бумаги. В офисе шерифа она не могла их внимательно изучить, даже наоборот — старалась почти не смотреть, потому что там была Кэролайн, рядом с которой показывать эмоции Клэр не хотела. Теперь же она внимательно смотрела на снимки криминалистов. Рана на голове Лизы выглядела жутко, даже хуже, чем в реальности. На теле было полно синяков, черно-синими пятнами они ползли по серой, испачканной землей коже. Обнаженная, изуродованная. Клэр скривилась от отвращения. Никто такого не заслуживал. Она помедлила, прежде чем перейти к тексту. Там могло скрываться что-то еще более ужасное. Несколько ударов по голове нанесены тяжелым тупым предметом. Черепная коробка вскрыта. Мозг изъят. Ногти на безымянном и среднем пальцах правой руки и на указательном и безымянном левой сломаны. Следы борьбы. Перелом двух ребер. Трещина малоберцовой кости левой ноги. Перелом первой и третьей плюсневых костей левой ноги. Разрыв сухожилий правой руки. Множественные гематомы. Следы прижизненного сексуального насилия. О последние слова Клэр споткнулась. Отшатнулась от листа, помотала головой. Он сломал ее всю, целиком, ничего не оставил. А потом выбросил на кладбище, изъяв мозг. Он ее запятнал. Глаза начало жечь. Это было не то дело, в которое стоило лезть. Впереди колледж. Йель! Журналистика или просто английская литература. Хорошая работа, спокойная жизнь в городе покрупнее и понормальнее, чем этот. Может, Лос-Анджелес. Или даже Нью-Йорк, в который она не горела желанием возвращаться, но знала: это город возможностей. В ее жизни не должно было быть трупов, снимков, шифров. Только учеба, скучная домашка, ночевки с Молли. Долбанные Сальваторе и Майклсоны. Клэр закрыла лицо руками, сделала несколько вдохов и выдохов. — Умирать боль-но… — рассмеялась Лиза за спиной. Клэр не вздрогнула и не обернулась. Она слишком устала. А Лизы нет, она осталась только на фотографиях из участка. Прошло несколько минут, прежде чем Клэр смогла подняться и подойти к доске. Она расклеила важную информацию, остальные бумаги убрала в коробку из-под обуви. Кто убил Лизу Бейкер? Это нужно было выяснить и побыстрее, пока не начался прием заявок в колледжи. Закрыв дверцы шкафа, Клэр села за стол и открыла тетради. Надо бы сделать хотя бы часть домашней работы, чтобы не оказаться заваленной ею в выходные. Голова гудела от усталости, перед глазами так и стояли фотографии Лизы. Клэр спустилась на кухню за молоком, потом вернулась, села за стол и вывалила тетради. Она старательно отмахивалась от всего лишнего, стараясь сосредоточиться на уравнениях. Получалось с трудом, но все-таки с алгеброй разобраться удалось. Остальная домашка насмешливо смотрела на нее, словно испытывая терпение. Щелкнув выключателем, Клэр забралась в постель, решая, стоит ли выпить аспирин или удастся заснуть и так, а к утру боль пройдет сама. Телефон завибрировал и засветился. Она бросила поднесла его к глазам и прочитала сообщение. Райл приглашал ее на вечеринку в субботу. Сердце екнуло. Она быстро написала в ответ: «Конечно, заедешь за мной?» Подождала немного, но оно так и осталось висеть непрочитанным. Выключив телефон, Клэр отвернулась к стене и зажмурилась.       