Глава 1
20 сентября 2024 г., 17:51
***
— А здесь не так уж и плохо, — фыркнул Тони, с плохо скрываемым отвращением заглядывая в туалет. Стоявшая посреди комнаты Наташа закатила глаза, скрестив руки на груди. — Это тебе не Беверли-Хиллз, Старк. Радуйся, что блохи не скачут по дивану, — ответила она. — Ты права, мечта, а не квартира, — тут же миролюбиво поднял руки вверх парень. — В магазине на углу купишь пару перчаток и какое-нибудь средство, раз тебя так беспокоит гигиена, — продолжила нравоучения девушка. Взглянув на часы, она тут же встрепенулась. — Черт! Мне пора. — Постой, постой, — Тони поймал её за руку. — Ты… Ты уходишь? — в его глазах читалось беспокойство. — Я думал, мы купим пивка и… Ну… — парень оттянул внутреннюю сторону щеки языком. — Тони, я не собираюсь теперь всё время нянчиться с тобой, — раздраженно стряхнула ладонь юноши Наташа. — Не понимаю, почему вообще решила помочь. — Потому что у тебя доброе сердце и загадочная русская душа? — высказал предположение Старк с самым заискивающим выражением лица. Девушка улыбнулась уголком губ и ушла не попрощавшись. Парень посмотрел на закрытую дверь, а потом упёрся в неё лбом, тяжело вздохнув. Простояв так пару минут, он проверил щеколду на двери на надёжность, взял куртку и, окинув комнату беглым взглядом, ушёл. Подойдя к банкомату, парень вставил карту и ввёл пин-код. Чуда не произошло. И эта карта оказалась заблокированной. А Тони так надеялся, что хотя бы об этой он не знал. Ударив от безысходности рукой о панель, Тони, засунув руки в карманы, побрел к указанному магазину. Вечер прошёл за уборкой нового жилья. Буритто был отвратителен, телевизор показывал два канала с жуткими помехами, а соседи через стену, очевидно, устроили оргию. Простояв пару минут рядом с душем в ожидании так и не появившейся теплой воды, Старк снова выругался и, закрыв кран, вернулся в комнату. Достав пачку сигарет, юноша открыл окно и, облокотившись на подоконник, уставился в пасмурное небо. Не так он себе представлял самостоятельную жизнь… Но он сам решил разорвать все отношения с отцом, хотя, конечно, не ожидал, что отец отправит его в тюрьму на десять дней, заберет машину и все деньги. Рассчитывал на муки совести, но, как оказалось, это чувство начисто атрофировалось в организме Старка-старшего. Было около двух часов ночи, когда Тони нехотя закрыл окно, хотя давно промерз насквозь. Комната вызывала в нём омерзение и лёгкий страх, покалывающий загривок. Завалившись на диван, парень попытался заснуть, но сон не шёл. Проворочавшись ещё около часа, юноша залез в карман куртки и достал пузырёк с таблетками. Проглотив пару штук, он откинулся на спинку дивана, ожидая, когда они подействуют. Перед глазами то и дело раздавались всполохи воспоминаний, от которых Старк так отчаянно пытался сбежать: похоронная процессия, тяжёлое пасмурное небо, удушливая августовская жара и пока ещё пустая могила. Запах свежей земли и озона, лакированный бок гроба, в котором отражались люди, пришедшие на похороны, и одинокая белая лилия в её иссохших руках…***
Тони подорвался на месте, резко вырываясь из сна, как из толщи воды, жадно хватая воздух ртом. Серый свет проникал сквозь окно, плохо освещая комнату, отчего парень несколько долгих секунд оглядывался, пытаясь осознать, где он. Утерев пот с лица, юноша схватил бутылку воды, валявшуюся на полу. В глотке было так сухо, что глотательное движение причиняло дикую боль. Окончательно придя в себя, парень посмотрел на экран телефона. Час дня. Самое время для пробуждения. Зайдя в ванную, Тони засунул голову под кран в раковине. Холодная вода смыла остатки липкого ужаса и сна, даря заряд бодрости. Отряхнувшись, как собака, парень вытер лицо своей футболкой и, стянув ее с себя, бросил на пол. Найдя в сумке новую, переоделся и, схватив куртку, вышел из квартиры. Вчера он неподалёку приметил кафе, где требовался персонал. Менеджер с сомнением выслушала его, потом забрала тарелку с недоеденным чизбургером и ушла. Вернулась с передником. — На кухню, — только и бросила она, прежде чем уйти за стойку. Парень прошёл следом. На кухне чадило от фритюрниц, кастрюль и кофеварок. Воняло объедками, жиром и мыльной водой. — Тринадцать баксов в час. Помогаешь убирать со стола и выносишь мусор, — проинформировала менеджер, кидая Старку перчатки. — Если согласен, можешь приступать, бумаги подпишешь в конце дня. Тони окинул взглядом кухню, пару «поваров» и гору посуды и неуверенно кивнул. Женщина кивнула в ответ и ушла. Натянув перчатки, парень приступил к работе. Соскребал остатки, споласкивал, мыл, споласкивал, соскребал, мыл, споласкивал. Через пару часов кожа на руках сморщилась даже в перчатках. Старк брезгливо поморщился, разглядывая свои руки, пока курил. Уже не такие ухоженные, с обкусанными ногтями и кутикулой, с парой новых шрамов от ожогов. Парень не обратил внимания, что его дико тошнило от запаха, царящего на кухне. При мысли о возвращении к горлу подкатил ком. — Что, неженка, сдулся? — хохотнул официант, тоже вышедший на перекур. Тони бросил презрительный взгляд на тощего чернокожего парня. — У тебя на роже написано, что ты родился с золотой ложкой в заднице, — пуская носом дым, фыркнул юноша и сплюнул Старку под ноги. — Ложки у меня с собой нет, но могу тебе в задницу вставить кое-что другое, — с деланным спокойствием ответил Тони. Юноша поперхнулся