Утром она проснулась за полчаса до будильника, чувствуя себя еще более уставшей, чем вчера вечером. На телефоне не было новых уведомлений, и Клэр раздраженно хлопнула ладонью по подушке. Хотелось лечь обратно, проспать весь день, но так пострадает идеальная посещаемость. Умывшись холодной водой и натянув джинсы, она спустилась на кухню. Несколько мгновений тупо постояла у кофемашины — нового приобретения Дженны — потом включила ее. В голове было слишком много всего и в то же время слишком пусто. В ожидании кофе машинально проверила, все ли положила в сумку. Сегодня последним уроком была криптография, как раз то, что надо, чтобы разгадать шифр. В пять начиналась смена в кафе, а до этого Клэр хотела дополнительно потренироваться. Близились соревнования. Отличный результат мог дать ей несколько очков для поступления. Или, может, даже спортивную стипендию. На это она не рассчитывала. Обычно такую получали мальчики, занимающиеся футболом, регби, баскетболом или плаванием. Обидно, что у Локвуда или Донована были шансы попасть в колледж куда более простым путем. Выпив горький кофе, она подхватила вещи и зашагала к школе, выбрав самый длинный путь. Нужно было подышать, проветрить голову. На кортах уже сидели девчонки-легкоатлетки. Молли радостно помахала ей рукой. — Ты же сегодня у меня? — спросила она, опуская приветствия. — Да, заскочу домой до работы, оставлю вещи. А после смены сразу пойдем к тебе. — Отлично! — Молли довольно потянулась. — Возьми что-нибудь для вечеринки, пойдем сразу от меня. Точно. Клэр совсем об этом забыла. — Черт. Райл тоже меня позвал… — Клэр! Ты мне обещала! — Молли недовольно насупилась. — Где? — На Мэддисон-стрит, 17. — Это дом Лиама. Они знакомы? Клэр пожала плечами. Облегчение волной прокатилось по телу. Внезапная накладка перестала быть проблемой сама собой. Она посмотрела на мрачную Молли, потом обняла ее за плечи. — Я бы в любом случае выбрала тебя, — искренне сказала Клэр. Молли положила голову ей на плечо. — Я хочу рассказать тебе кое-что вечером, ладно? Это про Лизу и еще кое-что. — Что-то случилось? — насторожилась Молли. — Как сказать. Свисток тренера заставил их всех подскочить и построиться. Следующий час превратился в борьбу за кислород, и Клэр была этому благодарна. Под конец она чувствовала себя настолько вымотанной, что сил на другие мысли уже не оставалось. Быстро ополоснувшись и переодевшись, она пошла на занятия. Молли поплелась на биологию, а Клэр ждала экономика. Ничего сложного или интересного не было, она монотонно записывала определения и формулы в тетрадь, не позволяя мыслям расползаться, сосредоточившись на буквах и цифрах. Следом шел английский, потом алгебра. За обедом они с Молли раздобыли пончики и спорили о том, какая версия «Дракулы» круче. Сошлись на том, что ни одна адаптация не смогла переплюнуть оригинал Стокера или хотя бы сравняться с ним. Отсидев еще несколько предметов, Клэр со вздохом направилась к кабинету криптографии. Мысленно отметила, что людей стало еще меньше. Она, да еще двое парней. Звонок прозвенел, а Клаус так и не появился. Минута, две. Еще несколько. — Ну что? Правило пятнадцати минут? — бодро спросил один из парней. Второй ответил одобрительным кивком, Клэр пожала плечами. — Предлагаю пойти в «Мистик Гриль». Ты с нами? — Нет, я пас, — качнула она головой. — Нужно на работу. — Тогда на следующей неделе увидимся. Если препод соизволит прийти. Она посмотрела парням, имен которых не знала, вслед. Потом подхватила вещи и зашагала в спортзал, который был всего в квартале от школы. Раз уж время освободилось, то нужно заняться собой. На это у нее был всего час. Людей в такое время почти не было. Натянув перчатки, Клэр со всей силы ударила по груше, потом еще и еще. Она выкладывалась на полную. Перемежала удары по груше с упражнениями на пресс, выпадами и прыжками. Выплескивала скопившееся