дымом и заржал в голос. — Жду не дождусь, — хрюкнул он, туша окурок о стену. Тони проводил его взглядом, нехотя отделился от стены и поплелся следом. К концу дня руки жгло от агрессивной химии, но Тони упрямо подписывал договор. Роудс, так звали того наглого официанта, поставил двадцатку на то, что Старк не протянет недели. — Испытательный срок две недели, после него весь соц пакет, — таким же безэмоциональным тоном сообщила администратор. — Завтра в семь чтобы был здесь, поможешь навести порядок на кухне. Будешь работать два через два, со сменщиком потом познакомишься. Тони кивнул, показывая, что всё понял, и, не дождавшись дальнейших наставлений, вышел на улицу. Небо заволокло тучами, холодный ветер то и дело норовился забраться под куртку. Обещали холодную осень, что весьма некстати, ведь все вещи остались в доме отца. Именно в доме отца, это перестало быть домом для Тони ровно в тот момент, когда Говард отрёкся от Марии в тяжёлое для неё время, и не факт, что то здание хоть когда-то было его домом по-настоящему. — Эй, новичок! — окликнул парня Роудс. Тони посмотрел через плечо, но и не подумал останавливаться. Его мутило, но при этом он хотел есть, а ещё выпить или лучше выкурить косячок-другой, чтобы снять напряжение, но он уж точно не собирался болтать со всякими наглыми мордами. — А как же проставиться? — спросил он, хлопая парня по плечу на бегу. — Ты разве не слышал душераздирающую тираду Мэгги? — Ты о словах: «У нас новый посудомойщик?» — скептично скривил губы Старк. — Да ты же почти член семьи, — хохотнул парень, снова хлопая Тони по спине. Тони замедлил шаг и бросил внимательный взгляд на собеседника. — Что у тебя есть? — спросил он, заметив огромные зрачки и беспричинную улыбку. — Ааааа, — погрозил парню пальцем Роудс. — Я сразу понял, что ты отличный парень. Пошли, я угощаю, тут недалеко.***
Всполохи цветомузыки создавали удивительные узоры, как калейдоскоп, которым Тони играл в далёком детстве. Звуки и движения доходили с задержкой в пару секунд, отчего разговаривать с людьми было сложно, да и не хотелось. Хотелось двигаться в странном и чарующем ритме, рождающемся из самой груди, словно надиктованном самой Вселенной. Тони резвился на танцполе, когда Роудс потащил его за руку в другую комнату, где музыка звучала тише и ощущались в основном басы. Парни и девушки лежали на диванах и курили кальян, передавая его из рук в руки. Тони оказался в объятиях одной из прелестниц, когда густой белый дым заполнил его лёгкие и окончательно освободил от необходимости мыслить. Ему казалось, что он воспарил над этим бренным миром и больше ничто мирское его не трогает в этой жизни… Пробуждение походило на восстание из мёртвых: тело нещадно ломило, словно на нём всю ночь скакал слон. Едва оторвав голову от поверхности, Тони ощутил, как живот скрутило в узел. Он пополз на локтях в сторону коридора, где по идее должен был находиться туалет. Продвижение затрудняли тела, валяющиеся на полу в беспорядке. Тони без зазрения совести полз по ним. Боль в животе становилась просто нестерпимой и грозилась обернуться катастрофой. Каким-то чудом увернувшись от попытки ему врезать за то, что он кого-то разбудил, Тони оказался в коридоре и на четвереньках заполз в туалет. Просидев там по ощущениям целую вечность и отдав ненасытному фаянсу четверть своей массы, Тони засунул голову под кран и начал жадно глотать воду. Организм оказался не готов к такому объему жидкости за раз и поэтому вернул всё обратно. Утерев рот тыльной стороной ладони, ощущая себя скорее мертвым, чем живым, Старк по стеночке пустился в обратный путь. Дойдя до гостиной чьего-то дома, а это была именно она, Тони опустился на четвереньки и пополз туда, где предположительно виднелось тело Роудса. Переступать через людей Тони не рискнул, опасаясь завалиться при первом же шаге. Его пинали, толкали локтями по мере продвижения, но упрямо не желали возвращаться в реальность. — Роудс, — сиплым голосом позвал Тони. Горло саднило после рвоты. — Где мы? — Мфнх… — отмахнулся от парня Джеймс, переворачиваясь на другой бок. Старк упрямо затряс знакомого за плечо. — Где мы? — повторил он свой вопрос уже громче. — У Ленни, — нехотя буркнул парень. — Отвяжись, Старк, моя смена не сегодня. И тут Тони как ошпарило. Он захлопал по карманам в поисках телефона, но увидел часы на чьей-то руке. 6:40. — Твою мать!***
Он вбежал на кухню в 8:20. Его колотил озноб, крупные капли пота стекали по лицу, застилая глаза. — Это даже опозданием назвать нельзя, — сухо бросила Мэгги. — Иди лечись, выглядишь хреново, — бросила она через плечо и ушла на кухню. Тони потоптался несколько минут, плохо понимая происходящее, а потом отправился домой. Купив в магазинчике на углу несколько бутылок воды и осушив одну сразу, Старк завалился на диван, ощущая, как мир вокруг продолжает кружиться. Свесив руку с дивана, таким образом заземляясь, парень провалился в тревожный сон, где его снова ждали похоронная процессия и белая лилия в иссохших руках.***