напряжение, страх, боль. Тело дрожало от усталости, но она продолжала, доводя себя до предела. — Ты не умеешь останавливаться, — раздался рядом голос, слышать который ей не особо хотелось. — Чего ты добиваешься? — Хочу быть сильнее этого. — Чего? — Тебя, тебе подобных. Сильнее этого долбанного мира! Качнувшаяся груша толкнула ее в грудь, и Клэр свалилась на маты. Стянула мокрые от пота перчатки. Тяжело дыша, подтянула ноги к телу и с трудом села. — Хочешь сразиться со всем миром? Это все равно что биться с тенью. Ты знаешь? Клэр решила не отвечать. Это была скорее борьба за выживание, но Клаусу едва ли дано понять. — Я изучил твое личное дело. Эверест — ничто перед твоими амбициями. Столько профильных предметов и внеучебной активности, что невольно начинаешь задаваться вопросом, сколько часов у тебя в сутках. Ты не думала сбавить обороты? — Если хотел прочитать лекцию, то надо было прийти на урок. — Да брось, дорогуша. Ты единственная, кто хотел бы, чтобы урок состоялся. Остальные были рады, что препод не пришел. Я не прав? — Спроси у них, — недовольно буркнула Клэр, выходя на улицу. Клаус следовал за ней, отставая на полшага. Может, это побочный эффект вампиризма — таскаться за кем-то? — Зачем тебе криптография? — Чем больше умеешь, тем больше шансов в жизни. — Всему все равно не научишься. Твоя жизнь — всего лишь вспышка на полотне Вселенной, а я за свою тысячу лет успел изучить лишь малую часть этого мира. Ты хочешь объять необъятное. — Или ты тратишь свое время не на то. Мог бы сделать столько хорошего. Придумать вакцину и лекарство от неизлечимых болезней, разгадать тайны океана и древних артефактов, спасти жизни. Клаус негромко рассмеялся и скрестил руки на груди. Клэр со вздохом обернулась к нему, крепко сжав лямку рюкзака. Ветер трепал ее волосы и подбрасывал вверх опавшие желтые листья. — Я ведь монстр, а ты предлагаешь мне спасать жизни? Очень мило. Не знал, что ты такая тонкая, наивная натура. — Тебя бы не считали монстром, если бы ты не приносил разрушение. Его лицо на мгновение застыло, стало серьезным. Но насмешка тут же прорвалась обратно. — Я подумаю об этом. Ну а ты не переставай думать о том, что я разрушу твою жизнь, если ты меня предашь. Сердце Клэр на мгновение замерло. Он знает о Кэтрин? Да нет, слишком дружелюбный. Хотя от психопатов можно ждать чего угодно. — С чего вдруг сомнения? — спросила она как можно более беспечно. Его ладони легли ей на щеки, зафиксировав голову. — Ты продолжаешь пить вербену? — Нет, — твердо солгала Клэр. Губы Клауса дрогнули в сладкой улыбке. Он нежно провел пальцами по ее скуле, заправил за ухо прядь волос. Его рука скользнула по шее, задела бретельку майки. — Давай проверим, дорогуша. Клэр вскрикнула, когда его клыки разорвали кожу на ее плече, и отшатнулась, когда он отпустил ее. Прижала ладонь к ране, тяжело дыша. С губ Клауса капала ее кровь, и он слизнул ее, насмешливо щуря глаза. — Ты мне солгала, Клэр Гилберт. И нарушила наш договор. Хм, может, убить Джереми и его кишками украсить ваш дом к Хеллоуину? Или твою подругу? Или ее милую мамочку? Клэр влепила ему пощечину, сверкая глазами от злости. Страх холодными волнами растекался по телу. Клаус расхохотался. — У тебя совсем нет мозгов и понимания, когда нужно отступить, опустить голову. Фамильная черта Гилбертов. Он сделал к ней шаг, и Клэр отпрянула. — Куда же твоя смелость подевалась? Нарушаешь договор, но ждешь, что я свою часть буду выполнять? — Мы изначально не на равных. Ты неубиваемый гибрид, а я