Звякнул колокольчик на входной двери. Питер отвлекся от учебника, посмотреть на посетителя. Наташа одарила его лучезарной улыбкой и пошла к полкам. Побродив между рядами, девушка взяла упаковку конфет и пару яблок. — Privet, zolotce, — промурчала она. — Как поживаешь? — Привет, спасибо, хорошо, — отозвался Питер. — С тебя два пятьдесят. Девушка протянула деньги, Паркер отдал сдачу. Наташа улыбнулась напоследок и, виляя бедрами, вышла из магазина. Питер вернулся к учебнику, предварительно взглянув на часы. Через пятнадцать минут он вышел на задний двор, где около машины его ждала Наташа с каким-то типом. Молодой парень, жилистый, но не тощий, волосы торчали в разные стороны. Дорогие кроссовки, хорошая куртка. У этого парня явно водились деньги. С тех пор, как мистер Долмар поставил камеры в зале, приходилось соблюдать осторожность, и Наташа предложила этот трюк с яблоками. Когда она приводила нового клиента, то всегда покупала пару красных яблок. Она жила неподалёку и была частой гостьей, так что её приход не вызывал подозрений у хозяина лавки. Наташа была одной из лучших приманок Фьюри. Она работала в основном в богатых районах и обслуживала пижонов, вроде этого. Потом она под любым предлогом предлагала им «расслабиться», а после пары-тройки раз новички сами начинали искать диллеров. И, естественно, у Наташи этих связей было полно. Она скидывала их курьерам, вроде Питера, которые могли на постоянной основе поставлять им дурь. За каждым курьером значился его район (обычно пара кварталов на улице), где они торговали во избежание дележки территории. За непослушание — смерть, за предательство — смерть, за воровство… Ну, вы поняли. Прецедентов было так много, что у здравомыслящих людей, вроде Питера, не возникало даже мысли о подобном. Единственное, что его беспокоило — не попасться копам и не потерять место у мистера Долмара. Поэтому он старался быть как можно осторожнее. Но с каждым месяцем это становилось всё труднее. Приступы паранойи, что очередной клиент окажется копом, не давали спать по ночам. У Питера не было права на ошибку, ведь сейчас они с Мэй жили на заработанные им в магазине деньги. Полтора года назад, когда у женщины отказали почки, Питер не знал, к кому обратиться за помощью. Наташа привела его к Фьюри. Питер помнил его. Он однажды заходил к ним, когда отец задолжал приличную сумму. Парень помнил, как побледнел его и без того бледный отец. После ухода Фьюри Ричард ещё долго не мог прийти в себя. И вот он стоял перед этим страшным человеком, ощущая, что продает душу дьяволу. Его долг составил девяносто девять тысяч долларов. Этого хватило, чтобы сделать операцию и пройти реабилитацию. Вот только Питер не смог как следует порадоваться. На следующий день после операции он получил несколько пакетиков, которые должен был реализовать. В качестве залога у него отобрали телефон. Парень оказался на улице с десятком граммов, расфасованных по карманам. Если бы в тот день его остановил любой патруль, у юноши были бы проблемы. Но Наташа снова ему помогла, потащив с собой в какой-то клуб. Около недели она приглядывала за ним, а когда первый клиент сам нашёл Питера, отпустила в свободное плавание. Сарафанное радио начало давать свои плоды, и новички стали приходить чаще. Когда к нему в первый раз подошли с проверкой, Паркер чуть всё не запорол. Его спас срочный вызов, раздавшийся из рации. После этого случая Питер впервые напился. От постоянного напряжения он стал больше курить, скинул пару килограмм и плохо спал по ночам. Но Мэй шла на поправку, а значит, его страдания были не напрасны. Поначалу его доля с продажи составляла жалких три процента, но, когда объемы стали увеличиваться, проценты подскочили до пятнадцати. Все деньги Питер отдавал Фьюри в счёт долга. Сейчас у него выходило около четырех тысяч в месяц. А значит, он сможет окончательно расплатиться меньше, чем за год, если, конечно, везение не покинет его. За клиентов Наташи можно было не волноваться. Эта девушка чуяла подставу за версту. Но даже несмотря на безграничное доверие её чутью, едва заметив парня, Питер ощутил напряжение во всем теле. Юноша стоял чуть поодаль от девушки и курил, не глядя в его сторону. Затушив сигарету о стену, он обернулся, улыбнулся и приветственно махнул рукой, словно они давно были знакомы. — Паркер. Старк, — представила их друг другу Наташа, указывая на каждого по очереди рукой, как только они оба оказались рядом с ней. — Я думал, ты мне больше не помогаешь, — тихо сказал Питер, мельком разглядывая парня, пока доставал сигарету и прикуривал. — Привела по старой дружбе, — улыбнулась девушка, с аппетитом вгрызаясь в яблоко. — Он здесь новенький, так что ему нужны надёжные друзья, — заговорщически подмигнула она ему. Тони стоял буквально в двух шагах от них, но тактично не лез в разговор, делая вид, что его больше интересуют облезлые кирпичи здания. — Хорошо, — сухо кивнул Питер, желая поскорее избавиться от незваных гостей. Он дал слово тёте, что покончит с этим, как только выплатит долг за её лечение. Можно было бы давно расплатиться, если бы Питер согласился сыграть по-крупному, но он понимал, что после такого никогда не сможет сдать назад. Пока он барахтался на периферии, не отсвечивая и не вникая, его ценность практически была равна нулю, ведь его место — конец пищевой цепочки. Но стоит сделать один шаг вперёд, как его тут же возьмут на поводок. — Отлично, — хищно улыбнулась Наташа и поманила парнишку к себе. — Шестьдесят за грамм, — сразу перешёл к делу Питер. — Три отдам за сто пятьдесят. — Ммм, люблю скидки, — хохотнул Старк, облизывая губы, откровенно разглядывая собеседника. Паркер, привыкший к пронзительным и подозрительным взглядам, все же ощутил лёгкую неловкость от его внимания. Ему не нравился этот парень. — Бери или проваливай. — Как грубо, — фыркнул юноша, строя обиженную мордашку, однако рука тут же залезла в карман за наличкой. — Я люблю пожестче, — он протянул несколько купюр двумя пальцами. — А ты? — и отдернул руку, прежде чем Питер успел взять деньги. Паркер бросил гневный взгляд на Наташу, которая растерянно рассмеялась: — Он просто шутит, zolotce. — Да, zolotce, я шучу, — улыбнулся Старк, делая шаг вперёд, словно желая схватить Питера за руку, но тот резко отступил в сторону, к машине. Ловким движением извлёк пакетик из тайного кармашка в обивке сидения и отдал его Старку. Парень хищно осклабился, стискивая кулак с содержимым так, словно от него зависит его жизнь. Возможно, так и есть. — Спасибо, zolotce, — он снова улыбнулся, на этот раз гораздо мягче и искренне. Питер невольно отметил, как появились морщинки в уголках глаз. — Наташа даст номер, если понадобится ещё. Могу привезти, куда скажешь, но это будет дороже и не больше двухсот грамм за раз, — инструктировал Паркер и, выкинув сигарету, направился обратно к магазину. Тони проводил его взглядом, а затем, притянув Наташу к себе за шею, поцеловал в волосы, и они направились к выходу.***
Они договорились о встрече возле одной из станций метро. — А Паркер — это имя или фамилия? — неожиданно спросил Старк, засовывая руку с пакетиком в карман. Питер хмуро посмотрел на собеседника из-под кепки. Ему всё ещё не нравился этот парень, хотя он был одним из самых адекватных его клиентов. — Не твоё дело, — наконец буркнул он и уже хотел уйти, как парень придержал его за плечо. — Неужели я настолько тебе не нравлюсь? — судя по озабоченности на его лице, этот вопрос действительно имел для него значение. — Пока ты не станешь для меня проблемой, мне плевать, — пожал плечами Питер и достал сигарету, чтобы чем-то занять руки. — Ты ранил меня в самое сердце, — с самым скорбным видом сообщил Старк. — Я думал, мы друзья, а тебе только нужны мои деньги? — Псих, — Питер стряхнул руку парня и быстро зашагал прочь. Тони рассмеялся ему вслед. — Эй, как насчет выпить? Паркер показал средний палец, не оборачиваясь.***
От Старка не было вестей целых две недели. Не то чтобы Питера это сильно волновало. Он брал редко и только для личного пользования, так что ожидания Питера увеличить прибыль за его счет не сбылись. Но с той встречи у метро не прошло ни дня, чтобы он не написал Питеру. Это были сообщения по типу: какая сегодня погода, курс валют, сводка новостей, интересные факты. Питера это раздражало, так что он не отвечал, но был вынужден проверять телефон каждый раз, чтобы не пропустить заказ. Но когда внезапно телефон перестал подавать признаки жизни, юноша ощутил лёгкое беспокойство. Для такого парня, как Старк, было три варианта: смерть, участок, клиника. В любом случае терять клиента было жаль. Питер боролся с мусорным баком, когда ощутил чье-то присутствие. Он осторожно повернул голову и боковым зрением заметил мужскую фигуру у входа. — Мы уже закрыты, — громко и как можно спокойнее сообщил Питер, примечая кусок трубы, торчащий из-под бака. Крупные капли пота стекали по лицу Старка, хотя на дворе был ноябрь. Его тонкую куртку продувало пронизывающим ветром, вот только парень этого не замечал. Он стоял с несколько отсутствующим видом и смотрел скорее сквозь Питера, чем на него. Паркер знал, что это за состояние. Таких, как он, парень насмотрелся. От убийства их отделяет лишь лёгкое дуновение ветра, способное склонить отравленный разум в сторону истерики или агрессии. Не хотелось проблем в конце рабочей недели. — Старк? — осторожно позвал Паркер, делая шаг в сторону двери. — Кажется, мы договаривались, что ты сюда больше не сунешься. — Да, да, прости, zolotce, я давно тебе не писал, но тут оказался рядом и решил заглянуть… — начал сбивчиво бормотать Старк, сдабривая речь истеричными смешками. Его руки словно жили своей жизнью: они то рылись в волосах, то обхватывали плечи и запястья, то теребили завязки капюшона. — Понимаешь, неделя была паршивой. Меня уволили, друг ушёл по контракту в армию, потому что его подружка залетела. Не то, чтобы мы были прям друзья, но он, пожалуй, единственный, кто меня понимал в этот период жизни… — Старк говорил. Говорил быстро, много. Было ощущение, что если он сейчас замолчит, то просто перестанет существовать, потому что этот бесконечный поток слов позволял ему не быть «там», от чего он так отчаянно пытался сбежать. — Есть наличка? — грубо оборвал его Паркер, глядя на юношу тяжёлым разочарованным взглядом. Было глупо ожидать, что Старк будет вести себя как-то иначе. Он был наркоманом, и срыв был лишь делом времени. Но Питер в глубине души надеялся, что у парня хватит мозгов или удачи выбраться из этой ловушки раньше, чем челюсти капкана сомкнуться. Тони посмотрел на него с удивлением, словно видел впервые. — Понимаешь… — начал он. Питер развернулся и быстро пошел к машине. — Нет, — сухо бросил он, толкнув плечом Тони, хотя здесь было достаточно места, чтобы разойтись. Но он злился. На себя, на Старка, на свою «работу», на весь грёбаный мир. — Паркер, П-паркер, погоди, — Тони вцепился в предплечье юноши. — Знаю, что тебе это все осточертело и наверняка каждый второй просит в долг, но… Слушай, я могу тебе оставить залог, правда? Телефон? — Тони тут же достал из