мешок с кровью. Как я должна повысить свои шансы на выживание? — А как мне быть уверенным в том, что ты не предашь меня? — Не знаю даже. Постараться сделать так, чтобы мне не хотелось тебя предавать? Не угрожать моим близким? Вести себя нормально? Клаус застыл, тяжело дыша. Он вдруг успокоился, остыл. Отступил на шаг. — Я тебя отвезу. Садись в машину. — Нет уж, спасибо. Я иду домой и не хочу, чтобы нас видели вместе. Она развернулась, чтобы уйти. Страх уже схлынул, окончательно уступив место злости. Да, нарушила договор. И что с того? Кроме него, в Мистик Фоллс полно вампиров и еще всяких разных тварей. Открывать свой разум каждому встречному — нет уж спасибо. И вообще все это ее достало. — Я высажу тебя раньше. — А с чего вдруг такая забота? — прошипела она. — Твоему совету следую, дорогуша. Что тебе не нравится? — Что ты вдруг стал таким восприимчивым ко мнению других. Раздраженно дернув лямку рюкзака, она все-таки села на переднее сидение. Времени до смены оставалось совсем мало, и это тоже немало нервировало. Терпение босса не безгранично. Несколько минут они ехали в молчании. Клэр достала из сумки кофту и надела, спрятав след укуса. Машина бесшумно скользила по дороге. И довольно медленно, надо сказать. — Итак. Криптография — одна из древнейших наук. Возникла более четырех тысяч лет назад и используется по сей день, хотя сейчас в основном для шифровки и дешифровки с помощью компьютеров. Клэр изумленно посмотрела на Клауса, подняв бровь. Он говорил невозмутимо, не отрывая взгляда от дороги. Словно они сидели в классе, на уроке, на который он пришел. — Ты серьезно? — Да, история криптографии весьма увлекательна. — Издеваешься? Клаус фыркнул. — Я исполняю свой учительский долг. — Почему ты в школе этого не сделал? — Потому что у меня есть дела поважнее, чем распинаться перед теми, кому предмет не нужен. Клэр скрестила руки на груди и прищурилась. — Да откуда тебе знать, кому он нужен, а кому — нет? — Мне тысяча лет, я отлично разбираюсь в людях, милая. Клэр прикусила язык, чтобы не выдать язвительный ответ. Все-таки она была в замкнутом пространстве с идиотом. Тут стоит быть осторожнее. — Знаешь, на перемены в твоем настроении у меня аллергия, — пробормотала она, не сдержавшись. — Все мои действия и слова имеют причинно-следственные связи, как мне кажется. — Когда кажется, обычно крестятся. Попробуй, вдруг поможет. Клэр зажмурилась. Да, у Гилбертов реально нет мозгов. А у нее — так точно обезьянка в барабаны бьет. Но Клаус только посмеялся, став напрягающе благодушным. — Итак, существует два вида шифров. Симметричные и ассиметричные. Первые шифры были симметричными, их особенность заключается в том, что ключ зашифрования и ключ расшифрования одинаковы. Ассиметричные шифры были изобретены только в конце прошлого века, пока думать о них не будем. Сегодня мы поговорим о шифрах простой замены. Это самые известные и простые способы шифрования. Среди них шифр Цезаря, шифр Атбаш, пляшущие человечки и другие. Ты их знаешь. В прошлый раз мы как раз занимались Атбашем. А сегодня закрепим. Первая буква адфавита заменяется на последнюю, вторая на предпоследнюю и так далее. Само название шифра состоит из первой, последней, второй и предпоследней букв еврейского алфавита. Твое домашнее задание: нужно расшифровать это и дать письменную интерпретацию полученного текста. Клэр взяла протянутый Клаусом листок и убрала в карман. Прекрасно, еще одна домашка, теперь от тысячелетнего гибрида. — Это страница из Книги Мертвых, которая выпустит древнее зло? — Пока эту роль я никому уступать не собираюсь, — усмехнулся Клаус, мазнув по ней взглядом. Закатив глаза, Клэр выпрыгнула из машины и поспешила домой.       