заднего кармана подержанный мобильник. Питер невольно отметил, что в прошлую встречу у парня был айфон. — Или… — Нет, — снова прервал его парень. Мучаться с перепродажей? Он на это не попадётся. Наверняка телефон уже краденный. — Ну же, zolotce, я всё отдам, Наташа за меня поручится, — попытался выдавить из себя улыбку парень, но от напряжения и холода у него зуб на зуб не попадал. — Наташа за хорошие чаевые и мне характеристику напишет, да только в словах шлюхи ни грамма правды, — буркнул Паркер, наблюдая за кривляниями покупателя, ощущая, как усталость наваливается на него неподъемным камнем. Грудь сдавило от её тяжести, или это Старк так сильно вжимал его в авто? — Да ладно тебе, Паркер, мы же не первый день знакомы, — этот хищный оскал сложно было назвать улыбкой, однако Старк всеми силами пытался удержать свою маску весельчака. — Или плати, или проваливай, — этот сценарий происходил чуть ли не каждую неделю. Актёры были разные, но финал у этой пьесы был один и тот же: просящий оказывался мордой в асфальт, а Питер наседал сверху, грозясь перекрыть кран с «волшебством». — Какой ты все-таки грубиян, — раздосадованно фыркнул парень, то и дело шоркая носом. Он привалился рядом на машину и достал сигарету. — Плохое настроение? Может, девчонка бросила? — Не твоё дело, — отмахнулся Питер, не зло, скорее обречённо. — Да ладно? — оживился юноша, выпрямляясь, как заведенная пружина, словно забывая о своей проблеме. Питер потер глаза пальцами, слегка надавливая на них. Вся эта деланная заинтересованность бесила до скрежета зубов. Хотелось врезать по упрямому подбородку, чтобы выбить всю дурь или хотя бы отбить желание интересоваться его жизнью. — Красавчик Питти остался не у дел? И давно гоняешь лысого? — продолжил Старк, словно не замечая сжатой челюсти, раздувающихся ноздрей и подрагивающих от нетерпения пальцев. Хотя в таком состоянии он мог спокойно пробежать мимо чего угодно, если это не было коксом. Старк слишком наклонился вперёд, отчего Питер ощутил исходящий от парня кисловатый запах. Резко подняв голову, Паркер гневно зыркнул на собеседника. — Ладно, ладно, это просто шутка, — тут же попытался оправдаться Старк, выставляя перед собой открытые ладони. — Но, знаешь, я готов тебе помочь по-дружески, — и юноша сделал жест рукой, оттягивая щеку языком. — Ты мне, я тебе. Это предложение несколько выбило юношу из колеи. Ему и раньше предлагали и минет, и секс, но странно это было слышать от Старка. Он был другим, он казался другим. Выходит, Питер ошибся: он такой же, как все. — Иди на хер, — уже вяло отозвался Питер. Желание продолжать разговор мгновенно исчезло, оставив после себя лишь выжженную пустоту. — Так сразу? Может, ужином хотя бы угостишь? — расплылся в похабной улыбочке Старк, по-хозяйски облокачиваясь на машину, решив, что смена тона хороший знак. — Проваливай, — устало выдохнул Паркер, собираясь сесть в машину. — Питти, Питти, дружище, — Тони схватил его за плечо в попытке остановить, но, заметив недовольство на лице Паркера, тут же отдернул руку, словно обжёгся. — Я не знаю никого в ближайших двух кварталах. Питти, малыш, я же… Слушай, я понимаю, что тебя это не касается, но я же не в долг прошу, а согласен отработать. Я всё отдам, как только смогу забрать своё барахло у подружки. Хочешь, вместе сходим? — Старк, проваливай, ты привлекаешь много внимания, — рыкнул Паркер и снова взялся за ручку двери, как сзади его придавил Старк. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — зашептал он, цепляясь за куртку Питера трясущимися руками, прижимаясь всем телом как можно плотнее, обжигая кожу на шее своим лихорадочным дыханием. — Пожалуйста, Паркер, помоги мне. Прошу, помоги, помоги мне… — Ты серьёзно думаешь, что сможешь меня этим пронять? — жёстко усмехнулся Паркер, не шевелясь, опасаясь спровоцировать, мысленно готовясь дать отпор. Ответа не последовало. Однако Питер ощутил, как Старка заколотило сильнее. Он стиснул ткань куртки Паркера так, что затрещали швы, а затем всхлипнул. Пара горячих капель упали за шиворот Питеру, вызывая нервную дрожь. Всё же истерика… Питер осторожно повернулся к Старку лицом. Полопавшиеся обветренные губы шевелились в беззвучной мольбе. Грязная чёлка падала на воспалённые глаза. Парень всем своим видом вызывал омерзение и жалость. А ещё он поднимал из глубин воспоминания. Тёмные и очень болезненные. — Уходи, — тихо, но чётко проговорил Паркер и, оттолкнув парня ладонью в грудь, сел в машину. Мотор тихо заурчал, и машина выехала на улицу. Старк неверяще уставился на пакетик, упавший в его дрожащую ладонь, а после посмотрел вслед удаляющейся машине.***