Сумку она собрала быстро. Сменная одежда, зубная щетка, расческа, зарядка для телефона. Дженна нашлась в гостиной. Она сидела на диване и сосредоточенно изучала газетные вырезки, видимо, готовилась к какому-то исследованию. — Привет! Я сегодня останусь у Молли, а завтра мы хотим сходить на вечеринку, поэтому я вернусь в воскресенье утром, — не теряя возможности зря, сообщила Клэр. — Что-то я не услышала вопросительной интонации. — Ну Дженна, не будь такой. Ты меня знаешь и доверяешь мне, так? Тетя тяжело вздохнула, всем своим видом показывая, насколько сильно ее задолбали дети ее почивших родственников. — Позвони завтра, чтобы я знала, что ты в порядке. И будь дома в воскресенье в десять. — О чем это вы? Голос Елены прозвучал как срежет гвоздя по стеклу. Такой же противный и несвоевременный. — Отпускаю Клэр к Молли на выходные, — пожала плечами Дженна, возвращаясь к работе. —Что? Ты не можешь ее отпустить, Клаус ходит по городу и только и ждет возможности нанести удар! К тому же она не совсем… — Не совсем что? — вскинулась Клэр. — Ты сама знаешь. Ты вспыльчивая. Несдержанная. — Ну, не под стать тебе. — Ты сбежала от доктора Келли! Она сказала, что больше не может проводить с тобой сессии. Какого черта? — Я не хочу к ней ходить, уже сто раз говорила. Когда ты отвяжешься от меня! Клэр стремительно зашагала к выходу, отодвинув Елену в сторону. — Я забочусь о тебе! Давай поговорим! Клэр распахнула дверь и обернулась. — Хочешь поговорить? Поговори со своим отражением. Все равно ты никого другого не слышишь. Она выскочила на улицу, сбегая от очередных выяснений отношений. Через открытое окно донеслись Дженны о том, что не нужно перекрывать кислород, но не было сомнений: Елену это не убедит. Телефон звякнул. От Райла пришло короткое, сухое «да». Быстро напечатав, что будет завтра вечером у Молли, Клэр убрала телефон и перешла на бег.       Смена вышла поистине выматывающей. На кухне сначала сломался чековый аппарат, потом перестала работать плита, на баре трижды меняли кеги, а потом на полчаса отключился свет. В общем, день решил закончиться так же дерьмово, как и начался. Ну, главное — стабильность. Стабильно плохо — это уже хорошо. Вечером язык наотрез отказывался шевелиться. Разговор перенесся на утро. Или на день, учитывая, что часы показывали два часа. — Кошмар. Молли переводила взгляд с часов на тетради на столе. — Не может такого быть. Не может быть, что мне придется разгребать все это завтра. — У меня не лучше, — утешила Клэр. — Но ты всегда справляешься, а я скатываюсь в пропасть. Еле-еле удерживаюсь от того, чтобы не скатиться до «С». Я думаю, может, все зря? Биология, химия… Это не мое. — Не твое? — Клэр непонимающе качнула головой. — Что это значит? Ты же всегда хотела стать реаниматологом, Молли. Все нормально. — Нет! — воскликнула она. — На меня плохо подействовала «Анатомия страсти», а сейчас я понимаю, что ничего не получается. Я провалюсь, Клэр, точно. Без шансов. Она сползла на пол и накрыла голову руками. Сейчас Клэр смогла оглядеть комнату и заметить, что фотография Джорджа на столе была перевернута, а под стулом валялись скомканные листы. Клэр развернула один и увидела цепочку химических формул, перечеркнутых с яростью, надорвавшей бумагу. Вздохнув, она села рядом с Молли и обняла ее. — Ты выучишь. Я помогу чем смогу. Хотя я почти ничего не понимаю в химии и биологии. Хорошо? Молли без энтузиазма кивнула. Оставив ее горевать, Клэр спустилась на кухню и замешала тесто. Панкейки получились кривоватыми, на не подгорели — и на том спасибо. Украсив тарелку бананом и шоколадной пастой, Клэр вернулась в комнату. Молли не сдвинулась с места. — Ты еще жива? — поинтересовалась она. — И очень об этом сожалею. — Я принесла еду. — О, — Молли вскинула голову и оживилась. — Жизнь прекрасна. Сладкое слегка приглушило горечь разговора. Клэр рассказала о Лизе в общих чертах, умолчав о переломах и остальном. Они тщетно размышляли над тем, зачем убийце мозг Лизы. Шифр казался Клэр простым, словно все на поверхности. Но ключ никак не подбирался. Нужно было сфокусироваться, все сопоставить. Это было сейчас на грани невозможного. Отложив карандаш, Клэр подняла взгляд на Молли. Сердце гулко забилось в груди, горло перехватило. Рассказать ей то, о чем никто, кроме Кэтрин, не знает… Губы с трудом разомкнулись и тут же сомкнулись обратно. Нет. Она опустила голову. — Все хорошо? — обеспокоено спросила Молли. — Да, просто мысли мрачные. Давай собираться.       Райл заехал за ними вовремя, ни на секунду не опоздал. Обменявшись взаимными неприветливыми взглядами с Молли, он поцеловал Клэр в щеку, задержав ее в объятиях чуть дольше необходимого. — Вкусно пахнешь, — прошептал он ей на ухо. — Шанель? — Угадал, — ответила Клэр, стараясь не краснеть. Машина тронулась, из динамиков полился рэп. Молли откинулась на сидении сзади и скривилась, слушая слова песни. — Так откуда ты знаешь Лиама? — поинтересовалась она, надеясь звуком голоса заглушить музыку. — Его брат учится со мной, — лаконично отозвался Райл. Пальцами он скользнул по руке Клэр, улыбнулся ей самой очаровательной улыбкой. Фу, решила Молли. Лучше бы на дорогу смотрел. И отвернулась к окну.       Дом Лиама ничем не отличался от десятка других таких же домов на улицах Мистик Фоллс. Разве что сегодня он дрожал от громкой музыки, из дверей выкатывались подростки, всюду валялись красные стаканчики, а на заднем дворе была установлена бочка с пивом. Все трое вышли из машины и пошли к дому. Людей собралась тьма. Даже удивительно для новенького. Популярность мгновенная и неимоверная. Молли указала на светловолосого парня в красной рубашке, стоявшего среди других старшеклассников. — Вот и Лиам. Пойду поздороваюсь. Кивнув ей, Клэр направилась за Райлом. Было приятно стоять рядом с ним, говорить перекрикивая музыку, танцевать. Райл опрокидывал один стакан за другим, все болтал о колледже и о вечеринках. Он притягивал ее к себе, горячие ладони ложились ей на талию, увлекая за музыкой. Песня сменяла одна другую. Люди вокруг толкались, со смехом задевая друг друга локтями. — Ты невероятная, — сказал Райл. Его губы коснулись ее губ, сместились к шее, оставляя влажные поцелуи. — Давай уйдем, — предложил он. Клэр слегка поморщилась, ощутив запах алкоголя у своего лица. — Куда? — Можем в машину, там хватит места. Клэр с улыбкой покачала головой, убирая его руки, скользнувшие к ее ягодицам. — Нет, перестань. Ты пьян. — Пьян от тебя, детка. Не ломайся. Она заметила, что толпа уже не вокруг них, а позади. И поцелуи Райла становились все более настойчивыми. Клэр решительно отпихнула его от себя. — Прекрати! — Да что, блин, с тобой не так?! — Райл резко отшатнулся от нее, взглянул почти с отвращением. — Я просто… — Просто пошла ты, ясно? Думаешь, одна такая? Да с тобой одни проблемы, достала. Развернувшись, он подхватил еще один