— Питти, малыш! А я тебя везде ищу! — раздался радостный возглас почти на всю улицу, отчего Паркер едва не подскочил на месте. Его клиент опаздывал, что заставляло Питера нервничать в два раза сильнее, чем обычно. Количество окурков под его ногами уже могло вызвать подозрение, ведь юноша буквально смолил одну за одной. Заметив источник шума, юноша чертыхнулся про себя, опустив козырёк кепки почти до подбородка. — Я всё равно тебя вижу, zolotce, — ухмыльнулся Старк, подойдя вплотную и пытаясь заглянуть под кепку с капюшоном. — Убирайся, — рыкнул Паркер, не меняя позы, выбрасывая очередной окурок. — Разве так встречают старых друзей? — Ты не друг мне, — шикнул юноша, мельком оглядываясь. Этот район был ему мало знаком, но клиент был богат, так что выбирать не приходилось. Откуда только этот Старк нарисовался? — Перестань орать. Хочешь, чтобы сюда примчались копы? — Что ты? — парень изобразил на лице наигранный испуг и замотал головой, словно ветряная мельница. — Я и так искал тебя несколько дней, чтобы вернуть свой долг, — юноша быстро приблизился вплотную, словно собирался сгрести Паркера в охапку. Питер приготовился дать отпор, когда ощутил теплую ладонь собеседника в своём кармане. Толстый рулон купюр оказался у него. Питер удивленно вскинул голову, воззрившись на собеседника. Они стояли слишком близко, козырёк бейсболки задел Старка по носу. Он тут же сделал шаг назад, чуть ли не светясь от счастья. — Я же обещал вернуть долг, — самодовольно улыбнулся Старк. — Ты спас мне жизнь, теперь я тебе должен. — Кажется, ты всё вернул, — пробубнил в ответ парень. Пытаясь мельком оценить сумму, Питер высунул рулон из кармана, мысленно производя расчёты. — Это лишь за средство, — отмахнулся Старк, облокачиваясь на крышу машины и подпирая голову рукой. — А за возвращение веры в человечество я перед тобой в неоплатном долгу, — он ткнул пальцем в грудь Паркера. Сегодня юноша выглядел гораздо лучше: свежая одежда, чистые волосы и лицо. Лёгкий шлейф свежего одеколона. Тусклое солнце бликовало на солнцезащитных очках, за которыми прятались нахальные глаза. — Тогда катись отсюда и больше не показывайся, — сухо бросил через плечо Паркер, глядя перед собой. Фьюри узнал про самаритянский поступок Питера и увеличил долг ещё на пять тысяч, ведь все знают, что в долг давать нельзя. — Почему ты вечно такой недовольный? — скорчил рожицу Старк, пародируя хмурый вид собеседника. — Подружка так и не даёт? — хохотнул он, затягиваясь. — Иди на хер, — почти не размыкая губ, бросил Питер, то и дело поглядывая на часы. Тони кивнул головой, стряхивая пепел. — С удовольствием, только на твой, — ровным тоном ответил он. Они помолчали. Питеру пришло смс с адресом. Клиент согласен на доставку. Юноша открыл дверцу и сел в авто. Старк, положив руку на крышу, просунул голову в окно, которое Паркеру пришлось открыть. — Ещё увидимся? — улыбнулся он, облизывая яркие губы. Питер не сдержал смешка и покачал головой. — У меня есть выбор? — с какой-то безнадегой в голосе спросил он. — Выбор есть всегда, zolotce, — уголком губ улыбнулся Старк, но в его глазах сгущались тучи. Он резко наклонился, мазнув губами по щеке парня, и отскочил, безумно хохоча, прежде чем рука Паркера успела бы схватить его за куртку. — До встречи! — крикнул он и, засунув руки в карманы, побрел вниз по улице. Питер смотрел на его удаляющуюся фигуру в зеркало заднего вида. Стер с щеки невидимый след поцелуя тыльной стороной ладони, завел мотор и поехал. Через пару метров он остановился и посигналил. Тони обернулся. Питер сидел, высунув руку в окно.***
Питер возился с двигателем, а Тони сидел на переднем сидении с открытой дверью. Парень жевал чизбургер, похлопывая по колену в такт музыки. По предложению Старка они остановились на берегу реки. Сидели в машине, пили пиво (Паркер сделал лишь глоток), ели чизбургеры и наблюдали, как чёрные воды лижут серый песок. Старк трещал не замолкая, как сломанное радио, которое нельзя выключить, но Питер был не против. Отчего-то его охватило приятное оцепенение. В кои-то веки на душе было спокойно, а в голове тихо. Он возился с масляным насосом: в последнее время машина поглощала масло с неимоверной скоростью, а это влетало Питеру в немалые суммы. Но машина нужна была парню для работы, так что приходилось самому искать причины и устранять их. Он так увлёкся, что не заметил, как Старк подкрался сзади и, приобняв его одной рукой, положил голову на плечо, заглядывая внутрь. — Прокладки проверял? — тихо спросил он, прижимаясь грудью к спине Питера. — Ты спец по машинам? — фыркнул Паркер, резко наклоняясь, тем самым разрывая телесный контакт. Однако юноша не учел, что Старк стоял слишком близко и теперь его член упирался Питеру в зад. — А ещё по молодым жеребцам, — усмехнулся собеседник, кладя руки на бедра Паркера и толкаясь в них. Тот резко выпрямился и развернулся лицом к Старку, планируя в очередной раз послать его самодовольную рожу, однако… Самодовольства на лице Старка не наблюдалось. Ни улыбочек, ни кривляний. Таким спокойным он его видел впервые. Юноша внимательно изучал лицо Питера, а затем поднял руку и что-то стер с щеки. — Спасибо, — недовольно буркнул парень, ощущая отчего-то неловкость и опуская взгляд. Губы Тони, сухие и теплые, снова коснулись его щеки, а потом уголка губ, и вот уже он целует его. Осторожно, ненавязчиво, словно спрашивая разрешения. Питер не возражает и сам углубляет поцелуй. Он кладет руку Старку на загривок, чуть притягивая к себе. Табачный привкус, запах дешёвого одеколона, теплые, чуть шершавые ладони. Язык Тони прокладывает влажную дорожку по шее, пока его руки возятся с джинсами. Старк отвлекается, чтобы сплюнуть на ладонь, а затем просовывает её Питеру в трусы. Он дрочит слегка грубовато, резко, подыскивая нужный темп, несколько раз меняет силу сжатия. Паркер храпит, словно загнанная лошадь, опираясь бедрами на капот, одной рукой продолжая держать Старка за загривок. Когда тот резко опускается перед ним на колени, Питер чуть не теряет равновесие. Момент, когда влажный рот Старка накрывает его член, так эротичен, что