стаканчик, выпил и, смяв его, швырнул на пол. — Райл! Клэр побежала следом, словно собачка за хозяином. Он ни разу не обернулся. Сел в машину и уехал. Прижав ладони к щекам, Клэр упала на ступеньки крыльца. С ней было что-то не так. Одни проблемы. Он прав. Слеза скатилась к подбородку и капнула на майку. Она сделала судорожный вздох, стараясь задавить жгучие рыдания. — Расстались? Клэр резко обернулась. У входной двери, привалившись спиной к перилам, стояла Наоми и курила сигарету. Как всегда идеальная в своем корсетном топе и джинсовых шортах. Словно только что с подиума. — Тебе какое дело? — Да так. Не лей слезы из-за мудаков. Ты приехала с ним? На его машине? Клэр не ответила. Проследила за тем, как падает пепел с сигареты на доски. Сизый дым путался в волосах Наоми, оседая на них табачным запахом. — Я собираюсь уходить. Могу отвезти тебя, уже поздно. — Зачем тебе помогать? — насторожилась Клэр. — Девочки должны держаться вместе. — Ого. Не знала, что ты феминистка, Наоми. — А ты обо мне много знаешь? — усмехнулась она. — И имя мое помнишь. Фанатка? — Ага, фото твое под подушкой храню и целую перед сном. Хмыкнув, Наоми спустилась по ступенькам и, махнув на прощание, уехала. Она не из тех, кто предлагает дважды.       Примерно через час Молли нашла Клэр на улице и поняла все без слов. Вылив на Райла заслуженный ушат дерьма, она повернулась к Клэр. — Что ты вообще в нем нашла? Он же идиот. О чем вы рассказываете? У вас ничего общего! — Это неправда. Он рассказывал о колледже. Он чуткий и добрый, правда. Просто немного опьянел, — ответила Клэр, терзаясь чувством вины. Она проблемная. Она его задела. Он ведь ей нравится, так почему так сложно? — Ой, даже не хочу с тобой говорить, — сердито цокнула Молли. Поджав губы, она отвернулась, чтобы не видеть, как Клэр набирает: «Ты в порядке, Райл?» И чуть позже: «Прости».       Следующая ночь была неспокойной. Клэр просыпалась несколько раз, в полумраке ей мерещился силуэт девушки, и это была не Лиза. Стоило включить свет, как образ незнакомки растворялся. Утром Клэр внезапно заблудилась и забрела не туда. Остановилась возле дома с розами. Какое-то мрачное, тяжелое чувство навалилось на нее. На языке она ощутила вкус грядущей беды. Ей вдруг захотелось закричать. Впитать в себя запах смерти, кружащей вокруг. Громко каркнула ворона, вырывая из странного транса. Развернувшись, Клэр помчалась к школе. В кабинет она влетела со звонком. Учитель раздал тест и принялся ходить по рядам, чтобы никто не списывал. Вопросы были легкие, решались один за одним. Прошло пятнадцать минут, и Клэр отодвинула листы. Задумалась о доме с розами, о Райле, о шифре. Было что-то странное в происходящем, пугающее. Она сама менялась, и это было жутко. Отсидев еще несколько уроков и решив уравнения на алгебре, она достала листочек с шифром. 2|я|е|+|2|я|е|26|12|у| |2|я|е|15|ю| |13|о|8|у|19|а| |15|я| |12|18|я|е|. Она подчеркнула повторяющиеся элементы. Шифр простой замены. Какие-то знаки заменены цифрами, другие — буквами. «Я» встречается чаще всего. Может, это на самом деле «а»? Тогда похоже на шифр Атбаша, только странный. Подставив все «а», она посмотрела на цифры. Легче всего было предположить, что это буквы по номерам. Тогда получалось… Б|а|е|+|Б|а|е|ш|к|у| |б|а|е|н|ю| |л|о|ж|у|с|а| |н|а| |к|р|а|е|. Она всмотрелась в написанное. Вчиталась еще раз. Еще. «Е» — это точно «Ю». Я убил Лизу Бейкер. Поймайте меня, если сможете. Клэр посмотрела на расшифровку, холодея от отвращения. Баю-баюшки баю не ложися на краю.