яйца поднимаются от напряжения, готовые разорваться в любой момент. Этот язык, что щекочет его уздечку, пару лет назад облизывал раковины устриц и лакомился фуа-гра, а теперь его хозяин отсасывает своему барыге в знак благодарности. Эта мысль несколько отвлекает юношу, но Тони полностью завладевает его вниманием в попытке взять как можно глубже. Минет был не умелым, но Питеру хватило, чтобы кончить. Найдя в бардачке какую-то тряпку, он кинул её Старку, утереть лицо, а сам присел на замерзший берег. Ноги слегка дрожали. — Какая забота, — хмыкнул Тони, опускаясь рядом и закуривая. Затянувшись пару раз, он протянул сигарету Паркеру, который, не задумываясь, сунул её в рот. — Что тебя так позабавило в процессе? — поинтересовался Тони, забирая сигарету обратно. — Твой рот, — выдыхая дым носом, ответил Питер, снова принимая сигарету. — Может пояснишь? — улыбнулся Старк. — Твой рот явно не привык к подобному, — нехотя озвучил свою мысль Питер, почесав бровь большим пальцем. — Ты всю жизнь питался «экологически чистыми продуктами», — он показал кавычки пальцами. — Жрал лобстеров и прочую морскую хрень, а теперь облизываешь конец какому-то парню. Такой себе деликатес. — К твоему сведению, бычьи яйца являются деликатесом на Востоке, — сообщил Старк, поднимаясь на ноги. — Это раз. А, во-вторых, zolotce, — он смотрел на Питера сверху вниз, отчего последнему приходилось щуриться от солнца, чтобы разглядеть собеседника. — Я чей попало конец себе в рот совать не стал бы. Питер кивнул в знак, что он его услышал, и, выкинув окурок, встал. Тони снова плюхнулся на переднее сидение и прибавил громкость музыки, а Питер вернулся к масляному насосу. Они проболтались на берегу ещё около часа, а потом Питер отвез Старка к Центральному парку. Заметив лёгкий намёк на тревогу в глазах Питера, когда он уходил, Тони улыбнулся и, вернувшись, снова просунул голову в окно, целуя парня в губы уже без стеснения и опаски. — Не переживай, ты мой единственный, — шепнул он и, отскочив от машины, словно его током тряхануло, почти вприпрыжку направился ко входу. Питер проводил его взглядом, чертыхнулся и уехал. Дома, сидя за домашкой, он отбивал чечетку пяткой, подперев голову рукой и касаясь пальцами носа, до тех пор, пока к нему в комнату не зашла Мэй: — А я уж подумала, ты здесь танцуешь, — улыбнулась она, подходя ближе. — Плохой день? Она кивнула на ногу. Питер тут же выпрямился, откинув учебники. — Нет, просто машина немного барахлит, — пожал плечами он. Женщина загадочно улыбнулась, проводя рукой по волосам, зачесывая длинную челку назад. — Ужин? — спросила она, направляясь к выходу. — Да, спасибо, — кивнул Питер, собирая учебники со стола. Когда он в очередной раз провёл рукой по волосам, то ощутил знакомый запах дешевого одеколона на ладони. Чёрт!***
Они договорились встретиться вечером в Центральном парке. У Тони было приподнятое настроение. Этот парень Паркер странно на него действовал. Ради него хотелось быть лучше, чем есть. И то, что он за него волновался, приятно грело душу. Джарвис уже ждал его в условленном месте с чемоданом в руках. — Добрый вечер, сэр, — мужчина слегка склонил голову в знак приветствия. — Джарвис, — Тони без стеснения стиснул дворецкого в своих объятиях. — Как же я все-таки рад тебя видеть! — Мне тоже очень приятно, сэр, — лёгкая улыбка тронула его тонкие губы. — Моя супруга передает вам свой пламенный привет и фирменный рулет, — он передал тёплый сверток юноше. Старк заливисто рассмеялся. — Я позволил себе собрать ваши зимние вещи на своё усмотрение, а вместо пальто положил зимнюю куртку, думаю, она будет более актуальна в нынешних… Обстоятельствах. Тони, расчувствовавшись, покачал головой и снова стиснул мужчину в своих объятиях. — Спасибо! — сказал он осипшим от слез голосом, похлопав мужчину по плечу. — Я… Я не могу описать, как тебе благодарен. — Что вы, сэр, это моя работа, — отозвался Джарвис, но было видно, что он был растроган не меньше парня. Казалось, прошла целая вечность с их последней встречи. — Я положил фото Марии на дно и обернул парой свитеров, чтобы не разбилось. И ещё… — мужчина немного замялся, но потом вытащил из кармана конверт. — Это мои сбережения. Мы никогда с супругой ни в чем не нуждались, поэтому я мог позволить себе откладывать. — Джарвис? — кажется, на секунду Старк лишился дара речи. — Нет, нет, я не могу это взять! — Сэр, я вас прекрасно понимаю, но вы меня обидите своим отказом, — продолжал настаивать дворецкий. Юноша в нерешительности посмотрел на конверт, а потом быстро спрятал его в карман своей куртки. — Там всего пятнадцать тысяч, но уверен, они станут для вас прекрасным подспорьем. — Спасибо, — только и смог выдавить из себя Старк, ощущая, как горят его щеки от стыда. Первое, о чем он подумал, увидев пухлый конверт — порошок. Белый, летучий, дарящий блаженное забытье… — Я слышал, вы так и не вернулись в университет? — помолчав, спросил Эдвин. — Да, друг мой, боюсь, в этом году я не смогу продолжить учёбу, потому что не могу себе позволить жизнь в Бостоне, — кивнул Старк, доставая и зажигая сигарету. — Но не волнуйся. Я нашел работу, и как только соберу нужную сумму, тут же вернусь в альма-матер, — он хлопнул мужчину по плечу. — Не хочешь выпить? Расскажешь, что у вас нового. — Боюсь, я не смогу составить вам компанию, — виновато улыбнулся мужчина. — Моя поездка сюда… — Я понял, — поднял руки Тони, прерывая друга на полуслове. — Тогда передавай жене привет и большое спасибо, — они пожали друг другу руки. Тони не удержался и снова притянул Джарвиса в объятия. — Вы гораздо сильнее, чем думаете, мистер Старк, — напоследок сказал дворецкий. — Вы со всем справитесь. Хорошего вечера. — И тебе, старина, — улыбнулся Тони, но как только Джарвис отвернулся, улыбка сползла с лица юноши. Он утер нос тыльной стороной ладони и посмотрел в тёмное небо, смаргивая непрошенные слезы.***
Тони лежал на кровати, наблюдая, как по потолку пробегают блики фар от машин. Он вертел в руках телефон, периодически поглядывая на экран. Когда часы показали три часа ночи, парень порывисто встал и, заложив руки за голову и сведя локти перед лицом, стал мерить комнату шагами. Он не заметил, как начал напевать какой-то мотивчик, и обратил на это внимание лишь, когда снизу раздался глухой стук. Сосед снова стучал шваброй по потолку. Этот старый дед вечно к нему придирался: то он слишком поздно приходит, то громко топает, то поет в душе, хотя Тони старался как можно реже заходить в ванную комнату, то приводит гостей, что не случалось ещё ни разу — и куча других претензий. Первые разы это раздражало, но потом появился интерес, ведь каждый раз причина была всё более и более абсурдной. — Повторяетесь, мистер Хеклс! — прокричал Тони, наклонившись к полу. Стук прекратился, а у парня немного поднялось настроение. Сон, как и прежде, не шёл. Но в этот раз не было ни гробов, ни процессий перед глазами. Были жухлая трава, блики заходящего солнца на капоте машины, подрагивающие ресницы на зажмуренных от удовольствия глазах и тихий, но отчётливый стон в конце: «Тони». Он знал, как его зовут, и упорно звал Старком, ведь так их представила мисс рыжая бестия. Этот парень был необычным. Было видно, что эта сфера деятельности ему чужда, хотя и понятно, что жизнь его не щадила. Он не был алчным, ему это не приносило удовольствия, скорее даже, наоборот, страдания. Отвращение столь явно проявлялось на его лице, что его можно было бы записать на свой счёт, если бы не тот злосчастный пакетик. Три грамма. Он отдал ему просто так целых три грамма. Ни один барыга на свете не стал бы просто так разбрасываться товаром, он обязательно потребовал бы что-нибудь взамен, те же минет или секс. Безвозмездность поступка обескуражила Старка настолько, что он не решился снюхать больше дорожки (только чтобы поправить здоровье). Остальное лежало в старых джинсах, заваленных вещами на стуле. Тони старался близко не подходить к нему, ощущая, что ещё слишком слаб, чтобы противостоять соблазну, и поэтому домой приходил исключительно ночевать. Но капризный Морфей не жаловал его своим присутствием по ночам, нещадно нагоняя сон днём. Проблемы со сном стали одной из причин, почему Тони тогда поперли с работы. Он ходил всё время полусонным и периодически бил посуду, что выскальзывала из намыленных перчаток. Потом ещё и Роудс объявил, что его девчонка Кимберли или что-то около того беременна и он отправляется курить Афганский гашиш. — Я бы попросил тебя за ней присмотреть, но ведь ты выебешь её, едва мой автобус скроется за поворотом, — хохотнул Джеймс, протягивая косяк Старку и пуская дым носом. — Ты преувеличиваешь, — улыбнулся в ответ Тони, ощущая, как грусть понемногу заполняет его сущность. В тот вечер они оторвались как никогда. В самый разгар вечеринки Тони позвонил Мэг и послал её на хрен. В тот момент ему это казалось лучшим решением в его жизни. Утром его ждали расчёт и неприятный разговор с администратором. Она требовала публичных извинений, а Тони снова послал её на хер и, смеясь, вышел из закусочной. В тот момент его обуяла такая лёгкость, что он сам набрал номер Ленни. Очнулся Старк через пару дней на заднем дворе какого-то торгового центра. Он не помнил, что произошло, но четко знал, куда ему нужно попасть. Паркер ему тогда виднелся каким-то сгустком чернил, и лишь глаза позволяли распознать в нем живого человека, а не очередную галлюцинацию. В итоге парень оказался Человеком с большой буквы. В этом мире стало так мало хороших людей, что невольно начинаешь удивляться простым вещам, таким как взаимопонимание и выручка. А Питер был весьма уникальным юношей. Не каждый школьник смог бы беседовать с Тони на его излюбленные темы. Старк хмыкнул и, снова взяв в руки телефон, завалился на диван. «Эй, Паркер, ты знаешь, сколько сейчас времени в Лондоне?», — написал он ему очередную безделицу, на которую парень никогда не отвечал. По прошествии пятнадцати минут родился еще один опус: «Некоторые черепахи умеют дышать попой». Ноль реакции. «Какой период полураспада урана?» Прошло ещё десять минут, и Старк нажал на вызов. Ему необходимо было поговорить с этим парнем. — Какого хрена? — пробурчал Паркер в трубку. — Привет, zolotce, — улыбнулся Тони, ощущая, как ему становится тепло на душе. — Ты не отвечал мне, я начал беспокоиться. — Твою мать, Старк, сейчас четыре часа утра, — грозно прошипел парень. — Если ты ещё раз позвонишь мне в это время, я тебя убью! Послышался удар трубки о кровать, а затем тихое сопение. — Питти? Я тебя слышу, — наигранно веселым голосом сказал Тони, вслушиваясь в тихое дыхание. — Ты спишь? И снова никакого ответа. Он нажал на кнопку записи разговора и приложил телефон обратно к уху. Через пару минут Старк уснул.
